Глава 10 Секреты

Староста уже ждал нас на пирсе:

— Ну? — с надеждой уточнил он, едва только лодка причалила к берегу. — Что там?

— Все, — с облегчением ответил я, выбираясь на песок. И добавил:

— Зомби все.

Я ждал ликования. Что староста будет плясать от радости. Но Ильич только вымученно улыбнулся:

— Ну, наконец-то, — произнес он, и я услышал в голосе облегчение. — Дождались.

Мужик дал знак, и на колокольне спустя несколько секунд забил набат, стягивая людей на центральную площадь. Мы же направились к деревне.

Люди уже собрались неподалеку от храма. Переглядываясь и перешептываясь, они ждали новостей. И Ильич вышел вперед:

— Уважаемые односельчане, — начал он, и гул мигом стих. — Господа ведьмаки отчитались, что упыри на Вороновом холме уничтожены.

В его голосе не было пафоса. Только усталость и облегчение. Секунду на площади царило молчание. А затем толпа взорвалась радостным ликованием. Никогда прежде я не видел более искренних эмоций.

Потом накрыли столы. И староста настаивал, чтобы мы были дорогими гостями на празднике освобождения. Пришлось нам задержаться, добрый час выслушивая череду благодарностей и пожелания долгих лет. Я с усмешкой заметил, что алкоголя на столах не было. Видимо, история с водкой под названием “Особая” еще долго будет в памяти у селян.

Зато травяных отваров было вдосталь. И части из них мог бы позавидовать не только Федор, но и многие чайные лавки. Расслабляющий и успокаивающий сборы. И лишь спустя пару часов, нам удалось бежать с праздника. А провожать нас вышел Ильич.

— Благодарим вас, милсдари ведьмаки, — произнес Ильич, когда мы садились в машины. — Вы всех нас от верной смерти спасли. Век всей деревней за ваше здоровье молиться будем.

Мы закивали, расселись по машинам. Причем Виктор сделал так, чтобы я и Денис поехали на разных авто. И я согласился.

Антимаг сам сел за руль. Указал взглядом на сиденье рядом. Его рыжая помощница разместилась сзади

Виктор кивнул махавшему на прощание старосте и завел двигатель. Авто выехало со стоянки.

Некоторое время ехали молча. Фары вырывали из темноты черную дорогу, обочину и темный лес.

— Ты неплохо себя проявил, — после длительного молчания, начал разговор антимаг. И как мне показалось, в его голосе прозвучало уважение. — Не зря я приехал. Как чуял.

— Спасибо, — усмехнувшись, ответил я.

Виктор обернулся ко мне:

— Очень надеюсь, что вы не станете говорить на пресс-конференции про черных монахов?

Я покачал головой, понимая, что если ляпну про монахов — то долго не проживу. И антимаг довольно улыбнулся:

— Вот и правильно. Ни к чему это. Монахи те ряженые скорее всего. И мы сможем доказать. Представляете себе — раскроем целый заговор в Империи. Ну и спасем тысячи жизней, конечно же. Думаю, совместная работа будет полезна нам обоим. Вам для повышения рейтинга. Мне…

Он задумался, словно пытаясь решить, зачем ему нужно расследование. Но промолчал. И перевел тему:

— Но сдается мне, в этом как его…

Виктор пощелкал пальцами, словно бы пытаясь вспомнить слово:

— Ачинске, вот. Там уже никого нет. Проверку мы туда, конечно, направим, только она ничего не даст. Как насчет поработать вместе несколько дней? Поиграем в детективов, так сказать? Как вам идея, мастер Морозов?

Он снова обернулся ко мне. И я задумался. Эта идея мне нравилась. Но я колебался. Виктор же достал монету, подбросил ее и посмотрел на выпавшую сторону. Довольно улыбнулся и уставился на шоссе.

— Я согласен, — ответил после раздумий.

— Я знаю, — усмехнулся антимаг. Не отвлекаясь от дороги, он протянул мне руку.

И я пожал крепкую ладонь. Мы замолчали. Виктор сосредоточился на дороге, я же задремал, утомленный событиями вечера.

Проснулся же, когда до Снежинска оставалось совсем немного. Сел прямо, потер лицо, пригладил волосы. Подивился тому, насколько одежда хорошо сидела. Ведь даже после сна ничего нигде не давило и не натирало.

— Воды? — предложил Виктор.

На это я мотнул головой и хрипло выдавил из себя:

— Нет, спасибо.

Чтобы не терять времени, вынул телефон. Но аппарат оказался разряженным.

— На, — Виктор протянул мне конец шнура, Я благодарно кивнул и подключил аппарат. На экране показалась анимация заряда батареи, а через минуту телефон включился. Но как только экран ярко засиял, посыпались уведомления о вызовах.

Среди вороха всего мусора я нашел контакт Лилии и набрал номер. Она ответила на втором гудке.

— Да? — ее голос звучал напряженно. — Говорите!

— Это я. Все хорошо.

После этого послышался шорох, короткий глухой звук падения аппарата, а затем и торопливое:

— Повтори, я не услышала.

— Все хорошо. Мы едем домой, — сказал я негромко.

— Вы в порядке? Оба живы? — совсем не по-деловому уточнила девушка.

— Конечно. — с улыбкой ответил я. — Что с нами будет?

— А почему раньше не сообщил? — мне послышалась обида, но Водянова тут же исправилась. — Не то, чтобы я переживала…

— Не мог. Мы только недавно… разобрались с этим новым видом нежити.

— Каким видом? — мигом уточнила секретарь.

— Дома расскажу — ответил я. — Но мне было бы приятно знать, что ты о нас беспокоилась.

На это девушка не ответила. Она шумно вздохнула, и я словно воочию увидел, как секретарша закатила глаза.

— Вы уже знаете, про Серову? — осведомилась Лилия.

— А что с ней? — недовольно уточнил я.

— Она в госпитале.

Я нахмурился, попытавшись понять, что могло произойти с несносной журналисткой. С нее станется притвориться, что я ее обидел каким-нибудь изуверским способом. От этого у меня загорчило во рту.

— Надеюсь, она не винит темного ведьмака?

— Тебя, что ли? — недоверчиво переспросила Лилия и тут же продолжила. — Она скинула мне материал для ознакомления. Пояснила, что без вашего одобрения запись не будет опубликована. Когда я позвонила ей, чтобы уточнить детали… — стало ясно, что девушка хотела узнать о нас с братом, — но мне ответили лекари. Сказали, что княжна не может говорить.

Я отчего-то подумал, что Ксения могла оказаться в местечке куда хуже больнички. И обеспокоенно уточнил:

— Уверена, что это были лекари?

— Я умею делать свою работу. И выяснять то, что мне нужно, — с вызовом заявила Лилия. — Не положено мне было этого знать, но мне рассказали, что Серова лежит в палате под наблюдением лекарей.

— Скинь мне адрес заведения, — потребовал я.

— Может, сначала заедешь домой? — недовольно уточнила секретарша.

— Мне нужно тебя упрашивать? — с неожиданной злостью выпалил я.

Девушка замолчала, и я мысленно отругал себя за грубость. С Водяновой так нельзя. Она может прямо сейчас бросить трубку. Когда я собрался сказать ей что-то примирительное, послышался тихий выдох.

— Я скинула вам адрес сообщением. Еще будут распоряжения?

— Нет. Я…

Трубка замолчала. Я едва слышно выругался. Пожалуй, мне удалось обидеть секретаршу. И вряд ли она простит меня так просто. Если вообще простит.

— Мне нужно сюда… — я продиктовал высланный Лилией адрес, и Виктор кивнул.

Я набрал номер брата. Когда он принял вызов, то заявил:

— Я кое-куда заеду. Затем отправлюсь домой.

— Понял, — коротко ответил Денис и сбросил вызов. А я сунул аппарат в карман. На повороте автомобиль обогнул внедорожник. Его фары моргнули. Я автоматически махнул рукой, отстраненно подумав, что стекла тонированы и меня не видно. Как и мне неясно, кто сидел в уезжающей вдаль машине.

— К парадному въезду? — привлек мое внимание Виктор.

— Да. И если вам несложно.

Вскоре машина притормозила у шлагбаума, и к нам поспешил мужчина в синей форме. Охранник стянул с головы фирменную кепку, когда опустилось стекло двери.

— Красный пропуск, — отчеканил антимаг и показал картонный прямоугольник, который вынул из кармана.

— Милости просим, — заискивающе произнес сторож и метнулся к своей будке, чтобы поднять шлагбаум.

— Этот пропуск везде работает?

— Уж в лечебницу пройти можно, — кивнул Виктор и добавил, — идем, я тебя провожу. Чтобы пропустили

Поначалу я хотел отказаться от помощи, а потом подумал, что это серьезно сэкономит мое время и нервы.

— Буду благодарен.

Машина остановилась чуть в сторону от порога. Виктор обернулся и мягко попросил сидевшую на заднем сиденье девушку:

— Подожди меня немного. Я скоро.

— Хорошо, — ответила она, и антимаг улыбнулся. Вышло у него на редкость тепло и я подумал, что даже у этого странного человека есть сердце.

Он вышел из машины и пошел чуть впереди. Распахнул передо мной дверь и пропустил в просторный холл. Я осмотрел его, отметив выложенный черно-белой плиткой пол. Высокие стены были выкрашены в неприятный зеленый оттенок, который всегда ассоциировался у меня со старыми поликлиниками.

Из-за стойки администрации выглянула девушка с помятым ото сна лицом. Она поправила сползший на ухо накрахмаленный колпак и нахмурилась.

— Здравы будьте, — протянула она, воровато оглянувшись. — Вас кто пустил? У нас часы приема…

— У нас допуск, — перебил я ее и прищурился. — Подскажите, дорогая, в какой палате находится княжна Серова.

— Она…— лицо девицы пошло пятнами, — не положено знать посторонним.

— Ну кто же тут посторонний? — неожиданно мягко произнес Виктор.

По-кошачьи ступая, он обогнул меня, подошел к регистрации и оперся локтями на стойку. Практически заурчал, став похожим на большого кота.

— Мы ведь сюда по делу пришли. Но я вот не ожидал такую красавицу повстречать.

Его взгляд словно гипнотизировал. И девушка застыла, не в силах отвести глаз от антимага. Виктор же достал из кармана красное удостоверение, развернул его и показал девушке:

— И я бы с радостью с вами поболтал, но нам нужна Ксения Васильевна Серова.

— В пятой. На втором этаже, — сказала она нараспев, не отводя от моего провожатого осоловелого взгляда.

— Проводить? — тихо уточнил Виктор, но я мотнул головой и пошел прочь.

Поднялся по лестнице и направился вдоль дверей, проверяя номера над каждой. У пятого остановился. Из-за створки раздавались негромкие голоса. Я толкнул дверь и вошел. Внутри было душно и темно. К тому же густо пахло лекарствами.

У кровати я заметил силуэт сидевшей в кресле женщины. И едва только дверь открылась, она испуганно вскочила, уронив книгу на пол:

— Кто вы? Кто вас сюда пустил?

Она подскочила ко мне, на ходу поправляя растрепанные волосы за уши. Женщина оказалась совсем молодой, в строгом платье из темной шерсти, в тонких чулках и без обуви. Заглянул ей за спину, чтобы убедиться — она, как и Лилия, скинула обувь у места, где сидела.

— Я сейчас вызову охрану, — продолжила девушка, задрав подбородок.

Ее глаза были красными от слез, а губы припухли оттого, что девица их прикусывала. И я мог бы принять ее за Ксению в полутьме палаты, если бы не почти черные волосы, собранные в небрежную косу, спускающуюся до самых ягодиц.

— Не надо охраны, — отмахнулся я и попытался обойти девушку.

— Что вам надо? — та заступила мне дорогу и скрестила руки на груди. прищурилась, будто пытаясь что-то вспомнить:

— Кто вы такой?

За ее спиной замерцало. И я прикрыл глаза рукой. Девушка обернулась и пошла к кровати, на которой лежала прикрытая простыней фигура. Я приблизился и понял, что приглушенный свет источает сама Ксения. Казалось, что под ее кожей скользили крохотные искры. Княжна лежала на спине, тяжело дыша. Грудная клетка поднималась и опадала. Лоб покрывала испарина, под глазами залегли темные круги.

— Ей плохо, — сухо ответила на молчаливый вопрос девушка. — Лекари не знают, что не так. Взяли анализы, сменили повязку…

— На ноге, — продолжил я.

— Это с вами она ездила на работу? — со злостью уточнила девушка. Подхватила туфли и быстро обулась.

Она сразу же стала выше, но все равно осталась хрупкой.

— Вы сестры, — догадался я.

— Что вам надо? — с нажимом спросила она.

— Я хочу помочь.

— Помогли уже. Утащили Ксюшу не пойми куда.

— А чего ей дома не сиделось? — тут же парировал я.

На это девушка не ответила, нахмурилась и покачала головой.

— Она сама поехала с нами.

— Все сложно, — буркнула сестра Серовой. — И я не обязана вам ничего пояснять.

Пожав плечами, я вынул телефон. Девушка хмуро уставилась на аппарат и закрыла собой сестру.

— Вы ее снимать решили? Да что вы за человек такой?

— Злой и страшный Серый Волк, — пробормотал я, но осекся, заметив истинную ярость в глазах сестры Ксении.

— Пошел вон, гаденыш, — зарычала она.

Но в этот момент я включил рингтон и палату заполнил звон колоколов. Девушка часто заморгала, явно не ожидая от меня такого поступка. А за ее спиной застонала Ксения.

Мы оба шагнули к ней. Темноволосая незнакомка вынула из металлического лотка влажную салфетку и принялась обтирать лоб сестры.

— Тихо, милая. Тихо… — она обернулась и зашипела на меня, — Да выключите вы свой телефон.

— Воды… — неожиданно хрипло попросила Ксения и лишь потом раскрыла глаза.

— Родная моя. Ты слышишь меня?

Я взял графин с тумбочки и наполнил стакан. Потом отодвинул сестру своей журналистки и помог той приподняться. Поднес к ее губам воду и попросил:

— Пей.

Ксения сделала пару глотков и закашлялась. Потом отвела мою руку слабой ладонью. Я положил ее на кровать и прикрыл обнажившееся плечо хрустящей простыней. Ее сестрица обошла кровать и принялась причитать:

— Ксюша, слышишь меня? Ты поправишься. Ты…

Я вновь включил звук на телефоне и положил его на постель. На этот раз вторая Серова уже не возмущалась. Она посмотрела на аппарат, а потом на меня. Ее глаза светились благодарностью. Но я не ждал от нее слов. Лишь попросил:

— Скачайте такой же звук и включайте почаще…

— Так есть же Синод Радио, — девушка всплеснула руками и метнулась к подоконнику.

Там стоял радиоприемник, который она включила и принялась крутить ручку настройки станции. Спустя пару секунд послышался тихий перезвон колоколов.

Девушка робко улыбнулась и вернулась к кровати. Взяла за руку Ксению и прижала ее к груди.

— Ей станет лучше, — сказал я негромко и взял телефон.

Оставаться тут не было смысла. Именно потому я шагнул к двери. И столкнулся с Виктором, который ожидал меня в коридоре.

— Вы уже все? — усмехнулся он. И улыбка показалась мне хищной.

Я кивнул, и антимаг продолжил:

— Тогда подожди меня у машины, пожалуйста. Мне тоже нужно поговорить кое о чем с Ксенией Васильевной.

Я взглянул на него, но парень меня успокоил:

— Это касается дел Синода. Я быстро. И обещаю, что не причиню ей вреда. Клянусь.

— Я подожду у двери, — упрямо ответил я.

Виктор только пожал плечами:

— Как знаете.

Шагнул в палату. Улыбнулся и взглянул на девушку, которая сидела у кровати:

— Не могли бы вы дать нам пару минут?

К моему удивлению, она не стала спорить. Молча кивнула и вышла из палаты. Остановилась у дальнего от меня окна и уставилась куда-то во двор лекарня.

* * *

Антимаг закрыл дверь палаты. Осмотрелся.

— А ничего так. Уютно, — оценил он.

Прошел к кровати. Присел и взял девушку за руку. Едва слышно зашептал какие-то слова. Кожа парня стала бледной, сквозь нее, казалось, проступили кости. От его ладоней пробежали искорки, которые проникли под кожу девушки. Какое-то время, Ксения лежала без движения. А затем резко села на кровати. Тяжело дыша, уставилась на Виктора, который прижал к губам указательный палец, призывая к тишине:

— Ты… кто такой? — спросила она.

— Я твой счастливый билет, девочка, — антимаг почти ласково улыбнулся. — Не надо кричать. Я пришел, чтобы тебе помочь.

Серова недоверчиво смотрела на него, а Виктор продолжил:

— Этот парень, Морозов, жизнь тебе спас. Вовремя прибил споры колоколом. Иначе бы ты превратилась в одну из безмозговых. Помнишь тех, у реки?

Она судорожно кивнула, и Виктор продолжил:

— А ты хочешь с ним так паскудно поступить. Не надо так.

Он покачал головой, словно осуждая решение Кении. И лицо Серовой побелело. А антимаг встал и взглянул на нее сверху вниз:

— Мой тебе совет. Выброси ту самую запись, — он сделал ударение на последних словах. — Я тебе новую подарю. Еще лучше прежней. Ты удалишь компромат. И покаешься Морозову во всех грехах и снова наступит мир и дружба.

— Он меня не простит, — всхлипнула девушка и прикрыла рот дрожащей ладонью.

Виктор хмыкнул. Достал из кармана монету, подбросил ее. Поймал и взглянул на выпавшую сторону:

— Простит, — успокоил он девушку. — Эта монета никогда не врет.

Ксения мотнула головой.

— Дело хозяйское, — развел руками антимаг. — Можешь и дальше прятать горькую правду. Но запись удали. Не нужно твоему нанимателю о ней знать. Хорошо?

Антимаг вопросительно посмотрел на нее. Девушка сглотнула и закивала.

— Ну вот и чудно, — улыбнулся Виктор. — Ну все, мне пора. Выздоравливай.

Он шагнул к двери, потянул на себя створку и вышел из палаты, оставив Ксению сидеть на кровати.

* * *

Виктора и правду не было ровно минуту. А когда он вышел, я заметил в приоткрытую дверь, что Кения сидит на кровати и смотрит ему в спину. Но заметив мой взгляд, щеки девушки покраснели и Серова легла на кровать.

Что ты там делал? — уточнил я, — Ей уже лучше?

— Ты ее спас, — просто ответил парень. — Теперь она полностью здорова.

Он обернулся к Серовой и помахал ей рукой.

— Идем.

Виктор хлопнул меня по плечу и мы молча направились к выходу.

Я не стал задавать вопросов, как ему удалось поднять Ксению на ноги. Викор же не особо хотел рассказывать. Просто шел по коридору и насвистывал незатейливую мелодию.

Мы спустились на первый этаж, прошли мимо стойки регистрации. Виктор улыбнулся и поклонился на прощание девушке. И щеки дежурной сестрички покрыл румянец.

Я вышел на порог и вдохнул полной грудью весенний воздух, в котором чувствовались ароматы зелени и цветов. Подруга Виктора стояла у машины, и, скрестив на груди руки, наблюдала за входом. Заметив моего провожатого, она улыбнулась:

— Скучала? — уточнил Виктор и девушка ответила:

— Немного.

Она села на заднее сиденье машины. Парень же запрыгнул на переднее водительское. Дождался, пока я сяду во внедорожник и завел двигатель:

— Ну, пора домой, князь? А то близится утро.

Я только устало кивнул. Хотелось есть, потом вытянуться на кровати и заснуть. И ни о чем больше не думать. Совсем.

* * *

На пороге меня ждали. Позволил рыжей девушке меня обнять. Тихо сказал:

— Привет, Мариш.

— Я так боялась за тебя, — шепнула она мне прямо на ухо. — Мы обе боялись.

Было понятно, что она говорила про Лилию. Улыбнулся и погладил компаньонку по голове.

— Спасибо, милая, — хрипло сказал я.

Мы вошли в дом вместе. В гостиной стоял Федор. Он выглядел непривычно уставшим. И почему-то мне стало за это стыдно.

— Все хорошо, мой друг, — сказал я прежде, чем услышал вопрос. — Брат уже дома?

— Отбыл, — виновато отозвался слуга.

— По делам семьи, — догадался я и покачал головой. — Не бережет он себя. Надо это с ним обсудить.

— Быть может, вы и правы, княжич. Да только кого ж Денис Владимирович послушает? Он князь.

Мужчина развел руками. А потом уточнил:

— Ужин подавать? У нас сегодня телятина в сливках с репой и зеленью.

— Съем все что угодно, — я довольно улыбнулся и поплелся в сторону столовой.

— Не желаете в комнате своей откушать?

— Так даже лучше, — согласился я.

С помощью ласковой Маришки я принял душ. Девушка деловито намылила мочалку и тщательно смыла с меня грязь. Потом я обернул бедра полотенцем, вернулся в спальню. Там меня ждал сытный ужин. Компаньонка собрала и убрала за дверь посуду. Потом вернулась и настойчиво стянула с меня махровую ткань. Поначалу мне показалось, что близость будет неуместной. Но девушка взглянула на меня глубокими зелеными глазами, и я понял, что нам двоим нужно немного тепла. Девушка была горячей и непривычно тихой. После того как тьма в комнате растворилась, мы лежали в растрепанной постели и тяжело дышали.

— Мне было страшно, когда ты уехал, — тихо повторила девушка. — Я боялась, что не вернешься.

— Если со мной что-то случится — получишь компенсацию…

Она положила мне пальцы на губы и покачала головой. На пухлых губах появилась грустная улыбка.

— Иногда ты говоришь глупые вещи, Михаил.

— Я не идеален, — пожал плечами.

Девушка встала на ноги. Потянулась, заставив меня любоваться ее загорелой кожей, а потом принялась неспешно одеваться.

— Тебе надо отдохнуть, княжич, — сказала Маришка с улыбкой. — А я пойду заниматься делами.

— Каким?

— Лилия Владимировна оплатила мне курсы. Там меня учат правильно двигаться, позировать.

— Здорово, — я и впрямь был доволен этим.

— Постарайся помириться с Лилией Владимировной, — неожиданно попросила Маришка. — Когда у нее скверное настроение, всем в доме плохо.

— Мы не ругались, — отмахнулся я.

— Значит, она расстроена не из-за тебя, — девушка хмыкнула и подошла ко мне, чтобы поцеловать в щеку. — Все же хорошо, что ты дома.

Когда она вышла из спальни, я остался лежать в своей кровати. Закрыв глаза, я прислушался к происходящему в доме. Где-то внизу болтала счастливая Маришка. Федор что-то выговаривал ей. Но я был доволен.

Хотя смущало то, что Лилия так и не встретилась дома. А ведь она знала, что я вернулся. Неужели секретарша и впрямь затаила на меня обиду. Если так, то мне придется несладко.