Глава 9

Я резко оборачиваюсь, чувствуя, как спину прошибает холодный пот. Сталкиваюсь с тёмными, почти чёрными, глазами Аристарха, в которых бушует лютая стужа и примораживает меня к месту. Мысли шустрыми птичками разлетаются из головы. Я ошарашено хлопаю ресницами, наблюдая, как Аристарх сокращает расстояние между нами. Секунда — и я зажата в крепких тисках, как его пальцы до боли вонзаются в мою талию, а чувственные губы дарят мне ядовитую улыбку, того и гляди отравят!

Вот чёрт…

— Д-дорогой… — заикаясь, шепчу я. — Познакомься, это Олеся и Эдуард. Я… я рассказывала тебе сегодня о них…

— Очень приятно, — Аристарх на мгновение переводит взгляд на Берестяеву и её мужчину, а потом снова стреляет в меня неистовым взглядом.

Ещё одна молния поражает меня в самый низ живота, когда обжигающая ладонь Аристарха скользит по моей спине, нежно поглаживая, пока не спускается ниже поясницы и шлёпает по самому мягкому месту. Рефлекторно дёргаюсь, но отстраниться не решаюсь.

— А я думал, ты меня подождёшь… — произносит многозначительно.

От очередного жалящего хлопка по моей многострадальной попе меня спасает Эдуард. Он протягивает руку для рукопожатия и моему гневному «мужу» не остаётся ничего иного, как освободить свою правую ладонь от процесса расправы. Не думаю, что я смогу так легко отделаться, но я надеюсь, линчевать меня при свидетелях не будут.

— Ты слишком долго спал… — хмыкаю я смелее, чем есть в действительности. — Утомился после поездки.

В густой темноте его глаз вспыхивает всепоглощающее пламя. Поддаюсь его влиянию и моментально вспыхиваю непрошеным чувством вины. Но тут же беру себя в руки. Аристарх повёл себя не честно и не оставил мне выбора, а значит — заслужил.

— Пойдёмте к причалу? — предлагает Эдуард, разрывая наш зрительный контакт.

С улыбкой киваю в ответ и пытаюсь высвободиться из крепкого объятия. Но тщетно. Бакуцкий впивается в меня мёртвой хваткой и, скользнув по моему носу указательным пальцем, мягко журит:

— Нет, дорогая жёнушка, сегодня я тебя ни на шаг от себя не отпущу. Сильно… — запинается, подбирая слово, — соскучился!

Нервно сгладываю, когда Аристарх сдавливает мою ладонь, но не сопротивляюсь. Иду с ним в ногу, хотя внутри меня всё протестует и хочет бежать без оглядки. Мы проходим по деревянному помосту, в конце которого красуется небольшая двухпалубная яхта. Красивая, чёрная и явно комфортабельная, она сияет в красном зареве уходящего под воду солнца. Осторожно кошусь на Аристарха и пытаюсь оценить градус его злости. Выглядит он, к сожалению, как непробиваемая глыба изо льда и колючек, но тем не менее увлечённо разговаривает с Эдуардом. Я легко узнаю его уловки и наводящие вопросы, сама частенько пользуюсь такими приёмами, когда того требуют обстоятельства. Но сейчас с досадой понимаю, что с внезапным появлением Бакуцкого растеряла боевой запал.

— Прошу на борт, дамы, — произносит Аристарх таким вкрадчивым бархатистым голосом, что у меня внутри всё начинает вибрировать.

Пользуюсь тем, что он выпускает мою руку и сбегаю на палубу, как можно дальше от него. Надеюсь привести свои мысли в порядок, пока между нами ещё сохраняется расстояние. Но это длится недолго. Спиной чувствую его приближение, в то время как Берестяева и её жених чуть отстают, разговаривая с капитаном.

— Даже не вздумай от меня бегать Кристина, — выдыхает напряжённо мне в макушку и разворачивает к себе. — Раз уж записалась мне в жены, будь добра дарить своему мужу любовь и ласку. Тогда, может быть, я не придушу тебя за твою выходку, — договаривает уже мне в губы.

— Осторожнее с выражениями, Аристарх, — парирую я шёпотом. — Ещё не понял, что со мной связываться себе дороже?

— О, — тянет он с ухмылкой, пожирает взглядом. Между нами вновь накаляется воздух, заставляет гореть всё тело. На затылок опускается могучая ладонь, фиксирует, не давая и шелохнуться. — Ты ещё не знаешь, каково связываться со мной. Но ничего, я тебя просвещу сегодня же… — с этими словами его губы жадно врезаются в мои.

Всё происходит настолько внезапно, что первые несколько секунд я теряюсь. А потом плавлюсь, таю в его руках, как лёд под лучом солнца, и в то же время дрожу, отвечая на поцелуй с тем же жаром, каким он опаляет меня. Ощущения такие же острые, как в нашу единственную невероятную ночь. С нетерпеливым грудным рыком Аристарх впечатывает меня в своё каменное тело, жадно обхватывает руками, словно в плен запирает. Ещё немного, и дышать станет нечем. Хотя я уже задыхаюсь от его напора, от пламени, что обжигает лёгкие и не даёт сделать вдох. Но остановиться не получается, я веду ноготками по его плечам, сжимаю жёсткие непослушные волосы, взлохмаченные ветром, и уже не чувствую пол под ногами.

Уверенным движением его ладонь скользит вдоль моего позвоночника вниз, сжимает попку, и Аристарх рвано выдыхает мне в губы:

— Ведьма… — всего одно слово, вырвавшееся с хрипом, резко отрезвляет.

Я дёргаюсь, пытаясь развеять расплавленные мозги от сладкого дурмана, и кусаю его нижнюю губу. Судя по возмущённому чертыханию, получилось довольно больно.

— Какого…

— Вот именно, — шиплю, стараясь выровнять дыхание. — Какого чёрта ты творишь?

На губах, которые целуют так умело и нереально горячо, расцветает уже знакомая наглая улыбочка.

— Целовать свою жену не преступление, куколка, — заявляет Аристарх, вновь склоняясь к моему лицу.

— Никакая я тебе не куколка! И не жена, — фырчу возмущённо, и мне тут же запечатывают губы ещё одним головокружительным поцелуем.

Не могу сдержать тихий стон и на мгновение прикрываю глаза.

— Так ты сама подписалась, Кристина, — ухмыляется Аристарх, и скользит губами по моей щеке к уху. — Так что, жёнушка, ты моя. На целые выходные, — добавляет с хрипотцой, от которой у меня подкашиваются ноги.

Господи, я вся в огне от его близости. Секунда и вспыхну, как спичка. Не подпалить бы тут чего! Если я для него ведьма, то он тогда кто? Змей искуситель, способный соблазнять одним лишь взглядом? Именно под влиянием этих горящий чёрных, как ночь, глаз, я забываю обо всех приличиях и действую на инстинктах. Никогда не думала, что со мной будет твориться нечто подобное. И тем более с сыном моего руководителя, который только и делает, что усложняет мне жизнь!

Из обжигающего плена сильных рук меня спасает звонкий стук каблучков по палубе — Берестяева и её мачо решили присоединиться к нам. Аристарх делает глубокий вдох, возвращая себе рабочий настрой, и отстраняется. Но лишь на шаг, при этом поудобнее устраивая руку на моей пояснице. Натягиваюсь как струна, чувствуя, что мне не так легко освободиться от возбуждения, а касания этого змея только усложняют задачу.

— Не помешали? — многозначительно спрашивает Эдуард, разглядывая мой взъерошенный вид, и откупоривает бутылку красного вина. — Никто не против отметить наше знакомство?

— Мы только за, — отвечает Аристарх, поглаживая пальцами мою спину. — Да, дорогая?

Неспособная думать ни о чём, кроме покалывающих касаний на своей спине, я заторможенно киваю, но совсем не уверена, что мне стоит пить даже один бокал вина. Боюсь, в этом случае я сама брошусь на Аристарха, чтобы повторить то безумие, через которое мы уже однажды прошли. Внизу живота всё скручивает тугой спиралью от одного только воспоминания о той ночи.

Соберись, Чадаева!

Аристарх ведёт меня к столику. Усаживает, словно безвольную куклу, а я машинально подчиняюсь. Уверена, он чувствует мою реакцию, и дразнит намеренно. Двигается ко мне, тесно касаясь своим бедром моего, укладывает руку на спинку мягкого диванчика, и принимается играть пальцами в моих волосах.

Пытаюсь вести диалог с Берестяевой, чтобы хоть как-то отвлечься от магнетической силы сидящего рядом мужчины, и спрашиваю:

— А вы давно с Эдуардом знакомы?

— Уже два года, — отвечает за вдовушку её жених. — Как только устроился в фирму к её… — он осекается, понимая, что сболтнул лишнего, и выкручивается: — К ней в отдел! И влюбился с первого взгляда.

Берестяева умилённо ахает:

— Скажешь тоже, Эдик!

— Так у вас служебный роман? Как романтично! — воодушевлённо воркую я, возводя глаза к небу.

— Что-то вроде того. Но добиваться моей принцессы мне пришлось довольно долго. Пока не отбил у неё всех претендентов на руку и сердце, — улыбается Эдуард и с хитринкой подмигивает мне. — А вы как познакомились?

Я напрягаюсь, чувствуя, как Аристарх чуть дёргает меня за локон, и произносит:

— У нас примерно та же история. Только мы сначала познакомились, а потом выяснили, что работаем вместе. И повоевать мне тоже пришлось! Кристина на тот момент замужем была…

Возмущённо зыркаю на него, но Аристарх и бровью не ведёт. Продолжает усыплять мою бдительность, нырнув пальцами глубже в мои волосы, и круговыми движениями растирает кожу головы — райское наслаждение. Подаюсь к нему ближе, устраивая голову на его плече, и готова мурчать от удовольствия.

— У настоящей любви нет никаких преград, — продолжает Аристарх. — Верно милая?

Тут до меня доходит, для чего Аристарх мне мужа придумал! Копирует историю вдовушки!

— Верно, — соглашаюсь мягко, поглаживая его ногу, пальчиками крадусь выше к бёдрам.

В этот раз каменеет Аристарх, даже пальцы на моей голове замирают от неожиданности. Я не сдерживаю улыбки. Да, милый, в эту игру можно играть вдвоём!

Главное, не заиграться…

Ответ летит незамедлительно. Аристарх чуть склоняется, заправляя мне прядь волос, и касается губами мочки моего уха. Мурашки рассыпаются дорожкой по коже, и я сильнее впиваюсь ногтями в его ногу.

— Согласны с вами, — вставляет Эдуард, но Берестяева молчит, задумчиво вращая в руке бокал с вином. Её лицо заметно бледнеет.

— Хорошо, когда бывшим супругам удаётся расстаться цивилизованно, — наконец произносит она, погружённая в свои мысли.

Её жених тут же меняет тему, и мне становится понятно, что тема покойного мужа Берестяевой для них табу, и наводящими разговорами добыть нужную информацию не получится. Но ещё не вечер! Главное — парочка перед нами как на ладони, компромата на «прискорбную» жизнь вдовушки мы соберём не мало, она ещё сама прибежит к нам на канал, чтобы расставить все точки над «i».

Проходит время, бутылка красного пустеет и наши голубки расслабляются и веселеют. Делаю вид, что увлечённо листаю Инстаграм, и снимаю их откровенный танец на телефон.

— Что ты делаешь? — спрашивает Аристарх насмешливо. — Тебе всё равно не дадут выставить подобное в эфир.

Скептически приподнимаю бровь и, отключив запись, поворачиваюсь к нему. Хоть Аристарх и перестал откровенно лапать меня за все доступные места, сидел он всё так же близко.

— И чему тебя только учили в хвалёной Европе?

— Я не подрабатывал там папарацци.

— И зря, — довольно ухмыльнулась я. — Социальные сети нам на что даны?

В хитро прищуренных глазах мелькнуло понимание и он одобрительно улыбнулся.

— Ты выложишь видео в сеть, а мы моментально подхватим и раздуем скандал, — высказал вслух он свою догадку.

— И Берестяева сама прибежит в передачу к Ренату, чтобы оправдаться.

— И как часто ты такие фокусы проделываешь?

— Знаешь скандальную страничку «Всё о каждом»?

— Наслышан.

— Это моя, — признаюсь я с коварной улыбкой.

— Неплохо, — качает головой Аристарх. — Всё-таки с тобой связываться действительно себя дороже.

— Неужели и правда оценил? — не сдерживаю смешок. — И даже Марка Геннадьевича в этот раз не приплетёшь? Ну спасибо, я польщена!

Аристарх тут же меняется в лице и отстраняется. Словно за всё время, что мы проводим на яхте, он ни разу не вспоминал о своём отце.

— Жаль твоим методом воспользоваться не получится. Скандал о своём отце и любовнице, что ему во внучки годиться, я раздувать не намерен, — холодно говорит он.

— У тебя бы всё равно ничего не вышло. Тебе и выложить-то на нас нечего, кроме слухов, — парирую ему в тон. — Но что только не сделаешь, ради места главного редактора, верно?

Аристарх недовольно закатывает глаза.

— Мне и делать ничего не придётся. У тебя и без меня «доброжелатели» найдутся!

— Ну конечно, — фырчу я.

— Не веришь? Возьмём, к примеру, Ларису, — тут же вставляет Аристарх. — Она уже давненько на тебя зубки точит, и думает, как утопить поизящнее. Ты знаешь, что она связалась с твоим бывшим и собрала на тебя массу интересных подробностей?

Я напряжённо застываю, и чувствую, как по телу проносится липкий озноб. От Лариски можно ожидать чего угодно, но моя личная жизнь ей для чего понадобилась?

— Вряд ли мой бывший сможет кого-то заинтересовать, и, уж тем более, повлиять на мою карьеру, — отвечаю сдержанно.

— А вот тут спорно, моя дорогая! Многое зависит от того, как эти новости преподнести, и главное — куда. Ты ведь репортер, Кристина, и знаешь, как народ любит копаться в чужом грязном белье. Нужно лишь определить жертву. И она у твоей подружки имеется — семейный работяга, который терпел измены гражданской жены, пока от бесплодия её лечить пытался. Но жена не оценила стараний бедняги и лечение бросила, потому что полнеть начала. Фигура оказалась дороже деток. А как карьера на работе пошла в гору, собрала вещички и умотала в свободное плавание. И поверь, за определённое вознаграждение твой бывший готов поведать об этом всем желающим. Пополнение ведь ждут с новой женой, денежка лишней не бывает!

Аристарх говорит всё это спокойно и размеренно, словно не обо мне вещает подобные новости. А я же после услышанного чувствую, как во мне всё обрывается. Я смотрю на невозмутимое выражение лица Аристарха, и ничего не вижу. Серый экран с помехами, от которых неприятно шумит в ушах. Втягиваю носом воздух, словно меня на долгое время лишили кислорода, и отворачиваюсь. Не хочу ни оправдываться, ни рассказывать свою версию событий. Поэтому закрываю свои эмоции от внимательного взгляда Аристарха и спрашиваю:

— И ты во всё это веришь?

Сама не знаю, почему интересуюсь. Почему-то мне неприятно знать, что Аристарху там много обо мне известно. Особенно в такой нелицеприятной форме. Придушу Лариску, как только вернусь! Она не только о моём бывшем забудет, и имя своё писать разучиться и грудь свою дорогущую найдёт в районе задницы!

— Разве важно — верю я, или нет? — бархатный голос звучит отрывисто и немного напряжённо. — Гораздо важнее, что история твоего расставания с бывшим планируется быть освещённой именно с такого ракурса, как я рассказал.

— И как давно ты в курсе?

— С четверга.

— И сказал мне только сейчас, — разочарованно тяну я.

Аристарх лишь качает головой.

— Я тебя не знаю, Кристина, как и твоего бывшего мужа. И если ты не забыла, в пятницу ты напоила меня быстродействующим снотворным и заперла меня в кабинете без какого либо средства связи. А ещё выставила меня полным кретином перед уборщицей, вынудила съездить в приют для животных без какой-либо подготовки! У меня даже времени не хватило, чтобы элементарно переодеться!

— И как поживают котята?

— Не поверишь, но я взял себе одного рыжего бесёнка. Это кошечка, с большими зелёными глазами. Ей через неделю будет месяц. Как думаешь, я её назвал?

Удивлённо вытаращив глаза, я поворачиваюсь к Аристарху. Ловлю его невозмутимый взгляд и не могу поверить ни одному слову. Неужели и правда этот мужчина мог ни с того ни с сего взять себе домашнего питомца?!

— Понятия не имею, — шокировано шепчу я, хлопая ресницами.

— Крися!

Он хохочет, прищурившись, а я ещё больше столбенею, не зная, что сказать.

— Прости, уж слишком эта кошечка мне тебя напомнила! — продолжает веселиться этот несносный. — Познакомлю как-нибудь, сама убедишься.

Я всё ещё не могу оправиться от удивления, и не могу понять шутит он или нет.

— Ладно, куколка, — вдруг серьёзно произносит Аристарх и поднимается. — Если твои игры в первоклассного папарацци закончились, я пожалуй пообщаюсь к Эдуардом. Отвлеки его невестушку, сделай одолжение.

— Эм… не вопрос… — растерянно пробормотала я, тоже поднимаясь. — А зачем тебе Эдуард?

— Придёт время, узнаешь. Во всей этой истории он — более интересная фигура, чем твоя Берестяева. — лукаво подмигнув мне, он уходит на открытую часть палубы, где продолжают миловаться голубки.

А я, тем временем, не могу избавиться от гадкого чувства стыда. Аристарх знает все мои секреты из-за длинного языка бывшего! А ещё и Лариска-крыска, и если честно, я не знаю, что из этого хуже.

Беру телефон и торопливо набираю сообщение Андрею. Но написав целую поэму некультурных эпитетов, удаляю весь текст. Во-первых, лучше не компрометировать себя, а во-вторых, будет лучше если бывший не будет знать о моей осведомлённости. Поэтому откладываю телефон и, натянув на лицо улыбку, иду выполнять просьбу Аристарха — отвлечь Берестяеву.