45

Больше никакой самодеятельности. Меня вывели под белые ручки два телохранителя, на красной дорожке отгородив всех журналюг, слетевшихся на поживу к сверкавшему зданию, в котором проходили самые пышные приемы Лэйдсдейла. Ночное небо не имело шанса — тут все сверкало в разы ярче. Стены переливались будто бриллиантами, вспышки слепили нещадно, а шум голосов сводил с ума. Я прижала к себе убогую дамскую сумочку и смиренно проследовала в охапке двух мужчин до места сдачи другим охранникам. Наверное, со светской точки зрения не очень изящно, но Вернон, очевидно, разозлился всерьез.

— Вы побудете с нами до приезда мистера Рэда, — сообщил один из охранников.

Побуду, куда ж я денусь…

Общая картина навевала громкую грусть. Народу толпилось в холле с каждой минутой все больше, а я в своем оцеплении привлекала внимание.

«Забери меня из окопа, или окопай как-нибудь не столь заметно», — отправила жалобное. Не то чтобы меня сильно беспокоило общественное мнение, но мало ли как оно в будущем повернется?

Подействовало быстро — двое из четверых охранников отошли чуть поодаль и изобразили наблюдение за всеми гостями. Но вскоре и сам инквизитор влетел в главные двери и быстрым шагом направился к нам. Его наэлектризованность чувствовалась даже за несколько метров.

— Благодарю, — обратился он к надсмотрщикам и остановил горящий злой взгляд на мне.

Удивила. Но не тем, чем он просил. Даже если его и впечатлил мой внешний вид, это, похоже, добавило злости перца.

— Подсказываю: «Хорошо выглядишь, Бэрри», — невозмутимо вздернула бровь.

— Ты не хорошо выглядишь, — наклонился он ко мне. — Ты меня убиваешь своим видом…

Он дернул меня за руку и повел через зал.

— Ты просил тебя научить, но, кажется, я бессильна, — бросила на него равнодушный взгляд.

Переборщила. Его ответный разве что не сжег на мне платье, а вот под кожу пробрался быстро и легко, сбивая с ритма сердце, а меня с шага.

— Ты даже не начала еще, а снова быстро сдаешься.

— Ты сегодня в ударе? — обиделась я. — Так всегда будет, Вернон? Ты зол, а я — девочка для битья?

— Только если я зол на «девочку для битья», — поучительно заметил он.

— Я с первого раза хорошо понимаю, — начала повышать голос.

— Я не могу остановиться, как выяснилось, — развернул он меня к себе, наплевав на светское месиво вокруг, схватил за затылок и притянул к губам: — Будь ближе, тише, послушней… сейчас! Это важно, чтобы ты осталась моей, а не пеплом где-то под потолком!

Никогда не видела у него такого взгляда, полного… животного страха. Слова, будто лезвия, резали-резали-резали безжалостно и так по-настоящему, что я не смогла сдержаться — подалась вперед и поцеловала жесткие губы, жмурясь и шумно дыша. Он не ответил. Терпел мой глупый порыв, но мне не было стыдно. Он делал, что чувствовал, я — тоже. Не могла ответить чем-то общепринятым, мне нужно было быть честной здесь и сейчас в этом мире фальши и дешевого блеска. И сбегать не стала — уставилась в его злые глаза, пока в них не взорвались искры эмоций, все еще непонятных, но уже не злых.

— Проигрывай, — подсказала шепотом, но он расслышал. — Это не страшно, правда.

— Смотря кому, — охрип его голос.

— Если не начнешь сдаваться, у нас ничего не выйдет.

Мы совершенно игнорировали людей вокруг. Смотрели друг на друга, успокаиваясь. Не сразу заметила, но хватка его пальцев ослабла, обращаясь в ласкающее касание, а черты лица разгладились.

— Что случилось? — позволила себе вопрос.

Он выпустил меня, взял за руку и повел через зал.

— Еще одна девочка сегодня сгорела…

Я вздрогнула, пытаясь застыть.

— …Та, с которой мы говорили.

— Которая кашляла, — сдавленно вставила я.

Новость поразила на удивление глубоко, страх ударил в виски и сдавил грудь. Девочки должны быть сейчас в панике. Я не сразу заметила, что Вернон сжал руку сильнее:

— Точно, кашляла…

— Ну теперь-то их сняли с занятий?

— Пока не знаю. Людог снова пытается сдержать информационную бомбу… — задумчиво хмурился Вернон. — Есть хочешь?

— Нет.

— Забудь, что я спросил, — и он свернул в сторону фуршета, а я закатила глаза. — И пить тоже будешь.

— Зачем тебе меня спаивать, раз ты снова перестал спрашивать? Вернон, кашляют ли остальные салемы? Если да, то их чем-то травят там, в стенах, ведь если больно, мы можем сгорать и от этого…

— Тогда бы девушки корчились и кричали какое-то время, а тут взрыв боли происходит быстро, — и он протянул мне бокал. — Сильва нашла для меня информацию о веществе, которое может давать такой эффект… Держи.