Утро в раю

— И почему ты так не любишь солнышко? — удивленно уточнила Маришка, когда я зарылся в простыни, чтобы скрыться от яркого света. — Оно же прекрасно.

— Кому как, — сонно ответил я. Мне оно светит в глаза. И напоминает, что пора вставать. А ещё солнце жжет мне кожу. Как вампиру.

Девушка весело хихикнула. Быстро встала с кровати, подошла к панели на стене. Нажала несколько кнопок и окна стали как будто темнее. Лукаво уточнила:

— Так лучше?

— Намного, — честно ответил я и сел на кровати.

После проведенной вместе ночи девушка словно светилась. Думаю, дело было в силе, которую она получила. Мы спали в обнимку и пару раз мне казалось, что кто-то включил обогреватель на полную мощность — до того становилось жарко. Я даже скинул одеяло, заменив его тонкой простыней.

Девушка покружилась по комнате, собирая одежду, а потом упорхнула на кухню. Я же с неохотой встал с постели и зевая поплелся в ванную. Приводить себя в порядок.

К разговору о совместном проживании я вернулся, когда уже вышел на кухню.

Девушка расположилась у стола, нарезая сыр. А перед ней стоял чайник с отваром, и чашка.

— Я все же надеюсь, что скоро вернусь домой. Когда все разрешиться с Лилией и этим ядом, — осторожно начал я и сел за стол.

— Конечно, — девушка кивнула и налила мне в чашку чай. Я сделал глоток. Довольно прикрыл глаза. Отвар был просто потрясающим. И продолжил:

— И я думаю, что полноценный переезд затевать не стоит.

— Согласна, — не стала возражать компаньонка и подала салфетку.

— Наверно…

— Помидорчик порезать кружочками? — между прочим поинтересовалась Маришка и улыбнулась.

Я вдруг окончательно проснулся и огляделся. Квартира была прибрана, на столешнице передо мной стояла вкусная еда. Девушка набросила на себя лишь мою рубашку и выглядела по-домашнему милой. Она ловко разделалась с помидором и посыпала его крупной солью. Затем отошла к раковине и быстро сполоснула посуду.

Передо мной оказалась свернутая птичкой бумажная салфетка.

— Знаешь, наверно это я должен был предложить тебе остаться тут. А не ты намекать мне на приглашение.

— Ты так думаешь? — хитро усмехнулась девушка и села на высокий стул напротив, прижав колени к груди.

Она смотрела на меня изумительными зелеными глазами, солнце играло в рыжих прядях, россыпь мелких веснушек украшала ее ключицы. И я понял, что хочу видеть ее тут часто. Не хочу оставаться один в стенах этой большой и неуютной квартиры. Особенно учитывая тот факт, что по соседству живёт долбанная пронырливая журналистка, которая вечно сует нос в чужие дела.

— Думаю. Если хочешь, оставайся здесь. Я распоряжусь, чтобы тебе выдали пропуск…

— Миша, у меня есть ключ, — напомнила девушка. — Я ведь твоя компаньонка и мне открыт вход в апартаменты Морозовых.

— Тебе будет удобно добираться до работы?

— Конечно, — отмахнулась Маришка. — Даже не думай об этом. Съемки часто проходят на этом же этаже. Транспорт тут совсем близко.

— Ты умеешь водить машину? — неожиданно спросил я.

Девушка хотела что-то ответить и вдруг помрачнела. Словно вспомнила нечто неприятное. Из комнаты будто ушло солнце. Меня затопило странным тягучим ощущением тревоги. Потом Маришка тряхнула головой и морок пропал.

— Что с тобой? — на всякий случай уточнил я.

— Все в порядке. Немного тревожно спала на новом месте.

Беседу прервал звонок в дверь, и я напрягся. Девушка же беспечно улыбнулась и соскочила со стула.

— Петр обещал завести кое-что из нужных вещей, — сказала она на ходу.

И я усмехнулся, поняв, что проживание Маришки было делом решенным еще до того, как я озвучил свое мнение по этому поводу. От такой мысли мне стало немного не по себе. Выходит, все женщины в моей семье умеют вить из меня веревки.

— Доброе утро, — раздался знакомый голос, который порядком меня удивил.

— Здравствуйте, — вежливо отозвалась компаньонка и вернулась в комнату нервно поправляя полу рубашки: — К вам гости, Михаил Владимирович.

В гостиную вошел Пожарский. Я покосился на него, и парень виновато пожал плечами:

— Прости, друже, что так внезапно. Я сумел убедить администрацию, что ты не станешь возражать, если я приду без звонка.

— Конечно, не стану, — я встал навстречу и протянул руку другу.

Тот крепко пожал мою ладонь и вполголоса уточнил:

— Я не помешал?

— Что ты, — я отмахнулся. — Всегда тебе рад. Чай будешь?

— Неужели морозовский? — оживился парень.

Я обошел барную стойку и вынул из ящика кружку, в которую плеснул напиток. Маришка же быстро юркнула в спальню. Наверняка девушке было неуютно стоять в таком виде перед чужим для нее человеком. Да ещё и парнем.

— Сам ухаживаешь за гостем? — поддел меня приятель и сел за стол.

— Слава небу руки у меня работают и могу обходиться без помощи, — ответил я. Поставил перед гостем чашку и налил отвар.

— Хорошо ты тут устроился, — осмотрел комнату Иван. — У нас квартира на четверть этажа и находится на десяток уровней ниже.

В его голосе я не услышал зависти или обиды. Просто констатация факта.

— Отец получил право выбирать апартаменты после более старых семей, — пояснил Иван в ответ на мой удивленный взгляд.

— Я и не знал, что тут была очередность.

— Еще какая. Я слышал, что Воронцов хотел выкупить ваш этаж и даже предлагал Владимиру огромную сумму.

— И чем ответил мой отец?

— Предложением заходить в гости, когда Владимир Морозов не будет занят отдыхом на крыше.

— Отец у меня умеет пошутить, — фыркнул я. — Или остро поддеть. Тут как посмотреть.

— Ты говоришь о нем в настоящем времени, — заметил парень.

— Я уверен, что он не погиб, — спокойно сказал я и добавил, — и надеюсь, что отец однажды вернется, чтобы рассказать о своих приключениях.

Пожарский ничего не ответил. Лишь без слов пригубил напиток и вернул кружку на стол. Повисло неловкое молчание, которое нарушила Маришка.

Девушка вошла в комнату, облаченная во вчерашнее платье, поверх которого накинула большое уютное худи.

— Я встречу Петра внизу. Он обещал подъехать с минуты на минуты.

Пожарский нехотя отвел взгляд от моей компаньонки и уткнулся носом в кружку.

— Что не так, друже? — спросил я, когда мы остались одни. — Прости, что говорю об этом, но я вижу, как ты смотришь на девчонку. Будто она тебе на хвост соли насыпала. И я заметил это с вашей первой встречи.

— Тебе показалось… — начал было парень, но я его прервал:

— Послушай, твоя воля сейчас ничего не говорить. А я больше не стану спрашивать про это. Но может так статься, что потом окажется поздно. Ты ее за кого-то принял? Или был знаком с ней раньше?

— Все как-то очень странно, — парень замялся, словно подбирая слова, рассеянно провел ладонью по заплетенным косичкам на голове. — Я видел девушку, похожую на нее, когда был еще совсем мальчишкой. И когда встретил твою компаньонку, то не мог поверить, что это она. Но…

— Ей нет и двадцати лет, — напомнил я. — В детстве ты мог увидеть ее разве что младенцем. Да и она тогда не была девушкой. Скорее, ребенком.

— Я верю своим глазам, — бросил друг хриплым голосом и взглянул на меня исподлобья. — И узнал ее… ту девушку.

— Быть может она родственница той, кого ты запомнил в детстве. Маришка росла в приюте, а потом ее забрал староста из нашей деревни, чтобы растить как дочь. Затем позвали в барский дом, где она помогала по хозяйству. Про ее родню мне ничего не известно.

— Я думал об этом, — мрачно согласился парень. — Забудь. Это не важно,

Он криво улыбнулся и продолжил:

— Хотя наверное ты и прав. Скорее всег, мне просто показалось. Мало ли похожих рыжих девок. Не бери в ум.

Я бы поспорил, но решил оставить эту тему. Было очевидно, что Пожарскому было неприятно говорить об этом. Раз он решил, что не стоит продолжать, то к чему упорствовать.

— И почему ты надумал съехать из семейного особняка? — сменил тему Иван. — Вернее, как тебе удалось вырваться?

— Считаешь, что мне повезло? — удивился я вопросу.

— Еще бы, — Иван обвел руками пространство. — Это же Снежинск Град. Здесь люди снимают квартиру, чтобы хотя бы на несколько часов ощутить себя богатыми. А тебе выделили целое крыло. Да еще и компаньонка приехала, чтобы скрасить твое одиночество. Если это ссылка, то дай мне инструкцию, как выбить из отца такие же условия.

— Попробуй двинуть ему в морду, — вырвалось у меня, и я тотчас прикусил язык.

— Ты с братом поругался? — помрачнел парень и я кивнул. — И насколько серьезно? Хотя…

Пожарский покачал головой и взорвался хохотом:

— Набил морду князю и оказался в хоромах. Хорошее наказание!

— С чего ты взял, что я ему набил, а не получил в ответ, — пробурчал я.

— Потому что у тебя нет ожогов. А насколько я знаю, Морозов старший владеет огнем. И достаточно силен в своей стихии.

От слова «старший» меня вдруг покоробило. Но я тотчас взял себя в руки.

— Любой старший в поколении владеет силой, которая превосходит всех других в роду, — продолжил Пожарский. — Так распоряжается судьба. И если старший гибнет, то второй по старшинству обретает большую мощь. Хотя, насколько я знаю, твой дядя Александр хоть и был младшим братом, но мог заткнуть за пояс твоего отца. Может у вас в семье все не так, как у всех нормальных ведьмаков.

— Мда, — протянул я, делая вид, что не удивлен, но у меня не вышло.

Пожарский хмыкнул и хлопнул меня по плечу.

— Мой отец поделился со мной этим, когда я опять не смог побить его на тренировке. Сказал мне, что не стоит переживать, что моя сила не может перебить его энергию. Но дал хороший совет.

Парень наставительно поднял указательный палец и произнес:

— Любую силу можно перебить упорством и терпением. Мастерство дает больше, чем мощь.

— Сильно сказано, — согласился я и вздохнув добавил, закинув в рот несколько ломтиков помидора:

— Жаль, что отец не учил меня ничему.

— Ну ты набил морду старшему брату, — протянул Иван, и лицо его вдруг засветилось как колокол в день Спасителя.

— Не говори об этом никому. Пожалуйста.

— Обещаю, что не скажу, — парень осенил себя священным знаком. — Но я хотел бы знать, за что ты ему врезал. Что вы не поделили? Уж не ту ли даму, о которой так много говорят?

— Что? — нахмурился я, не понимая, к чему клонит приятель. Неужели…

— Серова, — ответил тот, вмиг развеяв мои сомнения. — Говорят, что она выбрала тебя и…

— Глупости, — фыркнул я. — Не собирай сплетни.

— Не обижайся. Просто люди говорят…

— А ты за ними не повторяй. Ксению со мной связывают только деловые отношения. Она ведет мой блог и пишет посты.

— И за какие заслуги ей досталась такая должность? — поддел парень.

— Спроси у моего куратора, — бросил я небрежно. — Он выбрал ее. Моим мнением никто не интересовался.

— Мне бы такую «выбрали», — завистливо протянул ведьмак. — Но нет. Наш куратор выдал какого-то странного парня, который вечно гундит и шмыгает носом.

— Главное, чтобы работу выполнял.

— Это да, — вздохнул Иван и заметил коробку, стоящую чуть поодаль на столешнице. — Только не говори, что Бета Банк…

Он не договорил, застыл удивлённо глядя на меня. А затем захохотал, ударив по столу ладонью:

— Ох… ну и дела, — с трудом произнес он сквозь смех.

— Что не так? — насупился я. — Да говори уже! Я тебя побью, если ты не перестанешь ржать.

Однако угроза не подействовала и мне пришлось терпеливо дожидаться, когда гость отсмеется и вытрет рукавом глаза.

— Да все знают, что Арсений Воронцов хотел этот контракт. А ты получил сначала внимание Алины, от которой он сох. Потом еще и контракт, который так хотел заполучить его отец. Младший говорил об этом как о решенном вопросе. Даже уже успел намекнуть, что будет лицом банка.

— Хорошо, что ты не упомянул его папашу, — проворчал я.

— Семья Воронцовых не погибла с арестом, — помрачнел парень. — Несмотря на то, что первыми они больше не будут, родственнички подсуетились. Они посетовали, что их старик давно маялся душевной болезнью. Даже добыли свидетелей того, что князь посещал лекаря без их ведома.

— О как, — я восхитился их деловой хваткой.

— Они по твоему примеру пожертвовали на строительство храма в какой-то далекой деревеньке. А также на реконструкцию здания Синода.

— Умно.

— Поговаривают, что с Арсением разорвала помолвку его невеста. Впрочем, парень особо не сожалеет по этому поводу. Семья потеряла какое-то количество денег. Но больше пошатнулось их влияние. А это куда важнее.

— Надо думать, — я глотнул чай.

— Этой змее отрубили голову, но оказалось, что осталась еще пара. Как у Змея Горыныча. — Иван изобразил рукой длинную шею и ладонью голову чудовища.

— Да понял я.

— Но знаешь, я считаю, что больше всех в этой истории выиграл только один ведьмак. И он сидит передо мной.

— О чем ты? — насторожился я.

— Ворон точил на тебя клюв. Но обломал его до того, как он смог тебе навредить. Это ли не чудо, брат?

— Пожалуй так, — я слабо улыбнулся.

— Так ты не скажешь, что с братом не поделил?

— Кажется, у меня началась звездная болезнь, — решил соврать я.

— Да ну, — не повелся друг. — Я же вижу, что ты как был увальнем из Мурома так им и остался.

Я попытался придать лицу надменный вид и с пафосом произнес:

— Выбирайте выражения, мастер Пожарский. Я могу оскорбиться.

— Ну, давай. Я прям посмотрю на это представление, — хохотнул парень. — И не забудь крылья выпустить. Я страсть как хочу на них взглянуть.

Я помрачнел, и парень напрягся.

— Что не так?

— Я немного сорвался на тренировке. И сил у меня сейчас не так много как хотелось бы.

— Хотел бы я посмотреть на твоего братца после этой «тренировки», — вздохнул Пожарский и вскинул руки в жесте капитуляции, — молчу-молчу. А силы хорошо восстановятся после баньки.

— Думаешь?

— Уверен, — он с готовностью вскочил на ноги и поправил на груди куртку. — Собирайся. Мы едем в бани, где тебя отхлещут вениками и напоят лучшими настоями, которые предлагает наша великая Империя.

— То есть морозовский сбор не брать? — спросил я.

— У меня с собой есть, — хитро сказал парень и показал на кисет, который я подарил ему в Пожарской деревне.

— Все так же наполняется? — уточнил я.

— Понемногу, но всегда хватает, чтобы выпить пару кружек в день. Марья обычно требует кисет на девичники, где угощает нескольких подруг. После таких посиделок мешочек пустеет на день-другой. Но мне все же кажется, у тебя состав чуточку иной. Более терпкий.

— Может быть, — не стал спорить я.

— Многое бы отдал, чтобы узнать, где ты добыл такой кисет. Он и впрямь волшебный.

— В запасах у Морозовых хранился.

— Не жалеешь, что отдал?

— Если не нужен, то верни, — предложил я и усмехнулся.

— Не, это так не работает, — покачал головой парень и быстро убрал кисет в карман. — Марья меня прибьет.

— Как там ее поклонник? — спросил я, чтобы не быть невежливым.

Парень нахмурился и потер лоб, словно у него заболела голова.

— Не знаю, с кем она встречается. Но парень хорошо маскируется. Мне так и не удалось выяснить имя.

— Надеюсь, она не связалась с кем-то недостойным, — откровенно озаботился я.

— Я тоже на это надеюсь. Мне не хотелось бы, чтобы ей разбили сердце. Моя сестра хоть и сильная, но душа у нее как у котенка — нежная.

— Котенка она не напоминает. Скорее тигрицу, — возразил я.

— Это ты не слышал, как она плакала, когда ее лошадь вывернула ногу. Не позволила усыпить животное и выхаживала ее несколько месяцев.

— Сильно.

— Мне пришлось жить при конюшне вместе с ней. Я весь пропах навозом. Еле смыл его с себя.

— Не, — я сделал вид, что принюхался, — не смыл. Я все еще чую, как от тебя пахнет…

Парень выругался, но тут же помрачнел, бросив взгляд мне через плечо. Мне даже не нужно было поворачиваться, чтобы понять — позади стояла Маришка.