Эпилог

Солнце светит, птички поют, журчит ручей, ветер шелестит кронами растущих вокруг берёз и осин, вдали виднеются горы. Картина до того умиротворяющая, что выглядит почти нереальной. Но всё по-настоящему. Просто это Алтай, детка. Я сижу в плетёном кресле на террасе нашего с Богданом дома, наслаждаюсь этим видом и временным затишьем. На столе дымятся только что вытащенные из духовки кексы, в прозрачном чайничке заварен липовый чай. В манеже рядом, укрытый пледом, спит головастик. То есть уже совсем не он, а довольно крупный годовалый мальчишка, но я по привычке зову его про себя, как прежде. Потому что… ну маленький он ещё всё равно. Совсем кроха. Мило сопящий в две свои носопырки. И знаете что? Мне хо-ро-шо! Ещё бы Богдана рядом, но он, к сожалению, уехал в Чемал за продуктами. Но ничего, это совсем ненадолго. Уже скоро должен вернуться. А пока… Пока я с шумным вздохом делаю глоток чая. Горло обжигает травяной сбор, оставляя во рту медовое послевкусие. Отломив кусочек от кекса, засовываю в рот, прикрывая глаза от удовольствия. Нет, не хорошо. Прекрасно. Я бы даже сказала, идеально. В глубине дома потревоженные ветром мягко звенят китайские колокольчики, и я улыбаюсь, слушая их. Богдан сделал хороший выбор, привезя нас сюда. Здесь замечательно. Тихо, спокойно и самое главное безлюдно на многие километры вокруг. Лишь он, я и головастик. А какие виды!.. Горы, покрытые лесом… Сказка! Пришлось конечно пострадать в начале. В доме давно никто не жил, поэтому первые месяцы мы занимались тем, что восстанавливали его, делая пригодным для жизни. Но оно того стоило. Теперь у нас есть своё собственное жильё. Всего с двумя комнатами, но зато наверху находится невероятно просторный чердак, который в будущем должен стать спальней сына. Богдан каждый день неспешно перестраивает его под детскую. Даже собирается окно в крыше вырезать. Но пока занят её укреплением. Мой маньячелло вообще оказался рукастым парнем, способным не только мячи в корзину закидывать и морды бить охамевшим личностям, но и мебель починить, и электричество провести. Не без помощи извне, зачастую по видеосвязи с Лёшкой и Захаром, но я к примеру и с таким подспорьем не смогу сотворить ничего подобного. Поэтому я обычно просто держу досочки, чтоб не падали, пока мой любимый монстр высверливает в них дырочки и прибивает к чему-то. Зато я научилась готовить. И выпекать всякие вкусняшки к чаю. Короче, без дела мы не сидим. И даже школу окончили. Дистанционно, но всё же. Проверку Охотников на право жить самостоятельно без попечителей тоже прошли. Они вообще как узнали, что мы истинная пара, так и отстали от нас. Оказывается, такие пары считаются самыми стабильными. И я склонна согласиться. Мы с Богданом вместе уже почти два года, и за это время у меня больше не случалось ни одного срыва в полнолуние. Максимум, что я испытываю в такие дни, это сильное раздражение, но Богдан быстро меня от него избавляет самым приятным способом. Бесстыдник! Я боялась, что на нас повесят смерть Ильи, но Марк и Владислав Вяземский с этим разобрались. Мы с ними с тех пор особо не общаемся, но зато нам часто звонит мама Богдана. Вот с ней я хорошо лажу. Вживую правда встретиться пока ещё ни разу не довелось. Да и не сказать, что я стремлюсь, если честно. После всех событий, мне нравится жить уединённо, вдали ото всех. Богдан с сыном успешно заменяют мне весь внешний мир. Мы много гуляем, играем, плаваем, а вечерами валяемся на полу среди десятка подушек и смотрим какой-нибудь блокбастер, пока нас не вырубает. Иногда у меня получается уговорить мою пару на просмотр романтической комедии. Хотя о том я очень быстро жалею, потому что вместо того, чтобы вникать в сюжет, я обычно хохочу в подушку из-за его идиотских комментариев. Или нет, не жалею. Мне нравятся эти моменты. Как и его глупые шутки. Ещё я заставила Богдана просмотреть все части «Звёздных войн». Оказывается, он их не видел! Это был шок и ужас, которые я поспешила тут же исправить. В общем, наша жизнь текла своим чередом, и я наслаждалась каждым её днём. И пусть я не продолжила учёбу. Зато Богдан делает это за нас обоих. Он решил углубиться в инвестиции и прочий финансовый рынок, и теперь стабильно два часа в день тратит на изучение каких-то лекций и графиков. Я честно попыталась вникнуть в это всё вместе с ним, но сдулась на первом же уроке. Скукотища! Вместо этого я решила, что лучше буду дальше радовать своих любимых мужчин вкусной едой. Готовить мне точно лучше удаётся, чем рассчитывать потери и прибыль. И нервы целее! А мне и без того есть куда их девать. Один мелкий хулиган недавно научился бегать, я едва успеваю за ним следить. А так как этот же хулиган обладает силой чистокровного ликана, то следить приходится не только за ним, но и за всем, к чему он прикасается. Рушится всё в доме с завидной лёгкостью и регулярностью. Одним словом, мальчишка. К тому же, невероятно похожий на своего папочку. Не только внешне, как понимаете. Характер тоже его – один в один. Так что дневной сон своего ненаглядного головастика я очень люблю, ценю и поощряю, как могу. Когда чувствую, что больше не вывожу, передаю эстафету Богдану, а сама иду на кухню готовить или на террасу пить чай в тишине и спокойствии. Так и выходит. У меня перерыв от хулиганства одного мелкого проказника, и у Богдана перерыв, но от учёбы и ремонта. Все в выигрыше. Всё-таки отличная была идея сбежать ото всех! Никогда не перестану радоваться тому, что решилась на подобное сумасшествие. Оно себя оправдало от и до. Новый глоток липового чая с мёдом усиливает это ощущение. Ещё выше настроение поднимается, когда за углом дома слышится тихий звук мотора подъехавшего авто. Отставив кружку на стол, я спешно поднимаюсь с кресла и, на ходу оправляя задравшуюся на животе футболку и подтягивая пояс спортивок, вприпрыжку сбегаю по тройным ступенькам вниз. Чтобы уже через миг угодить в объятия Богдана. Втянув в себя его неповторимый запах, замираю так ненадолго. Наконец-то он дома! – Я уже даже слегка соскучилась, – ворчу, улыбаясь. Это можно сказать наша ритуальная фраза, на которую Богдан обычно отвечает чем-нибудь игривым, вроде: «Только слегка?» Но не сегодня. Сегодня он прижимает меня крепче к себе, и я закономерно напрягаюсь. Его дальнейшие слова тоже не добавляют спокойствия. – Слушай, ты только не психуй, но я… не один вернулся, – говорит он. Та-ак!.. – Не один? А с кем? – отстраняюсь. Ненамного, чтобы можно было видеть его глаза. В них светится тревога и раздражение. Что заставляет волноваться больше прежнего. И не зря! В стороне слышится урчание нового мотора. Выглянув из-за мужского плеча, я вижу, как рядом с нашим пикапом останавливается огромный чёрный внедорожник. И из него через паузу выходит сам господин Вяземский. В сопровождении двух своих жён. Ничего себе гости!.. Я даже не знаю, что сказать. Пялюсь на них, как идиотка. И ладно бы Елена одна приехала, я бы поняла, приняла, всё же мы с ней нормально общаемся. Да и присутствие её мужа тоже можно как-то оправдать и пережить. Но что здесь забыла мать Захара?! Причём без самого Захара. Пора начинать паниковать? Или лучше сразу бежать? Или есть ещё шанс, что они тут просто проездом? – Ох, как же здесь хорошо, я уже и забыла, – широко улыбается мама Богдана. На ней надето длинное цветастое платье с длинными рукавами и соломенная шляпка, которую она придерживает одной рукой, чтобы ту не сорвало и не унесло ветром, пока она осматривает округу. Неподалёку задумчивой статуей застывает вторая женщина. Она в противовес первой одета в брючный костюм оливкового цвета. Их муж на удивление тоже выглядит по простому. На нём самые обычные синие джинсы и белая футболка. С учётом, что мой любимый монстр одет так же, они похожи с ним как никогда. – Привет, дети, а вы неплохо здесь устроились, – хвалит наши усилия по восстановлению дома Елена. – Да, спасибо, – мямлю, тоже старательно улыбаясь. Наверное… Не уверена в том, что мои эмоции достаточно чисты и честны. Я ж не ждала такого поворота. Смотрю на Богдана, но он лишь глаза закатывает. А после и вовсе кривится. К чему это, понимаю, когда к оставленным в стороне двум автомобилям присоединяется третий – тоже внедорожник. И из него выбирается Захар. – Привет, – машет мне парень, и я вынужденно машу ему в ответ. А вот сказать что-то не получается. Потому что Захар обходит машину, открывает дверцу, я слышу тихие переговоры, женский голос, а затем наружу выбирается… Марго. Ну как выбирается? Захар её тупо вытаскивает на улицу, с ухмылкой рассматривая её недовольное лицо. Эм… – Интересно ты так за хлебушком съездил, – бормочу вконец офигевшая я от такого поворота событий. – Я их не звал, если ты об этом, – расстроенно вздыхает маньячелло. – Встретились на заправке. Они уже к нам ехали. Однако… – Странно, что ты их в болото не завёз, – чешу нос со смешком. Богдан опять вздыхает. – Я пытался. Не повелись, – признаётся. Прыскаю, не сдержавшись. Вот дуралей! Я же пошутила! А он… как всегда. – Взрослых не жалко, хоть брата пожалей, – укоряю. Ему ещё наследника алмазной империи Вяземских делать, в конце концов, чтобы нашего головастика в будущем к этому не припрягли насильно. – Я и пожалел. Они же здесь, а не в болоте тонут, – встречно ворчит Богдан. – Действительно! – ехидничаю, продолжая тихо офигевать. Что сказать, похоже, эти выходные будут весёлые. Очень весёлые. Словно в ответ на эту мою мысль, со стороны террасы слышится тихое и сонное: – Мама? И я спешу выпутаться из объятий Богдана и подойти к сыну. Он ещё не совсем встал, сидит в манеже, потирая глазки, но тут же улыбается, завидев меня. Моя прелесть! – Иди ко мне, мой хороший, – предлагаю, протянув ему руки. И он, конечно же, с радостью за них цепляется. Сперва, чтоб подняться на ножки, затем, чтобы залезть ко мне на руки. – Выспался? Попьёшь чай с кексиком? – интересуюсь, утирая взятым со стола полотенчиком слюни, что он пускал во сне. – Да, – отвечает мой мальчик, и я, перехватив его удобнее, разворачиваюсь к столу. И тут же замираю, вспомнив о гостях. Им тоже, наверное, стоит предложить чай, да? Или что посущественней? Блин, никогда раньше не принимала гостей. И что-то не очень хочется. Хлопотное это дело, оказывается. Хотя сами гости о моих проблемах не только не догадываются, но и в целом они им не нужны. Всех волнует только Димка. Как сороки на золото слетаются к нам на террасу, отчего сын крепче обнимает меня за шею, растерянный присутствием чужаков. Они ещё и причитать начинают в несколько голосов. – Ой, какой хорошенький. – Как на Богдана похож. – Настоящий Вяземский. И прочее, прочее, прочее… Смотрю на Богдана чуть ли не в отчаянии, не зная, что делать. И он, как всегда, приходит мне на помощь. – Хватит! – велит строгим тоном и, растолкав всех, встаёт передо мной. – Приехали, посмотрели, можете уезжать обратно. С моих губ срывается беззвучный смешок. Благо за спиной мужа этого никто не видит. А он стоит незыблемой скалой, закрывая нас с Димкой собой. Мой герой! Конечно же, никто не уходит, но громкость голосов убавляется. А ещё через пять минут сын перекочёвывает на руки Елене, потом Владиславу и даже мать Захара не остаётся в стороне. А у меня почти припадок, что моего сына трогают чужие руки. Я к такому не привыкла. А вдруг они его уронят? Глупость конечно, но я пристально слежу за каждым их движением. Рядом такой же напряжённый сидит маньячелло. Ему тоже не нравится это родственное собрание. Могли бы и предупредить, что приедут. Мы бы уехали на рыбалку… Ещё и кексы, приготовленные для мужа, за миг оседают в их желудках. Что тоже бесит. Мне ж опять готовить, получается. Не то, чтоб я против, но я на вторую половину сегодняшнего дня уже запланировала прогулку по лесу с головастиком. Эх… – Очень вкусно, – сообщает Захар, доедая последний кусок выпечки. Рядом с ним, стараясь слиться с местностью, сидит молчаливая Марго. Как всегда с безупречным макияжем на лице, одетая с иголочки в ковбойские сапоги, чёрный костюм, состоящий из короткой юбки и укороченного пиджака, под которым прячется белая рубашка. Длинные чёрные волосы уложены в пышную волну. И она единственная, кто не рада здесь находиться. Даже не ест ничего, то и дело посматривая в сторону машин. – Как у вас дела? – интересуюсь, как вежливая хозяйка. И сама себе не верю, что спрашиваю о таком. Дожила… – Отлично, – отвечает Захар. – А скоро станет ещё лучше, да, Булочка? Булочка с этим точно не согласна, посылает его одним взглядом. Я же едва сдерживаю смех. Булочка? Он называет Марго Булочкой?! Остановите Землю, я сойду. Боже… Булочка! Чтобы не показать эмоций, приходится прятаться за кружкой с чаем. Правда едва получается сделать глоток. Застрявший в горле смех не позволяет. И та же Марго это всё-таки замечает, недовольно щурится. Но на удивление и на этот раз ничего не говорит, отворачивается. А затем встаёт и уходит с террасы. Я даже испытываю небольшое чувство стыда за свою реакцию. Но, блин, Булочка! Серьёзно?! Пока я размышляю, как Захар вообще додумался до такого идиотского прозвища для той, кто два года подряд носила статус королевы школы и первой стервы, сам он провожает её пристальным взглядом, но идти следом не спешит. – Когда она вернулась? – спрашиваю у него тихо, пользуясь моментом. Насколько знаю, отец Марго забрал её из школы почти сразу, после нашего с маньячелло побега. И не просто забрал, а спрятал ото всего мира. Захар что только не делал, чтобы её найти, но так и не смог. – Недавно. Перевелась в мою группу, – так же тихо отзывается парень. – Два года спустя? – фигею и снова кошусь на девушку. Она выглядит уставшей и грустной. И дело не в том, что вынуждена находится здесь с нами всеми. Это что-то другое. Нечто глубинное. – Тебе это тоже кажется странным, да? – кривится Захар. – Если честно, то да. И очень, – признаюсь. Брат Богдана хмурится, но уже через миг широко ухмыляется, показывая миру свои потрясающие ямочки на щеках. И я в который раз зависаю на этой его особенности. Всё же он очень милашный! Я даже забываю, что на деле этот милашный парень далеко не так прост и хорош, как всем кажется. Тот ещё прохвост, не хуже своего папочки и с той же акульей хваткой. Вот и ответ прямо кричит об этом: – Ничего. Я всё переиграю. Что он там собирается переигрывать, остаётся загадкой, а я не спрашиваю. Просто мысленно сочувствую Марго. Что-то мне подсказывает, она опять меж двух огней застряла. Но что уж теперь. Такова жизнь. Буду просто надеяться, что финал у этих двоих будет хорошим, как у нас с маньячелло. Потому что лично я им очень довольна. Жаль, конечно, что Лёшки с Мирой рядом нет, но у них, насколько знаю, тоже всё хорошо. Как я и говорила когда-то подруге, Лёшка не из тех, кто сдаётся и отступает, даже если объект его воздыхания – чужая невеста или вовсе жена. Так что пришлось в итоге нашему пугливому библиотекарю смириться с участью быть любимой этим хулиганом. – Знаешь… – шепчу Богдану, когда наши гости наконец разъезжаются, и мы вновь остаёмся одни в нашем доме. В окно светит полная луна в обрамлении звёзд, в комнату задувает прохладный ветерок, в кроватке рядом сопит Димка. Я прижимаюсь ближе к маньячелло, прикрываю глаза и улыбаюсь, чувствуя, как вокруг меня смыкаются его руки. – Я не рада, что моя семья погибла, но я рада, что случившееся привело меня в ту школу. К тебе, – шепчу, довольно вздыхая. – Я тебя люблю, мой бесячий монстр. Моей рыжей макушки касаются губы Богдана, а затем я слышу тихое, но не менее честное: – Не больше, чем я тебя, моя вредная ведьма. И знаете что? Эта минута стоит того, чтобы заново пережить всё, что с нами произошло. Пусть было больно, паршиво, а временами очень и очень страшно, но я верю, пока мы вместе, всё преодолимо. Любое зло. Даже самое подлое. 16.02.2026