Глава 20

Через пятнадцать дней от нашего первого приезда в дом малютки дети ехали на заднем сидении в первый раз. Даже обычно говорливый и веселый Ванечка в автокресле ёрзал и редко глядел в окно, больше рассматривая подбадривающего всех Петю.

- Сегодня располагаемся, привыкаем к квартире, немного играем вечером – я подготовил настольные игры и паззлы, а вот уже завтра будем думать о всяких садиках, школах, кружках, работах и всём остальном. Кто за?

- Все, - ответила я одна, - Вань, тебе неудобно или ты сам по себе ужиковый?

Соня подняла глаза от телефона и немного поджала губы.

- Сиди спокойно, - строго произнесла она.

Мальчик притих вмиг, что мне как-то совсем не нравилось.

- Сонь, а вдруг ему и правда что-то не так? – мужчина не стал поворачиваться к ним, но был солидарен со мной, - Лесь, проверишь? Я остановлюсь.

Первая же парковка выпустила меня наружу, а вытянувшему свою проблему с улыбкой мальчику была отрезана этикетка на новой кофточке. Как я это делала маникюрными ножничками тот ещё вопрос, но как вышло.

- Говори мне, если что-то не нравится, - объяснила потянувшемуся обниматься Ванечке, - или папе.

Про последнее немного смешно вышло. Эти метаморфозы с «Питя» до «папа» в языке четырёхлеток происходили максимально весело. Кем мужчина только не был, в то время как я оставалась Лисей вовек. Только директриса, когда нас провожала, сказала «слушаться маму Лисю», вот он теперь и раздумывал над этим, судя по всему.

- Может в этот тэ-цэ и зайдём? – предложила всем, - нам всё равно кучу всего надо домой, а ещё как минимум вкусняшек детям и по мелочи. Ты говорил, что шампунь вроде детский забыл купить, а нам с Соней всякое личное нужно собрать.

- И тх-гактог-х! – подпрыгнул на месте отцепляемый мной Ванечка.

- И трактор, - подтвердила я, беря его на руки.

Вот за это Петенька так отчаянно на меня ругался, что пришлось опускать ребёнка на землю и брать за руку, пока меня не принялись учить, что женщинам носить тяжести запрещено, а мне вообще ничего тяжелее ложки нельзя поднимать. А я лечилась! У меня даже месячные в этом месяце на этом лечении нафиг закончились, на радостях видимо. До этого всё прекрасно было, пусть и неправильно, как было понятно – без яйцеклеток, а тут похоже терапия заместила всё, что могла.

- У меня старый шампунь не закончился, - Соня тоже едва не влипла в меня, - можно меня тоже за руку?

То, как эти двое начинали цепко хвататься за нас при приходе, стало обычностью. Не знаю как Петя, но я была в восторге.

- Мой локоть подойдёт? – предложил последний, - и один шампунь это так себе, два – пойдёт, а три уже нормально. Да, Лесь? Семь штук вряд стоит! Учись, Сонь. Или думай как маму твою побороть – давай тебе сразу двенадцать банок, чтобы она завидовала, а?

У него легко получалось с ними шутить. Они сразу начинали похоже улыбаться.

- Там половина маски и бальзамы, - парировала я, - вот и тебе сейчас такого накупим, да, Сонь?

Тоже интересный факт – если она что-то хотела, но стеснялась сказать, то в ответ она жала плечами. Как сейчас.

- А мы пока пену себе для ванны поглядим и понюхаем, - сам поднял не успевающего за нами мальчика Петя, - и трактор поглядим заодно. Вдруг он в хозяйственном найдётся идеальный, да? – он мне кивнул и напомнил, - и ещё Плюш вчера твоё полотенце в унитаз с сушилки уронил.

Напомнил, блин. А я так мечтала об этом забыть. Вот прям сразу в воду и всей поверхностью. Я решила постирать и определить это полотенце в отдел тех, что для ботинок, а лучше сразу для подъезда.

- Я как раз хотела новое, - перехватила девочку за руку, - он просто подгадал и поторопил, - попыталась пропустить Соню в раздвижные двери первой, но поняла, что она пойдёт только следом за мной, - но я с интернета закажу, как и остальное по мелочи. Да, Сонь? Мне не очень нравятся твои носочки и швы на них, так что мы и бельё новое приглядим, и другую одежду, но с ней надо на выходных будет съездить в офлайн магазин. Что думаешь?

Девочка думала, что я в край ку-ку, судя по выражению лица. Она на секунду с паникой поглядела на Петеньку, а после покраснела и устремила глаза в пол. А я начала догадываться.

- И кроссовки, - подтвердил мужчина, - обоим. Иначе у меня глаз дергается от вида этого некачественного китайского ширпотреба. Там же можно и с носками разобраться, - он указал на спортивный магазин.

Дорогущий, если что, но я тоже как-то не особо была рада видеть эти странные тряпочные обутки на ногах малышни, и назвать по-другому эти тапочки было нельзя.

- Это ты ещё не вспомнил, что нам школьную форму шить, - я едва не запищала от удовольствия, - я по картам вчера поглядела, рядом есть отличная по отзывам мастерская. Думаю, к ним сходим. А блузку закажем или поглядим как-нибудь, да, Сонь?

- У меня всё есть, зачем… - она в такие моменты сжимала мою руку так, будто я должна была её отпустить.

Взмокревшие пальчики выдавали её волнение, как и ещё более опущенная голова.

- Будет два комплекта значит, - Петя пошлёпал по её плечу, - вы оба быстро растёте. Считай на полгода, а после менять, - он указал на магазин, - семья, за соками сразу шагаем, иначе через пять минут будет: «Я пить», «Я писять» и другие вмиг возникающие идеи. И нет, шоколадки мы берём после походов по хозяйственному – зайдём сюда на обратном пути.

Я хихикнула.

- А у меня тоже пить и писять сразу, можно мне в туалет и газировки? – рассмеялась для него.

Шутка вышла из-под контроля, потому как Соня дёрнула меня за руку и прошептала:

- Я с вами.

А Ваня увидел стойку у кассы и разбил Петенькины мечты о спокойном походе без вымазанных шоколадом мосек:

- Ицо! Папа, ицо! Ицо, ицо, ицо! – подпрыгивая на руках с горящими глазами.

- И почему я не удивлён? – хмыкнул мужчина, - но компенсировать будем полезным соком, а не чем-то пузырьковым, - они встали у стойки и начали выбирать из коробки со всей внимательностью, - с динозаврами или рыбами? Лесь, салфетки захвати.

А я уже прижала пачку к груди, уводя дочь к сладкому, но без сахара. Мы-то знали, что Петенька несправедлив к пакетированным сокам. Там из полезного только разве картонка.

- Сонь, а давай ты меня тоже как брат на «ты» будешь называть? – наклонилась над полкой, - возьмём на двоих вот эту бутылку и хитро заставим папу нести её?

Девочка пожала плечами. Значит согласна, это хорошо. Я протянула ей попить сразу, чем она и воспользовалась.

- Мне пока страшно, - призналась она, - и… стрёмно от того, что вы такие хорошие и всё нам покупаете. Хм. Или говорите, что купите.

Я поправила её прядку за ухо, приняла бутылку, тоже глотнула и закрыла побыстрее, разглядывая милую детскую стеснительность.

- А мне наоборот к-хм… «стрёмно» наслаивать на тебя кучу одежды, которая будто мне только и нужна, потому что я тебя как куколку хочу одевать, - удивила Соню окончательно, - поэтому давай договоримся – ты первое время думаешь, что я пристала, а я с Петей опять выдумали что-то и да – пристали.

Она подняла на меня влажные глаза и мотнула головой.

- Вы бы знали, как круто, что вы пристаёте, - конечно же надула губы и покраснела щёчками, - мне всё ещё не верится.

Вторая прядь ей за ушко моими руками. Сложно было признаться, но мне хотелось гладить её по голове и снова обниматься, как мы делали каждый вечер, когда уезжали от них прошлые дни. Но тут было что-то другое, если я не сдержалась и сомкнула руки за её спиной первой и без спроса.

- Мне тоже, Сонечка, - погладила-таки её спутанную макушку, - но это всё правда, а мы теперь вместе. И-и… у нас всё хорошо, поэтому возьмём на вечер ещё перекус какой-нибудь потом, потому что у нас снеков к настольным играм совсем нет.

Остались только конфеты, что Ксюнька привозила, но в чём толк жевать одно сладкое весь вечер?

- П-простите, что я спрашиваю… - девочка совсем прошептала, - н-но… я не прошу, если вам не удобно, а скорее просто спрашиваю, так ш-что… п-пожалуйста, а можно мне в старую школу? В к-которую я год назад х-ходила? Там просто… нормально, так что…

Она боялась поднять на меня глаза и немного потрясывалась.

- Конечно можно, Сонь, - отстранилась от неё, но продолжила держать за руку и глядеть в опущенные к моей блузке на груди глаза, - у тебя там подружки, да? А мы с Петей и не подумали о таком. Спасибо, что сказала, иначе мы бы не догадались, - указала ей на до сих пор выбирающих шоколадные яйца мальчиков, - только будь готова к тому, что тебя утром будет отвозить кто-то из нас, а обратно нужно будет ехать на автобусе одной. Мы тебе всё объясним и сами съездим пару раз, но потом так не получится – мы оба будем на работе, а тебе очень далеко ехать, как я поняла. Минут тридцать точно.

Девочка впервые так широко улыбнулась для меня, едва не подпрыгнув на месте.

- Спасибо вам огромное! Я… правда спасибо! Я всё что угодно… фу-х. Меня там правда ждут, а подруг больше нет, вот и… - она как-то сурово потёрла себя сперва по одному глазу, потому по второму, чтобы добавить впопыхах, - я вас обожаю.

И смутиться, как же без этого.

- О, я тебя тоже люблю, Сонь! – выпалила не менее эмоционально, - почему бы я должна была тебя заставлять ходить куда-то, куда ты не хочешь?

Всё, большего она выдать и не смогла бы, светясь всем лицом и глядя себе под ноги молча. Надо же, а я думала, что знаю чем её порадовать. Вот он и ответ, насколько я близка к молодому поколению, угу.

- Что тебе такого мама купила, что ты такая счастливая? – завистливо встретил нас Петенька, - я тоже так хочу!

Он сунул под нос Соне такое же шоколадное яйцо, выпрямился и пошёл к кассам, продолжая нести уже измазанного сладостью Ванечку на руках. Последнему кроме игрушки уже ничего не нужно было.

- Ты знаешь где находится старая Сонина школа? – спросила у него, тоже подходя к кассе, - я по картам погляжу как ехать, а потом решим кто как будет возить её утром.

Девочка аж глаза отняла от сладкого, ожидая его решения. Словно он мог ей отказать.

- Я и буду, получается, - он показал выпрямленный штрихкод от яйца кассиру, - пара кварталов от нашего главного. Могу подстроить обед под время, когда забирать.

Сонино лицо совсем вытянулось, она явно ждала другого.

- О-обратно же на автобусе вы сказали, - Соня глядела на меня.

Я пожала плечами.

- Мы же на разных машинах, солнце, - не успела достать карточку для оплаты, - если он сказал, что ему удобно, значит он будет возить. Мне казалось, что нужно это попеременно делать, а тут вышло вот так. Значит я буду заниматься адаптацией в садик для Вани по утрам.

Мальчик в этот момент болтал ножкой и пытался ставить своего динозаврика на плечо папы. А мне резко вспомнилось о салфетках. И том, что грязные мордашки детей новоиспечённых мамаш умиляют, но совсем при этом никого не красят.

- Может быть, когда привыкнешь, и сама сможешь, но на первое время я не отпущу, - обернулся к ней Петя, - я переживаю, Сонь. Уже сейчас. Поэтому уверен, что ты привыкнешь, а я не буду бояться, что ты заблудилась или ещё что.

Она нахмурилась, а на меня какое-то озарение дошло отчего так:

- Если захочешь погулять после школы, то скажи откуда тебя забрать потом, - правильно догадалась, она кивнула.

- Но мне следует написать где ты, - Петя хмуро ступил на эскалатор, - иначе я буду названивать и всеми силами тебя искать.

Он был отличным папой, как по мне. Таким ответственным, мягким и стойким, что я не смогла бы удержаться – шагнула на его ступеньку и прижалась губами к немного колючей щеке. Дети от этого вмиг замерли и принялись хлопать на нас глазками.

- И, кстати, - Петя в отличие от меня поведения детей не заметил, - нас ждёт покупка личных компьютеров в ближайшее время – вот, что выйдет сложно и накладно. Я своим пузатеньким ноутбуком делиться не буду, иначе дети мне все документы играми своими забросают, а после мы будем гадать кто мне всё поудалял нечаянно.

Он говорил так счастливо и довольно, что и малышня на него отвлеклась с тем же настроением.

- Я пока своим не пользуюсь, так что можно было бы Соне на первое время его, а потом лучше стационарный купить, они точно мощнее будут, да и удобнее, - больше вслух пробормотала.

Стоило нам подняться на второй этаж, как я сцепилась и с Петей, ощущая себя полноценной семьей от сразу двух крепких рук, сжимающих мои.

- Туалет там, - показала мне Соня, напомнив про то, от чего я отвлеклась, - и можно я с вами… на личную тему поговорю. П-потому что… живот немного болит.

Она покраснела, а мы переглянулись с Петенькой, после чего тот развернулся и прокомментировал:

- Минут через пять будем, а вы пока бегите куда вам надо, - он встал на верхнюю ступень и добавил, - никаких тогда походов, Лесь. Съездим позже, а ребёнка мотать не будем.

А нас же предупреждала воспитательница из Детского дома, когда мы грузили в машину Сонины вещи. Я ещё тогда подумала, что девочка бледная, но вроде улыбается даже, вот мне и показалось, что всё хорошо.

- Значит точно надо всего вредного купить, но уже у дома, да? – открыла перед дочерью дверь, - и спасибо, что сказала. Пришлось бы на ночь глядя папу посылать в круглосуточный.

Ей от этого совсем стало нехорошо. Так или иначе, отвечать она мне не планировала. И не стала, даже когда я принесла ей от отца Ксюньки все нужное. И как же я была рада, что подруга приучила его к своей особой капризности и вредности. С Соней нам двоим будет несказанно легче.

***

Следующую неделю мы отпрашивались по очереди через день, оставаясь по одному с малышнёй и их привыканием к новому дому. Соне было крайне сложно – мы предусмотрительно разделили детскую и взрослую ванные, оставив нашей ту, что выходила из нашей спальни, но вот остальное… Она сперва не закрывала дверь в свою комнату совсем, лишь на второй день получив от меня отмашку, что если ей хочется закрыться и даже иметь шпингалет, то он будет там уже вечером. Вот с этого дня она и не открывалась, не выходила в общие комнаты, быстро ела, осуждала своего крикливого брата и бежала прятаться себе в норку, из которой мы её звали стуком пару раз за сутки.

Зато с Ваней было проще некуда – стоило нам открыть перед ними дверь в первый же день, как нам пришлось его ловить и разувать, потому как ему было интересно всё и враз. Диван, кот, комната, в которой он не спал и ночи, кухня, книги и в особенности теннисный стол. Последний был облазан вдоль и поперек, помыт трижды, изгваздан всем подряд, сложен Петенькой, беспокоящимся за жаждущего навернуться с высоты мальчика, а после поставлен обратно мной, по той же причине.

И если со мной Сонечка выходила на обеды с завтраками, то при Петиных днях он пытался ещё и вытянуть её на просмотр мультиков, общие игры и прогулки, которые всегда у них заканчивались мороженым и, неожиданно, роликами. Как он выдал и обул в Ксюнькины розовые ботиночки нашу стесняшку - понятия не имею, но она и со мной могла выйти и предложить прогулку на колёсиках.

А я всё это время думала, что мне будет легче с ней, угу. Наш папа умудрился параллельно свозить двух испуганных рёв на диспанцеризацию, один раз в игровую комнату всё там же в тэ-це, а ещё дважды сводить Ваню к логопеду, а его сестру к зубному. Я в свою очередь больше занималась покупками и другими обязательными радостями. Например, мы записались в школу и садик, выбрали новые костюмчики и сарафаны для того и того, обнесли канцелярские магазины и даже в пятницу сходили все втроём в детский сад, где Ванечка играл только со мной, игнорируя то, как внимательна к нему воспитатель.

Однако понедельник у них и не задался, потому как Петенька понял насколько сложно нам будет с адаптацией мальчика, шагающего за ним с уверенностью, что его в этом месте не оставят даже на минутку.

- Я дома, - закрыла за собой дверь и поставила пакеты на диванчик, чтобы наклониться для разувания и получить сразу прорву поцелуйчиков в щёку от прибежавшего с визгом сына, - я тоже по тебе соскучилась, Ванюш. Как у вас дела сегодня? Папа сказал, что садик тебе не понравился, расскажешь почему?

Вот с логопедом они уже завели дружбу, не то чтобы в похожем на приют месте, блин.

- А ты купива мне ищо кас-каски? – мальчик ещё и ногу на меня поставил, - папа те изг-хисовал!

Его умение забираться мне на плечо и висеть там головой вниз, пока я шла сбрасывать его под веселый визг на диван, стало традицией. И это не считая, что после начинается какое-то безумное целовально-щекотальное бесилово, кое у меня всегда было воплощением щемящей любви.

- А потом она будет ворчать, что он балуется полночи, - зевнул сидящий на том углу дивана мужчина, - тёть-Лесь, он сегодня спал опять плохо, а ты его сильнее мотаешь.

И это он ещё не сказал как долго малыш вчера качался на качелях у себя в комнате. Я залезла и прицепила крюки на стенку для лазания, а Ваня просёк, что если сильно раскачаться, то можно весело плюхаться попой на мягкий толстый мат на полу и хохотать, пока мать с отцом нервный срыв и инфаркт себе зарабатывают.

- Я маму завтра привезу, Петь, - развалилась под скачущим на мне мальчиком и поглядела на мужчину, - у меня нет больше возможности брать отгулы.

- Значит садик пока отменяется, - он сел ещё более прямо и нахмурился, - Сонь, ты доделала математику? Помощь всё ещё тут.

О, они делали уроки. Как замечательно, потому что в отличие от меня Петенька помнил как всё это решать, а я как заглянула в учебник восьмого класса, так у меня всё и выветрилось мгновенно. Зато я вчера писала с ней сочинение на сегодня, что мне и самой до сих пор нравится.

- Да не буду я решать эту гадость! – понуро шагнула из своей комнаты девочка, - она меня бесит, и я спишу лучше завтра!

В её руках была тетрадка, а вчера мне было сказано, что я странная, если хочу ей помочь с учёбой, потому что раньше её родителям было все равно. Причем я не стала говорить ей, что слежу за её успеваемостью, в то время как Петя ей целую лекцию прочитал о том, как важно много знать и куда-то стремиться. Ну а я же мать правильно, вот мне в то мгновение показалось, что он на неё давит, из-за чего дети разбежались по комнатам при первой же фразе о правильном воспитании. А мы на рассыпную отреагировали разговорами, из-за чего они с Соней пришли к выводу, что папа будет помогать ей с задачками, а она взамен будет стараться. Но и вчера её тихий характер позволял ей психовать и зачеркивать половину черновика, когда мы с ней писали литературу.

- Ты не будешь решать гадость, мы будем, - подтвердил Петя, - давай я объясню ещё раз, а после мама тебе расскажет отчего она так хитро улыбается.

Соня в отличие от успокоившегося у меня на руках брата только улыбнулась мне и поприветствовала:

- Привет. И я знаю, что там, - она смутилась и подала тетрадь Пете, - ты же сама мне подключила свой аккаунт, а сегодня уведомление было, что всё пришло.

Хитрюга какая. И ничего от неё не скрыть. Пришлось за это погладить её по косичке, когда она плюхнулась рядом и глядела с вниманием в тетрадь. Интересно, что ей такого Петенька говорит, что она расслабляется и со мной? Я её, наверное, только купить бы смогла, а его строгость делает её пусть и скованной, но способной слушать математику из-под ручки приёмного отца.

- Ты уже засыпаешь? – прошлась по светлому лобику Вани, - рано же совсем. Опять ночью проснёшься и играть захочешь.

В ответ мне была подарена малозубая улыбка и мотание головой, вроде как не было такого, я всё придумываю.

- Вот и я думаю, что надо сперва пожевать чего-нибудь, чего там нам папа вкусного приготовил, а потом уже глазки закрывать, - губы прижались к его лбу.

- Всё равно не сходится, - буркнула Соня, - тут-то откуда эта цифра?

Петя хмыкнул.

- А ты куда дела икс, Сонь? Мы его отсюда переносим, сюда прибавляем и получаем с этой стороны, вот так, ну! – он ещё и вздохнул тяжело, - вы в той школе за год сильно отстали от этой программы. Я тебя минимум со среды записываю к репетитору. Время завтра напишу тебе свободное, но ходить будешь сама. Я видел там какой-то центр неподалёку.

Соня скривилась. Ещё бы ей понравилась двойная математика.

- Давайте тогда раз в неделю это, а второй английский, - предложила, - для компенсации.

Девочка взглянула на меня с улыбкой. Это я уже успела понять – учить языки ей нравилось, она в этом отлично разбиралась, как и в том, чтобы начать учить меня. Восторга было уйма.

- Вместе с тобой? – она воспряла от того, как я кивнула.

Верно, я же должна быть рядом, как и обещала.

- У них есть уроки по воскресеньям с утра, - Петенька уже нашёл нужное, - как раз, пока мы досыпать будем, вы болтать ездить отправитесь.

Ему тоже нравилась идея, он вообще за любую активность всегда хватался. Только йогу мою забросил, но я ему отсылала видеоуроки, где мы втроём с ребятней тянемся и хихикаем по полчаса в свободное утро. Особенно смешно пересматривать и едва не закатываться над Ванечкой, в нём столько старательности, что он аж пыхтит постоянно. А вот его сестру можно было заманить на тренировки одним чёрным спортивным костюмом с обязательный огромным воротником и капюшоном.

- В прихожей? – вспомнила и она.

И побежала едва ли не вприпрыжку, активировав и своего брата, вмиг услышавшего, что там кто-то кому-то что-то привёз. Верно, мы же старались покупать им что-то равноценное. Сонечка вынула на свет коробку со своим новым укулеле, сразу брякнув по струнам и побежав настраивать звучание, в то время как её брат достал из этого же пакета коробку номер два и тут же оглушительно завизжал от картинки. Мы с Петенькой аж уши закрыли друг другу, улыбаясь и приветствуя уже сами по себе. Наедине у нас за эти дни оставаться не получалось совершенно, и мы радовались крохотным мгновениям, когда могли ткнуться лбом или попросту обняться и сидеть пару секунд, пока сын не напрыгнет на нас со стороны спинки, не сядет между нами со своим тх-гактог-хом и не начнет распаковывать уже тут, чтобы все видели и понимали насколько он счастлив. А мне счастьем было тянуться к Петенькиным губам своими над светлой головой и думать, что я чертовски счастлива.

С звуками бренчания из комнаты дочери, с восторгом сына, со взглядом на меня от Петеньки, с лёгкой усталостью после работы и с жизнью, о которой я невозможно долго мечтала. Моей самой лучшей жизнью. С самой лучшей семьёй, которую я создала сама и которую никогда и никому не отдам.

Потому что моя мечта наконец сбылась. И я буду стараться ради неё. Всегда.