Глава 14
Полина уезжала из родительского дома так, словно это у нее вчера была свадьба. Мужчины многозначительно переглядывались, хлопали Славу по плечу и спине.
Вся родня высыпала на улицу, чтобы проводить. И от Полины не укрылся тот факт, что семья приняла ее избранника. По крайней мере, все выглядело именно так.
На прощание мама тепло обняла Славу, а отец пожал руку и, улыбнувшись, что-то сказал. Поля не расслышала, но Барновский кивнул. А по выражению лица любимого было понятно, что фраза Влада Романовича не была враждебной. Наоборот.
– На связи, – напоследок кивнул папа, обращаясь к Барновскому, и раскинул руки для Поли. – Ну, егоза, чтобы каждый вечер отчитывалась. Или приеду сам.
– Милости просим, всегда рады, – вместо Полины ответил Слава, улыбаясь.
– После твоего назначения обязательно навестим, – усмехнулся отец, а Слава не стал спорить.
Полина решила не задавать вопросов относительно должности Славы. После все станет ясно. И потом, дорога длинная, будет еще время все обсудить и поговорить.
Федор галантно придержал двери для Полины. От Архиповой не укрылась легка заминка Белого. Девушка подметила, на кого именно бросил свой взгляд Белявский прежде, чем отвернуться и сесть в машину на переднее пассажирское место. На крыльце позади всей семьи, гудящей смехом и напутствующими пожеланиями, замерла Надия Варгинова.
Поля улыбнулась. Надо же, как интересно. А ведь за своими переживаниями и выяснением отношений со Славой Архипова едва не упустила очень важный момент из жизни близких ей людей.
Мысленно поставив галочку, Поля решила вернуться к этому вопросу позже. А пока что имелись куда более важные дела. Девушке предстояло кое-что обсудить с заказчиком. В конце концов, а работу никто не отменял. Придется ее выполнять, раз уж Поля пообещала взять за дизайнерский проект квартиры для самого Вратислава Барновского.
– Итак, Вратислав Павлович, давайте обсудить кое-что очень важное, – деловым тоном заговорила Архипова, с умным видом открывая свой ноутбук.
– Что именно, Полина Владиславовна? – поддержал ее игру Слава, но в глазах мужчины Поля рассмотрела смешинки.
– Какие у вас пожелания насчет цветовой гаммы, расположения комнат, мебели? – улыбалась Поля.
– Этот вопрос, Полина Владиславовна, вам стоит обсудить с моей невестой, – подмигнул ей Слава. – Я полностью полагаюсь на ее вкус.
– Крайне опрометчиво, Вратислав Павлович, – наигранно серьезно покачала Поля головой. – Но так и быть, мы все с ней обсудим и решим.
Слава негромко рассмеялся, кивнул, приобнял Полю за плечи.
– Полный карт-бланш? – уточнила Полина, улыбаясь.
– Все что душа твоя пожелает, малышка, – согласился Слава.
Полина, залюбовавшись открытым взором любимого, задумалась. Надо же, как у них все стремительно происходит. Еще вчера Архипова страдала, а сегодня уже смеется. Более того, Полина была счастлива и верила в то, что вместе они преодолеют любые невзгоды.
***
– Давай переночуем в гостинице? У Мирона и здесь есть филиал. Он устроит нас в приличных апартаментах. А завтра подберем что-то в аренду, на первое время, – вновь повторил Барновский, однако Полина отрицательно качнула головой.
Архипова стояла в центре гостиной. Здесь было чисто, убрано, все на своих местах. Идеально и с шиком. Понятно, что дизайнеры прекрасно поработали с помещением. И интерьер очень подходил по характеру Славе. Но квартира была чрезмерно идеальной, как музей, а не жилое пространство.
И потом, Полина все же побродила по просторам интернета. Ей попались несколько фотографий, сделанных в ванной комнате бывшего заместителя губернатора. Было ясно, что кто-то очень хорошо постарался, чтобы снимки уплыли в сеть. И от тех фото было жутко. Но Полина не собиралась сдаваться. Она понимала, что грязи будет еще очень много. А поддержать любимого мужчину – ее первостепенная задача.
– Нет, Слава, мы останемся здесь, – покачала головой Полина, – я не очень люблю гостиницы, даже если они принадлежат твоему замечательному другу.
– Замечательному? – переспросил Слава, а Поля рассмеялась.
Выражение лица у Барновского было .. интересным. Брови сошлись на переносице, а в глазах искорки ревности. Эти эмоции ни с чем не спутать.
– Смешно тебе, да? – с обидой в голосе буркнул Слава, развязывая узел галстука.
– Ты ревнуешь? К Мирону? – догадалась Поля.
– Допустим, – скривился Слава, – он до сих пор в красках расписывает ваш совместный обед.
– Ты сам его пропустил, между прочим, – посмеивалась Поля и приблизилась к любимому, устроила ладони на его груди, разгладила белоснежную рубашку, заглянула в глаза, – тебе пора уезжать?
Телефон уже несколько раз звонил. А в коридоре верный Федор негромко переговаривался с подчиненными.
– Да, надо, – вздохнул мужчина и крепко обнял ее за плечи. – Не знаю, когда вернусь. Если честно, я уже привык к мысли, что все, перейду в частный сектор, буду строить свой бизнес и проводить все свое время с любимой женщиной. Но Влад все переиграл. Ты в курсе, что твой отец и Широков – те еще психи?
– В курсе, – кивнула Полина. – Лучше во всем с ними соглашайся. Вот тебе мой совет, господин губернатор.
– Не торопи события, Поленька, – скривился Слава. - Я не уверен, что хочу им быть. Да и с Захаровым куча проблем
– А папа что говорит? – уточнила Архипова.
– Считает, что нашей области нужен новый начальник, моложе Захарова, перспективнее, посовременнее, – улыбнулся Слава. – На самом деле, мне кажется, что твой батя заскучал. Вот и полез в эту авантюру.
– В любом случае, Вратислав Павлович, я тебя люблю, губернатор ты, или нет, – очень серьезно заверила Полина. – У тебя все получится, если ты этого хочешь.
– Я хочу жениться на тебе, малышка, – пробормотал в ее губы Барновский, – а все остальное не важно.
Полина первой потянулась к твердым губам, оставила на них горячий поцелуй. Вопрос женитьбы решался. Их со Славой сочетают браком в ближайшие выходные. А после, когда вся шумиха уляжется, будет организовано торжественное мероприятие. Правда, если с назначением Славы все пройдет гладко, то медового месяца не будет. Но это уже мелочи. Главное, что Полина и Слава вместе.
– Никуда без сопровождения, хорошо? – попросил Слава прежде, чем уехать. Полина соглашалась со всем, понимая, что так нужно. Так Славе будет спокойнее, у него и без нее хватало проблем.
Да и куда ей ходить? Продуктов полный холодильник. Рабочий ноутбук был под рукой. Полина никуда не планировала выходить.
Вскоре Поля осталась одна. Вернее, в компании личного приставленного к Полине телохранителя. Молодой спортивно-сложенный мужчина пугающей наружности по имени Артем обосновался в кухонной зоне, откуда просматривался вход в квартиру и все коридоры
Архипова побродила по комнатам. Порадовалась, обнаружив еще одну ванную. Значит, нет нужды пользоваться той, что стала достоянием общественности. А переодевшись в удобный спортивный костюм, устроилась в рабочем кабинете Славы.
Поле именно эта комната показалась самой подходящей для творческого процесса. И потом, вид, открывающийся из окна на суетливый город, был прекрасным.
Поля погрузилась в работу, а очнулась, когда на пороге кабинета появился Артем.
– Полина Владиславовна, вам посылка, – коротко сообщил мужчина. – На предмет взрывчатых веществ и оружия ребята проверили. Если хотите, я открою сам
– А вы как считаете? Какие указания на этот счет? – уточнила Поля.
Она не ждала никаких посылок. Потому сам пакет показался ей крайне подозрительным. Но было любопытно, да. Потому что получателем была указана именно она, Полина Архипова.
– Лучше я, на всякий случай, – решил охранник и вышел балкон.
Через стеклянную дверь Полина внимательно следила за тем, как Артем вскрывает небольшой пакет.
– Что там? – поинтересовалась Поля, когда охранник бросил на нее странный взгляд.
– Давайте я шефу позвоню, – заключил мужчина и убрал содержимое во внутренний карман пиджака.
– Артем! Что там? – более настойчиво потребовала Полина и приблизилась к мужчине.
Ей казалось, раз уж в пакете нет ничего, опасного для жизни, то ей можно спокойно смотреть содержимое.
Охранник все-таки вынул пакет, но уже дозвонился Белявскому и коротко отчитывался о случившемся.
Полина даже слышала вопрос Белого. Но все внимание оказалось сосредоточено на том, что таилось внутри объемного конверта.
В конверте лежал пластиковый прозрачный футляр, внутри – несколько снимков, на которых она и Слава. Кадры были сделаны в той самой квартире, которую Слава купил, дизайн-проект которой как раз продумывала Полина.
Поля покраснела, потому что сцена на фото была крайне пикантной, не для чужих глаз. И уж тем более, не должно было попасть в статьи желтой прессы.
К фотографиям прилагалась небольшая, отпечатанная на принтере, записка с требованием выкупа. Иначе фото попадут не в те руки.
Полина вдруг начала злиться. Нет, ну что за наглость! Еще и деньги требуют! Твари! Конченные твари!
Пока Артем разговаривал с непосредственным начальством, Полина швырнула коробку с фото на рабочий стол. Захотелось все их сжечь.
Но голова вдруг начала кружиться. Должно быть, это все от нервов.
Поля тряхнула кудрями, пытаясь сбросить наваждение. Поднесла ладонь к лицу, собравшись растереть лоб.
Показалось вдруг, что в воздухе едва уловимо витает странный запах. Полина сделала глубокий вдох. Да, так и есть.
Девушка попыталась сосредоточить взгляд на тех самых снимках. Теперь на обороте снимков, как и на пластике футляра были четко видны разводы на бумаге, словно материал пропитали. И это вещество попадало сейчас в легкие и на кожу Поли.
Архипова пыталась соображать логично. Помчалась в ванную комнату, чтобы хотя бы смыть неизвестное вещество с пальцев и умыться.
Однако сделав несколько шагов, споткнулась и упала прямо на мягкий ковер.
Во время падения Поля увидела, что Артем оседает, не добравшись до нее.
Закрывая глаза, Поля начала паниковать. Она умирает? Ее отравили? А что, если в ее теле уже растет крохотная жизнь?
Поля отключилась прежде, чем смогла придумать следующий вопрос.
***
Слава смотрел на человека, который многому его научил. Многое ему дал, этого не отнять. Но теперь наступают времена перемен. Теперь Слава вырос, наверное, даже перерос своего учителя. По крайней мере, Вратислав не планировал церемониться с человеком, который собрался разрушить его жизнь. Карьеру – пожалуйста, а вот лезть в личное – Слава никому не позволит. Хватит и того, что Барновский много лет позволял собой понукать через Веру.
– Ты? Мне? Угрожаешь? – цедил тем временем Захаров.
В кабинете действующего губернатора царила зловещая тишина. И только вопль Захарова нарушал ее. А за дверью, Слава знал, ждали нужные и проверенные люди. И с минуты на минуту по выделенному каналу поступит звонок.
Судьба Захарова уже решена. Не без участия важных и влиятельных знакомых Архипова, вопрос с переизбранием главы области был улажен.
Более того, Слава уже успел встретиться с теми, кому его назначение будет крайне выгодно.
Барновский настоял лишь на одном, с Захаровым он станет говорить лично, наедине, без свидетелей.
– Ставлю перед фактом, Геннадий Альбертович, – возразил Слава.
– Да ты... Да я тебя... Да я...! – шипел старик, треснув рукой о стол.
Но должного эффекта это действие не возымело. Слава и глазом не повел, лишь убрал руки в карман и спокойно произнес:
– Уйдете спокойно, или все ваши тайны всплывут наружу. Думаете, только у вас есть выход в прессу? – усмехнулся Слава.
– Щенок! Пригрел я тебя, паскуда! – шипел Захаров.
Однако Барновский не собирался долго выслушивать угрозы в свой адрес. У него были куда более важные дела. Например, обед с Полиной.
– Новых покровителей завел, Славик, и нос задрал?! Все только начинается! – верещал Захаров, а Слава прищурился, – Ты же не думал, что я так просто все отдам? Я достану тебя, тварь. И шлюху твою!
Что-то, застывшее в глазах бывшего начальника, заставило Славу замереть. Интуиция подсказывала, что Захаров не просто угрожает. У него действительно есть козырь в рукаве. Причем настолько сильный, который ничем не перебить.
– Что вы сделали, Геннадий Альбертович? – процедил Слава.
Физически Барновский был куда сильнее Захарова. И Славу так и тянуло сжать глотку старика до хруста. Но действовать нужно иными методами. В конце концов, политики должны договариваться между собой.
Двери в кабинет губернатора распахнулась, хлопнувшись о стены.
Слава дернулся, обернулся на шум.
В дверном проеме стоял Белявский. Взгляд у Федора был странный, темный, злой, ...сочувствующий, направлен на Барновского.
А Слава моментально напрягся.
– Полина Владиславовна... – начал говорить Белый.
– Сдохла твоя шлюха, – вместо Федора заскрипел, посмеиваясь, Захаров
Славе показалось, будто его придавило монолитной глыбой. Расплющило о пол, не продохнуть. Но только сердце. А тело рванулось вперед, к смеющемуся старику.
Сквозь пелену ярости и злобы, Слава видел покрасневшее лицо задыхающегося старика. Пальцы мертвой хваткой вцепились в горло врага. Еще секунда, и раздастся хруст. Слава ждал этот звук. Надеялся его услышать.
– Слава, млять! Отпусти ты его! – рычал Белый, оттаскивая его от Захарова. – Жива Полина! Слышишь? Мудак врет! Понял? Он врет!
Барновский не особо понимал слова. Видел только насмешку Захарова. Видел презрение и триумф в его гадких глазах. Захаров не мог соврать. Он что-то сделал Полине. Слава был в этом уверен. Чувствовал, что с его Поленькой беда.
– Слава, надо ехать! К Полине! Понимаешь? Она в больнице! – уговаривал Белый.
В голове у мужчины щелкнул переключатель. Надо к Полине. Надо ехать к девочке. В больнице?
– Что случилось!? – рыкнул Слава, но пальцы все же разжал.
– Пока не ясно. Похоже на сердечный приступ, но по всему – отравление, – отчитался Белый.
Слава подался вперед. Старик, кашляя и хрипя, хватался за горло, осев в своем кресле.
– Чем ты отравил мою женщину, мразь? – рявкнул Слава.
Ответа не было. Слава прищурился. Странно, но голова вдруг прекрасно начала соображать, нахлынуло осознание, что именно сейчас Славе нужно вытащить из Захарова крайне важные сведения. Жизненно важные.
Мозг выуживал различные факты, перемалывал информацию, которую Слава прочел в той самой папке, украденной из сейфа в загородном доме Захарова. А еще внезапно всплыли и другие случаи.
Предшественник Захарова скоропостижно скончался. Крепкий мужик, без хронических заболеваний, умер от сердечного приступа. Заключение патологоанатома было сфабриковано, но интуиция Барновскому подсказывала капнуть поглубже. Вот и капнули. Тогда выяснилось, что бывшего губернатора отравили редким ядом.
– Я тебя заживо закопаю, если с Полиной .., – прорычал Слава Захарову в лицо и вышел из кабинета.
У крыльца здания уже ждал служебный автомобиль. А на телефонной связи – главврач той самой больницы, куда увезли Полину. Слава залпом, на одном дыхании, выложил все, что знал об отравлении ядом и о его происхождении.
Спустя восемь минут, машина Барновского уже влетела на территорию больницы. Встречали Славу в холле первого этажа. Лестничный марш будущий губернатор преодолел за секунды.
Пришлось задержаться только перед стеклянной стеной, разделившей палату и коридор.
На больничной койке лежала Поленька. А Слава был вынужден стоять и смотреть со стороны.
Минуты потянулись мучительно долго.
– К сожалению, молодой человек, которого доставили с вашей женой, Вратислав Павлович, находится в критическом состоянии. Доза препарата была почти смертельной. Организм борется, и нам крайне повезло с противоядием. Да и вообще, пострадавших доставили своевременно. Что касается вашей супруги, Вратислав Павлович, то она вдохнула небольшое количество вещества. Можно сказать, что ее охранник взял все действие яда на себя, – сухие фразы врачей с трудом доносились до слуха Барновского.
Слава не сводил взгляда с бледного лица Полины. А перед глазами – ее удивительная волшебная улыбка.
– Какие прогнозы? Как она? Как ее состояние? – отрывисто выдавил мужчина.
– Пока что девушка без сознания, – после секундной заминки ответил врач, – мы ждем результат повторных анализов. Дальше будет видно, сможем определиться с протоколом лечения. Организм молодой и крепкий. Надеюсь, все будет...
– Доктор, – тряхнул головой Барновский, – вы мне сейчас четко ответьте. Насколько сильно пострадала моя жена?!
– Мы проводим обследования, и...
– Она все еще без сознания! – Слава уже кричал, нависая над доктором.
– Понимаете, мы не знаем. Последствия могут быть различного характера. От паралича, до... Вратислав Павлович, нужно ждать. Уверяю вас, мы со своей стороны делаем всевозможное, – негромко отвечал профессор, а Слава сжал лицо ладонями.
Вздохнул, вновь повернулся к прозрачной стене, отгородившей его от любимой. Бригада медиков все еще суетилась вокруг Поли.
– К ней можно? – едва ворочая языком, спросил наконец Барновский.
– Понимаете…, – начал было говорить врач, однако Барновский всего на секунду переключил внимание на мужчину. Остановил на нем тяжелый неподъемный взгляд. – Да, конечно. Я отдам соответствующие распоряжения.
***
Слава ничего не замечал вокруг. Его мир сузился до крохотных размеров. Казалось, что он находится в каком-то тесном и темном туннеле. И этот туннель упирается в бледное неподвижное лицо любимой женщины. Все потеряло свой смысл, прекратило свое существование. И даже в голове у Славы было катастрофически пусто.
Он мог думать лишь о том, что он подвел ее. Подвел свою девочку, подверг ее смертельной опасности, не уберег, а ведь должен был. Был обязан.