Глава 6. Разговоры
— Удачного пути, мастер Никон. Будете в наших краях — заглядывайте, — попрощался с гостями Денис на пороге.
— Обязательно, — ответил Никон.
Представители комиссии сели в машину. И едва “Волги” покатили прочь, улыбка мигом слетела с губ Дениса:
— Трехкратный размер, — зло пробормотал он, глядя вслед уезжающим машинам. — А кто вернет тысячу рублей, которые я отдал Феоктисту?
— Хорошо, что все хорошо закончилось, — ответил Федор успокаивающим тоном.
Денис обернулся к нему, и со вздохом произнес:
— Да, ты прав. Семейный бизнес удалось сохранить. И поглощение откладывается на неопределенный срок.
— Поглощение? — переспросил я.
Денис ненадолго замолчал. Потом сказал, обращаясь к слуге:
— Федор, будь добр, сделай нам чайник отвара. Того же, которым ты угощал гостей. А я пока введу брата в курс дела.
При упоминании родства, старый слуга едва заметно усмехнулся. Но склонил голову:
— Будет исполнено, мастер Морозов.
— Идем, — Денис хлопнул меня по плечу. — Мне нужно кое-что тебе рассказать.
Мы прошли по коридору, который и привел нас к двери:
— Кабинет отца, — пояснил Денис. Коснулся ручки, и дверь открылась, приглашая нас внутри.
В маленьком помещении пахло бумагой, пылью и амброй. Нос защекотало, и я, не сдержавшись, чихнул.
Кабинет был выполнен в английском стиле. Большой, всю стену шкаф, за стеклянными дверцами которого виднелись ряды книжных корешков. В углу виднелся массивный камин, тут же расположился стол, с ровными стопками бумаг. Тут же стояли два кресла с черной, кожаной обивкой. А вдоль стены растянул уютный диван.
Я шагнул в комнату, и ноги заскользили на начищенному до блеска паркете. Взмахнул руками, чтобы сохранить равновесие.
— Осторожнее, — не оборачиваясь, запоздало предупредил меня Морозов. — Пол скользкий.
— Да я уж понял, — буркнул я.
Денис прошел к столу, сел в глубокое кресло. Поежился. Щелкнул пальцами, и с ладони в камин улетел небольшой огненный шарик, который поджег сложенные заранее дрова. Я опешил от такого трюка, но говорить ничего не стал.
— Да ты садись, — устало произнес парень. — В ногах правды нет.
Я сел в кресло у стола. Некоторое время, мы молча смотрели на пляшущий на дровах огонь. И я решил начать разговор первым. Уж слишком много вопросов у меня скопилось.
— Что это за мир?
— Сваор. В переводе…
— Утренняя заря, — перебил его я. И Денис удивленно поднял брови. Но кивнул:
— Выходит, наши миры не так уж и отличаются. Помнишь, как сюда попал?
— Смутно, — ответил я. — Подрался с каким-то бомжом в обезьяннике. А затем провалился куда-то — и вот я здесь.
Морозов взглянул на меня с непониманием:
— А как ты оказался в обезьяннике. На примата вроде непохож… Да и на юродивого тоже. Ваш князь любит сажать в клетку нормальных людей? И в чем тогда забава?
— Обезьянником у нас называют камеру, где содержат тех, кто нарушает порядок, — пояснил я. — Так их на время изолируют от общества. Права и свободы людей у нас чтут.
— То есть человека держат в клетке, но при этом у него есть права и свободы? — ошарашенно переспросил Денис. — Ты в своем уме? Почему городовой не возьмет с человека штраф и не отпустит на все четыре стороны? Зачем его в клетке держать? Какой в этом толк?
Я вздохнул:
— Видимо, наши миры отличаются куда сильнее.
— И то верно, — согласился Денис. — Тут без семейного отвара не разберешься.
В этот момент, в дверь отрывисто постучали.
— Войдите, — крикнул Денис.
На пороге появился Федор. В руках слуга держал поднос, на котором стояли две чашки и большой металлический чайник, под которым горела крупная плоская свеча. Ни разу не поскользнувшись, мужчина прошел по кабинету и поставил поднос на стол. Разлил по кружкам отвар и молча удалился.
Денис взял кружку и сделал глоток:
— Ты пей, — посоветовал он. — Остывший, он теряет часть свойств.
Я взял свою посудину, неспешно отпил.
— Ну? Так зачем князь посадил тебя в клетку? — с любопытством продолжал расспрашивать Морозов. — Ты преступник?
Я вздохнул и начал рассказывать про устройство нашего мира. И по мере повествования, Денис только удивленно качал головой, до того чудным казалась ему моя история:
— То есть, простолюдины занимают государственные посты? И Императора нет? — перебил меня он. — Это что за варварство такое?
— Зато у нас все равны, — парировал я.
— Угу, — кивнул Морозов. — Поэтому тебя посадили в клетку. Как зверушку.
— Потому что я нарушил правила и ударил… стража закона, — терпеливо ответил я.
— Ну не убил же? — парировал Морозов.
Я вздохнул и продолжил рассказывать про наш мир. Заняло это пару часов. И когда я закончил, Денис опрокинул третью чашку напитка.
— Все же я был прав, — протянул Морозов. — Без чая мы бы не разобрались.
— Наверное да, — ответил я. — Такая вот жизнь.
— Тяжело вам поди живется, без князя-то.
— Мы привыкли, — ответил я. — Расскажешь теперь о вашем мире?
— О нашем, — поправил меня Денис и добродушно улыбнулся. — Ты же теперь Морозов. В общем, слушай. Ты попал в Российскую Империю. Столица у нас Снежинск, а не как у вас Москва. Хотя Московское княжество считается столицей торговли. Лакомый кусок для генерал-губернаторов.
Я задумчиво потер ладонью подбородок. В Российской Империи генерал-губернаторами вроде бы были дворяне, которые управляли областями. Денис же сделал глоток отвара и продолжил:
— Генерал-губернаторами назначаются отпрыски, в которых течет кровь Императора. Самые древние дома России. Их еще именуют Великокняжескими. Остальному дворянству надлежит поступить на гражданскую службу, в охранное отделение, или в Синод.
— А военное ремесло? — уточнил я.
Денис поморщился:
— В основном этим занимаются бастарды, которые нанимаются в дружины князей или дворян. Для аристократов армия дело недостойное. Кроме службы в Михайловском полку личной охраны Императора. Эта служба считается привилегированной.
— А остальные профессии? Торговля, например? Ну, или наука?
Морозов вновь скривился:
— Торговлей, наукой, ремеслами занимаются бастарды. Они открывают лавки, мануфактуры, создают исследовательские общества. Ну и организовывают гильдии.
— А ваша семья? — уточнил я.
— Наша, — весомо поправил меня парень и погрозил мне пальцем.
— Она служит Синоду, как я уже понял.
Морозов кивнул:
— Мы ведьмаки. Семь поколений мои предки занимались этим ремеслом. Ведьмаки разыскивают и убивают чудищ, которые мешают жить людям.
— Мешают? — переспросил я и тут же добавил, — Чудовища?
— Они самые. Их еще называют "нелюди". Они убивают и едят людей, — спокойно добавил названый брат. — Но иногда насылают беды и несчастья на деревни и маленькие городки. И ты пришел в наш мир вовремя.
Я сделал глоток чая и вопросительно посмотрел на Дениса, ожидая продолжения.
— Каждая семья ведьмаков получает патент, — продолжил Морозов. — И чтобы его получить, в семье должно быть не менее двух ведьмаков. Одному работать строжайше запрещено. И если остается только один воин, семью лишают патента. А боец может только пойти в другую семью в качестве наемника. Последнее время мы занимались делами вдвоем с отцом.
Тут Денис помрачнел и потер переносицу, словно какая-то мысль причиняла ему боль.
— Но отец пропал и был признан умершим. Так что если бы ты не появился в моем доме…
— Нашем, — нагловато поправил я и ехидно добавил. — Тебе пришлось бы работать на других людей.
Морозов только покачал головой:
— Это вряд ли. Видишь ли, характером я пошел в отца. А папенька был вспыльчив и прямолинеен. Старался не врать и говорил в глаза все, что думал. Неудивительно, что врагов у него было больше, чем друзей.
Я вспомнил разговор Дениса с комиссией и кивнул:
— Понимаю. Стоп, а почему бы тебе просто не нанять нескольких бойцов, чтобы не лишиться патента?
Денис задумчиво забарабанил пальцами по столу:
— Ведьмаки обладают даром, который передается только по крови. Во-первых, мы видим незримых тварей. А во-вторых, нечисть сильнее обычного человека. Даже обладающего Силой. Нам помогают руны, которые были предназначены для борьбы с такими тварями. Семья может нанимать людей в помощники. Но больше подмастерья они не продвинутся. Поэтому, для того чтобы не потерять лицензию, в семье должно быть не менее двух кровных родичей.
— Но мы же не… — начал было я и осекся, вспомнив, как чаша выдала комиссии заключение о близком родстве.
— Ты теневой двойник, — спокойно подтвердил Морозов. — Миров очень много. Какие-то процветают, какие-то только зародились. А некоторые уже бьются в агонии. Но в каждом мире есть как минимум один человек, который похож на своего двойника из другого мира. И ДНК таких людей будет совпадать, словно они родственники. Как у нас.
— Вот это поворот — протянул я, пристально глядя на Морозова. Но тот только покачал головой:
— Не совсем. Я пытался призвать кого-нибудь из других миров. И притянуло тебя.
— То есть тот мироходец…
— Это как раз совпадение. Обычно по призыву приходят люди, которые умерли в своем мире. Чтобы дорога домой была отрезана. Мне повезло, что мироходец отправил тебя сюда.
Я посмотрел на странный хронометр, который до того были скрыт под манжетой рубашки.
— Вышло все случайно. Все же мне, можно сказать повезло остаться живым. Не хотелось бы умирать для того, чтобы перейти.
Денис поднялся из-за стола. Покосился на висевшие на стене часы:
— Ладно. Раз уж все выяснили — может быть, пора начать твое обучение? Ты же теперь все-таки ведьмак.
***
Следующей комнатой, которую мы посетили, была оружейная.
— Скромно, но уж как есть, — произнес Денис с наигранной скромностью, открывая двери.
Я не удержался от удивленного “Ух ты них...”. И этот ответ вызвал у братца удовлетворенную усмешку. Кажется, именно такой реакции он от меня ждал.
Арсеналу семьи Морозовых мог позавидовать армейский склад. Три стены были увешаны пистолетами и автоматами на любой вкус, калибр, и страну — изготовителя. Строго упорядочено лежали на столах гранаты всех видов. Посреди комнаты аккуратным строем расположились манекены в защитных костюмах.
— Умная ткань, — беспечно бросил Морозов. — Принимает форму тела, сохраняет тепло и обладает водоотталкивающими свойствами.
— Здорово.
— Это базовые свойства. Но у каждого костюма есть особенности для работы в разных условиях.
Отдельно было представлено холодное оружие. Я привык к ножам, но тут рассмотрел другие виды режущих предметов. Здесь были и рапиры, и мечи, и кривые сабли. Клинки самой разной длины.
— Оружие делится на классы, — менторским тоном начал пояснять Денис. — Для каждого есть свои школы боя.
— Для огнестрельного тоже? — уточнил я.
Морозов многозначительно кивнул:
— Ага. У стрелков есть много усилений. Но от огнестрела мало проку в ближнем бою. Поговаривают, что когда-то встречались мастера подобных поединков. Но это наверняка сказки. Так что…
Он обернулся и указал на стену с холодняком:
— Ведьмак учится еще и фехтованию. Не дуэльному бою, а работе, когда противник хочет разорвать тебя когтями. Или плюнуть ядом.
— А костюмчики?
— Защита, — пояснил Денис. — На любой сезон и местность. На подкладке этих чудо-курточек нанесены , которые будут какое-то время защищать носителя. Пока Сила не иссякнет. После они превращаются в обычную тряпку. Пусть даже умную. Так что не стоит затягивать бой. А если понимаешь, что победить будет сложно — лучше сбежать. Чтобы вернуться уже подготовленным.
Я задумчиво потер ладонью подбородок.
— То есть, придется выбирать между ближним и дальним боем — уточнил я.
— Скорее, нужно найти баланс. В семьях, конечно, есть легенды только ближнего или только дальнего боя. Но их единицы. Остальным приходится балансировать.
Я задумчиво осмотрел оружие, решая, что могло бы мне подойти. И внезапно, мой взор упал на неприметный обрез, который ютился в самом углу.
Обычная двустволка со спиленным прикладом. Длиной он был с локоть. Цевье было исцарапанным, сильно потертым. На рукояти было множество насечек. Ладонь словно сама потянулась к оружию.
— Его использовал один из подручных семьи, — пояснил Денис и тяжело вздохнул, — вряд ли признает тебя. Слишком сложное…
Но едва ладонь коснулась потертой рукояти, как кожу словно пронзило сотней маленьких иголочек. А оружие едва заметно засветилось.
— Хм… — Денис задумчиво потер ладонью подбородок. — А он тебя признал. Мощное оружие. Но скорострельность оставляет желать лучшего.
— Самое то для боя на средней дистанции.
Морозов только пожал плечами, словно говоря: ну, как знаешь:
— Кстати, по старой традиции, оружию нужно дать имя, — посоветовал он.
Я провел ладонью по цевью. Переломил обрез, посмотрел в дула. Они уставились на меня в ответ черными провалами, словно в самую душу заглянули. Я отчего-то подумал, что встретил старого друга, который тоже меня вспомнил.
— Имя ему дам попозже, — довольно кивнул я.
Денис неспешно прошелся вдоль стендов:
— Ладно, что дальше: клинок и цепь.
— На кой? — удивился я.
— Многие представители нечисти боятся железа, — терпеливо пояснил Морозов. — Так что цепь — хороший инструмент для того, чтобы обездвижить тварь.
Он указал на несколько цепей из тонких звеньев, которые висели на отдельном стенде. И я взял первую попавшуюся, не особенно заботясь с выбором.
— И клинок, — закончил Денис.
Клинок выбрал меня сам. Обычный, обоюдоострый меч с потертой рукоятью сам прыгнул со стенда в ладонь.
— Да ты просто везунчик, — прокомментировал Денис, и в голосе послышались нотки зависти. — Еще вчера, в тебе даже Силы не было, а сегодня ты уже готов к работе. Ну, почти.
Я пожал плечами, не зная, что на это ответить. Оружие меня всегда любило, и я отвечал ему взаимностью.
— Ладно, идем на тренировочную площадку. Посмотрим, чему вас учат в вашей варварской армии.
— Да я там писарем был, — привычно соврал я и замолк.
Усмешка Морозова показала мне, что парень не доверяет моим словам.
***
Площадкой это назвать было сложно. Скорее, на заднем дворе был целый полигон. За особняком высился забор и вдоль него стояли местами потрепанные манекенами. Денис прошел к одному из них. Манекен фигурой походил на среднестатического человека. Рост около ста семидесяти сантиметров, широкие плечи, свисающие вдоль тела крепкие руки. Брат провел ладонью по отполированному шару, выполняющему роль головы, и спросил:
— Готов?
Я бросил на “братца” вопросительный взгляд. К чему я должен был подготовиться? К отработке приемов на деревянном человечке?
И тут «деревянный человечек» себя показал. Манекен исчез в дымовой завесе. А из пелены вышло существо, напоминающее волка, которых изображали в фильмах про оборотней. Двигалась эта тварь на двух лапах донельзя ловко. А передние лапы были удлинены настолько, что свисали ниже колен. Он сделал пару шагов, остановился, глядя на меня. И мне показалось, что в желтых глазах читается насмешка. Тварь оскалилась, зарычала, показав устрашающего вида клыки. А затем, бросилась на меня.
Несмотря на видимую неуклюжесть, двигалась тварь очень быстро. Я едва успел отскочить в сторону и увернуться от монстра. Существо остановилось, резко развернулось. И я выхватить клинок из-за пояса и подставить его под удар лапы. Когти ударили по металлу, высекая искры. И я едва не охнул: тварь была такой сильной, что я с трудом смог удержать клинок. От удара по рукам прошла волна боли.
Волкочеловек продолжал наседать, оттесняя меня. И я еле успевал парировать град быстрых ударов. Но помогало это мало. И спустя пару минут, тварь остановилась. Склонила голову в поклоне, в котором чувствовалось уважение к противнику. А затем, ушла к забору, где стоял ранее манекен. Вспышка, дымовая завеса — и у стены снова стояла обычная деревянная болванка. Только несколько свежих царапин на заготовках рук давали понять, что мне все не привиделось.
— Неплохо, — оценил Денис, который внимательно наблюдал за поединком. — Весьма неплохо.
Я убрал клинок и сел. Пара минут боя вымотала меня так, словно я несколько часов разгружал мешки с цементом. Грудь горела огнем, а в руках, от запястий до плеч растекалась боль. Мышцы ныли, грудь ходила ходуном, пытаясь насытить организм кислородом. Сердце бешено стучало, готовое вот-вот проломить ребра. А в ушах шумело.
— Просто… не повезло. Больно сильная была тварь.
— Это волколак, — поправил меня Денис. — Самое хилое из существ. Особенно днем. Ночью, под светом луны он становится немного мощнее.
— Это… слабое? — с трудом прохрипел я и вопросительно уставился на усмехающегося Морозова. — Думаю, тогда мне нечего делать в этих ваших ведьмаках.
Но Денис только покачал головой:
— Ты не использовал силу и эликсиры. Но даже без рун, ты простоял против волколака две минуты. Словно селянин с ножом наперевес. Можно сказать, это рекорд.
— А если бы я… победил? — усмехнулся я.
— Тогда ты стал бы легендой, — спокойно ответил Морозов. — И уже завтра, на наш дом покушались бы все семьи ведьмаков.
— Зачем?
— Чтобы уничтожить семью. И заставить тебя подписать контракт на самых выгодных условиях, — усмехнулся Морозов. Но, как по мне, улыбка у него вышла очень уж невеселой. — Хотя, думаю если бы этот бой видели представители семей — у дома Морозовых могли появиться проблемы.
— А это что такое? — поинтересовался я, немного восстановив дыхание.
-Ты про манекен? Пущевик. Он создан сиреной, и оживлен ее магией. Копирует нужную форму, сохраняя все свойства скопированного существа. Хорошая вещь для тренировок.
— И не поспоришь, — буркнул я.
Морозов подошел ко мне, протянул руку, помогая подняться:
— Физические данные у тебя лучше, чем у многих, — словно нехотя продолжил он. — Осталось научить тебя работать с рунами. И использовать силу.
— И кто выступит в качестве учителя? — ответил я, хватаясь за предложенную руку и вставая с земли. — Ты?
Денис вновь покачал головой:
— Увы. Тебя выбрал темный путь. А я не силен в Силе крови, Колдовства и Иллюзий. Кстати, какую школу ты выбрал?
— Барова сказала, что мне подвластны все три.
Денис удивленно поднял брови и колко уточнил:
— Все три?
Я только кивнул.
— Ну… ладно, — неуверенно ответил Морозов.
Потом он почесал затылок и сморщил нос. Было заметно, что ему не было уютно говорить со мной об этом.
— Что? Все так плохо?
— Справимся, — братец ткнул меня кулаком в бок. — Ты только не вешай нос.
— Как скажешь.
В этот момент на заднее крыльцо особняка выше Федор и громко произнес:
— Мастер, вас просят к телефону. Советник…
— Я поговорю в кабинете отца… То есть, в своем кабинете, — ответил парень и бросил мне через плечо. — Подожди меня в гостиной. Я скоро вернусь. И кажется, есть у меня один… знакомый.
На слове “Знакомый”, Морозов сделал акцент. И это мне не понравилось.
Брат же пошел к особняку. И я последовал за ним.