Глава 19

На следующий день мы вернулись только к вечеру, потому как одна я бы не рискнула никуда являться, да и это было бы неправильно по отношению к Пете, а мужчина, работая до пяти, сумел уйти пораньше и забрал меня из дома, чтобы мы совместно поехали выбирать подарки для детей. Самый красный робот и самая синяя машинка были найдены сразу, а вот за придуманным мной фотоаппаратом мгновенной печати для Сони пришлось поездить по паре торговых центров, догадавшись найти всё заранее в интернете лишь во второй раз.

Поэтому-то мы ехали второпях – сегодня пришло уведомление, что опекунство нам одобрили, а значит завтра утром мы будем подавать заявление в суд.

- Сегодня более солнечно, - нашёл, что сказать, выходящий из машины Петенька, - самое время гулять после обеденного сна и полдника, - он помог мне достать из машины пакеты и захлопнул заднюю дверь, - надеюсь, что малышню не держат в комнате, иначе нам придётся приучать Ваню к садику, а там прогулки проходят по два раза едва ли не всё тёплое время года.

И правда отличный ранне-осенний денёк. Ни облачка на небе. Моя блузка тому подтверждением, не закрытая плащом как вчера.

- Я больше боюсь представить его реакцию на то, что мы попросим его сидеть почти целый день в таком же месте, как здесь, - призналась ему, - может лучше отвозить его к маме, как она и предлагала? Всё же это будет давить на психику ребёнка, который ещё не в школу будет хо… привет! – отвлеклась и помахала прижавшему носик к окну Ванюшке, едва не вопящему от счастья за стеклом, - мы идём! – указала ему на вход, - видишь? Мне кажется ему будет страшно от того, что мы его можем оставить тут или ещё где.

Петенька открыл мне главную дверь, хмыкнул и добавил:

- Нас ещё ждут поездки сюда какое-то время, пока не пройдёт суд, - он направился к столу для записи в журнале, - он привыкнет, и мы в этом обязаны ему помочь. Думаю, если объяснять достаточно часто и ездить первые дни с ним на пару часов адаптации, то всё пройдет не так уж и плохо, - мужчина хмыкнул и направился сразу в нужную сторону, - за Соню ты так не переживаешь, что вроде и понятно, но как-то кажется… неправильным.

Ещё вчера директриса нам объяснила где находится их приёмная комната, в которой теперь мы будем сидеть с детьми. Вчера их не стали волновать и отпускать из привычного места, а сегодня они и сами хотели идти проводить с нами время.

- Она кажется настолько стойкой и самостоятельной, что мне совсем не хочется ломать это её ощущение, будто она справляется со всем, - пожала плечами я.

Нас ждали ещё один коридор и воспитательница у нужной нам двери. Она поздоровалась в ответ и открыла нам проход.

- Это неправильно, Лесь, - Петенька напомнил мне пока мы были наедине, - ответственными взрослыми должны быть мы, а она ребенок, который не должен справляться сам.

Ответить ему я ничего не успела, потому как в едва открытую дверь на меня выбежал Ванечка, уткнулся распухшим сопливым носом мне в бёдра и продолжил в них реветь, удивив нескончаемо. Неужели я настолько могла запасть в душу мальчику, который так же общается с теми же работниками этого места, сестрой, ещё кем? Или… тут дело в том, что я говорила тогда только с ним и его сестрой? А может он чувствовал, как я уже начинаю любить его?

- Я подержу, - забрал у меня второй пакет посмеивающийся Петенька, - добрый вечер, Соня. Ты так тепло одета. Мы отвлекли вас от прогулки?

- Угу, - она следила за тем, как я поднимаю на руки её брата, - мы только собирались.

Говорила она как всегда тихо, уронив волосы на лицо и глядя сюда исподлобья.

- Тогда может умоемся и пойдём следом? – предложил мужчина, - или нам нельзя? Мы бы посидели отдельно, походили или нашли какую-нибудь лавочку, м? Что думаешь, Сонь?

Сегодня он более уверенно говорил с ней, а я продолжала гладить по голове уткнувшегося мне в шею мальчика и подбадривать:

- Отпросимся у кого-нибудь? – выглянула в коридор и наткнулась на так и стоящую там женщину, благо она давала нам побыть с детьми наедине, - можно?

- Не выходите за пределы территории, - кивнула она, - я буду следить из окна, но знайте, что вам такое позволяют только потому, что мы хорошо знаем Петра Алексеевича.

А как строго она говорила! Я не могла не улыбаться в ответ.

- Спасибо большое, - кивнула, - Ванюш, покажешь мне где у вас тут можно умыться?

- Давайте мальчики с мальчиками пойдут в туалет, а девочки смогут выйти спокойно, нас не торопя? – предложил Петенька, - что думаешь, Вань? Я тебе Лисю смогу заменить?

В ответ ему было поспешное мотание головой, немного испуганные глазки и впившиеся в меня пальчики.

- А на чуть-чуть? – продолжил тянуть руки Петя, - смоем слёзы и пойдём распаковывать обещанного робота, как тебе?

Отлично, судя по всему. Ванечка отстранился, едва ли не перепрыгнул на ближайшие руки и принялся задирать голову к лицу своего нового друга.

- Кх-гасного? – шёпотом и с замиранием сердца спросили у Пети.

Тот вышел с мальчиком в коридор и направился в сторону общих комнат, то есть в противоположную сторону от нас. Мы только и услышали от него ответ:

- Конечно! Ты же сказал нам все нужные качества, вот мы и выбрали с Лисей тебе всё, как ты хотел.

Я улыбчиво поправила пятнистую от слёз блузку, махнула так и сидящей Сонечке рукой и осталась стоять и ждать её робкие шаги.

- На улице достаточно тепло, так что можешь снять верхнюю кофту, - разглядела её толстую спортивную и обязательно чёрную ткань на плечах, - я, кстати, нашла тебе черный чокер красивый из бисера. Ты такое носишь?

Девочка остановилась возле меня и мотнула головой, ещё сильнее задёрнув замок под горло, будто бы я как-то задела её тем, что сказала что-то про её одежду.

- Я привыкла, - она сразу пошла следом, как это сделала я, - мне так нравится.

Вспоминать себя в её возрасте и свои первые попытки краситься было немного комично, но обязательно здорово.

- У меня в четырнадцать был набор косметики и вонючие, но любимые духи, - решила рассказать ей, предложив локоть для опоры, - не завидую моей маме, которая пыталась не показать свой смех от моих нарисованных бровей, но уверена, что сама, наверное, поступила бы так же. Или подумала о записи на какие-нибудь курсы по макияжу, что думаешь?

Она едва касалась моего локтя пальцами, но взялась, что было хорошим знаком. Мы снова возвращались в сторону парковки, но должны были свернуть до неё на тропинку.

- Я не люблю такое, - мрачно заметила Соня, - и не умею.

Так, в тему я явно не угодила. Хм. Что тогда?

- А что любишь? – решила пойти напрямик, - ты записывалась на рисование, но там было что-то не так, судя по всему. Думаю, мы могли бы потом поискать тебе художественную школу или секцию, которая точно понравится.

Мимо. Блин.

- Это тоже такое себе, - пожала плечами девочка, - н-но… - она смутилась, - дома у меня была укулеле, а с собой я её не взяла, да и… тут некогда и негде играть. Всегда кто-то… смотрит.

- Ух ты! – восхитилась я, - это я точно запомню, как и то, что лезть к тебе с просьбами поиграть не нужно.

Здесь я добилась её хмыка. Это было отлично, как и то, что навстречу нам попались длинные двухместные качели, на которых можно было посидеть. На них я и указала той, кто уже начинал вступать в подростковый возраст обеими ногами.

- Старшая сказала, что вы… серьёзно настроены, - Соня явно повторила за кем-то, - правда думаете, что я вам нужна?

А вот и сложные вопросы.

- Я в этом уверена, Сонь, - села рядом с ней, немного раскачав от этого цепи, удерживающие сидение, - вы с твоим братом очень сильно понравились нам с Петей, и мы хотим забрать вас жить с нами. Я понимаю, что вам будет тяжело, но мы справимся, клянусь.

Она мотнула головой.

- Не понимаете, - снова склонила голову так, чтобы волосы упали на лицо, - вы хотели одного моего брата, а тут я, которая… снова всем мешает.

Мое быстрое мотание головой она точно должна была заметить – мне было жутко знать, что она может так думать.

- Совсем нет, Сонь. Мы… ехали, не зная кого хотим, а после увидели вас и поняли, что так всё и должно быть, - не знаю насколько правильно, но я положила свою руку на прохладную её, - то, что вас двое - прекрасно, как и то, что второй ребёнок именно ты. Мы тебя очень сильно хотим к себе, Сонь. И очень просим дать нам шанс.

Струящиеся по её щекам капли блестели на солнце. Я пыталась не дрожать голосом.

- Ваш этот… муж сказал мне вчера то же самое, н-но… - она выпрямилась, рывком стёрла слёзы, но голову поднимать не стала, как и смотреть на меня прямо, - мне как-то… вы правда не скажете, что я… не такая и-и вы… я буду помогать и делать… что скажете, только… мне страшно. Сильно…

Пальцы сжались на её, и я тоже принялась реветь, продолжая путаться в мыслях вслух:

- Сонь, я тебе клянусь, что мы никогда тебе не то, что не скажем, но и не подумаем, что ты какая-то не такая. Ты такая, какая нам нужна! Ты хорошая, добрая и нужная нам девочка. Ты… помогать это очень похвально, Сонь, но давай сперва подумаем о том, чтобы сделать твою жизнь комфортной. Давай попробуем привыкнуть друг к другу, понять, побольше говорить и делать что-то вместе? Мы с Петей очень сильно хотим детей, вас с Ваней. И мы будем делать всё, чтобы вы хорошо жили, чтобы вы радовались, играли, чтобы у вас было всё нужное. Веришь мне? – дождалась её смурного кивка, - давай тогда сейчас не будем плакать, а подумаем о чём-то хорошем? Я тебе не только украшения приглядела, но и, вчера же обещала, помнишь?

- Куклу? – немного заинтересовалась она, - вы правы. Это… кринж.

То есть я была права! И в выборе подарка, судя по всему, потому что при виде протянутой ей коробки с фотоаппаратом Соня вытянула лицо и точно немного побелела.

- Правда мне? – не поверила она, - это же дорого.

Мне пришлось класть его ей на колени, потому что она не спешила тянуть руки и брать у меня что-то. Но мелкий ступор она у меня вызвала именно своими словами.

- Нет разницы сколько это стоит, если оно теперь твоё, Сонь, - продолжила копаться в пакете, - так, это Ване, а вот остальное… я не смогла удержаться и набрала много мелочей, которые попались на глаза. Думаю, тебе что-то точно пригодиться, а что-то отдашь подружкам или выбросишь.

- Выбросить?! – вот теперь она вскинула на меня круглые глаза, - д-да я… н-никогда бы не…

Я пожала плечами и поставила локоть на спинку качелей.

- Это и правда мелочи, Сонь. Нам ещё предстоит столько всего купить для тебя, когда ты переедешь домой. К школе и просто так, - я дёрнула губами от того, как девочка аккуратно сунула коробку в пакет, а после прижала его к груди, продолжая разглядывать землю перед собой.

- У меня всё есть. И школьное, и вообще… - снова подняла на меня взгляд, - мне не надо.

Она так уверенно говорила, что я себя чувствовала потерянной.

- Красивых тетрадей и ручек много не бывает, - вроде как должна была объяснить ей.

А заставила только нахмуриться.

- У меня, например, есть любимая с помпоном розовым на конце, - увела тему подальше от слёз, - можем и тебе такую же купить.

О чём я говорю вообще? О ручках? С ребёнком, который потерял родителей год назад, а после был отдан бабкой сюда. Какие ручки, Олесь?

- Мне ничего не нужно, правда, - её глаза стали наоборот просящими, - т-только… а вы правда не передумаете?

Мне даже подумалось, что их уже мог кто-то пытаться забрать, если у неё такая реакция. Но нет – мы вчера видели их карточки и нам стало понятно другое: бабушка вернула. Передумала именно она.

- Правда, Сонь, - заметила шагающих к нам мальчиков, - и мы с тобой ещё поговорим про то, что ты хорошая девочка, а значит тебе нужно много хороших и красивых вещей, - хмыкнула, - Петя точно завалит тебя и брата покупками, когда перестанет стесняться и поймёт, что именно тебе нравится. Да, Петь?

Первым подбежал к нам именно Ванечка, ловко забравшись между нами и потянув на себя пакет у сестры. Та нахмурилась и прижала его к груди сильнее. Мне же пришлось отвлекать его на перекочевавшую в его ручки игрушку. Это мальчишье гортанное «Ах!» прозвучало так резко, что его не услышал только не дошедший до нас мужчина, чтобы затем получить хрипло-взвизгнувшее:

- Х-гобот! Г-хасный! – так же как сестра, разглядывая его в упаковке, но не вынимая.

С этого момента я начала догадываться о том, что им и в семье раньше таких подарков не делали. Не зря же они так хранили свои новые вещи и даже друг другу их отдавать не желали.

- Вань, хватай своего робота и пойдём вон туда на лавочку распаковывать и играть, - Петя сноровисто стянул мальчика за руку ногами на землю и повёл в нужное ему место, - у нас там мальчиковые дела, да? – он широко улыбнулся, - а ещё тебе Лися не отдала машинку, которую я лично выбирал. Достаём?

Теперь оттуда раздавался ещё более восхищенный визг. Удаляющийся, что давало немного «девчачьего» спокойствия нам.

- Ему тоже можно только одно что-то и всё, - буркнула себе под нос Соня, - хотя мы бы и без все этого… обрадовались.

Я забросила ногу на ногу и снова немного нас качнула. Тут было невероятно красиво.

- Мы завтра поедем подавать заявление в суд на опеку, а послезавтра привезем ещё что-нибудь вкусное, что нам разрешит ваша заведующая, - решила рассказать ей, но тайно приложила к щеке ребро ладони, - так что говори сейчас, что проносить тайком.

Соня окончательно скисла, а после усмехнулась и выдала:

- Знаете почему он к вам так побежал и ждал вас со вчера? – на меня поглядели тёмные глаза в обрамлении светлых ресниц, - вы похожи на маму. Цветом волос и глаз, немного выражением лица… - она будто сглотнула эти слова в конце, - но только вы добрая, - её губы задрожали, а сама она едва слышно произнесла, - или подлизываетесь.

Звучало конечно же невероятно приятно и как-то… волшебно, что ли! Сам факт того, что я похожа на «маму», любую, будь то какую-то абстрактную, было моей мечтой.

- И то, и то, Сонь, - сказала ей правду, - я очень хочу подлизаться. И я добрая, - кивнула, - но мне интересно. Прости, что я в это смею лезть, однако… твоя мама не было доброй?

Странно, но девочка и глазом не повела от этого вопроса. Скорее спокойно пожала плечами, как-то безэмоционально задумалась над ответом и выдала:

- Она была обычной. Папа часто злился даже на Ваньку, но она была как у всех.

Я клянусь, что вылетело само:

- Безразличной?

Стоило бы шлёпнуть себя по губам, но девочка задумалась и кивнула.

- Ко мне – да, а брата она любила, - её глаза упали на уголок коробки, торчащий из пакета, - мне всё равно, если вы думаете, что я буду плакать из-за родителей. Сперва было страшно, а сейчас нормально. Дома я была с братом в комнате, а теперь с другими девочками. Мне страшно только за него, но сама… - она подняла на меня глаза, - я не кажусь вам плохой?

Я помотала головой.

- Все по-разному проживают горе, Сонь. И для одних что-то кажется совсем катастрофой, а для других страшным, но преодолимым, - заглянула в её глаза, - ты не плохая. Ты ребёнок, который считает себя ответственным за другого ребёнка. Ты очень сильная, Сонь. И я хочу научить тебя расслабляться и думать о себе. Но нам для этого нужно много времени и доверие.

- Я вам верю больше, чем той… психологу, которая сказала мне побольше плакать, - она потёрла нос рукой, - я так никогда ни с кем не разговаривала. Вы… так много обещаете.

Неужели я этим и правда сумела её раскрыть перед собой? Не настолько же она забитый ребёнок, что маленький кусочек ласки помог настолько ей успокоиться. Или тут дело в том, что я внешне похожа на маму?

- Плакать нужно, когда хочется, Сонь, - подтвердила ей, - и вообще делать то, что не хочется, нужно только если ты хочешь получить какой-то результат. Учить уроки, чтобы быть умной и закончить школу. Проводить уборку, чтобы было чисто и приятно. Но плакать, радоваться и улыбаться только когда хочется.

Девочка отвернулась от меня, кивнула и немного задумалась, будто и не глядя никуда.

- А ваш муж тоже хороший, как вы? – сыпались от неё вопросы.

Мне оставалось только покачиваться, разглядывать её немного грустный профиль и слушать громкую болтовню мальчиков на фоне.

- Он лучше, Сонь. Уверена, что человек, который сделал для меня кучу всего хорошего, будет так же стараться и для тебя, - и добавила, - именно он предложил приехать сюда и найти вас с Ваней. И он сразу подумал взять вас двоих. Как и я. Мы поняли это, не сговариваясь.

Она не молчала и секунду:

- И у меня будет отдельная комната? Он вчера так сказал.

Её глаза были обращены на меня со всем возможным вниманием.

- Да, комнаты у вас с братом будут отдельные, - улыбнулась, - я вчера немного прибралась там. Подумала купить тебе другую мебель, но мы её вместе будем выбирать, чтобы было честно, да?

Она мне не ответила. Не знала, что сказать, или думала, что это риторический вопрос – не знаю. Но я точно смутила её этим, может даже чуть-чуть заставив сомневаться, если судить по выражению лица.

- Я умею убираться, всякое по дому делать, немного готовить, но только если вы сама скажете как и что… - неожиданно начала она.

Я аж опешила от того, как это резко произошло.

- Думаю, у нас и так много помощников, Сонь, - остановила её, - давай обсудим такое, когда мы вас привезём, вы расположитесь, успокоитесь, привыкнете немного, ты начнешь ходить в новую школу, там тоже освоишься. Я же понимаю как тебе сложно, Сонь. Не переживай, ладно? Я от тебя не требую вообще ничего. Только говори, если что-то не так, понимаешь?

Дождалась её кивка и относительно расслабилась. Девочка и правда была немного забитой. Но честной и открытой, если она кому-то доверяет, а это было прекрасно.

- Иг-хать подём?! – подбежал и шлёпнул меня по коленке машинкой Ванечка, - у нас там дх-гака г-гоботов пх-готив пх-гишельцев!

- И вы нас позвали только сейчас? – деланно возмутилась, ощутив едва ли не трескающую лицо улыбку, - Соня, вставай! Мы с тобой явно пришельцы, если они роботы! Узнаем ещё кто кого!

Девочка тоже хихикала все наши шаги до их лавочки, а после и всё то время, что мы провели вместе в тот вечер. Один из первых замечательных вечеров, как и прорва остальных позже. И если прощание с вымотавшимся мальчиком было немного слезливым и снова с клятвами и обещаниями, то когда мы проводили до нужного здания Соню, я предложила ей обняться. А она робко сделала это сама. И совсем не ожидала, что поверх нас будет обнимать Петенька.