25

4 декабря 2014 г.

Саша, 10 лет назад

— Саш а, а разве ты не собираешься жениться? Я же как-то встретила тебя с этой пампушкой, такой блондинкой… — смеётся Амели, облокотившись на подушку и отпивая из бокала, зажатого в руке, искрящийся напиток.

— Я?! Ты меня с кем-то путаешь, Амели! Я прирождённый холостяк! К тому же я люблю женщин постройнее, — со смехом отвечаю я ей, хотя эти слова жгут меня изнутри калёным железом.

Как там говорил классик? «Правду говорить легко и приятно».

А сейчас я вру. Вру самому себе. И в первый раз ненавижу свою работу. Но я продолжаю убеждать себя, что это надо для общего дела.

Для Родины. Я ведь для этого пошёл в эту профессию?

Овечкин не знал, когда мне поручал завербовать французскую агентку Амели, что мы с Тасей вместе.

Мы ведь так мастерски скрываем это ото всех. Мы ведь настоящие профессионалы. И я просто не мог отказать высшему начальству. Не выполнить приказ…

Все знали, что эта француженка без ума от меня. Я был последней надеждой, чтобы склонить её на нашу сторону.

И я пошёл на это…

— Какой ты сладкий, мой медведь, — лепечет она своими губками, которые буквально расплываются у меня перед глазами… — А что у тебя здесь, оля-ля-ля, — шепчет страстно на мне на ухо, запуская руку мне в штаны, и вино ударяет мне первый раз в жизни в голову.

Я сам себе противен, я ненавижу сам себя… Моё тело не слушается меня… Я делаю ещё один огромный глоток, чтобы забыться, чтобы поскорее разделаться с этим, и я просто напиваюсь в стельку, чего не делал никогда ни до, ни после в своей жизни…

— Это было просто чудесно, — щебечет мне на ухо утром её голос, и я морщусь от головной боли, когда припоминаю, что я наделал. — Ты был таким страстным, ты настоящий русский медведь, — просовывает она мне язык в ухо. — Повторим, малыш? — уже гладит она моё тело ладонью, скользя всё ниже и ниже.

— Прости, Амели, — выдавливаю я из себя. — Я себя очень плохо чувствую. Прости. Дело не в тебе, — и я бегу в ванную, чтобы исторгнуть из себя всю эту липкую грязную ночь.

Всё это предательство.

Но отчего у меня на душе так грязно и липко?!

И почему что-то шепчет мне на ухо, что я навсегда потерял её?! Мою Тасю.

Тасечку…