Глава 9

Нереа Когда я проснулась второй раз, рядом никого не оказалось, и это принесло мне облегчение. Несмотря на заверения повитухи Марты и моей тети, сильфиды Лаиссы, память ко мне возвращалась гораздо быстрее, чем они предполагали. Решив воспользоваться тем, что рядом никого нет, я прошла в кладовую трав, взяла обмылок, чистую одежду, которая лежала на спинке стула около моей кровати, и незаметно, как мне казалось, прошла к озеру. Всё внутри меня требовало скорейшей помывки – смыть с себя последние неподвижные дни и неприятный запах. Кажется, женщины меня обмывали, но это совсем не тот эффект, когда ты тщательно моешься сам. На берегу озера никого не было, но я решила не рисковать и прошла дальше, к скрытому ото все кустарниками краю. Здесь я чувствовала себя в безопасности. Разделась до нижней сорочки и медленно ступила в слегка мутноватую теплую воду. Пару раз ополоснувшись, я принялась намыливать тело обмылком, от которого исходил душистый аромат лаванды. Оно было дорогим и было обменено на несколько пучков особо редких трав, растущих только на нашей стороне горы, но я так долго упрашивала кузнеца Амирана, чтобы он сторговался, что когда он в итоге привез мне его, то использовала я его лишь в редких случаях. И сейчас был именно он. Как только я закончила с кожей и волосами, легла на водную гладь спиной и расслабила мышцы, чувствуя, как лес наполняет меня силой. Не так, как это было раньше, до моей временной смерти. Если тогда влияние леса было подобно дуновению ветра, то сейчас сила перетекала в меня волнами, словно я стремительно наполнялась живительной энергией мира. Сама не заметила, как задремала, а из полудремы меня вырвал чей-то пристальный взгляд. Я проплыла к берегу несколько метров и встала, как только стопы коснулись дна. – Кто здесь? – спросила слегка испуганным голосом. Я присела так, чтобы из воды торчала лишь моя голова, а затем настороженно оглянулась по сторонам. Несмотря на рождение внутри меня волчицы, некоторые врожденные способности веров, как то осязание и острое зрение, пока были мне недоступны. Я только-только входила в мир новых запахов. Слух уловил шуршание листвы спереди, и я посмотрела в ту сторону, прищуриваясь и практически не дыша, пытаясь уловить чужое дыхание. Не успела я снова крикнуть свой вопрос, как из кустов вдруг вальяжной походкой вышел волк. Нет. Волколак. Он был настолько огромным, что я замерла птичкой и застыла прямо в воде, опасаясь лишний раз двигаться, чтобы не привлечь его внимание. Вот только было поздно. Он давно заприметил меня и не отпускал из поля своего зрения. Белый окрас, идеально чистая шелковистая на вид шерсть, и голубые глаза. Собственнический взгляд, которым он окинул меня, не оставлял сомнений, кто стоял передо мной. Айвен. Я видела его натренированное волчье тело в бою, но тогда не смогла рассмотреть его внимательно во всей природной красе. А восхищаться было чему. Не каждый волк мог похвастаться такими крупными размерами и идеальными пропорциями звериного тела. Я покраснела, когда мысли плавно перетекли к его человеческой ипостаси, не менее брутальной и харизматичной. Подняла взгляд к глазам волка и оцепенела от шока. Клянусь, волк скалился, словно прочитав мои мысли. Когда я встряхнула головой и посмотрела на его морду снова, больше не было ни намека на улыбку, и я даже моргнула насилу пару раз и протерла глаза, пытаясь увидеть то, что было буквально несколько секунд назад. Тщетно. На меня снова смотрел серьезный нагваль. Тело его вдруг подернулось дымкой, кости затрещали, а лапы волколак пригнул к земле. Начался оборот зверя в человека. Я наблюдала за недолгим процессом трансформации и совсем забыла, в каком виде передо мной предстанет Айвен. Опомнилась лишь тогда, когда на берегу стоял уже не белый волколак, а беловолосый нагваль, который совершенно не стеснялся своего обнаженного тела. Я старалась не опускать взгляд ниже его подбородка, но глаза будто жили своей жизнью, скользя по широким плечам, массивной грудной клетке, плоскому животу с выделяющимися кубиками и… И ниже, по линии дорожки волос от пупка и ниже. Мужская плоть под моим взглядом дернулась, и я отшатнулась, чувствуя, как покраснели щеки и заколотилось сердце, словно бьющаяся о прутья клетки птичка, пойманная в силки хозяином. Уверена, он сделал это движение специально, чтобы меня смутить, но я не поддалась на провокацию и отвернулась, делая размашистые гребки прочь от берега. Мне срочно нужно остаться наедине и переосмыслить реакции своего тела. Умом и сердцем я понимала, что мы – истинная пара, но тело, не знавшее еще ласки ни одного мужчины, не было согласно с этим утверждением. И пусть оно тянулось к Айвену, ведомое первобытным инстинктом, но при этом дрожало и тряслось, стоило представить то, что происходит между самкой и самцом в моменты страсти. Эта сторона волчьей жизни мне была недоступна в силу происхождения и плохого отношения ко мне отца и стаи, и к моему возрасту у меня уже выработался подспудный страх, который пока я была не способна преодолеть, несмотря на животное желание, которое возникало всякий раз, стоило Айвену оказаться в поле моего зрения. А уж в таком виде… – Водичка теплая, Нереа? Голос будто прозвучал чересчур близко, и я в панике развернулась, преодолевая сопротивление воды гребками. Айвен по-прежнему стоял на берегу и лишь посматривал на меня, наблюдая за моими движениями. Я лишь кивнула на заданный игривым тоном вопрос, не сразу сообразив, что он намеревался сделать. А когда Айвен направился в воду, нырнул, когда оказался на достаточной глубине, а затем исчез под водой, меня накрыло паникой. Шли секунды, но сколько бы я ни вглядывалась в водную гладь, не видела, где он, и что-то мне подсказывало, что он приближался ко мне с невиданной скоростью. Не успела я нырнуть, чтобы убедиться, что он в порядке и не зацепился ногами за водоросли, как вдруг он вынырнул прямо передо мной. Обнаженное мощное натренированное в битвах и спаррингах тело оказалось чересчур близко ко мне. Как и его хитрый настойчивый хозяин. Капли воды стекали с лица Айвена, заставляя меня прослеживать дорожку вниз, и я никак не могла контролировать реакцию своего тела. Он небрежно зачесал пятерней свои пепельные волосы назад, а я хлопала ресницами, не в силах ни закричать, ни сказать что-либо членораздельное. – У тебя бешено стучит сердце, птичка, – прошептал он и наклонился ниже, касаясь губами моего уха. По моему телу сразу же прошла дрожь, и я опустилась под воду по самый подбородок, чтобы скрыть от него беззащитную шею. – Ты вся дрожишь, а вода такая теплая. Айвен улыбнулся и вдруг нырнул снова назад спиной, заставляя меня оцепенеть. Я вглядывалась в мутную водную гладь, но не могла разглядеть его тела. А затем сзади раздался всплеск. И к моей спине прижался Айвен. – Ты… – выдохнула я, когда крупные ладони обхватили меня за плечи и стали гладить их, опускаясь всё ниже до самых кистей. – Я? Мне было не видно его лица, а обернуться я не решилась, но буквально слышала в голосе, что он улыбался от уха до уха, довольный тем, что мы остались наедине. Вокруг ни души. Только озеро и мы. Один на один. Практически обнаженные, если не считать моей сорочки. Не зря я не стала идти на поводу внутреннего голоса, убеждавшего меня, что можно было помыться и без нее, ведь все заняты поисками сбежавших преступников, и никто не придет в этот закуток, скрытый кустарниками. – Ты первый, кто обнаружил это место. Я всегда плавала здесь одна. После долго молчания мой голос охрип и прозвучал глуше и надсаднее. Мужская грудь, касавшаяся моих плеч, оцепенела, а после завибрировала, словно волколак внутренне зарычал. Слуха коснулось волчье ворчание, хотя я точно не слышала при этом ни звука. Айвен не проронил ни слова. – Значит, им повезло. – Кому? – насторожилась я. В это время его нос касался моей макушки, и я явственно слышала, как он с шумом наполнял легкие моим ароматом. Внутри стало так сладко, но причин этому я найти не могла. Одна рука Айвен скользнула к мокрым бретелькам моей сорочки, его большой палец подцепил ее и стал вдруг опускать вниз по плечу, после чего горячие сухие губы коснулись выемки между ключицей и шеей. – Тем, кто не смог застать тебя купающейся в озере, – раздался его приглушенный голос. В нем отчетливо прозвучали нотки вибрации и довольных сексуально-агрессивных порыкиваний. – Иначе мне пришлось бы каждому из них порвать глотки. Он говорил спокойным тоном, но волоски на загривке встопорщились не то от возбуждения, не то от страха, ведь я ни капли не сомневалась, что его слова – не пустая бравада, а констатация факта. Просто так нагваль Айвен не разбрасывался угрозами. Его ладонь прошлась под волосами и коснулась моей правой скулы, наклоняя мою голову набок, и моей шеи следом коснулись сначала губы, после клыки. Они не ранилм меня, лишь слегка царапали, вызывая мурашки по всему телу, и надавливали, намекая на метку, которую ему не терпелось поставить. – Что с Кираном? – вопрос вырвался непроизвольно, ответом на ревнивые нотки в голосе мужчины. – С чего он тебя интересует? Айвен замер, отрываясь от зацеловываний моей шеи, и всё его тело окаменело, словно перед убийственным прыжком. Будь Киран здесь, он бы сломал ему хребет, в этом у меня не оставалось сомнений. Отныне мне следует следить за своей речью, и начинать нужно прямо сейчас. – Айвен, – прошептала я, ощущая, как стягивает узлом низ живота. – Киран меня не интересует. Просто я хочу быть уверена, что ты не станешь совершать опрометчивые поступки. – Все мои действия тщательно выверены, масойя, – негромко беззлобно рыкнул он и прикусил кончик моего уха. – Никогда не произноси при мне имена других половозрелых самцов, если хочешь видеть их целыми и невредимыми. А теперь произнеси мое имя еще раз. Из твоих уст его слышать особенно приятно. – Айвен, – простонала я, когда его ладонь легла на мой живот и притянула меня к мощному пышущему жаром телу. – Вот так. Умница, – зашептал он горячо мне на ухо, а затем его пальцы стали творить беспредел.