Глава 2

Приёмная босса была просто шикарной. Почему я решила, что это приёмная именно босса? Ну, а как иначе? Большое, светлое помещение с двумя панорамными окнами, возле каждого расположено суперсовременное рабочее место: полукруглый стол с подсветкой по нижним панелям, на столе большой монитор — ага, босс не экономит! — на боковой приставке к столу — принтер, к столу примыкает невысокий шкаф, такой, что до верхней полки можно спокойно достать, не пользуясь стремянкой. А кресло… Шикарное, широкое и, наверное, мягкое… Сам кабинет босса находился напротив входной двери, рабочие места секретарей — по обе стороны. Около входа устроена своеобразная кофейная зона: небольшая стойка, высокий узкий встроенный в стену, или нишу, холодильник, и мечта всей моей жизни — большая стильная кофемашина. Мда. Обстановка супердорогая. Понятно, что и сотрудники тут не пять рублей получают. Статус обязывает.

Внутри всё сжалось — неужели меня возьмут? Господи, да я тут ночевать буду! После маленького душного кабинетика в редакции, где все сидели друг у друга на головах, это самый настоящий рай. Требовательный босс? Да пусть требует! Имеет право. И потом, если бы босс был душкой, то  никогда компания не вышла на такой уровень.

Всё это промелькнуло у меня в голове за считанные секунды. В следующую минуту тишину нарушил звук работающего принтера. Ну да, я тут не одна, если что. За вторым столом обнаружилась молодая блондинка в кипельно-белой блузке. Она сейчас вытаскивала из принтера лист бумаги. Пробежав глазами по нему, блондинка хихикнула. Вероятно, прочитала мои данные. Вот всю жизнь моя фамилия вызывает смех и различные вариации.

— Добрый день, — поздоровалась я.

— Добрый, — продолжая улыбаться, девушка встала. — Шеф сейчас занят. Придётся подождать.

А сама процокала каблучками в его кабинет. И вот что удивительно: каблучки совсем небольшие. От их вида на душе полегчало. Слава богу, можно и такие туфли носить, а то я уже пригорюнилась, — очень уж большие сомнения грызли, что смогу целый день на таких ходулях выдержать.

Ладно, подожду. Тем более что рядом с «моим» столом притулился удобный диванчик. Он прямо кричал, приглашая к себе. Уф-ф-ф, как классно! Кожа диванчика упругая, мягкая, словно на ортопедическом матрасе сижу. Позволила себе немного расслабиться. Недолго. Блондинка выпорхнула из кабинета с папкой в руках, кивнула и улыбнулась:

— Заходите, шеф вас примет.

Иду, старательно запихивая страх поглубже. Чего это я так трушу? Не съест же меня этот страшный босс. Захожу внутрь, и дыхание прерывается. Вот это я понимаю! Вот это кабинет! Нет, не так — КАБИНЕТ! Наверное, метров сто квадратных, если не больше. Много света, — и естественного из панорамных окон, и искусственного, льющегося из потолочных светильников. Длинный стол с серебристой столешницей, — вероятно, здесь проходят совещания, — примыкает к такому же серебристому прямоугольнику. Это уже рабочее место босса. Сам босс восседает в огромном белом кожаном кресле. На столе идеальный порядок. Канцелярия, бумаги — всё сложено на специально отведённых местах. Офисная техника лаконичного серого и белого цвета. И сам шеф одет в жутко дорогой костюм. Я в этом профи. К отчиму иногда та-а-акие клиенты на дом приезжали!

Близко подойти не решилась: кто его знает, какие тут порядки. Остановилась в торце стола для совещаний. Поздоровалась:

— Добрый день, Борис Иванович.

— Добрый день, Мария Дмитриевна, — ответствовал мужчина бархатным басом. И уткнулся в бумаги. Наверное, читает моё резюме и заключение эйчара. На мгновение мужчина нахмурился и тихо скрипнул зубами. — Они что, издеваются? — Быстрый взгляд на меня и оглушительный рявк в селектор: — Оля! Юлию Петровну ко мне, быстро!

Ничего не понимаю. Внутренний голос истерически вопит: «Ходу!», а вредность не согласна: «Спокойствие! Это просто тест на стрессоустойчивость!» Пока моё раздвоенное сознание переругивается, я стою с оптимистически каменным выражением лица. Да-да, я по натуре пессимистический оптимист. Вот, если меня сейчас мордой в грязь сунут, я блаженно улыбнусь и уверую, что грязь лечебная. А что? Опыт, даже вот такой, всё же опыт.

Юлия Петровна прискакала, словно лёгкая лань. На минуточку — во взрослой лани где-то сто двадцать кэгэ веса, и Юлия Петровна ничем не уступает, только двигается, словно мотылёк. И как она так умудряется? Пропорхала изящным бегемотиком от двери и встала рядом, застыв в почтительном ожидании.

— Юлия Петровна, — вкрадчиво начал начальник, — А скажите мне на милость, по какому принципу вы выбираете мне секретаря?

Конец фразы прозвучал со скрытой угрозой. Менеджер, вероятно, уже привыкшая ко всему, спокойно ответствовала:

— По профпригодности.

— И это? — он некультурно ткнул пальцем в мою сторону.

А палец ничего такой, длинный, красивый.

— А в чём дело, Борис Иванович? — поинтересовалась эйчар. — Девушка успешно прошла все тесты.

— А фамилию её вы читали?

Тут Петровна — ей отчество шло явно больше, — явно смутилась, но быстро взяла себя в руки:

— Ваши помощницы не носят бейджики. Её фамилия останется на бумаге в личном деле.

Молчание.

— Вы хотите сказать, что у меня в приёмной огород?

Я немного запаниковала. При чём тут огород?

— Борис Иванович! — менеджер с укоризной смотрела на шефа и озвучила мой мысленный вопрос: — При чём тут огород? А хотя, — она мстительно сверкнула глазами, — в огороде пахать нужно. У вас тут самый напряжённый участок. Вот «это», — лёгкий наклон головы в мою сторону, — на настоящий момент лучший вариант.

Шеф поморщился.

— Свободы. Идите.

Мы с Петровной переглянулись, синхронно повернулись и направились к выходу. Вот и всё собеседование. Обидно, блин. Такая зарплата!

— Мария! — грозный оклик начальства застал меня уже в дверях. — А вы куда? Лично вас я не отпускал!

Женщина скосила глаза, одними губами произнесла «Удачи!» и… оставила меня на съедение. Или на удобрения.

Разворачиваюсь и с достоинством встаю на прежнее место. Шеф злится, — это видно невооружённым глазом, — и, неожиданно, задаёт вопрос:

— Когда замуж выходите?

Мои глаза превращаются в два блюдца. Однако отвечаю с не меньшим достоинством:

— Не планировала в ближайшее время.

— В ближайшее, это сколько? Месяц, два?

Вот… интересно ему!

— Нет. Год, два, три.

— А что так? — босса, кажется, отпустило. Он откинулся на спинку своего шикарного кресла и вертит в пальцах ручку. А ручка стоит, навскидку, как ежемесячный ипотечный взнос. — И жениха на примете нет?

Вот как объяснить, что мне замуж совсем не хочется? Во всяком случае, сейчас. От одного еле избавилась.

— Нет, — надеюсь, было не слишком заметно, что процедила сквозь зубы.

— Почему? — бровь босса изогнулась чёрной дугой.

— Это личное. — Блин, блин, мне нужна эта работа! Главное, по уверениям Петровны, босс не пристаёт.

— А за меня замуж пошла бы? — веселится начальник.

Специально медленно окидываю его взглядом. Оцениваю. Красивый, зараза. Но не модельной красотой, а какой-то хищной, мужской, брутальной.

— Нет, — коротко и ясно.

— Почему? — совсем развеселился босс. — Я женщинам очень нравлюсь. Многие мечтают получить от меня колечко на безымянный пальчик.

— Во-первых, я не многие, — отвечаю ледяным голосом. — Во-вторых, я не сторонница романов на работе, не смешиваю личное и работу.

— Почему?

Его заклинило, что ли?

— Потому. Роман, после непродолжительного времени, канет в лету, а работать надо ещё, надеюсь, долго.

Шеф ненадолго замолчал, продолжая вертеть ручку. Затем облокотился запястьями о стол, стал серьёзным, словно снял маску весельчака и повесы, и заговорил деловым тоном:

— График работы ненормированный, за переработку в выходные дни и праздники — премия. Никаких опозданий, вынос информации за пределы кабинета карается увольнением со штрафом, отпрашиваться тоже не пытайтесь — не отпущу. Больничный — только если вы уже труп. Личная жизнь не воспрещается, но не в ущерб работе. Должностные обязанности — согласно инструкции, требования к внешнему виду озвучит мой личный помощник. Идите.

Выдал всё это и уткнулся в экран компьютера. А кто у нас личный помощник?

— А…

— Все вопросы к Ольге, — тихо рявкнул, не отвлекаясь от монитора.

Ну, к Ольге, так к Ольге. Повернулась и пошла к Ольге.

— Оля, согласуй с кадрами, — услышала, как босс произнёс уже спокойно по селектору.

Вышла из кабинета начальника и только тут, в приёмной, осознала, что спина вся мокрая.

— Ну, слава богу, — выдохнула Юлия Петровна. Оказывается, она всё это время ждала в приёмной. — Хоть кого-то утвердил. Пошли, провожу в отдел кадров.

И тут я вспомнила:

— О каком огороде шеф говорил? — Ну, теперь-то я могу с полным правом называть Бориса Ивановича шефом.

Ответом мне было сдержанное хихиканье собеседниц. Оля, так вообще, лбом в стол упёрлась и хрюкала. С каждым мгновением моё непонимание накалялось всё сильнее. Да в чём дело-то?

— Прости, — немного успокоившись, сказала Оля. — Просто моя фамилия Осот. Ольга Викторовна Осот[A1] .

— А моя — Редька, — утирая выступившие слёзы в уголках глаз, призналась эйчар.

А-а-а, тогда понятно. Моя фамилия — Капуста. Мария Дмитриевна Капуста.

 [A1]Осот — сорное растение.