Глава 10 Удачное свидание
"Кажется, тебя раскусили, — хрипло прокаркал наставник. — А рассказывал, что в разведке служил".
— Но.. — как? — понизив до шепота голос, спросил я, вспоминая мой перенос в этот мир. Но передо мной сидела девушка из коренного народа Мезоамерики.
— Ты же знаешь, что после смерти, душа человека попадает в "Перекресток", откуда ее переносят в новый мир? — уточнила Вагош и я кивнул.
— Так вот. Не всегда получается начать новую жизнь с чистого листа. Иногда людям забывают стереть память о том, кем был человек в прошлой жизни. Ну, или делают это нарочно. Я как раз одна из таких "необнуленных".
Я сглотнул и внимательно осмотрел собеседницу.
— Умерла в России. Переместилась в "Перекресток", а оттуда уже сюда. В тело коренной жительницы Мезоамерики. Девочке было лет шесть или семь. Ну, а дальше… вот.
Она развела руками, словно говоря: сам видишь.
— Я слежу за всеми, кто из ниоткуда появляется в информационном поле. Всегда надеялась встретить ещё одного путешественника по мирам. И вот нашла тебя.
— И в чем же я прокололся? — спросил я недовольно.
Девушка хитро улыбнулась:
— Помнишь видео, которое выложила в сеть Ксения? После вашего с Шереметьевой боя с маньяком? — спросила она.
— Ты очень наблюдательна, — вынужден был признать я, и щеки девушки зарделись от этого комплимента:
— Так вот. Я прекрасно помню продолжение того анекдота. Про мудреное слово «интервью», — продолжила девушка. — Кстати, сказать такое на миллионную аудиторию… тебе не кажется, что это пошло?
Я только пожал плечами:
— Не знал, что кто-то знает финал этой фразы.
— Но я была не до конца уверена, — продолжила девушка. — А вот когда ты сегодня выдал фразу из знаменитого мультика, который в этом мире не вышел, я окончательно убедилась. Правда, пришлось тебе подыграть. И сделать вид, что я не понимаю.
— Зачем?
— Вряд ли бы ты явился на встречу с незнакомкой, которая знает, что ты мироходец, — ответила девушка. — А если бы и явился, то думал бы, что мне от тебя что-то надо.
— Хитро, — оценил я. — И ты хочешь меня убедить, что тебе и правда ничего от меня не надо?
— Я хотела просто поговорить с земляком, — обиженно буркнула девушка, и я осекся. Спросил, чтобы сменить тему разговора:
— Так значит, русский твой родной язык?
— Ну, за время, которое я прожила в теле Вагош, я чуть подзабыла родную речь. Зато, теперь у меня появился лёгкий акцент. Будто я и правда дорогие годы потратила на изучение языка.
— А другие языки? — тут же уточнил я. — Ты сказала, что знаешь не только русский.
— Многие я выучила там, на родине, — ответила Вагош. — Здесь они очень похожи на земные. Выучить различия было просто. Зато, это пригодилось мне в работе. Я своего рода ведьмак с мировым именем.
— И как тебе Сваор? — поинтересовался я.
Вагош пожала плечами:
— В чем-то лучше Земли, в чем-то хуже. Но я бы очень хотела вернуться домой.
Последнюю фразу она произнесла с плохо скрываемой грустью.
— А здесь тебе чем не нравится?
Девушка вытащила из подставки салфетку, помяла ее в пальцах:
— Помнишь поговорку "где родился, там и пригодился? Так вот, в прошлой жизни мне не нравилась Россия. Дома я думала, что эта поговорка просто чушь. А теперь очень хотела бы вернуться в Москву. А ты?
Я задумался и запустил в волосы пятерню.
— Иногда не хватает некоторых вещей. Например, подходов на футбол.
— Ты фанат? — уточнила девушка.
— Ценитель, — поправил ее я и усмехнулся. — Я не из тех, кто обвешивался мерчом и бездумно заучивает речевки. Не тот, кто таскается с толпой зевак в поисках бедолаги с шарфом другого цвета. Я принадлежу к той категории футбольных болельщиков, кто наслаждается игрой. Мне нравится находится на трибуне, быть частью зрителей, следить за мячом и впитывать эмоции, бушующие вокруг.
— Звучит вкусно, — улыбнулась девушка. — И ты совсем не испытывал ненависти к болельщикам другой команды?
— Ненавидеть неудачников? — я иронично приподнял бровь. — Только сочувствие. И благотворительный пинок под зад, если они вовремя не уберутся с дороги.
Индианка прыснула, зажав рот ладонью, а потом запрокинула голову, явив тонкую полоску беззащитной шеи над широким ожерельем.
— А в остальном здесь то же, что у нас, продолжил я беспечно.
— То есть, вернуться бы ты не хотел? — уточнила девушка и я покачал головой:
— Я не настолько скучаю по родному миру.
Беседу прервала официантка, которая принесла десерт. Шоколад оказался душистым и довольно горьким, что вовсе не портило его. Он оказался растопленным в небольшой миске над свечой, а на плоском блюде лежали тонкие золотистые кукурузные лепешки.
— Как тебе местная кухня? — с интересом спросила Вагош, когда я перестал жевать.
— Очень вкусно, — ответил я. — Хотя с борщом не сравниться. Ты ведь его назвала отваром из овощей?
— Каюсь. Но я на самом деле не жалую это блюдо.
— Ты точно из России? — усомнился я. — Может ты еще блины на Масленицу не ешь? И рыбу под шубой не жалуешь на второе января?
— Только на первое, — примирительно подняла ладони девушка.
— Кстати, как тебя звали? Ну там, в России?
— Ирина, — ответила девушка. — Ира Лисицына.
— Поэтому Вагош? — уточнил я, вспомнив перевод имени, и она кивнула:
— Хоть какое-то напоминание о родном доме. Кстати, ты говорил, что тебе не хватает футбола.
Я кивнул, и девушка продолжила:
— Ты знал, что в Мезоамерики очень любят игру в мяч?
Я удивлённо поднял бровь:
— Вот как? Я думал, эта забава здесь не очень распространена.
— Здесь все повально увлечены тлачтли, — ответила Вагош. — Он очень похож на футбол с Земли. Кстати, в этот вид спорта могут играть как аристократы, так и простолюдины. Многие из простолюдинов даже становятся настоящими звёздами. Если хочешь — можем сходить на стадион.
— Когда? — быстро уточнил я.
— Сегодня вечером будет дерби. Две команды города сойдутся за титул чемпиона и кубок. И я могу попробовать достать билеты.
Предложение подкупало. Попасть на стадион мне очень хотелось:
— А там есть фанатский сектор? — вкрадчиво уточнил я.
Видимо, мои эмоции легко читались у меня на лице. Девушка довольно улыбнулась и кивнула. Нажала несколько кнопок на умных наручных часах:
— Ещё какой! Тебе понравится. Я даже могу раздобыть для тебя шарф. Вот только не уверена в цвете…
— Красно-синий, — твердо заявил я. — Или синий.
Кафе постепенно заполнялось. К столику подходили подростки с просьбами сфотографироваться. На меня никто не обращал внимания. Впрочем, я был этому только рад. И я всеми силами старался не попадать в кадр.
— Завтра по всей Мезоамерике пойдет слух, что у Вагош Смертопряд появился поклонник, — заметил я, когда очередной довольный фанат, получив заветное фото, отошёл от нашего столика.
Девушка только отмахнулась:
— Все знают, что я большая фанатка Российской Империи. Ко мне даже пытался свататься Воронцов. Чтобы я жила в России.
— Выгодный брак, — кивнул я.
— Для Воронцова — да, — согласилась девушка. — Но я не стану трофейной супругой никому. Это не мой путь.
Дальше разговор плавно перешёл на отвлеченные темы. Я узнал, что Ира была моделью и хорошо зарабатывала. Помогала родителям и очень любила путешествовать. В особенности она жаловала Южную Америку. Замуж выйти она не успела, да не особо к этому и стремилась, сосредоточившись на карьере. Она умела красиво и правильно подавать себя в социальных сетях. И этот навык очень пригодился ей на Сваоре, когда она очутилась в семье ведьмака.
Признаться честно, с такой богатой биографией я ждал и соответствующей смерти. Типа передозировки наркотиками, пьяной аварии на дороге или суицида из-за модной депрессии. Но я не угадал. Частный самолёт, на котором летела Ирина, разбился из-за отказа двигателя. Так она оказалась за одним из столиков "Перекрестка".
Она рассказала о своей жизни охотно, я же молчал, слушал и пил местные коктейли. И думал: вот она, мировая знаменитость, с сотней миллионов подписчиков. А реальных друзей, кому можно было бы рассказать эту историю и нет.
Часы Вагош рискнули, прерывая рассказ. Девушка взглянула на циферблат и довольно улыбнулась:
— Ну вот, билеты в фанатский сектор. Все как ты хотел.
Я удивлённо поднял бровь:
— Билеты на дерби, да ещё и в день матча? Так быстро?
— Я первый ведьмак Теотиуакана, — улыбнулась Вагош в ответ. — и в этой стране для меня нет ничего невозможного. Хотя, я очень редко пользуюсь своими положением. Ну? Может быть посетим фанатский магазин? И прикупим тебе что-нибудь красное?
— Женщина, не доводи до греха, — сказал я, сознательно вытягивая буквы «о». — Красное наверняка пойдет тебе в виде исподнего, а мне такого не надобно.
— Как скажешь, Миша, — Вагош сверкнула темными глазами, став похожей на хищницу, и быстро отвернулась.
Она протянула мне очки, которые могли закрыть половину лица.
— Чтобы твои снимки не украшали все ленты новостей.
— А кто с кем играет? — поинтересовался я, когда мы покинули кафе.
— "Громовые Тапиры" против "Земляных Свиней", — ответила девушка.
— Хороший выбор, — оценил я. — И за кого мы пойдем болеть?
— Болеть за свиней я не очень хочу, — немного помедлив, произнесла Вагош. И в этом я был с девушкой полностью согласен:
— Тогда Тапиры?
Спутница кивнула и вынула из кармана телефон:
— Где он, — забормотала она, глядя на экран. — А, вот. Нашла.
Она убрала аппарат в карман и обернулась ко мне:
— Ну? Идеи готовиться к матчу? Неподалеку есть магазинчик.
— Смотрела дорогу в навигаторе? — глупо уточнил я.
— Нет. Загрузила маршрут на линзы, — девушка указала на свои глаза.
Я только кивнул. И мне показалось, что после визита в эту страну меня уже будет сложно чем-то удивить.
Магазин мне понравился. Он был в моих любимых красно-синих цветах, а на баннерах и флагах, к вящему удивлению, был изображён вставший на дыбы конь.
— "Тапиры" — это клуб, который был основан храмом бога Циминчака, — заметив мое удивление, пояснила девушка. — Храм был посвящен коню, которого майя отняли у Кортеса и почитают за бога.
— А, вон оно что, — протянул я, и твердо решил: с этой самой минутой, я теперь преданный фанат "Тапиров".
Я с удовольствием завязал на шее красно-синюю розетку и взглянул на себя в зеркало. Счастливо вздохнул, понимая, как же мне всего этого не хватало.
— Ну? Как я тебе?
Я обернулся. Вагош стояла передо мной в красно-синей футболке, на которой был изображён вставший на дыбы конь. Ткань едва достигала середины бедра и бьюсь об заклад, что юбку она надевать не собиралась. Шея девушки была обмотана полосатым шарфом.
— Тебе идёт, — оценил я, и Вагош засияла.
Я предложил ей руку. И девушка с готовностью положила ладонь на мой локоть.
До матча нам удалось немного погулять по городу. Вагош показала мне некоторые достопримечательности. А когда до главного события месяца оставался час, двинулись в сторону арены, куда уже толпой валил народ. Оказывается, люди тут все же жили. Людской поток вынес нас к турникетам, где ведьмачка кому-то позвонила. И далее дюжих мужиков забрали нас в круг из мощных тел и проводили на трибуну стадиона.
Сектор был забит под завязку. То тут, то там, мелькали флаги и баннеры. И мне стало интересно, что было здесь в качестве перформанса.
Под рев трибун, команды вышли на поле. И я отметил, что они здесь состоят из двадцати игроков каждая. Впрочем, как только представление началось, я понял, зачем так много игроков.
Правил у местного футбола было немного. Вернее, их было два. Допинать мяч до конца половины поля противника, и не брать при этом его в руки. Способы же катания мяча ничем не ограничивались. И зачастую под одобрительный рев толпы, на поле вспыхивали драки. И судя по тому, что некоторые игроки после стычек падали на залитое кровью покрытие без движения, я начинал думать, что и смерть на поле во время матча в порядке вещей.
А ещё, я был понял почему в этот спорт охотно набирают простолюдинов. Вместо газона на поле было специальное покрытие, которое блокировало силу. Так что во время матча играла роль только физическая подготовка.
Как заворожённый, я наблюдал, как тяжёлый мяч выбивает из строя игроков. Трибуны пели и скандировали, поддерживая своих и пытаясь заглушить оппонентов. А когда "Тапиры" забили первый гол и открыли счёт на табло, я увидел местный перформанс.
Высоко над полем вспыхнуло, и из яркого огня появился жеребец с развивающейся гривой. Он пронесся над площадкой, взорвался у конца половины поля оппонентов и осыпался яркими искрами. А над трибуной фанатов "Тапиров" опустились лучи холодного света, которые сливались в изображение вставшего на дыбы жеребца.
Два часа пролетели незаметно. Я словно растворился в этом реве, впав в своеобразный транс, из которого меня вырвал только финальный свисток судьи, сообщающий, что матч окончен. Как я и ожидал, "Тапиры" одержали победу. И четверо игроков, которые остались на ногах к концу матча, подошли к трибуне, благодаря болельщиков за поддержку. И только сейчас я заметил страдания, которые испытывали игроки. И понял, что по сравнению с этими людьми, наши футболисты с Земли просто симулянты. Ссадины и кровоподтёки покрывали лица. А на руках и ногах уже растекались огромные синяки. У каждого наверняка были переломы. И держались они исключительно на морально-волевых усилиях. Но при этом парни улыбались и что-то говорили болельщикам.
— Интересный вид футбола, — оценил я, когда мы выходили со стадиона. — А несчастные случаи были?
— Ты про смерти? — удивилась девушка. — Конечно. Этот вид спорта что-то вроде ритуала. И если ты умер на поле, то бог, за которого ты играешь, принимает твою душу.
— Занятный вид жертвоприношений, — задумчиво протянул я.
— Ну и шум с криками. Энергия, которая по словам жрецов передается богам, — добавила Вагош.
Мы вышли со стадиона и направились по узкой улочке в сторону туристического квартала.
— Решила меня проводить? — уточнил я.
— Ну, вдруг ты заблудишься, — задумчиво протянула девушка. — Или кто-то алчный утащит тебя за ворота храма.
До отеля мы шли, обсуждая матч. И лишь у дверей Вагош остановилась:
— Благоадарю за подаренное время, — произнесла она, глядя на меня.
— И тебе спасибо, — ответил я. — Впервые девушка приглашает меня на стадион на первое свидание.
Вагош рассмеялась:
— А у нас было свидание? Тогда где мои цветы?
Я виновато пожал плечами.
— Да, день был прекрасен. И я была хороша.
Девушка шагнула ко мне и обняла меня. Кожу словно пронзили сотни крохотных иголочек. Только боли не было. Тело вспыхнуло удовольствием. Каждая клетка наполнилась теплом и запульсировала энергией. Девушка едва слышно прошептала на ухо:
— Если тебе будет нужна помощь, Морозов, просто напиши.
На секунду ее горячие губы коснулись моей щеки. И я ощутил слабую эйфорию от капельки силы, которой Вагош поделилась со мной. А затем, девушка развернулась и пошла по улице, оставив меня у дверей отеля.
“Какие тебе все-таки девушки достаются. Одна лучше другой. И ведь не откажешь такой, если вздумает тебя затащить в опочивальню”, — протянул Александр, когда мы остались одни.
— Не думаю, что я настолько хорош, — я покачал головой. — Она не глупа и наверняка преследует свои цели. Не удивлюсь, если завтра она ненароком предложит мне работенку.
«Думаешь, она с чем-то не справится без тебя? Какое у тебя самомнение.»
— Разочарован во мне?
«Одобряю. Нечего перед всякими заморскими девицами спину ломать», — ответил наставник.
— Не уверен, что смогу отказать, если Вагош попросит. Иначе живым с этого материка мне не выбраться.
«Не доверяешь своей землячке?»
— Конечно нет, — я улыбнулся и вошел в отель.