Глава 34

На следующее утро сильный ливень за окном дополнял домашний уют атмосферной мрачностью.

Сладко потянулась, не спеша покидать постель. Рома спал рядом, крепкими руками обвивал меня, словно боялся остаться один, и выглядел он слишком беззащитным. Его спящее лицо казалось ещё более привлекательным, чем обычно. Я не могла и не хотела отрывать взгляда от его рельефного тела, тёмных волос, небрежно лежащих на лице.

Черт... Вот же угораздило его родиться таким красивым. Всегда думала, что красота ровно пластика, что настолько красивых людей быть не может, а если и может, то их интерес будет концентрироваться только на подобных себе.

Улыбнулась. Тем временем дождь барабанил по стеклам.

Как странно, что с таким лицом и в таком молодом возрасте у юноши оказался совершенно не юношеский голос. Временами он говорил тоном, которым в фильмах говорит викинг, а порой, напротив, он говорил так нежно, что мне хотелось раствориться в его бездонных серых глазах, как в океане.

Серёжа растянулся рядом, несколько раз чихнул и вновь засопел. Почему мне постоянно кажется, что они с Ромой чем-то похожи?

По привычке потянулась к телефону. Два пропущенных от Дани.

Когда я успела поставить телефон на беззвучный режим?

Нахмурившись, принялась читать сообщения в мессенджере.

23:48 «Ты дома? Я у тебя под дверью, почему я не могу открыть?»

23:52 «Маша! Ответь, всё хорошо?»

23:52 «Я волнуюсь».

23: 59 «Ты с кем-то? Там твой начальник?!»

А после полетели голосовые:

00:56 «— Прости... Нет, конечно. Я выпил лишнего, вот и несу бред. Ты же совсем не такая...».

01:31 «— Завтра встретимся? Давай я останусь у тебя. Посмотрим фильм, развлечемся? Я очень соскучился. Всё же я мужчина, или ты собралась мурыжить меня до первой брачной ночи?»

Я была поражена напором его сообщений. Я не помню, чтобы кто-то стучался ночью в дверь...

Когда я опустила глаза в надежде перекрыть неприятные эмоции более приятными, Рома уже смотрел на меня своими серыми глазами.

Не знаю, как объяснить, но в это мгновение я почувствовала, что сегодня кто-то из нас неизбежно возьмет на себя ответственность за всё то, что творится между нами.

— Привет...

Улыбаюсь и откладываю телефон, блокируя экран: — Доброе утро, как спалось?

Прижимается плотнее и, прикрыв глаза, еле заметно улыбается.

— Отлично. Готов проваляться с тобой в постели весь день.

Погладила пальцами темные волосы, тихонько ведя их к шее, где татуировка с изображениями мраморных ангелов простиралась вдоль его спины.

Мы не спешили, наслаждались моментом.

Недовольный рык и не менее недовольный «зырк» кота, которого, видимо, немного придавили, смотрел на нас с высокомерным выражением на морде.

— Ночью кто-то приходил. Стучал в дверь, но у тебя, похоже, не работает дверной звонок, — неожиданно произнес Рома, отчего я насторожилась.

Неужели...

— Наверное, твой жених. Он пытался открыть дверь, но был слишком пьян и не смог. Потом твоя соседка его прогнала.

Я замерла и вновь просмотрела последние сообщения от Дани.

— Ты поставил режим «без звука»?

Кивает.

— Да... Прости, я не хотел, чтобы ты волновалась из-за этого. Ты так крепко спала. Я понимал, что если проснешься, то навряд ли сможешь уснуть.

В какой-то мере я была даже рада такому исходу, но затем меня чуть ли не начало колотить, как гремучую змею. Я представила эту ужасную картину, где Даня явился ко мне посреди ночи пьяным и с чемоданом недовольных обвинений. И ладно, будь я одна, но если бы я спросонья забыла, что в моей квартире Рома, и впустила Данилу... Даже думать об этом не хочу. Нужно дождаться свадьбы и отыграться на нем по полной программе, может, тогда мне полегчает и я не буду чувствовать себя настолько паршиво.

— Ты злишься?

— Нет. Просто он впервые приперся ко мне под дверь и закатил сцену, — горько усмехнулась, — как бы сильно в прошлом мы не ссорились и как бы сильно он не косячил, это было впервые. А всего-то он увидел меня с моим боссом.

Рома нахмурился. Лицо стало сосредоточенным. Сосредоточенным на чем-то своем, но мне показалось, я заметила какую-то тень ревности.

Глажу его плечо: — Не смотри так. В конце концов, он мой новый начальник. И так уж вышло, что он привез меня в ресторан, где Альбина любит просаживать деньги Дани больше всего.

Сейчас реакция оказалась нейтральной, но я чувствовала давящее напряжение.

Улыбнулась. Взгляды встретились, и тут мы снова оказались в объятьях друг друга. Но, как всегда бывает в такие моменты, наше сладенькое утро прервал входящий звонок.

«Альбина».

Я вздохнула, желая заморозить время, но ответить было необходимо.

Жестом прошу Рому не шуметь и отвечаю слегка хриплым голосом. Сначала всё как обычно: приветствие, расспросы о планах, мелочи и прочая ненужная мне информация, а уже после...

«— Как вчера прошел день? Совсем пропала из виду! Как работа?»

— Всё отлично, и на работе всё лучше, чем могло быть.

«— Ясно-ясно... Даня вчера звонил мне».

— Зачем? — чувствую, как большая ладонь скользит по моему животу, приятно.

«— Искал тебя. Спрашивал, не у меня ли ты. У вас всё нормально? Ничего не хочешь рассказать?»

А рука всё ниже и ниже. Стреляю предупреждающим взглядом в наглеца.

— Да всё... Даня нервный какой-то. Вчера увидел меня с моим начальником выходящими из ресторана. Приревновал, чуть сцену не закатил.

«—А почему ты с начальником по ресторанам ходишь?»

— Как это почему? Нужно было обсудить несколько важных рабочих моментов. Я же его ассистентка.

«— И что ж он приревновал тогда? Сколько лет твоему начальнику? Даня же не с пустого порога бы завелся».

— Ты вообще на чьей стороне? — наконец-то возмутилась я. — Знаешь, Альба, последнее время ты словно не моя подруга, а его. Если я говорю, что рабочие вопросы, значит рабочие, — не желая слушать девушкины оправдания: — У меня куча дел сегодня, так что пока.

***

После душа какое-то время я стояла в ванной, всматривалась в отражение.

Вода стекает с мокрых волос, слегка припухшие губы, тон кожи улучшился. Теперь я не замученная панда. Даже настроение было волшебным.

Перебирая мысли о Роме, его улыбке, сердце наполнялось ощущением, что, возможно, не все потеряно. Он не только заставлял чувствовать себя живой. С ним я начинала чувствовать себя намного уверенней в себе. Возможно, всему виной разница в возрасте?

Приведя себя в порядок, я зашла в небольшую кухню, Рома же, причмокнув меня в макушку, занял ванную.

Утро действительно было особенным, но в то же время некое ощущение надвигающегося урагана настораживало. Я по-прежнему помнила о предстоящем разговоре с Даней.

Успехи на работе, время с Ромой – это контрастировало с пустотой глубоко внутри, где затаились обида и страх.

В этот момент раздался стук в дверь. Я замерла, сердце учащённо забилось, а в голове пронеслись воспоминания о пропущенных звонках Дани. На цыпочках подошла к двери, посмотрела в глазок, испуганно охнула и задрожала от волнения.

Мамочки! За дверью мама!

Черт возьми, что теперь делать? Всё, о чем я думала, это как бы ей не врать, но в то же время каким образом объяснить ситуацию? Хотя, может, это и к лучшему... Возможно, это шанс избавиться от всех тайн раз и навсегда.

Сравнительно быстро приняла решение и, вдохнув глубоко, открыла дверь, пытаясь скрыть волнение.

— Мама! — воскликнула, пытаясь навести на себя уверенность.

Она с широкой улыбкой зашла в квартиру, ставя сумку на новую тумбу, и принялась осматриваться.

— Привет, зайка, а что за новая мебель? Ты решила сделать ремонт?

— Не совсем... Просто решила немного освежить обстановку.

— Но зачем? Всё равно здесь будут жить квартиранты... — голос наполнился неуверенностью. Она посмотрела на мужские кроссовки, спортивную сумку и округлила глаза. — Неужели Данечка здесь? — испуганно взглянула на дверь в ванную, указывая туда пальцем. — Почему ты не сказала? Мы ведь с тобой разговаривали…

Я не знала, что ответить. Слова застряли в горле.

— Мам... Понимаешь... — пытаясь подыскать слова, но она затараторила от радости.

В тот же момент я осознала, что в ванной перестала шуметь вода.

— Мам, — подняв руки в останавливающем жесте. — Ты главное не волнуйся и выслушай меня. Я знаю, как это выглядит, но, пожалуйста, выслушай, ладно?

Женщина недоумевая уставилась на меня, хмурясь и нервно улыбаясь.

— Маш, ты меня пугаешь... Что с тобой?

И почему именно в этот момент дверь ванной открылась?!

В прихожей появился полуобнаженный Рома. Полотенце вокруг бедер скрывало «клубничное место», и, несмотря на то, что лица не было видно из-за того, что он вытирал полотенцем волосы, рост, фигура и татуировки ясно обозначали, что мужчина, покинувший ванную, не был моим женихом.

Я уставилась на мать с ожиданием, что сие зрелище очень её потрясет. И я оказалась права.

Лицо женщины побледнело от шока.

— О боже... Маша, ты изменяешь Дане... Как ты можешь… — схватилась за сердце и отступила назад.

— Мам, это Рома, — растерянно. Зачем я вообще их представила?! — Ром, это моя мама — Лидия Константиновна. Я не планировала вас знакомить, но раз так вышло…

Рома, не ожидающий такой эксплуатации своих «обнаженных» аргументов, застыл, медленно стянул полотенце и взглянул на маму. Я же мысленно отметила, что мама не упустит главного факта — разницы в возрасте между нами.

— О боже… — продолжала шокированно бормотать она. — Сколько ему лет?

Как в воду глядела...

— Совершеннолетний. И нет, я не изменяю Дане, — твёрдо.

Обескураженный юноша смущенно прикрылся вторым полотенцем.

— Как можно изменять тому, кто изменил первый и продолжает изменять?

— Что?! Маша! Ты в своем уме?! — мама была на грани истерики. — Как... Это невозможно! Даня бы...

Рома смотрел на меня с лёгким удивлением, в то же время я кивнула ему в сторону комнаты, и он тут же удалился под моим провожающим взглядом.

— Мам, у меня есть доказательства и…

— И по-твоему это выход?! Почему ты не посоветовалась со мной?!

Я растерялась.

— Мам, думаешь, это было в отместку?

— Именно так я и думаю! Мужикам свойственно ошибаться, но не женщине! Им забудут, а тебе — нет!

Я стояла в изумлении, не веря тому, что слышу. Но, несмотря на первичный шок, внутри бурлила острая необходимость вступить в спор с мамой и наконец-таки отстоять себя.

— Предлагаешь мне его простить? Закрыть глаза?

Женщина, полная решимости, видимо, собиралась сказать то, чего я слышать не хотела, но в последний момент осеклась. В воздухе повис лишь мимолетный вздох, и тогда-то я отпустила свой страх быть осужденной ею.

— Я отказываюсь так жить, — голос слегка дрожал, но в нем отчетливо слышалась сталь. — Я не собираюсь мириться с тем, что мужчина, на которого я потратила столько лет, будет продолжать вытирать об меня ноги. Лучше я стану мерзкой тварью для всех, чем буду мириться с этим!