17

ЛЕВ

— Бабушка — бабушка, а почему у тебя такие большие зубы?

— Это потому что стоматолог виниры перепутал, чтобы у него, хрыча старого таки все зубы повыпадали, а на новые денег не было! И вообще, какая я тебе бабушка?!

Степка прыснул со смеху и протянул Лиле примирительную конфету.

Позавчерашний инцидент со скорой для Лилечки постарались исчерпать и сейчас мальчик вел себя тише воды, ниже травы.

Вы спросите, что же так напугало Лиль Палну, что пришлось Льву даже скорую вызывать? Да ерунда...всего-то и измазал Степка игрушечного кота красной краской, заодно вымазав рот и руки в той же красной краске и... когда Лиля вошла, чтобы его разбудить, он с аппетитом «завтракал котом» ...

Думаю, не нужно объяснять, что было дальше?.. Еле-еле Лев убедил маму, что мальчик не исчадие ада, и совсем не желал ее смерти. Просто ребенок недолюбленый, вот и пытается привлечь внимание любыми способами.

Вчерашний день прошел спокойно, и сегодня Аверьянов оставлял сына со спокойно душой и чистой совестью на попечение матери и её мужа.

Утром Степка удивительно преобразился — стал разговорчив, улыбался и шутил, и ничто не напоминало о его прошлом поведении. Лиля разговаривала с ним по-доброму. За день всего пару раз назвала его бастардом, три раза приживальцем и лишним ртом и четыре исчадием ада. Но в целом не обижала и даже иногда шутила.

Степка улыбался, «принимая» правила игры, навязанной бабушкой. Днем они сыграли в шашки, где Лиль Пална с победным кличем обыграла шестилетку и очень гордилась собой в этот момент. Аркадий Петрович с уважением похлопал супругу по плечу и вновь завалился на диван — отдыхать. Видимо от трудов праведных. Потому что газету читать это вам не...не... в общем это вам не!

После шахмат Степка с Лилей сыграли партию в "дурака" и вновь она обыграла мальца. После дурака были "города" и наконец сказки по ролям.

Лиля благосклонно взяла из рук Степки конфету, и довольная развернула шоколадный батончик. Не глядя закинула в рот, сделала движение челюстью, замерла, выпучила глаза и сморщившись выплюнула конфету прямо на светлый ковер.

Кулаки ее сжимались и разжимались и вид был такой, что Стёпка понял — пора тикать.

С некоторых пор он научился развивать скорость даже из положения сидя, потому что проказы требовали моментального реагирования.

Пока бабуля ещё только-только осознавала, что именно она положила в рот, мальчик уже несся наверх и успел защелкнуть замок до того момента, когда Лиля поднялась с дивана, чтобы «наподдавать этой каре небесной за ее слишком бурную молодость»!

Впрочем, оказалось вдруг, что спринтер из Лилечки весьма неплох и Степка сквозь дверь посоветовал ей записаться на марафоны для тех кому «за».

Посмеиваясь, потрепал Ваську по загривку и поблагодарил за «конфеты». Кот благосклонно мурлыкнул.

* * *

— Я ненавижу этого ребенка! — каменным голосом процедила мать в трубку, наплевав на слова, что у него сейчас важная встреча.

— Лиля, что у вас там опять случилось? — шепотом, наклонившись к столу, пробормотал Лев, понимая, что мать все равно не отстанет, пока не выскажется.

— У меня?! Это у тебя случилось! Твой недомерок подсунул мне вместо конфеты кошачью какашку!

— Почему ты решила, что именно кошачью?

— Ты издеваешься?! — заорала мать. — Это так принципиально чью именно?

Аверьянов тактично промолчал, потому что возразить было решительно нечего. Действительно, какая собственно разница?

— Но даже это не самое страшное!

Лев недоуменно покосился на телефон в своей руке. Что может быть еще страшнее?

— Что еще? — устало спросил он мать.

— Он...он...он...

— Ну?

— Он назвал...меня...меня!!!

— Да как?

— Бабушкой! Нет, ты представляешь? Этот беспризорник назвал меня бабушкой! То есть я его в карты научила играть, а он меня бабушкой! И это в благодарность за все, что мы для него сделали!

Лев закрыл микрофон рукой и хмыкнул. Уж что-то, а это Степка зря. Лиля на многое может закрыть глаза. Поворчать, конечно, поворчит, но закроет. А вот бабулей он ее зря назвал.

— Я с ним поговорю...

— Уже поговорил! Этот чертенок еще замучает тебя, вот помяни мое слово. На твоём месте я бы всучил его матери или в детский дом и...

— Об этом не может быть и речи, Лиля!

— Ах так? Ну тогда я даю тебе один день, чтобы ты нашел ему кого угодно, хоть черта лысого. А я пас! С меня хватит! Не для того я с тобой мучилась, ночами не спала, пеленки меняла, да уму разуму учила, чтобы теперь еще и его выкрутасы терпеть!

Мучилась она, ну-ну...

— Я тебя понял, — холодно ответил Лев и поспешил попрощаться.

Нужно опять что-то решать с сыном и есть только один человек, который может повлиять на Степку.

Закончив совещание, Лев отправился на обед в ближайшее кафе. Долго крутил в руках телефон, придумывая что бы такого написать и наконец решился.

«Простите меня, Пташкина. Я был неправ, не знаю, как загладить свою вину».

Сообщение в мессенджере она прочитала, но отвечать не спешила и Лев уже было решил, что это конец. Самый настоящий и необратимый. По всем, что называется, фронтам.

Мать с ним не разговаривала. Стёпка тоже усердно делал вид, что знать его не знает. Только Аркадий пытался о чем-то поговорить, но с ним Лев и сам болтать не хотел. Полночи он ворочался с боку на бок, с ужасом представляя, что будет делать дальше. Все полетело в тартарары и конца и края этому тартарары не видать.

Он уже почти засыпал, когда тренькнул телефон. Сонно сощурился, морщась от света экрана. Открыл сообщение и прочитал «Бог простит» ...

Подумал было что это не так уж и плохо, что она в принципе ответила. Но развивать эту мысль дальше уже не моглось. Сон сморил Аверьянова, и он провалился в небытие.

* * *

Семь кругов ада — это то, что пришлось пройти несчастному Льву в поисках няни. По второму кругу, когда еще не забыт был первый, и всякий раз испытывая то самое чувство дежавю. И вновь раз за разом новенькие нянечки в ужасе сверкая пятками, проклинали все на свете и обещали на веки вечные забыть эту неблагодарную и опасную работу, исчезая в призрачном закате.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В конце концов директора компаний по подбору персонала непрозрачно стали намекать Льву, что как бы это всё... кончились нянечки и других еще не подвозили. В общем давали ему от ворот поворот, потому что Аверьянов может и богатый клиент, но женщины все же не казенные. Эдак скоро работать некому будет, всех на Стёпку изведут.

Аверьянов был в отчаянии и в конце концов вызвал сына на «серьезный мужской разговор».

Степка вяло ковырялся вилкой между зубов и делал вид, что все это вообще его не касается.

— Ты понимаешь, что ставишь меня в безвыходное положение?!

— Сдай меня в детский дом и дело с концом...

— Да что ты заладил — детский дом, детский дом! — не выдержав прикрикнул Лев, — На самом деле что ли ждешь, что сдамся и сдам?..

Степка поднял ничего не выражающий взгляд на отца и спокойно спросил:

— А сможешь?

— Ай... Да ну тебя... Ну что тебе нужно, что, а? Я с тобой и так, и эдак. Но у меня работа. Ра-бо-та! Понимаешь ты, нет? Ты ведь уже не маленький, должен понимать, ну?! Ну чего ты выкобениваешься?!

— Я не выбекониваюсь... — прошептал дрожащим голосом Степка, — Я же не виноват, что они такие все...неумные. Шуток не понимают. Вот.

— Прям все не понимают? Да такого быть не может!

— Не все.

— Ну надо же! И кто такая юморная?

— Будто сам не знаешь... — буркнул сын.

— Только не надо мне напоминать про эту...эту...

— Ты не хочешь ее имя говорить, потому что боишься, что не сдержишься? Опять влюбишься, да?

Лев закатил глаза и потрепал Степку по рыжим волосам.

— Много ты понимаешь...

Теперь уже Стёпка закатил глаза и покачал головой.

— Ну что ты хочешь, давай уже как-то решать этот вопрос? – взяв себя в руки все-таки спросил Лев.

— Я не знаю. Точнее знаю, но тебя не устроит.

— Говори! — воодушевился Аверьянов.

— Да ты не захочешь...

— Вот те зуб!

— Обещаешь-обещаешь-обещаешь?

— Обещаю, слово пацана!

— Ну смотри, ты обещал...

— Да сказал же!

— Ладно, тогда передай Пташкиной, что я ее простил и очень жду.

— Что? Опять?!

— Ты обещал!

Возразить Льву было решительно нечего, но ворчать ему никто не запрещал. Поэтому он еще полчаса жаловался на судьбу, на Аркадия Петровича и на Пташкину. Особенно на Пташкину. А выдохшись зачем-то без передышки и подготовки отмочил:

— Мать звонила.

— А? Какая мать? — не сразу понял Степка.

— Твоя, какая же еще.

— А. Круто. — кивнул сын и быстро встал из-за стола.

— Эй, погоди, ты куда?

— Да у меня там эта...жаба...одна. Небось волнуется. Пойду я.

И опрометью бросился наверх. Лев немного подумал и решил не догонять пацана. Но в очередной раз сделал для себя вывод — слышать об Ольге Степка не хочет.

Лиля с Аркашей загорали во дворе, вольготно раскинувшись на шезлонгах. Аверьянов краем глаза заметил крадущегося к «папочке» Ваську и, сделав вид, что ничего не видит, подмигнул наглому котяре.

Через мгновение раздался истошный вопль и Лев чуть не запрыгал от удовольствия. Давно пора проучить вредного и бесполезного дядьку, но самому как-то не комильфо — а ну как маман окончательно обидится. А коту душевные терзания чужды и акт возмездия как раз кстати.

Короче молодец Васька, поднял настроение перед важным звонком. А звонить надо, сын просил Пташкину, значит придется переступать через гордость и уязвленное самолюбие. И вообще, это же он ее вроде как обидел? Или все не так было? Ой, да какая разница... нужна им Пташкина, значит надо ее как-то сюда затащить.

* * *

Мирослава взяла трубку только с седьмого гудка. Голос оказался заспанный.

— Я вас... — вяло пробормотала она и Лев усмехнулся.

— А я вас...

В трубке повисла напряженная пауза и Лев вдруг понял, как двусмысленно прозвучали его слова. Он-то хотел в тон ей пошутить, а вышло как вышло.

— Ну... это хорошо в общем-то. — хриплым голосом произнесла Мира и Лев понял, что вновь краснеет. Хорошо хоть не видит никто.

— Да...

Снова тишина, неловкое дыхание и его слова:

— Мира, Стёпка сказал, что простил вас и...

— И? — в голосе ее явственно промелькнули смешинки.

— И очень хочет видеть.

Пташкина молчала. Пять-четыре-три-два...

— Но если вы против, то я конечно пере...

— Нет! — перебила она. Слишком громко. — Я не против. Просто у меня завтра собеседование.

— Вы уже наши работу? — разочарованно потянул он, ругая себя за несдержанность.

— Да. То есть нет.

— Не понял...

— Ну то есть я завтра на собеседование иду, а тут вы.

— Не ходите...

— Ну конечно. А кто меня кормить будет?

Лев подумал-подумал немного и выпалил:

— Я.