Глава 13

Алина

Машина плавно выехала на трассу, покачнувшись на заснеженном асфальте.

Меня слегка повело в сиденье, ремень натянулся на плече, и я машинально выпрямила спину, проверяя равновесие. Тело все еще реагировало быстрее головы, привычка, выработанная годами.

Снег падал крупными хлопьями, тяжёлыми, влажными, оседая на лобовом стекле, но щётки быстро справлялись.

Спасибо, что нас не засыпало полностью.

Дорога была пустынной, лишь редкие фуры тянулись вдалеке, оставляя за собой мутный шлейф от слякоти.

Я отметила это автоматически: пустая трасса, меньше свидетелей, меньше случайных глаз.

Я молчала, анализируя ситуацию.

В голове выстраивалась схема: кто, зачем, на каких условиях. Где ловушка, где выход. Пока выходов не было.

Рядом сидел этот Турист.

Я мельком взглянула на него.

Отметила посадку, хват руля, положение плеч. Так сидят не гражданские. Так сидят те, кто привык, что от него зависит чужая жизнь.

Всё та же невозмутимая физиономия, взгляд вперед, руки уверенно держат руль. Не выглядел напряжённым, не выглядел расслабленным.

Просто едет.

И это настораживало сильнее всего.

Я нахмурилась, когда он вдруг протянул мне небольшую папку.

— Это что? — я взяла её, пробежалась взглядом по титульной странице.

Лейтенант Лебедева Алина Владимировна.

В груди неприятно кольнуло, будто меня снова втиснули в форму, которую я давно сняла с себя.

Я застыла.

— Что за ...? — произнесла, резко развернувшись к нему.

— Твои документы. Теперь ты — Лейтенант Лебедева, — спокойно ответил он, не глядя на меня.

Я повертела документы в руках, изучая всё, но фальшивка была безупречной.

Слишком безупречной. Такие делают не для прикрытия на пару дней.

— С каких пор я снова в строю? — я фыркнула, закрывая папку.

— С сегодняшнего, — коротко отозвался он.

Я нахмурилась.

— То есть, никакого выбора у меня не было?

Он не ответил сразу. Сделал паузу, как будто давал мне время самой догадаться.

— У тебя есть задание. Для него нужна легенда. Это твоя легенда.

Я подавила раздраженный вздох.

Внутри все сжалось, но не от страха, от понимания масштаба.

Я раньше и не просто “боссов” убивала, но такой подготовки не было.

Ну конечно.

Мне даже не оставили шанса что-то решить самой.

Я бросила документы на приборную панель, откинулась на спинку сиденья и устремила взгляд в окно.

Пальцы непроизвольно легли на живот, будто проверяя, что он все еще здесь, со мной.

Снег продолжал падать, создавая иллюзию тишины и спокойствия.

Как будто у меня сейчас жизнь не катится в очередную чёртову яму.

— Меня зовут Илья, — вдруг раздался его голос.

Я снова повернулась к нему, ожидая продолжения.

— Но звать ты меня будешь Турист. Так и зови.

Я молча кивнула.

Турист.

Ладно, Турист так Турист.

Мы ещё пару минут ехали в тишине, пока я переваривала всю эту фигню с новыми документами.

Я чувствовала, как внутри поднимается знакомое напряжение, предбоевое. Когда еще ничего не началось, но назад дороги уже нет.

— Куда мы вообще едем? — спросила я наконец, потому что ситуация уже начала напрягать.

— В стрелковый клуб, — ответил он, поворачивая руль.

У меня внутри что-то щелкнуло. Не радость. Готовность.

Я удивилась, но неприятное напряжение внутри сразу же сменилось лёгким всплеском адреналина.

Стрелять.

Сколько времени прошло с тех пор, как я держала оружие в руках?

Слишком долго.

Моё тело соскучилось по привычному ощущению веса винтовки, по отдаче, по звуку выстрела, по напряжённому ожиданию точного попадания. Правда скупаю, все-таки я воспитана снайпером, им и буду.

Я поймала себя на том, что невольно сжала пальцы в кулак.

Турист заметил.

— Тебе что нужно? Пушка? Винтовка?

— Винтовка, — ответила я без малейшего замедления.

Даже не думала. Ответ был честнее любых слов.

Он кивнул, словно ожидал именно этого ответа.

Скорее всего, Вова ведь ему сказал.

Я снова посмотрела в окно.

Дорога уходила вперёд, снег продолжал падать.

— А вы откуда знаете Владимира? — спросила я после паузы.

Внутри было важно это услышать. Для картины.

Турист даже не дрогнул.

— Рабочие моменты.

Я скривилась.

Ну, конечно.

Все они так говорят.

Ни за что не поверю, что он работал в пекарне и Вова к нему заходил чизкейк купить.

Дорога становилась всё уже, заснеженные деревья тянулись по обе стороны, заборы сменились бетонными конструкциями, которые скрывали что-то более серьёзное.

Я смотрела в окно, ловя каждую деталь.

Фиксировала входы, выходы, расстояния.

Ворота впереди – высокие, массивные, с колючей проволокой сверху. Камеры, наблюдающие за каждым въезжающим.

Это был не просто стрелковый клуб.

И тут меня накрыло.

Я его уже видела. Я его знаю.

Точно, вот… он!

Сердце дернулось, будто кто-то резко потянул за нитку.

Я резко повернула голову к Туристу, который спокойно сидел за рулём с серьезной миной.

Флешбеки ударили по сознанию, возвращая меня туда, куда я никогда не хотела возвращаться.

Аукцион.

Тот самый, где меня продали.

Володя купил меня там, среди всех этих людей, торговавших женщинами, как скотом.

Но я помнила ещё одно.

Помнила, как всё это закончилось.

Белые полы, грохот автоматных очередей. Вопли людей, падение тел.

Федералы.

И среди них – он.

Тот самый мужчина, который сидел сейчас рядом со мной и вёл машину, даже не подозревая, что я только что сложила картину воедино.

Я резко выдохнула, стиснув зубы.

— Илья, это ты с ФСБ накрывал тот аукцион?

Он на секунду оторвал взгляд от дороги, посмотрел на меня с хмурым выражением лица.

— Ну и что?

Чёрт. Он даже не собирался отрицать.

В голове всё смешалось. С каких пор Лебедев, который закон не чтит с НИМ работает? Странно это все. Очень и очень странно.

— Он ведь купил меня там, Илья. Я не свободна. Помоги мне уйти.

Слова дались тяжело. Я почти физически почувствовала, как перехватывает внутри.

Я не знала, зачем сказала это.

Наверное, это было что-то большее, чем просто просьба.

Это была последняя надежда, что кто-то здесь может поставить точку в этой истории, просто чтобы никто не узнал о ребенке у меня под сердцем. Мне надо уйти... Снова.

Не знаю зачем я так рвусь, но я знаю, что после того, как выполню задание мне самой крышка.

Но Турист даже бровью не повёл.

— Ты свободна будешь, когда сделаешь свою работу, — спокойно произнёс он, не повышая голоса.

И плавно остановил машину у ворот.

Меня затрясло.

От холода, от злости, от осознания того, насколько всё уже предрешено.

Я сжала зубы, с трудом справляясь с рвущимися наружу эмоциями.

Значит, это всё?

Меня просто использовали. Нет, еще используют. Но я не хочу ввязываться в старые дела, на моих руках итак много всего, я не хочу...

Откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза, чувствуя, как внутри поднимается паника.

Я снова положила ладонь на живот, будто этим жестом могла что-то защитить, закрепить, удержать.

Володя не дал бы мне исчезнуть. Он не из тех, кто выпускает из рук то, что считает своим.

Но если он узнает…

Если он узнает, что я беременна…

Я глубже вдохнула, сжимая руки в кулаки.

Рано или поздно, он узнает.

И тогда всё станет ещё хуже.