Глава 15 1

Алина

Мы шли по коридору, и я ловила себя на мысли, что всё вокруг выглядит слишком идеально.

Я фиксировала детали автоматически, как на задании: ширина проходов, расстояние между камерами, отражения в стекле, слепые зоны. Мозг цеплялся за порядок, потому что порядок давал иллюзию контроля. Пальцы подрагивали, но я держала их сжатыми, считая шаги и повороты. Раз, два, три — привычка.

Пустые стены, никакого намёка на личное пространство, лишь холодный блеск дорогих материалов.

Дороговизна здесь была агрессивной. Она давила не меньше, чем решетки и охрана. Я чувствовала, как напряжение собирается под кожей, как перед выстрелом, когда ждешь не сигнал, а ошибку.

Здесь не было ничего, что могло бы казаться тёплым или уютным.

Даже свет казался слишком белым, стерильным, от него начинали болеть глаза. Как в тот месте, где был аукцион. Да-да. Как и там. Ужас.

Я моргнула несколько раз, прогоняя навязчивые образы. Свет резал зрачки, и в голове всплывали контуры прицела. Непрошеная память, но полезная: где свет, там тени, где тени — там путь.

Когда я увидела, что лифт, которым мы приехали, теперь скрыт за массивной картиной, что-то во мне оборвалось.

Огромное полотно с изображением охоты казалось нарочито мрачным.

Волки, лес, охотники с ружьями.

Я не могла избавиться от ощущения, что эта картина — больше чем просто декор.

Сюжет был слишком буквальным. Добыча, окруженная со всех сторон. Я машинально отметила крепления рамы и зазор между полотном и стеной. Не сейчас. Потом.

— Они маскируют даже то, что нельзя замаскировать, — подумала я. И это было ещё одним доказательством, что мне здесь не место.

Вообще не место, бежать Лебедь, чтобы пятки сверкали. А этому нахалу сосок мой подавай... Мудак.

Злость согревала лучше любой решимости. Я позволила ей остаться, как топливо. Без нее я бы развалилась.

У них умный дом. Умный мать его дом, который пультиком вешает картину вместо дверей лифта. До чего технологии дошли. Жуть.

Запах, доносившийся с кухни, удивил меня.

Он был неожиданно тёплым, домашним. Чего?

Я замедлила шаг, отмечая вытяжку, расположение плит, выход во двор. Запахи — следы жизни. Там, где готовят, всегда есть ножи.

Чувствовалось что-то жареное, возможно, мясо с травами.

Это было странно. Максимально, прошу заметить.

В доме, который казался мне тюрьмой, внезапно появился намёк на нормальную жизнь. Да ну? Шок.

Хотя, скорее всего, это была просто видимость, созданная для гостей.

Мы прошли мимо кухни, и я краем глаза заметила, как за окном мелькнули крупные тени.

Фёдор выводил собак в загон.

Их было трое: массивные, с густой блестящей шерстью.

Они двигались грациозно, подчиняясь жестам своего проводника. Еще один хозяин тут. Женат он. Ну-ну. Наверняка тоже над девками издеваеться.

Я прикинула дистанцию до забора и высоту ворот. Собаки — фактор, но не приговор. Вопрос времени и отвлечения.

— Идеальные охранники, — отметила я про себя.

Собаки подчёркивали, что это ад. Место, в котором нет пространства для слабости или ошибок.

Моё сердце билось так быстро, что мне приходилось напоминать себе дышать.

Я не могла расслабиться. Никак. Ни на минуту, ни на секунду.

Всё это было слишком ненастоящим, как плохо сыгранный спектакль, в котором я почему-то оказалась актрисой.

Владимир шёл впереди, а потом внезапно остановился.

Он развернулся ко мне и посмотрел с такой сосредоточенностью, что мне стало не по себе.

— Слушай меня внимательно, — начал он. — Если спросят, как мы познакомились, скажешь, что я приезжал в твой университет. Мы столкнулись там, разговорились. Всё просто. Исправляй, импровизируй, если понадобится. Поняла?

Я кивнула.

Это была автоматическая реакция, но внутри меня разгорался гнев. Университет?

Я запомнила формулировки, как запоминают легенду. Ложь должна быть короткой и повторяемой. Он недооценивал меня — и это было хорошо.

Он даже не знал, училась ли я где-то.

Он просто выбросил эту фразу, как если бы моя жизнь была набором сценариев, которые он мог переписать по своему желанию.

А этот козел мог. Может и делает.

— Подчёркивай, что ты очарована мной, — добавил он с лёгкой ухмылкой. — И не смей выглядеть так, будто ты боишься меня. Никто не должен догадаться.

Очарована?

Я сжала зубы, стараясь не выдать эмоций.

Очарована его жестокостью?

Его попытками сломить меня?

Это было унизительно, но я понимала, что у меня нет выбора.

Реально нет.

— Это брат? — спросила я, чувствуя, как страх подбирается всё ближе.

— Брат и его жена, — коротко ответил он. Его взгляд вдруг потемнел. — Имей в виду, проболтаешься про то, что есть внизу... — он сделал паузу, будто хотел дать мне время осознать смысл сказанного. — Я уже говорил, что будет с тобой.

Да помню я, у меня не амнезия, блин.

Я сглотнула. Моё горло будто пересохло, а воздух стал тяжелым, как бетон. Переживаю только из-за того, что что-нибудь ляпну лишнего.

Я ведь даже не знаю, где что и как лежит.

— Я поняла, — прошептала я, включив актрису.

Но в голове начала проноситься другая мысль.

Если жена его брата ничего не знает, это может быть шансом.

Я зацепилась за эту нитку, проверяя ее на прочность. Чужие люди часто становятся свидетелями, а свидетели — рычагами.

Возможно, если я попрошу с ними поехать в город, Владимир не сможет отказать.

Он ведь не может показать своё истинное лицо перед ними, не так ли?

Я окинула взглядом пространство вокруг.

Широкие коридоры, гладкий паркет, картины на стенах.

Всё выглядело слишком дорого, чтобы быть настоящим. Уюта 0. И мозгов у меня видимо тоже, раз думаю о побеге сейчас.

Но это шанс ведь..

Если мне удастся проникнуть в какую-нибудь комнату, куда они не захотят заглядывать... или хотя бы выйти во двор?

Я не знала, что именно сделаю, но каждая мелочь могла стать частью плана.

Запоминаем ВСЕ.

Когда мы проходили через просторную гостиную, я заметила, как лунный свет пробивается сквозь высокие окна.

Большой камин был угловым, а на полу лежал огромный ковёр, который выглядел так, будто стоил больше, чем я за всю свою жизнь смогла бы заработать.

Я обратила внимание на двери.

Они были массивными, и каждая из них имела свои особенности. Одна из них чуть приоткрыта — там, кажется, кладовая или подсобное помещение.

Владимир, казалось, замечал всё, что делаю я.

Его взгляд был прикован ко мне, и я почувствовала, как пот выступает на ладонях.

— Молодец, — улбынулся он, оценивая мою внешность. — Осматривайся и запоминай, что где лежит. Так уж и быть, завтра если что устрою тебе экскурсию.

Я снова кивнула, чувствуя, как напряжение нарастает.

Экскурсия означала доступ. Доступ означал варианты. Я мысленно расставляла точки на карте дома, как цели на экране.

Эта игра, в которую он втянул меня, была смертельно опасной.

Устроит. Ага. Зачем только? Чтобы я теперь была девушкой по вызову? В самом тупом смысле этого высказывания.

Хотя, Алина, в то же время это была возможность.

Маленький шанс, но шанс. Шансик.

А еще...

Ворота распахнулись, машина заехала во двор. Собаки лают и Федя идет в сторону выхода.

Приехали.