ГЛАВА 18
На столицу мягко опускались роскошные летние сумерки, а я входила в первый в своей жизни ресторан. Под руку с самым замечательным мужчиной, в предвкушении очередного чуда и конечно же с прекрасным настроением.
Роскошное платье и красивая прическа превратили меня в настоящую красавицу, и то, о чем умолчало зеркало, щедро рассказали глаза Тиграна. Когда в особняке я спустилась к нему вниз, где он ждал, пока я переоденусь, один-единственный обжигающий взгляд сказал куда больше слов. И пусть я еще не до конца поправилась, цвет лица неидеален, как и фигура, для него я — само совершенство.
Он так и сказал:
— А может, ну его, этот ресторан? Наш повар готовит ничуть не хуже. Зато я не буду переживать, что придется передраться со всеми мужчинами столицы за твое внимание.
Но, увидев мое расстроенное лицо и услышав резонное замечание, что меня интересует лишь его внимание, сумел взять себя в руки.
— Прости. Просто ты так красива…
— Только для тебя. Только.
И вот мы, проделав путь от особняка до ресторана в уютном, даже скорее интимном молчании, вошли в его приветливо распахнутые двери. Импозантный швейцар в ливрее, расшитой изумрудной нитью, почтительно поприветствовал мага, упомянув титул. Через пару секунд к нам подскочил официант и моментально проводил к столику.
Пока шли, я с восхищением рассматривала обстановку, стараясь делать это не слишком откровенно. Не хотелось, чтобы обо мне подумали, как о глупой провинциалке, не видевшей ничего красивее уличных кафе. По большому счету так оно и было, фотокарточки в журналах не в счет, но в этот момент мне больше всего хотелось соответствовать не только своему наряду, но и спутнику: уверенному и невозмутимому.
Но все равно обстановка ошеломляла: большой зал с высоким потолком, белоснежные резные колонны, мраморные полы, натертые до блеска, огромные витражные окна, статуи нежных девушек в древних одеяниях, держащие в руках и на голове вазоны с живыми цветами, маленькие, задорно журчащие фонтаны и конечно же посетители ресторана. Мужчины с печатью богатства на лицах и женщины в столь шикарных нарядах и сверкающих украшениях, что, начни я рассматривать их чуть пристальнее, — и мигом бы зарябило в глазах.
На мгновение почувствовала себя неуютно, словно какая-то нищенка пробралась на великосветский бал, но Тигран, будто почувствовав мою неуверенность, чуть крепче сжал руку, и я расслабилась.
А ведь я, между прочим, теперь тоже одна из них. С титулом, при деньгах… И с самым потрясающим мужчиной!
Так что пусть завидуют мне, а не я им!
Наш столик находился на уютном внутреннем балкончике, куда можно было попасть, поднявшись по ажурной витой лестнице у дальней стены. Как я успела рассмотреть, таких балконов было всего четыре или пять, тогда как остальные посетители располагались в основном зале внизу.
Несмотря на обилие зелени, закрывшей нас от посторонних взглядов, я не ощущала себя загнанной в ловушку. Наоборот, наше уединение мигом вернуло мне остатки спокойствия, и я смогла осматриваться, уже не скрывая своего восхищения. Я, как маленькая девочка, увидевшая краешком глаза настоящую роскошь и волшебство, не могла успокоиться и смотрела. Смотрела и смотрела. На декоративный плющ, обвивающий колонны, нежные цветы всех оттенков радуги, искрящуюся бриллиантовыми переливами воду в фонтанчике и конечно же на Тиграна.
Он сидел напротив, и при желании я могла бы дотянуться до него через стол, заставленный незнакомыми, но восхитительно выглядящими и пахнущими блюдами сразу же, как только мы сели, но я предпочитала пока просто смотреть. Дотронусь я до него чуть позже, когда мы снова сядем в экипаж и я прижмусь к своему монстру. Сейчас же я просто любовалась каждой его черточкой, восхищалась всем, что за эти дни стало родным и привычным, но все равно удивительным и особенным. Брови, нос, скулы, подбородок, губы… И глаза, в которых даже на таком расстоянии я отчетливо видела себя.
— Надо было остаться дома, — едва слышно прошептал маг, и я без труда различила в его севшем голосе желание. — Злата, не смотри на меня, как на мороженое, иначе я просто растаю.
— Что? — Поначалу я растерялась, но, кажется, это место таило в себе куда больше тайн, чем просто красивая и дорогая обстановка, поэтому я почувствовала не стыд за его откровенные признания, а гордость.
Я! Я заставляю его таять и признаваться! Я!
— Что ж… — Я никогда не практиковалась в знаниях, полученных от госпожи Ворожкиной, но сейчас как никогда отчетливо осознала себя соблазнительной бесовкой. Прикрыла голодный блеск глаз ресницами, предвкушающе облизнула губы и с несвойственной мне хрипотцой призналась в ответ: — Тогда я слижу каждую капельку того божественного нектара, в который ты превратишься, любимый. Полью малиновым сиропом, обложу спелыми рубиновыми ягодками, источающими дурманящий аромат, и соберу каждую… губами.
Потемневшие глаза, утяжелившееся дыхание, низкое рычание, вырывающееся из плотно сомкнутых губ при каждым выдохе, — с каждым моим словом Тигран заводился все сильнее. Я чувствовала — хожу по грани, но уже не могла остановиться. От остальных посетителей ресторана нас отделяла хрупкая преграда живой зелени, но это не отрезвляло, а наоборот — дразнило и возбуждало. Было в этом что-то такое… Запретное! Но от того лишь еще больше желанное!
Не знаю, кто не выдержал из нас первый: я подалась вперед или рванулся мне навстречу Тигран, но всего секунду спустя мы встретились ровно посередине, едва не перевернув стол, и начали целоваться. Как обезумевшие от долгой разлуки половинки, наконец нашедшие друг друга, как сошедшие с ума от жажды путники, месяцами бродившие по пустыне, как изголодавшиеся по прикосновениям отшельники… Губы, щеки, веки, шея — не осталось ни одного местечка, где меня не поцеловал бы Тигран. В ответ я зарывалась пальцами ему в волосы, впивалась ногтями в плечи, в яростном бессилии дергала за лацканы пиджака, не в силах отстраниться хотя бы на долю секунды, чтобы снять с него всю эту ненужную и откровенно мешающую одежду. В какой-то момент почувствовала его обжигающие губы на своей обнаженной груди…
И очнулась от наваждения.
Боги, что мы творим?! И самое главное — где мы это творим?!
— Тигран… — Желание никуда не делось, я чувствовала, что эта вспышка благоразумия посетила меня ненадолго, поэтому старалась успеть поделиться ею с магом. — Тигран, не надо. Не здесь… Мы не одни…
Не знаю, что отрезвило его быстрее: мои неуверенные уговоры сбивчивым шепотом или то, что я перестала отвечать на его ласки, но он тоже замер и медленно поднял на меня абсолютно черный взгляд. В нем не осталось ничего человеческого. Светилось лишь демонически непреодолимое желание обладать.
Но все же…
Все же он отступил.
Не отпустил и уж тем более не отвернулся или сдался, но закрыл глаза и крепко-крепко обнял.
— Если бы ты только знала… — хрипло прошептал он мне в волосы спустя некоторое время. — Если бы только знала, как действуешь на меня… Моя маленькая… Моя восхитительная Злата.
Мы простояли не меньше пяти минут, прежде чем сумели унять бешено бьющиеся сердца и восстановить дыхание. Нет, желание никуда не ушло, но мы оба, не сговариваясь, одновременно слегка отстранились, заглянули друг другу в глаза и рассмеялись. Боги, какие же мы сумасшедшие! Растрепанные, с лихорадочно блестящими глазами, нелепо полураздетые и абсолютно счастливые!
Пока я, виновато прикусив губу, поправляла лацканы пиджака и кудри Тиграна, он придавал приличный вид моему платью. Судя по его сконфуженному взгляду на мою голову, прическа пришла в негодность, но я нашла идеальный выход из положения, решив окончательно избавиться от шпилек и распустить локоны. Труд мастериц был неоценим, но без расчески и зеркала я не смогла бы сделать ничего лучше, как разрушить шедевр до основания.
А затем мы вернулись за стол.
В крови еще бурлил адреналин, и при каждом взгляде на Тиграна, пересевшего ближе, меня обдавало жаром, но, даже несмотря на это, мы сумели поужинать. Беседа никак не складывалась, мы могли лишь улыбаться и постоянно норовили прикоснуться друг к другу, однако даже это не нагнетало обстановку.
Наоборот! Еще ни разу в жизни я не чувствовала себя так легко и непринужденно. Ни один мужчина не заставлял мое сердце трепыхаться от одного только взгляда, кровь кипеть, а хвост подрагивать от предвкушения.
Официант, принесший десерт, никак не отреагировал на изменения в нашей внешности. Молодой парнишка был безупречно вежлив и доброжелателен, убрал со стола пустые тарелки, и мы вновь остались одни. Я, Тигран и мороженое.
Сочные ягоды малины моментально напомнили о моих не так давно сказанных словах, и я тут же стала одного с ними цвета. Тигран взглянул на меня… на мороженое… на меня… Подцепил пальцами самую крупную ягоду, зажал меж своих губ и одним взглядом предложил разделить лакомство.
Думал смутить еще больше? Как бы не так!
Я подалась вперед, чуть помедлила, дразня лукавой улыбкой, а когда его глаза вновь начали стремительно темнеть, приняла угощение. Поцелуй со вкусом малины стал для меня самым потрясающим блюдом из всех, что я сегодня перепробовала. Нашим. Только нашим блюдом!
Не помню, как мы покинули ресторан. Как доехали до особняка. Как поднялись наверх. Куда делась его одежда, мое платье…
Помню лишь его глаза, губы и то, как вокруг меня колыхалось безудержное малиновое море счастья. Были только он и я. Уже не муж. Еще не муж.
Просто мой мужчина.
Горячие губы, уверенные и бесконечно ласковые руки, полыхающий желанием и нежностью взгляд. Черная вязь татуировки по виску, демонически горящие глаза, бугрящиеся под кожей мышцы и древние, как сам мир, движения.
Мой. Только мой!
Ни страха, ни сомнения. Лишь абсолютная уверенность в том, что мы поступаем правильно. Браки придуманы для того, чтобы фиксировать любовь документально. Мы же уже давно объединили наши души. Когда именно это произошло? Не знаю. Не сразу, но постепенно он проникал в меня и оставался. Минута за минутой, час за часом, день за днем. И однажды остался навсегда. Назвал своей. Позволил назвать своим.
Хотя даже если бы и не позволил… Я бы уже не сдалась. Никогда.
И мимолетная боль нашей первой, но такой долгожданной ночи — ничто по сравнению с тем, какое бесконечное счастье меня затопило потом. Радость, нежность, благодарность… Любовь. Не хватало слов, они были слишком просты, чтобы облечь в них все, что я ощущала. Нежность взгляда, ласковость прикосновений, уверенность в том, что все правильно. Так, как и должно быть.
А свадьба… Свадьба никуда от нас не денется.
— Тигран…
— Мм?
За окном лукаво подмигивали звезды, когда мы устали настолько, что сил осталось только на то, чтобы, крепко обнявшись, лежать рядом.
— Мы сможем отправить вестник моим родителям? Мне очень стыдно перед ними за то, что не писала так долго. В последнее время мы редко общались, но я бы хотела… Хотела, чтобы они знали. Что со мной все в порядке, что я здесь, и ты… Мы с тобой.
— Обязательно. — Голос жениха был спокойным и уверенным. — На свадьбу они вряд ли успеют, но мы сами обязательно выберемся к ним чуть позже.
Я слегка нахмурилась, не понимая, куда клонит Тигран, и уточнила:
— Почему не успеют?
— Потому что свадьба будет не позднее конца недели, — твердо заявил маг и сжал так крепко, что я ойкнула. — И это не обсуждается.
— Но…
— Это. Не обсуждается.
Меня неприятно покоробила его резкость. Даже учитывая тот факт, что с самой свадьбой я была согласна и по большому счету меня вообще не интересовала дата, отказ обсуждать меня обидел. Ну что за тиранские замашки?! Мы же договорились!
Судя по сдавленному рыку лежащего подо мной полудемона, от него не укрылась смена моего настроения, но отказываться от своих слов Тигран не спешил. Как и я — сдаваться на милость сильнейшего. В конце концов, мы живем в самый прогрессивный век за последние тысячелетия! Век, в котором женщины носят брюки, работают и даже имеют кое-какие права!
А еще я бесовка! Баронесса, между прочим! Так что зря он думает, что будет только так, как он единолично решил!
И я, насупившись, послала ему возмущенный взгляд.
— Злата-а-а… — с угрозой протянул Тигран, но я лишь плотнее сомкнула губы, чтобы он получше рассмотрел мою обиду. — Ну нет! Так дело не пойдет!
Его рука скользнула по моему бедру вниз, затем вверх, переползла на попу и погладила самое основание хвоста. Этот предатель тут же возбужденно задрожал, предавая хозяйку и капитулируя перед магом, так что не прошло и десяти минут откровенных ласк, как я сдалась ему вся. Слишком хорошо… Слишком!
— И все равно… — Дыхание еще не восстановилось, сердце колотилось где-то в горле, но упрямства мне было не занимать. — Все равно я требую обсуждения!
— Требуешь? — удивился маг. Так, словно даже помыслить не мог, что я смогу произнести подобное. Парой ловких движений распял меня на простыне, угрожающе навис и, заглянув в лицо, рыкнул-повторил: — Требуешь?!
— Да.
Я не боялась его. Мрачного, сердитого, самонадеянного. Знала, что не причинит вреда и уж тем более не обидит. Осознанно не обидит.
Но неосознанно и элементарно не понимая, что мне важна хотя бы видимость равноправия, — запросто.
Прошла минута, другая… Он все нависал и смотрел. Как будто впервые видел. Словно впервые рассмотрел то, что никак не мог прежде.
И в конце концов улыбнулся. Удивленно, нежно и немножко насмешливо. Склонился ниже, поцеловал так, что закружилась голова, и прошептал прямо в опухшие после безумной ночи губы:
— Будет тебе обсуждение, Золотце. Я удовлетворю все твои требования. — Полюбовался на мое ошеломленное лицо и с наглой ухмылкой добавил: — Если докажешь их разумность.
Аккуратно опустился рядом, завернул меня в одеяло, прижимая к себе так крепко, что не оставалось сомнений — никуда я от него не денусь, и задумчиво, будто уже засыпая, пробормотал мне в макушку:
— Надо же… Требует она. Неслыханная наглость требовать у монстра…
— Это любовь, — шепнула я в ответ, не в силах сдержать улыбку. — Большая любовь к большому монстру из-под кровати. Когда-нибудь ты сам напишешь об этом книгу… Когда-нибудь… — Не удержав зевок под ироничный тихий смех будущего мужа, я тоже хихикнула и наконец уснула.
И снились мне большие кровати, могущественные монстры и свадьбы, свадьбы, свадьбы…
Утро началось с поцелуев и стало самым лучшим в моей жизни. Его руки, его губы, его глаза — он любил меня каждой клеточкой своего тела!
А я любила его в ответ.
И не было ничего, что могло бы остановить это безумие!
Кроме настойчивого стука в дверь.
— Ты слышал? — Я настороженно замерла, и стук повторился вновь. — Вот!
— Нас нет, — заговорщическим шепотом произнес Тигран и утащил меня под одеяло. — Тихо! Они поймут, что ошиблись комнатой, и уйдут!
— Что?! — Я уставилась на мага в недоумении и с большим трудом сообразила, что он так шутит.
Тем временем стук повторился вновь: уже не просто настойчиво, а требовательно, и я тоже постучала по плечу Тиграна.
— Иди! Быстро узнай, что им надо!
Узнала бы и сама, но вчера мы добрались лишь до покоев Тиграна (они оказались ближе), и будет очень странно, если дверь открою именно я.
— Жестокая… — печально вздохнул Тигран, но я прекрасно видела, что он просто паясничает. — Но ничего! Вот поженимся и точно никому двери не откроем! Как минимум неделю!
И до меня дошла вся пикантность ситуации…
— Ох, пресвятые небеса!
Если бы умела — провалилась бы под землю в ту же секунду! Как же так? Как мы… я…
— Эй! Эй-ей! — Тигран передумал идти к двери и начал тормошить меня, приобняв за плечи. — Что опять в твою светлую голову пришло, Золотце? А ну брось!
— Не могу… — Я смотрела на него широко распахнутыми глазами и чувствовала, как испуганно колотится сердце в груди. — Мы же вчера… Развелись и… Вот.
— Вот как знал, что это была не самая умная из моих идей, — тяжело вздохнул Тигран и крепко прижал меня к себе. — Что, женимся обратно уже сегодня?
— К… как сегодня? — Голос сел, я поперхнулась воздухом и натужно закашлялась аж до слез, безрезультатно отпихивая от себя мага. — С ума сошел?!
— Месяца два назад, — тихо хмыкнул он и погладил меня по волосам. — Ну все, все, не паникуй. Никто в доме тебя не осудит, поверь. Все без исключения слуги знают, как я к тебе отношусь. Да что там! Они сами первые меня не поймут, если я посмею тебя обидеть. Так что прекращай трястись и беги в ванную. Умывайся, а я пока принесу тебе что-нибудь из одежды. Или Майли прислать?
— Нет! — Мой истеричный выкрик его развеселил, а вот я обиженно стукнула его по плечу кулачком. — Какой же ты все-таки…
— Кто?
— Монстр! — Я показала ему язык и тут же схватила за волосы на затылке, привлекла к себе и крепко поцеловала в губы. — Мой монстр! Все, иди!
— Как будет угодно, госпожа. — Шутовской поклон в исполнении Тиграна вышел настолько комичным, что я расхохоталась и почти бегом скрылась в ванной.
Боги милостивые, это не я! Если Тигран сошел с ума, то я вместе с ним! Потому что… Просто потому что!
Но как же это здорово!
Как Тигран и обещал, минут через пятнадцать он принес мне одно из домашних платьев, свежее белье и даже помог одеться. Высушил магией влажные волосы и сам же их расчесал. Я сидела перед зеркалом, но не сводила с него взгляда. Удивительный. Многогранный. Мой!
Наши взгляды в который раз встретились, и он сиплым голосом предложил:
— Завтрак?
Судорожно кивнула, потому что сама чувствовала себя точно так же. В груди горел пожар, в животе порхали бабочки, губы зудели в предвкушении поцелуев, коленки подкашивались, а хвостик нетерпеливо вилял из стороны в сторону.
— Кстати… — Тигран прокашлялся и, ловко заплетя самую обычную косу, которую скрепил лентой, подал мне руку. — Мои родители приехали.
— Что?! — К этому я оказалась совершенно не готова и собиралась упираться всеми конечностями, но уж точно не идти на завтрак. — Ты же сказал, что они приедут позже!
— Сказал. — Тигран поморщился и беспомощно развел руками. — Но если матушка решила, ее ничто не остановит. — Тут же руки вновь оказались на моих плечах, а в мои паникующие глаза заглянули его спокойные. — Злата, это всего лишь мои родители.
— Всего лишь?! Это целые твои родители!
— Целые — это хорошо, — неопределенно хмыкнул маг, не прекращая смотреть на меня и умудряясь подбадривать одним взглядом. — Поверь, они паникуют не меньше тебя. По крайней мере, матушка. Просто знай: ты моя любимая женщина, что бы ни случилось. И это самое главное.
Я робко улыбнулась, умом понимая, что он, несомненно, прав, но…
— А еще ты самая отважная, добрая и бескорыстная. Моя баронесса Грэхем.
Хм. А ведь и правда. Я больше не безродная полукровка без гроша за душой и вполне себе выгодная партия. Надо почаще себе об этом напоминать.
— Спасибо. — Я встала на цыпочки и благодарно поцеловала жениха в губы. — Идем, познакомимся с самыми лучшими родителями, благодаря которым я нашла свое счастье.
— Вечность бы слушал, — удовлетворенно прищурился Тигран и галантно предложил свою руку. — Позвольте, баронесса…
— Позволяю, граф.
В общем, вниз мы спустились вместе, и я была почти спокойна. Почти, потому что все равно очень волновалась. Это же не просто посторонние люди! Это родители Тиграна! Мои будущие свекровь и свекр!
Ох, как же мне нервно!
Но все оказалось куда лучше, чем я могла себе представить.
Граф и графиня Монс ждали нас в летней столовой, которую я уже успела полюбить за уют и уединение. В особняке имелась и центральная столовая, но она была значительно больше летней и предназначалась для больших банкетов на множество персон. Летняя же привнесла в наше знакомство дополнительный комфорт и ощущение семейного тепла.
Матушка Тиграна Виолетта Монс оказалась невысокой стройной красавицей с каштановыми волосами и изумительными карими глазами. Они смотрели на меня с теплотой и нескрываемым любопытством. А еще в них светился ум и доброжелательность, которая окончательно растопила все мои сомнения. Ее не портили даже крохотные морщинки в уголках глаз — единственное, что выдавало истинный возраст графини.
Отец Тиграна оказался чуть выше и шире сына, причем под плотной тканью камзола явно перекатывались мышцы. Длинные черные волосы спадали на плечи, пронзительный взгляд практически черных глаз вызывал мгновенное желание покаяться во всех мыслимых и немыслимых грехах, а тяжелый подбородок говорил о таком же непростом характере. Но то, как они оба смотрели на сына и друг на друга, утвердило меня в мысли, что я зря боялась. Эти люди (и не очень люди) меня не обидят. И даже если по какой-то причине они желали сыну другой жены, я никогда об этом не узнаю. Они любят друг друга, они любят своего ребенка, и они точно так же полюбят и меня, потому что я — выбор их сына.
Поначалу беседа не клеилась, граф Тревор Райан Монс был не слишком словоохотлив, но его супруга быстро взяла непростое дело знакомства в свои руки и уже вскоре болтала за двоих. При этом невероятно ловко и даже деликатно обходила стороной щекотливые вопросы нашего знакомства, появления в столице, моего недорогого платья, немного болезненного вида и свадебной даты. Складывалось впечатление, что они уже давно разузнали все сами, а мы уже вновь женаты. И приехали они лишь для того, чтобы убедиться — у нас все прекрасно.
— Злата, как насчет небольшой прогулки по магазинам? — Мы уже допивали чай, когда Виолетта (она просила называть ее по имени) игриво подмигнула и, заговорщически понизив тон, чуть склонилась ко мне и доверительно сообщила: — Знаю я этих мужчин, ничего доверить нельзя. А нам, девочкам, ведь столько всего необходимо!
— Все верно, но… — Я тепло улыбнулась графине. — Мы как раз хотели заняться этим сегодня. Вместе с Тиграном.
— Только сегодня? — возмутилась женщина, грозно уставившись на сына. — Дорогой!
— Нет-нет, он ни в чем не виноват! Я сама отказалась от новых вещей, — зачастила я торопливо. — Просто я хотела сначала окончательно выздороветь и немножко поправиться. — Смутилась под оценивающим взглядом старших Монсов и скомканно добавила: — Сами видите, на мне даже это платье висит как на вешалке.
— Впервые встречаю девушку, которая хочет поправиться, — хихикнула графиня, моментально разряжая обстановку, но тут же вновь посерьезнела и окончательно взяла меня в оборот. — Но даже это не помеха для покупок всего остального! Поверь мне, чулки и… — стрельнула глазками в мужа и подмигнула мне, — кое-что еще прекрасно подойдет к любой фигуре. Так что собирайся, едем по магазинам! К тому же, сама видишь, эти двое только и ждут, когда мы оставим их одних.
— Мам, ну что ты такое говоришь! — раздосадованно возмутился Тигран, хотя у него с отцом действительно завязалась деловая беседа. — Вы ведь не на час заскочили. У нас будет еще уйма времени на разговоры.
— Может, и так, — легко согласилась графиня. — А вот шляпки мадам Жако ждать не будут! — На меня устремился невероятно властный взгляд, и следом прозвучала команда: — Злата, мы едем по магазинам!
Приказ был отдан веселым и полным дружелюбия тоном, поэтому я нисколько не обиделась, а наоборот — загорелась идеей. Одно дело — ходить по магазинам с мужчинами, для них это обычно настоящая мука, да и не посоветуешься с ними во многом, а вот с женщиной, да еще и такой элегантной — просто идеально!
К тому же я абсолютно уверена — меня пытаются умыкнуть не только ради покупок, но и для индивидуального допроса с пристрастием. Но я не против и все понимаю. А после такого знакомства даже ни капельки не боюсь.
В общем, я была рада. Их визиту, смене обстановки и даже тому, что некоторое время Тиграна не будет рядом. Мне требовалось время, чтобы привыкнуть к произошедшему и окончательно увериться, что это не сон. Время, проведенное за совместными покупками, позволит мне получше присмотреться к будущей свекрови, а может, даже и спросить совета. Я ведь столько всего не знаю!
Для поездки по магазинам Майли соорудила на моей голове элегантную прическу, которую она шутливо назвала «дневной», посетовала над платьем, по ее мнению не подходящему для выхода на улицу, и наконец отпустила с напутствием возвращаться обратно с ворохом новых нарядов.
Рядом с элегантной графиней, переодевшейся в изумрудное платье, украшенное шоколадным кружевом, я действительно выглядела как слегка принарядившаяся служанка, но Виолетта даже бровью не повела, окинув меня одобрительным взглядом и похвалив за скорость сборов. Было бы с чем затягивать!
Мужчины вышли нас провожать, и если граф настоятельно посоветовал своей супруге не увлекаться и не третировать «бедную девочку» до самого вечера, то Тигран шепнул мне, чтобы я купила все, что только захочу, без оглядки на цену. Потому что, если я этого не сделаю, он не отпустит меня к Варту, который уже несколько раз справлялся о моем здоровье и очень ждет нас в гости.
— Вот знаешь, чем пригрозить. — Я шутливо насупилась, но угрозе вняла. — Хорошо, только потом не хватайся за голову, когда увидишь счета!
— Поверь, даже если вы скупите полгорода, ты меня не разоришь, — ухмыльнулся маг и запечатлел на моей щеке легкий поцелуй, прежде чем помог устроиться в экипаже. — Давайте развлекитесь и хорошенько отдохните. Но если устанешь, сразу домой! Поняла меня?
— Да, мой господин! — Я шутливо отдала честь, припоминая, как это делают военные, и экипаж тронулся, увозя нас с графиней в волшебное путешествие по магазинам с блистательными нарядами, элегантными шляпками и миллионами женских штучек, без которых невозможна жизнь ни одной столичной модницы!
Наедине Виолетта ни на грамм не умерила ни своего дружелюбия, ни своего желания поболтать. Она ловко увлекала меня в разговор, и я с удивлением открывала в себе знания, о которых раньше даже не догадывалась. Мы обсудили модные тенденции этого сезона, мои любимые цвета, фасоны и прически. Посетили не меньше трех десятков салонов, после чего у меня голова отчетливо шла кругом, и я уже не помнила, что мы купили, что отложили на будущее, а что только заказали. На цены я перестала смотреть уже после пятого салона, когда, оценив размер моих глаз, графиня твердо заявила, что это не наши проблемы. Кажется, что-то такое говорил и Тигран…
В общем, я решила довериться профессионалу и не прогадала. Виолетта порхала и щебетала как птичка, умудряясь быть сразу в нескольких местах одновременно: и рядом со мной в примерочной, и возле хозяйки салона, каждую из которых знала по имени, и даже возле вешал с нарядами.
Домашние платья, для прогулок, вечерние наряды, новомодные брючные костюмы — все они приобретались с небольшим запасом «на вырост», но даже сейчас сидели на мне великолепно. Шляпки, перчатки, ленты, чулки, банные халаты, расчески, заколки, зонтики от солнца, туфельки — не было конца и края нашим покупкам и предела женским потребностям.
И все это — под неунывающий щебет графини, знающей все и обо всех.
— Устала? — с пониманием улыбнулась Виолетта, когда я уже раз пятый пожала плечами на ее вопрос, какого фасона предпочитаю нижнее белье. — Хорошо, прервемся. — Обернулась к хозяйке салона и доброжелательно проговорила: — Маргарет, нам это, это и вот это. И ту чудную сорочку тоже. Отправишь с курьером в особняк, счет пошлешь в банк на имя моего сына. А мы, пожалуй, перекусим в кафе. Знаю я неподалеку одно чудное местечко…
И даже несмотря на легкую усталость и дезориентацию, я почему-то сразу поняла: настало время доверительных бесед.
Что ж, я не против. Мне тоже есть что спросить.