Глава 27
Яночка.
Первое, что я сделала, сразу созвонилась с риэлтором из объявления. Мне нужен свой угол, а занимать пятый в маминой новой жизни желания ноль.
Я сняла квартиру возле работы. Маленькую однокомнатную. Больше мне уже не надо. Живу сама без Стаса. Поэтому и места надо немного. Главное, что дом новый, современный. Скоростные лифты.
Я специально выбрала жилье повыше. Семнадцатый этаж, то что нужно.
Пришло время оторваться от земли. Скинуть баласт прошлого, взлететь повыше к небесам.
Мысли в моей голове роились подобно растревоженному улью.
Я осталась совсем одна. А это значит, что у меня несколько путей развития дальнейшей жизни.
Первый. Замкнуться. Начать страдать по членам бывших мужиков. К примеру, за обходительностью и заботой милого, хорошего(почти хорошего) Стасика. Вспоминать, объедаясь мороженным, как он носил меня на руках и осыпал постель розовыми лепестками. Перемалывать каждый день несостоявшуюся счастливую свадьбу.
Продолжать жалеть себя и страдать, как собачка — потеряшка.
Есть еще второй член. Адриан. Тут, конечно, стоит сожалеть именно о члене! Мужик хорош в постели, это у него не отнять. Красивый, брутальный, богатый.
Даже то, что наше знакомство состоялось не совсем по правилам романтического романа… Если закрыть глаза на его жестокое изнасилование и вспомнить, как он последние дни был по своему обходительный и заботливый, то Адриан Ливингстон неплохой кандидат в бывшие. По нему есть смысл пострадать. Полить горючие слезы, считая себя дурой, упустившей крутого мужика. Сексуального, сильного и по своему прикольного.
А есть третий путь…
Он самый унылый. Я бы сказала говнистый. Потому что попахивает отстойно.
Но, не поверите, я выбрала именно его.
Забить! Тупо забить на члены!
Еще, когда мы с Адрианом разговаривали в торговом центре, и он задавал мне вопросы по поводу того, что я люблю и что мне нравится, я не смогла четко сформулировать свой ответ. Ведь всю свою жизнь я была чьим-то придатком. Сначала властного строгого отца, затем появился Стас. Вроде нежный и ласковый, но со своей непреклонной линией аристократизма. Гребанного ханжи. И я, как влюбленная дура, снова потеряла себя. Старалась соответствовать. Быть хорошей, умной, послушной.
А такая ли я на самом деле?! Не поверите, но оказалось, что я себя не знаю в свои двадцать пять лет!
Что если я тупая дура, к тому же грубиянка и похотливая сучка?!
Не зря же я повелась на тестостеронового альфа-самца Адриана!
С ним тоже интересная история…
Стоило нам расстаться на день, как я почувствовала облегчение. Слишком непредсказуемый мужчина. С припадками мнимой веселости и жуткого сарказма. Готова ли я к отношениям в которых он сумасшедший доминант, а я покорная шлюха?!
Скорее нет, чем да!
Раз я начала так невовремя задаваться такими вопросами, то дальнейшего будущего у нас не может быть. Слишком быстро и легко он решил нашу совместную судьбу.
Сначала громко обозвал меня невестой, затем легко отпустил меня. Хочется закричать на весь этот бред — НЕ ВЕРЮ!!!
Что то происходит в его жизни, прям жопой чую, не имеющее ко мне отношения, но влияющее на его поведение.
А мне разбираться в чужом дерьме вообще не хочется. Своего по горло. Выбраться бы.
Поэтому, спустя три дня, как я поняла сразу, отведенных мне для размышлений над своим бренным существованием, я точно поняла, что никаких мужиков мне не надо! Вот совсем! Ни Стаса, ни Адриана, ни Деда Мороза! Я им всем не верю.
Хочу понять кто я. Заняться собой, своей жизнью, своими увлечениями. Понять, наконец, что мне нравится и интересно.
И, как любой человек в поиске себя (ну или просто, как полная дура), я решила сначала все разрушить. Вот взять и на корню отрезать себя от прошлой жизни. Пошло все на тот самый член, который управлял мной все годы моей сознательной жизни.
Во мне проснулся запоздалый подростковый бунт. В двадцать пять, стало снова пятнадцать!
Согласно своему плану по разрушению спокойной и налаженной жизни, я пошла на свою работу и написала увольнительную. По собственному желанию.
Ненавижу бухгалтерию и финансы. Несмотря на то, что высокий оклад мог бы остудить мой юношеский порыв, я заткнула поглубже жадную стерву в себя и таки сделала это.
Затем я решила…не работать пока!
Проверила сбережения на карте. Денег с моим экономным образом жизни мне хватит где-то на двадцать лет. Поэтому я решила дать себе время побездельничать. И три дня — это мало. Хочу месяц! А то и два…
Пошла в спортивный магазин и купила себе ярко розовые лосины и короткий топ, подчеркивающий мою пышную грудь. Стас никогда не разрешал мне покупать подобные прикиды, и я заткнула поглубже свое неординарное видение моды. А на самом деле, я подумала, что мне не нравится ходить в унылых оттенках черного, серого и всех их производных.
Хочу салатовый, желтый и розовый. Хочу в кино на Люди в черном 3 и на Россомаху. Хочу слушать Шазам на всю квартиру. А еще я люблю цветы…
Да, я вспомнила. Я с детства собирала на праздники индивидуальные букеты. Любила долго бродить по пахучим рядам и выбирать самые необычные растения. Меня всегда тянуло к розам, орхидеям, ромашкам, хризантемам. Обожаю папоротники и тысячелистник…
Кажется, я совсем свихнулась. Но моя новая идея зрела с каждым днем.
Хочу открыть свой цветочный магазин. Заниматься флористикой. И именно с этого я и начала. Пошла и записалась на курсы.
Причем одела розовый спортивный костюм, распустила длинные волосы, не выравнивая. Стас не любил никогда то, что они у меня от природы пушились и вились волнами. Он все время просил их вытянуть утюгом. И я, следуя его эгоистичным желаниям, беспощадно жгла свое ценное сокровище каждый день. Но сейчас я стала свободной от чужих желаний и навязанных мнений. И мне действительно стало нравиться то, что они вьются и выглядят небрежно.
Курсы по флористике начинались с понедельника. Чтоб не прозябать в выходные дома и не встречаться с подругами, которым непременно прийдется оправдываться и рассказывать о своей трагедии на личном фронте, я подошла в торговом центре к столику Концерт. ком. Накупила на все вечера выходных билеты в Музкомедию. А днем решила посетить выставку фотографий в стиле НЮ18+.
Интересно посмотреть, как люди предствавляют секс в фотографиях. Это будет пошлятина и порнуха или, наоборот, утонченное искусство и возвышенное чувство красоты.
На том и решила.
Вернувшись в свою новую уютную квартирку я кинула взгляд на тумбу.
Выключенный айфон напоминал о Адриане.
Первый порыв был включить его и позвонить мужчине. Несмотря на весь боевой пыл, горячее сердце подставляло холодную голову.
И если первым порывом было признаться, что я по прежнему думаю о нем и желаю встречи. То потом я придумала для своей слабости новое оправдание. Убедила себя, что просто скажу, пусть он сегодня не ждет моей капитуляции. Мои крепости для него навсегда закрыты. По крайней мере, пока не пройдет моя белка и не утихнет азарт одиночества. Благо, мозгов хватило вовремя остановить дрожащий палец на пусковой кнопке.
Потом я придумала выкинуть злосчастный телефон в урну и забыть навсегда о бородатом брутале.
Стало жалко гаджет.
И понимая, что я сейчас нахожусь на переломном периоде своей жизни, и неизвестно чего я захочу завтра, все же не стоит так разбрасываться контактами мужчин. Тем более с большим членом…
Короче, решила спрятать телефон подальше в шкаф. Дала себе установку, если за месяц я его не включу, то просто или верну Адриану или уже тогда выброшу. Пока пусть будет. Кушать же он не просит. Лежит себе тихо-мирно.
Сегодня у меня по плану фотовыставка НЮ. Во Дворце культуры. Место проведения, конечно, странное. Там обычно выставки классических картин и фотографии более скромные. Города, отражения в лужах, помню, мы со Стасом ходили — смотрели. Но выбирать не приходилось. На сегодня только НЮ. И я, впринципи, не против была, когда покупала билет и даже теперь за. Интересно…
Я одела открытый красный сарафан на тонких брителях. Впереди он был очень коротким, открывал бедра. А сзади, воздушными воланами спускался до щиколоток. Босоножки я выбрала пудровые Channel и клатч из этой же коллекции на тонкой золотой цепочке.
Подкрасила губы красным блеском. Глаза решила не красить, чтоб окончательно не выглядеть блядью на охоте. Тем более, что наряжалась я только для себя. Никаких мужчин!
Доехала до Дворца культуры сама. На своей тачке. Моя ласточка, черная Хонда CR-V, послушный кроссовер, приятно ощущалась под попой. Когда я жила со Стасом, она возила меня только на работу и с работы. А тут я решила устроить и ей культурную программу. Выгулять кобылку, так сказать.
Домчала она меня легко и быстро. В который раз убедилась, что люблю свою машинку.
Вход во Дворец культуры был опечатан красными лентами с обозначением 18+.
Я припарковалась на обочине и пошла в сторону выставки.
Показала полной тетеньке на входе билет и, цокая каблуками по мраморной лестнице, направилась на второй этаж.
Людей было много. Разные неформалы в спортивных костюмах, полуголые модели — натурщицы, фотографы, представляющие свои творения и простые зеваки, забредшие в этот эротический мир, как и я, случайно.
Стоило зайти в первый просторный освещенный зал, как я ахнула.
Остановилась у первой фотографии и не могла оторвать свой жадный взгляд.
На полностью темном фоне был засвечен белый силуэт обнаженной натурщицы. Она выставила попу к верху, а грудью легла на пол. Волосы ее были заплетены в тугую длинную косу, кончик которой она держала в вытянутой на полу руке. Фотография моментально всколыхнула мои сексуальные инстинкты. Она была насыщена энергетикой, к которой хотелось прикоснуться. Пропитаться ей насквозь.
Следующие творения были одного и того же фотографа в одинаковом стиле. Девушки на фото были в разных позах, плавно и призывно заманивали в мир похоти и разврата.
Новые композиции были с едой. Мужчина стоял на коленях с завязанными руками за спиной и с плотной черной повязкой на глазах. Перед ним стояла роскошная модель в латексном комбинезоне. На высоких каблуках и в кожанной маске с прорезью для глаз. В руках она держала разрезанную папайю. Оранжевая мякоть блестела своей сочностью. А в сердцевине экзотического фрукта были гроздья черных косточек. Мужчина тянулся языком к промежности женщины, а она ему вместо себя подставила папайю. Сразу возникала ассоциация фрукта с женским лоном.
Каждое фото было необычным и очень возбуждающим. Вроде бы совершенно голых людей на них изображено не было, но язык их тел явно вещал о страсте и сексе.
Я блукала очень долго между выставочными экспонатами. Никогда бы не подумала, что выставка фото в стиле НЮ может так увлечь воображение. Когда ехала сюда, то планировала бесцельно убить время. А попав в этот творческий и такой откровенный мир, даже потерялась во времени.
Одна коллекция мне очень понравилась. Цветочные мотивы. Я стояла и всматривалась в фотографию молодой пары с розами. Женщина сидела на корточках перед мужчиной. В руках она держала красные розы с шипами. Мужские руки сжали ее сверху и надавили так, что ранили нежные ладони до крови. Алые капли капали на пол. Вместо того, что б противиться и вырываться, девушка смотрела бесконечно влюбленным взглядом на своего мучителя. Тирана.
Разве возможно, полюбить того, кто делает тебе так больно?!
— Вы знаете, что на этом фото изображены не натурщики, а реальная пара? — приглушенный бархатный голос вывел меня из творческого оцепенения. Я оглянулась, чтоб увидеть того, кому он принадлежал.
Высокий блондин в строгом костюме стоял совсем близко ко мне и смотрел на фото своими серо-голубыми глазами. Холодными и равнодушными. Будто его сложно вообще чем то удивить, — Это Адель и Генрих Слайс. Семейная пара из Германии. Они пропагандируют отношения в стиле БДСМ. Генрих жесткий деспот, а Адель его покорная любовница.
Я снова взглянула на фото, совсем иначе. По новому. Теперь я четче разглядела между ними невысказанные чувства. Одно из проявлений больной зависимости. Наверное, им кажется, что это любовь.
— Я думала здесь только постановочные фото наемных моделей, — удивленно проговорила я.
Снова перевела заинтересованный взгляд на мужчину.
Угловатый профиль и волевой подбородок, идеально выбритый. Волосы в модной стрижке зачесаны набок. Взгляд острый, пропитан умом и ценизмом. На вид ему не больше 30–35 лет, но может быть и старше. Просто выглядит ухоженно, даже сказала б идеально. Спортивное телосложение прослеживается сквозь плотную ткань костюма. И седины в медовых волосах нет.
Мужчина резко обернулся ко мне, и мы встретились взглядом. Странный изучающий меня холод коснулся внутренностей. Он сканировал меня своей энергией. Я почувствовала, как задрожали поджилки. Он слишком подавлял, и я бы сказала внушал первобытный трепет. Страх. Желание уйти из-под льдистых сканеров.
Я непроизвольно чуть отступила.
Незнакомец почувствовал, что я мечтаю сбежать от него и поторопился снова заговорить:
— Вы считаете такие отношения недопустимы?
Я снова глянула на фото и возвышенное выражение лица Адель.
— Думаю, каждому свое. Что хорошо в одной паре, убьет другую.
— А вам что нравится больше доминировать или подчиняться? — прямо спросил он. Я опешила, пытаясь понять, допустима ли такая откровенная тема разговора с незнакомцем. Возможно, атмосфера эротизма и располагала расслабиться и вести беседы такого рода, но мне они были явно не по душе.
— Мне больше импонирует равенство в паре, — размыто ответила я.
Мужчина продолжал смотреть прямо в душу, пытаясь прочесть правду. Чуть склонил голову набок, отчего его длинная челка чуть прикрыла лицо сбоку, делая его строгий образ более небрежным. Но ему явно шел такой вид, делая его менее суровым и более стильным.
— То есть, вам бы не понравилось, если б вас отхлестали по ягодицам, поставив на колени? — спросил он приглушенным тоном. Я сглотнула вязкую слюну, прекрасно чувствуя, что за его словами что то больше вопроса. Вероятно, он уже представил меня в таком унизительном положении.
Я отступила еще на шаг, страх стал сильнее. Пожалуй, пора ехать домой, пока извращенец не напал на меня и не затащил в пыточный подвал. Что то мне подсказывало, что его стоит опасаться сильнее Адриана. Слишком он холоден и черств. А сюда стоит добавить нотки садизма, с которыми он намекал на свои пристрастия. Взрывной коктейль жестокости мне точно ни к чему.
— Уверенна, что нет, — дрогнувшим голосом ответила я.
Он едва заметно кивнул.
— Извините, мне пора, — зачем то я попращалась. Мне казалось невежливо оставлять его молча. Он явно странный тип, еще разозлится…
— Нельзя быть уверенной в том, чего не пробовала, — добавил он вместо прощания.
Я попятилась назад, чувствуя волны больного возбуждения, пробивающиеся от него через мнимое спокойствие.
Жуткий тип! Однозначно, лучше быстрее бежать не оборачиваясь.
Я ему постаралась улыбнуться. Отвернулась, с трудом разрывая контакт с этими ледяными глазами и, кивнув самой себе, поспешила на выход.
Да уж. Вот и сходила на выставку!
Хотя чего я ожидала…Конечно, на таких мероприятих легко встретить и маньяков и извращенцев. Хотя мужчина и выглядел совершенно нормально. Но после его слов, сразу стало понятно, что с ним лучше не заигрывать. Такой сделает то, что решил. И я уже даже не удивилась бы, если б он переклонил меня пополам и таки отхлестал по заднице.
Тряхнула головой, отгоняя необычные для меня мысли.
Никаких мужчин, напомнила себе.
Почему ко мне начали липнуть сумасшедшие садисты?! Будто они мой любимый типаж…