Глава 9

Да что вообще происходит?! Она же должна ненавидеть его! Зачем тогда прижимается к нему спиной, а в его ладонь вцепилась так, словно боится утонуть в этом водовороте событий?

Шумиха и суматоха стихла. Через окно Полина видела, как бугай-Федор разбирается с проворным репортером. Видела, как телефон девушки встретился с тротуарной плиткой и каблуком ботинка. Как из кармана Белого в карман нахальной незнакомки перекочевали купюры. На этом в ресторане вновь воцарилась тишина.

– Ты в порядке?

Поля смотрела снизу вверх на губы, растянутые в мягкой полуулыбке. Почему-то казалось, что Слава выглядит уставшим. Разве он не должен быть в больнице? Полина вдруг нахмурилась. Одно дело – ее истерика и обиды. Другое – проблемы с сердцем.

– Отпусти меня, – аккуратно и очень тихо попросила она.

Удивительно, но крепкие руки вдруг разжались, выпустив ее на свободу.

Майя и Надия были совсем рядом, и Полина переключила на них все свое внимание, цепляясь, как за спасательный круг.

– Доброго дня, милые дамы, – галантно произнес Барновский.

Подруги хором ответили «Здрасте!». Поля даже успела заметить, как в приветственном жесте Федор коснулся козырька своей бейсболки. И немного удивленный взгляд Надии, когда та таращилась на Белого так, словно увидела настоящего бандита, вооруженного до зубов. Впрочем, Поля не сомневалась, что помощник Барновского таковым и являлась. Словом, Архипова смотрела куда угодно, но только не на Славу.

– Всего хорошего, Вратислав Павлович, – максимально спокойно отчеканила Полина и потянула девочек за руку, подальше отсюда.

– Опять этот бугай! Страшила какой-то, – шептала Надия, бросая украдкой взгляды назад. – Он меня еще на твоем дне рождения до икоты напугал.

– У него работа такая, – возразила Майя, – отпугивать людей. Так, Полина, а что происходит?

– Ничего! – фыркнула Архипова.

– Мы так и поняли, – хором выдали девчонки, не поверив ни единому слову Поли и наперебой продолжили: – Мы не верим слухам, Поля. Но ведешь ты себя крайне подозрительно. Разве он не пришел к тебе, чтобы поговорить? Не хочешь его выслушать?

– Исключено! – мотнула головой Полина. Нет, говорить с Барновским он не станет. Ни за что!

***

Слава смотрел девушке вслед. Нехорошо получилось. Он ведь планировал встретить Полину, спокойно пообщаться, если получится – пообедать. Но нет, оказывается, малышка ни капли не остыла. Только хуже стало. Особенно, когда явилась чертова репортерша!

– План «Б»? – хмыкнул Федя, вернувшись на свое место за столик.

У Славы было припасено планов на весь алфавит, только не факт, что хотя бы один из них сработает. Но было жизненно важно встретиться с Полиной до того, как Барновский опять уедет.

– Наверное, уже «Г», – нехотя признался Слава, вынимая телефон из кармана джинсов. Как ни хотелось мужчине обращаться за помощью Мирона, а придется. Не зря ведь Горюнов два часа к ряду трындел о том, какой первоклассный Полина дизайнер.

***

– Полиночка, ты просто не представляешь, как сильно выручила меня! Требуй от меня взамен, что угодно! – восхищенно продолжал Мирон, а Слава сцепил руки в замок, уговаривая себя просто сидеть и слушать.

Ну ведь хреновая была затея настоять на громкой связи. Пусть бы Мирон сам, без свидетелей, пообщался с Полей.

Нет, эта мысль сразу была задавлена в зачатке. Не хватало еще, чтобы чертов Горюнов любезничал с его, Славкиной, Полиной наедине. Так хоть присутствовала видимость присмотра и контроля ситуации.

– Я непременно подумаю над столь щедрым предложением, – рассмеялась Поля, а Слава слегка завис от звука ее смеха.

Черт! Она ведь никогда так беззаботно не смеялась в его присутствии. Все больше отталкивала. Называла сволочью. Заслуженно, тут Слава не спорил. Но хотелось Барновскому совершенно других интонаций в голосе Полины, когда он с ней говорит.

– Значит, я скину адрес сообщением, – продолжал договариваться Мирон, хитро глядя на Славу через стол. Сам же Барновский пытался сохранить на лице невозмутимость. – Мой партнер крайне занятой человек, Полина, потому я вам очень признателен, что вы сможете посмотреть его квартиру именно сегодня. К сожалению, завтра он улетает.

– Мирон, я ведь пока не согласилась вести проект квартиры вашего друга, – напомнила Поля.

– Прошу тебя сразу ему не отказывать, – расплылся в хитрой улыбке Мирон. – В любом случае, я теперь твой должник. Кстати, напомню, что ты обещала мне танец на свадьбе.

– Легко, – рассмеялась Полина.

– Тогда, до встречи, –попрощался Горюнов.

– До свидания, – вежливо и дружелюбно закончила разговор Полина, а Слава заскрипел зубами. Ну вот, даже Мирон получил ее улыбку и смех. А Слава в пролете.

Впрочем, он и без напоминаний со стороны понимал, насколько облажался с этой девушкой. Спьяну даже приревновал ее к Богдану Широкову. И ведь сам в своих мозгах намудрил. Глеб Алексеевич не утверждал, что его сын женится именно на Полине. На Архиповой, да. Но на внучке Влада. И приглашение уже было в кармане у Славы. Невзирая на все, что сейчас творится в прессе, Влад передал чертов конверт с указанием даты и места торжества.

А взамен что? Взамен из-за Славы сейчас втаптывают честное имя Полинки в грязь.

– Ну как твое сердечко, Славик, не шалит? – хмыкнул Горюнов.

Слава сверлил друга тяжелым и хмурым взглядом. Вот и еще один повод, чтобы отказаться от девушки. Между ними пропасть и дикая разница в возрасте. Ему сорок два. Ей двадцать пять. И в какой бы отличной форме он ни был, а годы берут свое.

И сердце вон... Слава не хотел думать об этом. Списал все на физическую усталость, хроническое недосыпание и нервы

Еще и Полинка. Он ведь всерьез поверил, что она выпрыгнет в окно. Видел решимость в ее дивном взгляде. И упрямо поджатые губы.

И распахнутое настежь окно. Повелся Славик на этот фокус. И в голове неистово билась одна лишь мысль: убрать Полину подальше от окна.

– Не шалит, – эхом ответил Слава.

– Ну тогда удачи, Вратислав Павлович, – скрестил руки на груди Горнов и вальяжно откинулся в кресле, – Через час Полина будет в твоей новой квартире. К счастью, у нее есть небольшое окошко между делами.

– Как же хочется дать тебе по зубам, Мирон, – беззлобно вздохнул Слава и поднялся со своего кресла.

Прихватив папку с документами, Слава вышел из рабочего кабинета друга. В своей новой квартире, купленной только что не без помощи Горюнова, Слава не был ни разу. Вроде бы там уже закончили черновую отделку, но если Полина захочет изменить планировку, да что угодно – строительная бригада все сделает. Главное, чтобы Полина согласилась вести проект.

Нет, не так. Главное, чтобы Полина согласилась поговорить с ним. И черт с ним, с проектом.

***

Полина запрокинула голову и мысленно посчитала этажи. Где-то там, наверху, ее ждал новый клиент. Как правило Поля не встречалась с заказчиками вот так, наедине, еще и без переговоров, хотя бы по телефону. Но Мирон Максимович поручился и просил оказать услугу. А Полина всерьез начала переживать, что шумиха в прессе пройдет асфальтным катком по ее репутации дизайнера и по фирме отца. Но пока что уничтожалась репутация только Барновского. А с этим пусть Слава сам разбирается, раз уж сбежал из больницы. Почему-то Поля была уверена, что Слава именно сбежал, а не выписали.

– Вы к кому? – вежливо уточнил консьерж.

Поля сверилась со своими данными. По словам Горюнова, квартира пятьдесят пять.

– Шестнадцатый этаж, – улыбнулся пожилой мужчина и жестом указал на лифт.

Поля кивнула и пошла вперед. Нажав нужную кнопку, принялась вспоминать, что именно она знала об этом здании, какая планировка внутри, что именно можно будет предложить заказчику. Надо удивлять. Поля это точно знала. И она удивит, иначе быть не может.

Негромкий сигнал отвлек Полину от мыслей. Дверцы лифта разъехались в стороны, Полина шагнула на площадку. Прошла несколько метров до входной двери с нужными цифрами и вскинула руку, чтобы позвонить в звонок.

Но дверь была приоткрыта. Значит, консьерж сообщил, и Полю уже ждали.

Войдя в квартиру, Полина натянула на губы самую вежливую улыбку. Так, что говорил Мирон? Друг. А как звать? Какого он возраста? Как к нему обращаться?

Поля ничего этого не знала, потому решила сначала представиться.

– Добрый день! Меня зовут Полина. Я дизайнер. Мирон Максимович просил о встрече с вами, – громко и четко произнесла Полина.

Просторный коридор упирался в окно, дверные проемы – по двум стенам входной зоны. В мыслях Поля уже прикидывала, как именно выгоднее обыграть такую планировку.

А ноги несли Полю все дальше, вглубь квартиры. Любопытство брало верх, и Архипова внимательно рассматривала стены, помещения, заглядывая в комнаты, пока шла по коридору.

Оказавшись почти вплотную к окну, Поля развернулась. Хорошо, что ноутбук не в руках, а в сумке. Девушка сильнее сжала пальцы на лямке. А взгляд застыл на высокой мужской фигуре, заставшей у соседнего окна.

Второй оконный проем не было видно из коридора, потому Полина оказалась застигнута врасплох.

– Я должна была догадаться, – вскинула бровь Поля. – Президентский люкс в «Мириксе» здесь. Шикарный номер в той же сети отелей у моря. Такие номера не выдают кому попало.

– Поля, нам пора поговорить по душам.

– А я не хочу.

– Придется.

– Нет. Не придется, если я прямо сейчас уеду. Всего хорошего, господин заместитель губернатора. А Мирону передай, что долг аннулирован.

Полина залпом и на повышенных тонах произнесла свою речь. Нет, она не станет психовать, истерить или нервничать. Она же не малолетка какая-то, что. бы там не придумывали в бульварных газетенках.

– Стой, Поля!

– Иначе что? В обморок упадешь? Слав, прошлый приступ хоть настоящим был? Или очередная попытка манипуляции?

– Справку показать?

– Жене покажи!

Полина усмехалась и фыркала в ответ. Старалась больнее уколоть мужчину. А он...

Он шел к ней через всю комнату, спрятав руки в карманы все тех же джинсов, в которых был в ресторанчике сегодня.

– Что тебе еще нужно, Полина? Какие доказательства? – рявкнул он, нависая над ней злой и агрессивной скалой. – Я пустил карьеру под откос. Был в разводе, еще когда мы познакомились. В ногах у твоего отца валялся. Что еще мне сделать, а, девочка?

Распахнув глаза, Полина слушала каждое слово, которое прокричал Барновский.

И не верила. Нет, не может быть. Папа бы ей сказал. Да она бы и сама увидела, что Слава приезжал к ним домой или в офис.

Архипова затрясла головой. Нет, он опять врет. Ему нельзя верить.

– Я тебя люблю, Поленька, – понизив голос, жадно дыша, произнес Слава. – Что мне сделать, чтобы ты услышала меня?

– Ничего! – на выдохе, а потом тверже, упрямо: – Я просто не верю тебе, Слава. Ты врун и обманщик.

– Ясно, – усмехнулся Барновский и вдруг схватил ее за талию и резко притянул к себе. – Ты все равно моя.

– Нет, – возразила Полина. – Пусти меня!

– Не получается, Поль, – криво усмехнулся мужчина и ладонью пробрался к ее затылку.

– Не смей! Отойди от меня! Если не отпустишь, то я...

– Что? Устроишь мне ад? Я уже там, Полина Владиславовна! – рыкнул Слава и лишь крепче вдавил гибкое тело в свое напряженное и сильное. – Скажи, что ненавидишь меня, Поленька. Скажи, что не думаешь о нас. Не вспоминаешь. Не помнишь, как стонала в моих руках. Как дрожала. Как целовала меня. Ну, скажи!

Он требовал от нее слишком многого. Нереально много. Поля выронила из дрожащих пальцев сумку с ноутбуком. Чтобы удержат равновесие, девушке пришлось вцепиться ладонями в мягкий свитер.

– Я..., – начала она, облизав пересохшие губы.

– Ты, Поля, ты! – перебил он ее, склонившись так, что между их лицами совсем не осталось места. И воздух густой, терпко-сладкий. И в ушах лихорадочно колотится пульс.

Слава не дал ей закончить фразу. Набросился на ее рот так, что Поля и опомниться не успела.

Раздвинул губы языком, ворвался глубже. и руки оказались на ее затылке, спине, талии.

Эти горячие касания были везде. Поля плавилась от них, забывая обо всем на свете, даже собственное имя сейчас не помнила.