3 глава

Я обожала фильмы в стиле роуд — муви, и сейчас, когда мы на большой скорости мчались по трассе А370, а из динамиков на полную мощность грохотал Coolio с рэп — шедевром Gangsta's Paradise, — ощущала небывалый энергетический подъём.

— Ааааааа! — кричала я, высунувшись в люк Сашкиного крузака, вытянув руки в стороны.

— Давай, Петрова, жги! — смеялся Буткевичус.

На третий день после предложения присоединиться к его компании, Сашка ранним утром заехал за мной.

— Ну что, Петрова, готова к путешествию? — весело спросил он, закидывая мою сумку в машину. — Поедешь со мной, спереди. Сейчас ребят по пути захватим и рванём!

Ребятами оказались трое: молодожёны и симпатичная девица, та самая, которая со своей подружкой пренебрежительно смотрела на нас с Лилей в клубе. Она была явно недовольна моим присутствием, хотя и пыталась этого не показывать. Судя по взглядам, которые она бросала на Буткевичуса, между ними уже что — то было. Ещё одна пара Сашкиных друзей ехала на своей машине позади нас.

Но не только от ветра, солнца, музыки, я испытывала эйфорию.

Мне написал Денис!

Накануне отъезда, ночью, я получила от него на свой e — mail длинное письмо. В нём он раскаивался, признавался в любви, писал о том, как виноват, что это была ничего не значащая мимолётная слабость, ошибка, которую он никак не может себе простить, но очень надеется, что смогу простить я… Что мечтает о том, чтобы я вернулась… и всё в таком духе… Я даже не ожидала, что он мог так красиво выражать свои мысли. Признаюсь, я ликовала от осознания того, что, оказывается, он тоже страдает!

Двенадцать часов пути пролетели незаметно, тем не менее, все сильно устали от многочасового сидения, и когда, наконец, Буткевичус свернул на просёлочную дорогу ведущую к морю, все хором заголосили от радости.

Я ахнула от открывшейся моему взору панорамы: красивейшее побережье, с чистым песком, окружённое с обоих сторон величественными скалами. Солнце уже начинало садиться, и его огромный огненный шар, казалось, спускался прямо в море. Я затаила дыхание, наслаждаясь этим природным великолепием.

Припарковав машину, Буткевичус в одну руку взял мою сумку, во вторую — большущий чемодан клубной красотки, и направился к деревянным домикам.

— Петрова, давай за мной! Алина, ты тоже! — скомандовал Сашка.

Он подошёл к самому дальнему домику и, вытащив из кармана ключ, который получил при въезде на территорию пляжа, открыл дверь, пропуская вперёд сначала меня, а потом Алину.

Я огляделась. В небольшой комнате стояли две узкие кровати, две тумбочки, столик и потрёпанное кресло. Убранство домика было довольно убогим, но зато, имелся собственный душ.

— Извините, девочки, не Хилтон, конечно, но именно на этом пляже, — самые крутые волны. Хочу в будущем выкупить это место.

— Да ладно, Саш, потерпим, — весело ответила я. — Зато море какое шикарное!

По одобрительной улыбке Буткевичуса, я поняла, что ему понравился мой ответ, но моё мнение категорически не разделяла девушка Алина.

— Саша, я должна здесь спать?! — капризно спросила она, надув губы и сморщив носик, явно не ожидая такой сервис, а точнее, его полное отсутствие.

— Да, киса, вы будете спать здесь с Оксаной.

— А ты? — поинтересовалась я.

— А я буду спать в машине. Свободных домиков больше нет.

Я с огромной благодарностью посмотрела на Сашку.

Все были настолько вымотаны дорогой, что после ужина в придорожной кафешке, быстро разбрелись по своим домикам. Алина осталась крутиться возле Сашки, а я пошла спать.

Утром проснулась от яркого солнца, которое пробившись сквозь небольшое оконце, щекотало моё лицо горячими лучами. Постельное бельё на соседней кровати было скомкано, но девицы в комнате не оказалось. Я только — только успела опустить ноги на пол, как в домик внезапно ворвался Буткевичус.

— Петрова, вставай! Пошли завтракать!

— Сашка, выйди! Я ещё не одета!

Я любила спать голой, и вчера, не сделала исключение этому правилу. Видимо, Сашка это заметил, так как вдруг перестал улыбаться и уставился на меня.

— Буткевичус, вон!

Зажав простынь возле груди я кинула в него подушкой. Ловко поймав, он, ухмыляясь, вернул её обратно на мою кровать.

— Хорошо, хорошо, не психуй, выхожу! Поторопись. Все уже давно собрались.

После завтрака в той же кафешке, мы с девчонками отправились купаться и загорать, а парни поехали в близлежащий посёлок, чтобы закупить свежее мясо и алкоголь для вечерних посиделок.

Был полный штиль, и море сверкало своей бриллиантовой гладью. Ветер по — прогнозу ожидался только к вечеру, поэтому сёрфинг решили отложить до завтра. Я лежала на горячем песке, наслаждаясь запахом моря и душевным спокойствием. Внезапно, холодные брызги заставили меня подскочить.

— Сашка!

— Пошли купаться, Петрова!

Весь день мы протусили на пляже, катаясь на арендованных водных скутерах, играя в волейбол и пляжный футбол. Я чувствовала, что слегка сгорела, несмотря на обильно нанесённый на кожу крем от солнца.

Когда все уже собрались уходить, я решила, напоследок, сделать последний заплыв в море. Я отплыла на приличное расстояние, как внезапно, мою ногу свело сильнейшей судорогой. От неожиданной резкой боли я потеряла ориентацию, и поплыла не обратно к берегу, а ещё больше удаляясь от него.

Я остановилась, огляделась, и страх железным кольцом сжал все мои внутренности: берег маячил слишком далеко, мне никак не доплыть… В дикой панике я начала барахтаться и кричать. Пару раз хлебнула солёной воды и, когда уже вся жизнь пронеслась перед глазам, с огромным облегчением увидела, что ко мне приближается Сашка, делая большие взмахи руками.

— Греби к скале! — заорал он.

Действительно, расстояние до утёса было значительно короче, чем до берега. Я перевернулась на спину и, не без труда, начала грести в правую сторону. Саша плыл рядом, его присутствие успокаивало и придавало сил. Казалось, прошла целая вечность, прежде, чем я смогла уцепиться за большой каменный валун.

Буткевичус помог мне взобраться на камень, я легла на живот, тяжело дыша. Меня трясло от долгого пребывания в холодной воде и от пережитого ужаса. Минут пять мы приходили в себя, потом Сашка встал и, не говоря ни слова, протянул мне руку. Я еле поднялась — ноги плохо слушались.

— Лезь наверх! — скомандовал он.

Мы карабкались на утёс, благо, каменные валуны были не острые, а округлые, омытые водой. Наконец, мы взобрались на самый верх и, пройдя всего несколько шагов по направлению к лесу, от бессилия я споткнулась, упав на колени.

Буткевичус обернулся и посмотрел на меня. Его лицо, как та скала, было словно высеченное из камня. Я поняла. Сашка злится. Но почему? Мы же спаслись! Он подошёл ко мне и грубо, одним рывком поднял за плечо.

— Вставай! — резко сказал он, потащив меня за собой в лес.

— Остановись, прошу! — задыхаясь выдавила я, и с трудом, сбросив его руку, прислонилась к дереву. — Всё… я больше… не могу…

Голова кружилась, дыхание сбилось, ноги подкашивались, а сердце колотилось как, что казалось разорвёт грудную клетку. На минуту я прикрыла веки, а когда открыла, то обомлела: Буткевичус смотрел на меня взглядом хищника, голодного дикого зверя. Его глаза опустились ниже и замерли на уровне моей груди. Я тоже опустила глаза и ахнула. Верх от бикини сбился, и одна грудь полностью обнажилась! Дрожащими пальцами я поправила купальник, и провела руками по голове, приглаживая волосы. Буткевичус молча следил за моими движениями, а потом в два шага приблизился ко мне.

Обхватив моё лицо ладонями, он поднял его, вынуждая посмотреть в его глаза. И то, что я увидела в них, заставило меня замотать головой и зашептать: "Нет, нет, не смей!", потому что в его глазах явственно читалась… похоть! Вот теперь я по — настоящему испугалась. Но было что — то ещё… что — то, что горячей волной поднималось внутри, вызывая странную пульсацию внизу живота. Неужели я?… Но не успела больше ничего подумать, как он впился в меня обжигающими губами, проталкивая свой язык в мой рот.

Я вырывалась, как могла сопротивлялась, но он был сильнее, гораздо сильнее. Наконец, не в силах больше бороться, я обмякла в его руках. Буткевичус неистово целовал моё лицо, мою шею, грудь, с рычанием покусывал соски и тёрся о них своей щетиной. Я чувствовала, что начинала улетать, но уже не от страха, а от наслаждения… Подхватив меня под ягодицы, он заставил обхватить ногами его бёдра. Отодвинув трусики бикини в сторону, он резко вошёл в меня. Я охнула от такого внезапного яростного вторжения. Я обняла ствол дерева руками, к которому он прижимал меня, и закрыла глаза. Адреналин хлестал по венам, в сто крат усиливая желание. Мозги отключились напрочь. Лишь единственная мысль слабым мотыльком билась сквозь моё затуманенное сознание:

«Надо всё это немедленно, немедленно остановить!»

Мой бывший одноклассник жёстко имел меня, а я громко стонала и извивалась. Кора дерева сильно царапала чувствительную после загара кожу спины, но я не чувствовала боль, полностью отдавшись запретному наслаждению.

— Посмотри на меня! — хриплым голосом приказал Сашка.

Я открыла глаза и провалилась в горящий огонь его карих глаз. Мощный оргазм сотряс всё моё тело, и я протяжно выдохнула, откинув голову назад. Следом, и он, громко вскрикнул, несколько раз содрогнулся и замер. Он уткнулся в моё плечо, восстанавливая дыхание. Через какое — то время Буткевичус отпустил меня, и я сползла вниз на землю.

Шок — вот, что я испытала, когда до меня дошло, что сейчас только что случилось. Как я могла так потерять голову?! Это ведь Сашка! Мой друг детства! Я боялась поднять голову и посмотреть на него. Волна жуткого стыда накрыла с головой. Меня затошнило.

Откуда — то издали послышались голоса, и через минуту к нам подбежали Наташа и Максим.

— Вы как?! Мы видели, как вы карабкались на утёс и сразу же побежали на помощь!

— Всё хорошо, — ровным тоном ответил Буткевичус.

Ребята странно переглянулись между собой, и я была уверена, что они всё поняли. Наташа подошла ко мне и, протянув руку, помогла подняться. Всё то время, пока мы шли обратно, Буткевичус о чём — то непринуждённо болтал с Максимом, я же, напротив, не могла выдавить из себя ни слова, шла понуро опустив голову, словно неживая. Когда вернулись в лагерь, я обратилась к Наташе, старательно избегая смотреть на Сашку, к которому тут же подлетела взволнованная Алина.

— Пойду к себе. Хочу в душе отогреться.

— Иди, конечно. Переодевайся и выходи к нам, — ответила Наташа, с искренним сочувствием глядя на меня.

Как сомнамбула, я зашла в свой домик, включила душ и, не снимая купальника, встала под горячие струи. В каком — то отупении, в течении долгих минут, я стояла под водой, не двигаясь, уперевшись руками в стену. Наконец, я вышла и, не вытираясь, опустилась на постель.

Я сидела на скрипучей кровати, обхватив руками голову и раскачивалась из стороны в сторону. Железные пружины подпевали в такт моим движениям, словно сочувствуя. То, что произошло час назад, никогда и ни при каких обстоятельствах не должно было случиться! Просто потому, что не должно было произойти и всё! Никогда! И как я смогу смотреть ЕМУ в глаза после всего?! Куда прятаться, куда бежать?

Точно. Бежать!

Я вскочила с места и заметалась по маленькой комнате, в панике закидывая свои немногочисленные вещи в дорожную сумку. Забежала в душ, двумя рывками сорвала с себя купальник, кинула его в раковину, сполоснула пылающее лицо ледяной водой, затем осторожно дотронулась до всё ещё горящих от недавних сумасшедших ласк сосков. На секунду замерла, вспоминая горячие руки и ненасытные губы на своём теле… и застонала. Наверное, если была возможность прямо сейчас сделать себе лоботомию, чтобы напрочь стереть из памяти произошедшее, я бы не задумываясь это сделала.

Клянусь!

Вернулась в комнату, быстро натянула на себя бельё, джинсы и футболку. Завязав резинкой мокрые волосы в хвост, закинула на плечо сумку и, сунув босые ступни в мягкие мокасины, как воришка, который боится быть пойманным, осторожно выглянула за дверь. До меня доносились музыка и смех ребят. Хорошо, что домик, в который меня заселили, находился в отдалении от зоны барбекю, где сейчас и располагалась вся наша компания.

— Бут, иди зови Оксану, что — то долго она там переодевается, — смогла разобрать слова кого — то из парней.

Я с ужасом смотрела, как Сашка, положив на стол щипцы для мяса, направился в мою сторону. Сердце от страха отстукивало в бешеном ритме, когда юркнув за угол, я со всей мочи рванула в лесную чащобу. Не разбирая дороги, я продиралась сквозь кусты и деревья, которые больно хлестали меня тугими ветками. Я бежала вперёд, удаляясь всё дальше и дальше от лагеря. Мне было плевать, что подумают про меня ребята, плевать на то, что, возможно, они будут меня искать, плевать на новый дорогой купальник, который валялся сейчас в раковине душевой, и на который, вместо меня, обязательно наткнётся Сашка. Всё равно я не смогла бы его больше носить, как напоминание о… Задыхаясь и откашливаясь от попавшей в рот листвы, я выбежала на главную дорогу и, выкинув вверх руку, начала махать пролетавшим мимо меня машинам.

"Быстрее, быстрее, ну же, ну! Ну хоть кто — нибудь, остановитесь!" — с отчаянием молила я про себя.

С моей стороны было полной дуростью голосовать на темнеющей загородной трассе, рискуя нарваться на извращенцев, или, того хуже — насильников, но в тот момент, я абсолютно не думала об этом: настолько сильным было моё желание немедленно уехать. Наконец, одна из машин остановилась. На моё счастье в ней оказались двое: молодой человек и девушка примерно моего возраста.

— Ребят, до города подкинете? — спросила я.

— Без проблем, — с готовностью ответил водитель.

Я села на заднее сиденье и с невероятным облегчением выдохнула. Порывшись в сумке, вытащила свой смартфон. Пятнадцать пропущенных звонков от Сашки. Вскрыв корпус телефона, достала сим — карту и сунула её в задний карман джинс.

Моими спасителями оказались молодожёны. Без особых вопросов они довезли меня до ближайшей гостиницы и, не взяв ни копейки, пожелали удачи.

Оформившись, я прошла в свой номер, кинула сумку рядом с кроватью, упала на постель и мгновенно вырубилась до самого утра.

На следующий день, приняв горячий душ и позавтракав в ближайшей кофейне, я поехала на железнодорожный вокзал. Купив домой билет на поезд, осталась коротать время в зале ожидания. Пока я была занята элементарными действиями, то старалась не думать о том, что случилось. Но сейчас, находясь в огромном полупустом зале, воспоминания о вчерашнем накрыли лавиной стыда, вызывая головную боль и тошноту.

"Нет, так дело не пойдёт. Просто сидеть и ждать невозможно, иначе я просто свихнусь от всех этих мыслей, надо срочно себя чем — нибудь занять."

Поэтому, я встала и пошла в большой торговый центр, находящийся в двух шагах от вокзала. Глянула расписание сеансов в кинотеатре: в прокате до сих пор шла Малефисента, которую мне так и не довелось посмотреть.

"Отлично. И по времени как раз успеваю."

Фильм смог меня переключить, и до самого отправления поезда, я крутила в голове сюжет, не давая ни единого шанса своим мыслям свернуть в опасном направлении. В поезде, лёжа на верхней полке, я с радостью вспомнила, что в маленьком боковом кармане моей дорожной сумки лежал пузырёк с парочкой таблеток снотворного. Проглотив одну таблетку, вскоре крепко заснула. Поезд прибыл в мой город рано, — в семь утра и, вызвав такси, я поехала не домой, а к Лиле, зная, что та сейчас одна.

— Петрова, сдурела? Что так рано?! И вообще, почему ты здесь, а не на море? — растрёпанная заспанная Лилька открыла дверь.

— Что с тобой? Что с лицом? — она протянула руку и пальцами провела по моей щеке покрытую длинными царапинами.

Я молчала, не в силах выдавить из себя ни слова. Слёзы ручьём хлынули из глаз, я кинулась подруге на шею.

— Лиляяяя!

— Ну — ну, — успокаивающе произнесла подруга, мягко отстраняясь. — Не плачь, милая, расскажи, что случилось? Кто обидел мою девочку?

Я замотала головой.

— Лиля… Ох, Лиля… Я не знаю, что мне теперь делать… я… я с Бутом переспала!

— Чтоооо?! — воскликнула Лилька, вытаращив на меня глаза.

— Ты услышала меня!

— Но как?! Когда?

Мы прошли в комнату и сели на кровать.

Я рассказала о том, как чуть не утонула в море, как Сашка спас меня, и, главное, о том, что произошло между нами в лесу.

— Делаааа, — протянула Лиля, когда я закончила. — Ксю, я даже не знаю, что сказать… Слушай, а вы это… ну… как — то предохранялись?

Я мотнула головой.

— Я всё ещё на противозачаточных, а по — поводу…

— По — поводу даже можешь не продолжать, — перебила меня Лиля, — ты же знаешь, какой Сашка щепетильный, а уж в этом вопросе так точно!

Тем не менее мысль о беременности от случайного секса с другом детства, обожгла. Как хорошо, что я не бросила пить таблетки после расставания с Денисом!

Телефон Лилии завибрировал. Она нахмурилась и взяла его в руки.

— Кто это мне звонит в такую рань? Ой! Оксан! — в испуге она прикрыла рот ладонью. — Это Буткевичус! Он как чувствует, что ты здесь! Ответить?

Я кивнула, но жестом предупредила не говорить, что сейчас нахожусь с ней.

— Да, Саш, привет! Как дела? Что? Оксана? Да, она в городе. Вернулась, да. С ней всё в порядке. Что?! Эээ… хорошо… передам… пока.

— Что он просил передать? — с замиранием сердца спросила я.

— Он сказал передать тебе, что ты больная на всю голову, и он, эту голову тебе сразу оторвёт, как только вернётся!