Глава 14 Давай посидим, поговорим...

Брат нашелся в кабинете. Я услышал его голос до того, как увидел приоткрытую дверь.

— Для меня это слишком важно, — Денис говорил непривычно глухо. — На кону не просто существование рода Морозовых. Но и судьба всех, кто от нас зависит. В каждой деревеньке хватает людей, которые могут оказаться за оградой, если у меня отнимут титул.

— Все меняется, — возразил ему кто-то. — Ваш брат улучшил положение семьи и поднял рейтинг…

— Вы знаете, что он не мой брат, — холодно возразил князь и добавил, — и если я не найду настоящих родственников до того, как это станет достоянием общественности, то все может закончиться печально.

Ответа не последовало. Я понял, что стою в темном коридоре и не могу сдвинуться с места. В груди гулко билось сердце, и мне даже показалось, что этот звук могут услышать посторонние. В полотенце сиротливо приютился последний пирожок, источающий приятный аромат сдобы. Завернув угощение в ткань, я направился прочь. Когда оказался на пороге, овеваемый сквозняком, выдохнул и понял, что до того слишком крепко сжимал зубы.

Ясное дело, что Денис не был обязан испытывать ко мне теплых чувств. Привязанность к семье — лишь моя блажь, которую никто не обязан разделять в мою сторону.

— Барин? — требовательно позвал меня голос и я понял, что он зовет меня уже какое-то время.

— Тихон, здрав будь, — я улыбнулся мужичку. — Что-то случилось?

— Где? — оглянулся дворовой и насупился. — Чего это вы наговариваете, барин? Ничего не случилось. Хорошо у нас все. Это вы стоите, как истукан и пялитесь куда-то в сторону. Не заболели ли вы часом?

— Держи, — я сунул свернутое угощение мужичку и направился в сторону тренировочной площадки.

— А что это? — с любопытством уточнил Тихон, не решаясь развернуть полотенце.

— Это тебе.

— Мне? — шокировано переспросил собеседник и сбился с шага. — Чего это? Зачем? Что я сделал не так?

В голосе помощника появились панические нотки, и я остановился.

— С чего ты решил, что сделал что-то не так?

— Знамо дело, ежели хозяин решил расчет дать, то всучает подарок на откуп, — чуть ли не плача поведал мне Тихон. — Ежели вы осерчали на что-то, то можно было просто сказать. Я же…

— Я просто решил тебя угостить пирожком, Тихон, — прервал я речь дворового, поняв, что она будет долгой. — Если тебя это обидело…

— Просто угостить? — блеснул глазищами мужичок и прижал полотенце к груди.

— Ну, по-дружески, — добавил я и мужичок икнул. — Или так нельзя?

— Ежели и впрямь… то можно, наверно, — подозрительно шмыгая носом, дворовой развернул полотенце и благоговейно произнес, — никто не поверит, ежели расскажу…

— Так ты чего хотел-то?

— Чегось? — работник отвлекся от рассматривания выпечки.

— Ты зачем меня звал у порога?

— Кто?

— Ты, — терпеливо уточнил я.

— А, — опомнившись, мужичок спрятал сверток за пазуху и поправил ворот, — так я ж выполнил поручение. И ромашечку пересадил в горшок. Ох и недовольничала она, скажу я вам. Все пальцы мне искусала, — он показал мне натруженные ладони. — Никак в толк взять не могла, что ничего плохого с ней не случится. Совсем еще глупенькая.

— А Водянову не искусает? — озаботился я.

— Ну, это уж не моя беда, — хитро усмехнулся мужичок. — Мое дело малое — вы сказали, а я сделал. А уж ежели ведьма одомашенная не найдет общий язык с росточком нежным, то это будет ее кручина.

— Справедливо, — не мог не согласиться я. — Ты отнеси цветок в зимний сад. Оставь у беседки. Я оттуда заберу.

— Оденьте кольчужные перчатки, барин, — между прочим посоветовал Тихон и спохватился, — заболтали вы меня совсем. Каждый раз при встрече отвлекаете меня от дел.

— Прости, Тихон, — я спрятал улыбку за деликатным покашливанием.

— Что с вас взять, княжич, молодой вы еще… — бормоча себе под нос, дворовой пошел по дорожке, а потом внезапно прыгнул в кусты, откуда донеслись неразборчивые ругательства.

Я вышел на площадку, где все было готово к тренировке. Скинул плащ, снял рубашку, а потом сбросил обувь.

"Мне кажется, старший из Морозовых решил избавиться от не самого светлого паренька, — хихикнул голос косы. — Скорее всего, тебе поставят второй каменный стул рядом с моим. Или тебе даже сделают отдельный склеп".

Я только усмехнулся в ответ на провокацию и активировал один из манекенов:

— Этого, увы, не случиться. Я слишком важен для семьи. И если я пропаду или погибну — Синод устроит Морозовым много проблем.

"С чего ты взял"?

— С того, мой учёный наставник, что семья набирает рейтинг только благодаря мне. Мой профиль набирает подписчиков и приводит фанатов. А без меня, Морозовы — просто семья обнищавших ведьмаков без фишек, которые бы выделили нас из общей массы.

Манекен исчез в клубе дыма, а через секунду, на площадке стоял обтянутый кожей скелет в обрывках полуистлевшей одежды. В костлявой руке тип держал узловатый посох.

"Ератник, — оценил Александр, и в голосе наставника я услышал одобрение. — Хороший выбор для тренировки. И глупый. Их уже почти не осталось в мире, и ты лишь напрасно потратишь силы".

— Да, я так. Размяться.

Упырь-ератник застыл, глядя на меня. В его глубоко запавших в череп глазах не читалось ничего кроме ненависти. А затем, существо шагнуло ко мне. И в ладони твари блеснула склянка.

Ератник мог создавать различные ядовитые эликсиры, пары которых способны отравить или парализовать. Тварь тем временем размахнулась и метнула колбу мне под ноги. Но я успел закрыться броней за секунду до того, как меня окутал клуб болотно-зеленого газа. Газ проникал даже через броню, заставив меня закашляться. Глаза заслезились. Я взмахнул рукой, и облако накрыл сотканный из тьмы купол.

"Очень медленно, — недовольно произнес наставник. — В реальном бою даже остатки этого яда сильно бы ослабили тебя".

Я указал косой под ноги ератнику, и упырь с неожиданным для него проворством отскочил в сторону, и костлявые руки, которые вылезли из земли, схватили воздух. Но мне это было и нужно. С ладони сорвалась сотканная из тьмы цепь, которая обмоталась вокруг ератника со зловещим лязгом. Я шагнул к противнику, взмахнул косой, и ератник снова превратился в манекен.

За спиной послышались громкие хлопки в ладоши:

— Неплохо, брат. Весьма неплохо, — раздался голос князя. — Когда пришел в наш дом, ты не мог продержаться и минуты против деревянного человечка. А теперь же ты забиваешь тренировочного монстра за считанные секунды.

Я растянул губы в самодовольной ухмылке. Обернулся:

— Может быть, спарринг?

Денис ненадолго задумался:

— Охотно, — ответил он после паузы. Вытащил из стойки тренировочный меч, вышел на площадку и встал напротив меня. Уточнил:

— Готов?

Я кивнул, и ладони Дениса засветились. Брат решил начать бой с фаербола. И я атаковал, предупреждая его удар.

Указал под ноги брата, делая вид, что создаю ловушку. Морозов поспешно отменил фаербол, победно усмехнулся, думая, что прочитал меня, отскочил в сторону, и едва не угодил в костяную клетку. Только в последний миг Денис ушел в броню и разбил клетку.

— Неплохо, — довольно отметил он и взмахнул рукой, бросив в меня небольшой огненную стрелу. И я поспешно создал костяную броню, понимая, что после шара, скорее всего, мне подкинут огненный капкан.

— Сегодня у меня был разговор с очень интересным человеком. Он просил передать, что ты можешь подать заявку на принятие в семью бастардов.

С капканом я не угадал. Над головой взорвался огненный шар, который с гудением и треском осыпался искрами, обдав меня горячей взрывной волной, но его впитала броня. А через секунду о костяную преграду разбилась пылающая стрела. С моей ладони сорвался веер кровавых брызг, которые полетели в противника.

Денис равнодушно пожал плечами и создал щит, принимая атаку:

— Я должен был сказать тебе об этом сам.

— Согласен. И почему же не сказал?

— Все сложно.

— Неужели?

Он отскочил в сторону, уходя от темной цепи, и взмахнул рукой, пытаясь меня поджечь. Но я ушел в сторону:

— Было бы неплохо создать школу ведьмаков. У нас появится два десятка помощников, подмастерий, которые по уровню подготовки ничем не будут уступать ведьмакам. Ну и хорошая подстраховка. Если в семье останется один ведьмак, можно будет принять в кровные братья бастарда.

— Ты мог бы сказать о том, что ищешь бастардов семьи. Сам. Ведь я не посторонний.

Деннис замешкался, и созданный мной миньон сбил его с ног:

— Партия, князь, — поспешно крикнул Морозов, и я довольно хмыкнул: моя победа.

Подошёл к лежавшему на покрытии Денису, протянул ему руку, помогая встать. И Морозов ухватился за мою ладонь:

— Я не был честен с тобой, княжич. Каждый из нас занимался делами семьи. Только ты повышал рейтинг Морозовых и был медийным лицом семьи, а я… я искал других Морозовых. Каждый занимался своим делом во благо рода.

Я только кивнул, умолчав о том, что слышал часть разговора Дениса. И его упоминание о том, что братом он меня не считает.

— Ты настолько мне не доверяешь? — уточнил я, покачав головой. — Неужели, ты решил, что я тебя предам?

— Я виноват, Михаил, прости, — Денис взглянул на меня исподлобья. — Знаешь, наверно я просто не был готов к тому, что ты настолько станешь своим. Такого не должно было случиться.

— Мне уже поведал Александр, отчего все так.

— И? — насторожился Денис.

— Он уверяет, что все дело в том, что я хотел семью. И когда она появилась — я проникся и принял Морозовых всей душой.

— Пожалуй…— парень почесал затылок, явно размышляя о чем-то своем.

— Я не прошу отвечать мне тем же. Но не держи меня в дураках. Было не особенно приятно сегодня узнать о делах семьи от постороннего.

— Кто это был?

— Ильин.

— Серьезно? — ошалело выдал князь. — И ты остался жив после встречи с ним?

— Можешь проверить, если сомневаешься, — я развел руки в стороны и добавил, — но предложение поступило от другого человека.

— Не томи, — поторопил меня брат.

— Сын императора.

— Зачем он пришел на вашу встречу?

— Не поверишь, но он взял у меня автограф для сестры.

Денис засмеялся. и в этом звуке послышалось облегчение.

— Кто бы мог подумать, что мой брат покорит сердце дочери нашего… — он многозначительно ткнул пальцем в небо. — Быть может, мы получим предложение руки и сердца…

— Хватит уже, — фыркнул я, толкая развеселившегося князя.

— Так что он сказал. Давай слово в слово.

Я пересказал предложение монаршей особы, и Денис слушал меня с явным нетерпением.

— Это ведь отличная новость, — его глаза загорелись. — Я даже не надеялся на такое чудо.

— Ты нашел многих Морозовых?

— К сожалению, лишь троих, но один из них старик, а двое совсем еще дети. Их стоит поселить в надежном месте, чтобы могли расти без страха покушений. Однако, теперь можно набрать талантливых бастардов и дать им род без права наследования.

— Решай сам. Я в этом совершенно не разбираюсь. Мое дело малое — быть звездой.

На этой фразе я не выдержал и хохотнул.

— Надеюсь, наше недопонимание улажено? — серьезно спросил брат.

Я кивнул:

— Да, — и после короткой паузы добавил, — Брат.

И в этот раз последнее слово далось мне с трудом.

На лице Дениса проступила облегченная улыбка.

— Я рад, что мы решили этот вопрос. Ну? Идём?

Он хлопнул меня по плечу.

— Да. Идём, — ответил я, и мы направились к особняку.

Однако по дороге я заметил хитрого Тихона. Он показал на купол зимнего сада и поднял большой палец вверх.

— Спасибо, — одними губами сказал я и вынул телефон. — Извини, у меня тут дела образовались.

Брат не возражал против моей отлучки. Было заметно, что мыслями он был уже далеко.

«Подойди в зимний сад к беседке», — написал я Лилии.

* * *

В зимнем саду было тихо. Тут стоял густой аромат цветов и влажной земли. Беседку я нашел быстро и внимательно осмотрел расположившийся у нее горшок. Ромашка казалась совершенно обычной. Но стоило мне приблизиться, как она медленно повернула ко мне соцветие и лепестки сложились в жутковатую ухмылку.

— Привет, — неуверенно поздоровался я. — Очень надеюсь, что ты меня понимаешь.

Растение не шелохнулось продолжая пялиться на меня желтой сердцевиной цветка.

— На улице тебе оставаться нежелательно. Лето тут бывает душным. Опять же, полевки могут погрызть…

Ромашка презрительно фыркнула.

— К тому же, надо учитывать, что кто-то посторонний заметит тебя и решит уничтожить как нечисть.

На это заявление цветок вздрогнул и я дожал:

— Нечисти надо держаться вместе, полагаю. В нашей семье принято своих не обижать. А раз ты уже как бы свой… своя… короче, давай-ка одомашиваться. Если тебе так уж хочется, то можешь и дома мышей ловить. Не знаю как…— я задумался, не зря ли все это затеял.

— И зачем мне нужно было прийти сюда? — послышался голос секретарши.

Она подошла бесшумно, чем изрядно меня удивила.

— Я очень надеюсь, Морозов, что ты не просто так решил заставить меня прогуляться.

— Для разнообразия могла бы сделать вид, что рада меня лицезреть, — вздохнул я.

— Ты мог об этом узнать дома, — нахмурилась девушка. — Как твоя поездка? Выглядишь усталым.

— Давно вернулся от Луля, — отмахнулся я. — Ты была права, на редкость противный тип оказался. Но мы смогли с ним найти общий язык. Он, кстати, посетовал, что не смог купить билеты на русалью неделю?

— Ты ведь сказал, что мы найдем для него билет? — охнула Водянова.

— Пообещал два, но предупредил, что никаких блатных мест для него не будет.

— Ты что? — возмутилась Лилия. — Он же может нас прорекламить…

— Мы с ним договорились, что рекламный блок выйдет вне очереди. Оценишь, как я расхваливаю твою неделю.

— Русалью, — поправила меня девушка, но сделала это мягко и подошла ближе. — Ты умница, Миша. Зря я считала тебя бедовым.

— Ты меня хвалишь только когда получаешь выгоду, — заметил я. — Не уверен, что мне это нравится.

— Вместо того, чтобы ценить, ты еще и жалуешься. Я обычно никого не хвалю. Так что для тебя делаю исключение.

— Это многое меняет.

Я заметил, что девушка нервно повела плечами.

— Ты тут устраивал свидание с Маришкой однажды, верно? — невинно уточнила Лилия.

— Что-то вроде, — я мысленно отругал себя за черствость.

Все же стоит помнить, что Водянова — девушка, хоть и очень понимающая.

— Так ты решил отдохнуть тут?

— Почти, — криво усмехнулся и оглянулся на притихшее растение. — А я тебе подарок приготовил, между прочим.

— Что ты натворил на этот раз? — сирена подозрительно сощурилась.

— Это не моих рук дело, но…

Я отошел в сторону, открыв вид на смутившуюся ромашку. Та и впрямь казалась неуверенной, если можно было отнести такое определение к растению.

— Откуда у тебя это…— Лилия буквально засияла, — чудо?

Я не успел предупредить сирену о возможной опасности, и девушка присела на пятки рядом с горшком.

— Какая чудесная лапушка, — проворковала Водянова и ласково провела пальцами по дрогнувшим лепесткам. — Я ведь могу ее забрать себе? Правда?

Она посмотрела на меня с надеждой, словно я был способен отказать в просьбе.

— Растение редкое, — протянул я, почесывая затылок. — Я вообще-то собирался тебе только показать…

— Однажды у тебя получиться мне соврать, — улыбнулась девушка и подхватила присмиревшую ромашку.

— Она кусается, — на всякий случай предупредил я.

— Только если малышку напугать, — отмахнулась девушка. — Она не злая.

— То есть, ты умеешь с такими ладить?

— А ты надеялся, что я начну визжать от ужаса? — Лилия склонила голову к плечу.

От того, что Водянова настолько хорошо меня знает, стало не по себе.

— Могла хотя бы сделать вид, что испугалась.

— Не стану я притворяться. С тобой совершенно точно…

— Обещаешь?

— Да… — она запнулась и тряхнула головой. — Ты очень плохо на меня влияешь.

— И это хорошо.

— Спасибо за подарок. И за то, что рекламируешь фестиваль.

— Я делаю все для семьи.

— Знаю. И очень это ценю.

Лилия подошла ко мне и пристала на носочки. Ее губы коснулись моей щеки. Ромашка ухватила меня за рубашку и принялась неистово трепать ткань.

— Не хулигань, моя милая. Миша у нас хороший, — пожурила девушка и погладила своего нового питомца по стебельку.

Ромашка послушно выплюнула мою одежду.

— Она сильно вымахает? — с сомнением спросил я.

— Не думаю. Этот вид не самый крупный. Но раз в неделю ее точно надо будет кормить.

— Мышами? — насторожился я.

— Такие ромашки привлекают грызунов, как венерина мухоловка манит насекомых. И если в доме есть мыши, то они сами придут к голодной ромашке.

— Удобно при аллергии на кошек.

— Я буду кормить ее здоровой пищей, — Лилия умильно потерлась носом о хищное соцветие. — Спасибо, Морозов. Умеешь ты угодить девушке.

Я подумал, что вряд ли какая-то другая девушка была бы рада подобному подарку. Но Водянова особенная.