Глава 4

Мои подчиненные смотрели на меня с сочувствием, но это не облегчало моих страданий. Я была очень недовольна собой из-за каждой мелкой ошибки, которая подрывала мою уверенность в себе. Казалось, что я предала не только свою команду, но и саму себя.

— Ты справилась, — деликатно заметила Лена, в её голосе слышалось легкое понимание, как будто она старалась заставить меня почувствовать себя чуть лучше.

— Нет, я не справилась, — чувствуя, как комок слез подступает к горлу. — Это катастрофа.

Все расступились, когда я вышла из зала, зная, что подкачала перед руководством, а ощущение безысходности накрыло.

К концу рабочего дня моё состояние осталось на уровне мусорной коробки... Даже не ведра. Я не могла сосредоточиться на делах, а мысли о провалившейся презентации настойчиво измывались над остатками собственной значимости.

Собрав вещи спустилась в ресторан, где вот-вот заканчивал свою смену Саша, стало легче, когда увидела того за барной стойкой.

— Как прошла презентация? — спросил он, развязывая фартук.

— Катастрафически-запоминающе и безумно унизительно. Не могу поверить, что так поджарилась. Я собиралась продемонстрировать всё, что так старательно готовила, и в итоге мямлила что-то невнятное.

— Ты не первая и не последняя, кто ошибается.

Он пытался меня поддержать, и я была ему очень признательна за это.

— Знаешь, это просто убивает. К тому же я не могу выбросить из головы, что произошло утром, — слова вырывались из меня, словно горящие угли.

Саша смотрел с искренностью и сожалением.

— Давай я сдам смену, и мы обсудим всё?

Согласно кивнув, я поднялась с места и вышла на улицу. Весеннее солнышко не спешило уходить в закат, однако оно более не грело мое разбитое сердце.

Вскоре вышел и Саша. Я всучила ему ключи от своей машины, так как не смогла настроиться и сесть за руль.

— Может, ко мне? — предложила я, не желая искать подходящее место для столь откровенной беседы. Соплями и слезами здесь не обойтись.

Мужчина понимающе кивнул и сел за баранку моего старенького «Пежо».

Всю дорогу я молча смотрела в окно, прикрыв глаза, а Саша не выдергивал меня из размышлений. На подъезде он остановил машину.

— Мы на месте.

— Давай напьемся, что ли?

Он слегка усмехнулся, и я знала, что этот вечер поможет мне как следует обдумать прожитый день и вернуть рациональность мышления. И вот мы разливаем уже вторую бутылку красного по бокалам. Я рассказала ему обо всем — о измене Дани и предательстве Альбины, о провальной презентации... В подробностях.

Он слушает, он пытается понять, он старается меня поддержать.

— Я просто в ауте! Не могу поверить, что Альбина поступила так по-скотски, а Данила — настоящий идиот, — качает Саша головой, его голос полон ярости и разочарования. — Ты должна была повыдирать Альбине все волосы и расцарапать лицо Дане! А квартира? Я бы на твоем месте вообще размолотил там весь ремонт!

Смотря на него, я вижу в глазах искренний гнев и желание отомстить за меня. И да, мне приятно, что я обжилась за свои почти тридцать таким другом.

Между нами раздаётся звук уведомления, и громкие дискуссии сходят на нет.

Беру телефон, читаю сообщение от Альбины под пристальным взглядом Саши, который спешно обновляет мой бокал.

— Она недовольна, что я не поднимаю трубку, и интересуется, всё ли у меня в порядке, — ухмыляюсь и делаю большой глоток, жмурюсь от терпкости.

Саша, слыша мои спокойные слова, уже готов взорваться от злости.

— Охренеть! — восклицает он, забирая из моих рук телефон и читая сообщение. — Она реально поступила как гнида, а теперь ведет себя как настоящая...

— Брось грязь, — забираю из его рук телефон и блокирую экран. Саша же меняется в лице, не понимает, почему не спешу раскрыть ей всей правды, но я объясняюсь: — Я не хочу спешить. Пусть она думает, что всё как прежде. Это будет нашей с тобой тайной, — тыкаю пальцем в грудь Саши и предупреждающе добавляю: — До тех пор, пока я не решу, что делать дальше.

По взгляду мужчины вижу — он хочет знать, как я собираюсь действовать. Я думаю несколько секунд, вздыхаю и затем отвечаю.

— Я не оставлю всё как есть, Саш. Я отомщу за предательство и заберу вдвойне все те вложения, на которые расщедрилась в отношениях с Данилом, в его квартиру, в ремонт. И Альбину я тоже не забуду.

Моя улыбка, видимо, стала зловещей, так как Саша меняется в лице.

— Она за это заплатит, я постараюсь, чтобы Альба пожалела о том, что познакомилась со мной. Пока что у меня созревает план для отмщения Дане, а с ней, думаю, повременить. «Что-нибудь» для неё не подойдет — не по статусу, — мечтательно закатила глаза, слегка покачиваясь: — Нужно что-то грандиозное.

Мне кажется, Саша немного напуган столь кровожадным настроением моего заявления, так как знает, что я редко прихожу к таким решительным выводам.

— Маша, ты уверена? Ведь это может привести к ещё большим проблемам, — он выглядит беспокойным, но голос звучит твердо.

— Знаю, Саш... знаю. Больше всего злюсь я на себя за свою наивность и доверчивость, за то, что не заметила раньше. Они так сильно унизили меня и сделали слишком больно. Впредь я не буду жалостлива.

До поздней ночи мы продолжаем обсуждать детали моего, пока что, не состоявшегося возмездия. Я строю планы, а Саша всячески дополняет их деталями и дает рекомендации, как грамотнее провернуть тот или иной шаг. Предложил даже проконсультироваться со знакомым юристом и дал номер адвоката, так... На всякий случай.

***

Будильник безжалостно нарушает утреннюю тишину, и его пронзительный звук кажется мне невыносимым. Я откидываю голову на подушку, пытаясь спрятаться от этого звукового ада.

«Маша, вставай», — говорю я себе, но каждая клеточка моего тела противится приказу. Голова готова взорваться от боли.

После долгих размышлений и уговоров я наконец решаюсь встать с постели. В комнате беспорядок: на полу валяется одежда, пустые бутылки и шоколадные обертки. Запах еды, нежно проникающий в нос, не помогает отвлечься от похмельной головной боли, а лишь усугубляет ситуацию. Подобные утренние «праздники» случались не так уж часто, но в этот раз всё казалось особенно запущенным.

Когда я вхожу в гостиную, то сразу замечаю, что здесь абсолютный порядок. В отличие от моей комнаты, здесь оказалось чисто, даже чище, чем вчера. На кухне замечаю Сашу, который во всю колдует над завтраком. Он стоит у плиты, оживленный, как будто не пил вчера вовсе.

— Привет, чудовище! — плюхаюсь на табуретку и подозрительно сужаю глаза: — Ты выглядишь так, словно вчера лишь подливал мне, а сам халтурил?

Саша бросает на меня взгляд, полный веселья.

— Пил, но в меру. Просто был уверен, что утром тебе будет плохо. Поэтому вот, держи: я приготовил завтрак.

На столе появляется омлет и тосты, но, глядя на них, я понимаю, что есть не могу. Вчерашняя попойка всё ещё крепко сидит в желудке.

— Я не смогу это есть, — пытаюсь объяснить. — Чувствую себя отвратно.

Мужчина смеется подсовывая тарелку. Его поддержка всегда была важной, даже когда я пыталась отдалиться.

— В таком случае ты будешь голодная, и я никуда не уеду, пока ты не поешь.

Разворачиваюсь к столу, и в этот момент Серёжа, начинает тереться о ноги Саши. Тот, замечая его, широко улыбается.

— А он-то, видать, тебя полюбил, — деловито озвучиваю: — Точно ли это я вытаскивала его из помойки полуживым?

Кот не слишком-то дружелюбен с чужаками, но Саша умудрился покорить его с первой встречи. В это время Серёжа, поглощая молоко из миски, как обычно, расплёскивал его языком по всей кухне, при этом мурлыча, словно комбайн.

— Ну Серёжа! Ты же не плотва, чтобы так расплескивать всё вокруг себя!

В этот момент мой телефон начинает разрываться от входящего звонка. Саша неспеша поднимается с места и направляется в комнату, позволяя мне прибраться за утопающей в молоке кото-сельдью.

— Серый, — шепчу ему, — помни, кто на самом деле тебя содержит и заботится о тебе! Трешься здесь обо всяких...

Когда Саша возвращается с моим телефоном и с неоднозначной улыбкой протягивает его, мне становится не по себе.

Я смотрю на экран — Даня.

Глубоко вздохнув, отвечаю на звонок. Мы сразу же погружаемся в привычный разговор, как будто ничего не случилось. Да и в принципе с его стороны ничего и не случилось. Всё как и всегда: я работаю до изнеможения, стараясь при этом контролировать процесс ремонтных работ в ЕГО квартире, оплачивать не только свои счета, но и счета за всё тот же ремонт, не забываю уделять внимание своему жениху, готовлюсь к свадьбе по всем фронтам. В то время как он пытается сдвинуться с мертвой точки в работе, закрыть личные финансовые дыры после спонтанной покупки автомобиля, помогает своим родителям присматривать за пожилым дедушкой, а главное — изменять мне с моей лучшей подругой!

— Привет, зайка! Как ты? — слышу его голос и на миг теряюсь.

— Привет, Дань, — отвечаю, стараясь сделать голос как можно более уверенным и спокойным. — Всё хорошо, а ты как?

— Куда ты пропала? — с ноткой недовольства. — Чат не читаешь, сообщения игнорируешь, трубку не берешь.

— Прости. Вчера была убита после презентации, и не получилось выйти на связь...

Я стараюсь говорить убедительно, не упоминая, что была с Сашей. У Данилы неприязнь к моему другу, основанная на его ревности, но теперь, зная о его изменах, никаких прежних чувств стыда не смеют выступать на главную сцену к кристально чистой совести.

— Понятно... Слушай, мне придется какое-то время ещё пожить с родителями. Отец вынужден уехать в командировку, а мама не справиться с дедом одна, да и за хозяйством приглядеть нужно в отсутствие бати.

— Ладно, — пожала плечами с ухмылкой на губах. Хозяйство? Три кролика, пять кур да петух — великое хозяйство! Ах да! Противная чихуашка и пара крыс — вот и всё хозяйство. — Раз надо, то оставайся.

— Так вот... — замявшись . — Дома до сих пор беспорядок. Сможешь взять это на себя?

Я едва сдержала смех, а пристальный и непонимающий взгляд Саши ещё больше подлил масла в огонь.

— Без проблем! Я вызову ребят.

Не знаю, почему я согласилась, но интуиция словно нашептывает.

— Если ты свободна на выходных, может приедешь? Побудем вдвоем...

— Приехать куда? — не сдержала ухмылку.

— Ну как куда... В дом к будущим свекру и свекрови, — будто маленькому ребенку объясняет. — Заодно мама хотела с тобой о чем-то поговорить, да и помочь с грядками надо бы.

Мой пристальный взгляд, полный искренней злобы, Саша расценил на свой счет и, медленно подняв кота на руки, словно собираясь закрываться им как щитом в случае атаки, отступил.

Это ж сколько наглости у человека просить о таком? Сжав кулаки и прикусив язык, я заставила свой голос звучать ласково и растянулась в ненатуральной улыбке.

— Ох... Где же ты был раньше? Почему не позвонил вчера?

— Я же звонил.

— Я имею в виду утром, когда проснулся. Я как раз ехала на работу, и мы могли обсудить этот момент.

С той стороны наступила пауза.

— К сожалению, у меня возникли трудности на работе, и я не смогу приехать, так что помоги Светлане Вениаминовне сам.

— Что?.. — не скрывая изумления. — Но ведь...

— Пойми и меня... Я всё же столько работаю для нашего совместного будущего и не могу подвергать себя рискам быть уволенной из-за грядок твоей мамы. Пусть попросит Дашу, в конце концов, она же её дочь.

— Ты ведь знаешь Дашку. Она такая неумёха. От неё больше вреда, чем пользы, — «как и от тебя», мысленно добавила я и сунула хрустящий тост в рот.

Приятный и нежный вкус пасты, хрустящая корочка...

— М-м-м... — закатила глаза, а Саша довольно разулыбался.

— Маш?

— Прости... Я должна успеть собраться на работу. Пока-пока.

В некотором смысле я сама позволила Дане слепить из себя идеальную половую тряпку под видом девушки в платье невесты.

— Молодец. Ты была очень правдоподобна. Только я не понял, при чем тут его мама?

— Видишь ли, — вытираю пальцем с уголка губ пасту из авокадо. — Его матери постоянно нужна помощь, и я, как будущая невестка, во всем должна ей потакать и помогать. Пока что, правда, не финансово, но к этому, чую, всё идет. Сначала кроликов им породистых разыщи и сведи с нужным человеком для покупки, привези ушастых, обустрой вольеры, а после ищи тех, кто купит выводок. А взамен ноль благодарности, лишь упреки, что люди не забрали ушастых по завышенной цене. Помимо этого по дому помочь надо, по хозяйству тоже, с закатками сразу к Маше, прополка грядок — Маша. А чуть что не так, Маша выслушивает нотацию, как нужно правильно жить, любить, работать, а главное — тратить!

Какое-то время Саша был в загрузе, но я не хотела продолжать мусолить данную тему.

— Раньше я на всё закрывала глаза, так как... любила, что ли. Но сейчас меня словно «бабка отшептала» от наваждения, и наконец я вижу суть этих людей. Хочется тепла, уюта и сочувствия, а не вот этого всего... Я правда думала, что он меня любит, как и его родители, но... Нужна им была не я, а Золушка на побегушках, работающая сверхурочно и дующая в одно место их сыночке-при-сыночке.

Саша слушал с сочувствием и неким шоком.

— Я попросту устала, а сейчас даже рада, что Даня изменял мне и что об этом стало известно сейчас, а не когда я буду ковылять с восьмимесячным пузом.

— Ты беременна?! — испуганно подорвался Саша. — А... Я понял. Это как пример...

— О боже... — закатила глаза и обошла мужчину, обнимающегося с котом. — Саша, иди собирайся.