Глава 12

— Зайчик, ты как? — спросил он тихим голосом, едва войдя в комнату к дочери.

Она лежала на диване, поджав ноги. Электричество в комнате было выключено. Единственным источником света был квадрат окна, прикрытый кружевной занавеской.

На появление отца девчонка никак не среагировала.

— Малышка, ты заболела? — он постарался предать интонации уверенность, но ничего не получилось. Голос предательски дрогнул, выдавая всю внутреннюю тревогу и беспокойство.

— Нет, пап, все в порядке, — ответила Алена. Ее голосок звучал слишком печально, и тут Игорь Евгеньевич встревожился не на шутку.

Да что такое могло с ней случиться? Он сразу прокрутил в голове несколько вариантов. А может, правда, заболела? А если это что-то серьезное? Нужно позвонить Сереге, он зав хирургии в районной больнице. А если ее кто-то обидел? Ну тогда понятно, Игорь Евгеньевич устроит обидчикам «сладкую» жизнь.

— Тебя кто-то обидел в школе? — осторожно высказал он свою мысль.

Но Аленка отрицательно покачала головой.

— Тогда что случилось? Расскажи папе. Ты же знаешь, я всегда помогу, зайка.

Он присел рядом с ней на край кровати, и взял дочь за руку.

Некоторое время она молчала. А когда, наконец, заговорила, Игорь Евгеньевич понял что масштаб бедствия гораздо хуже, чем мог быть.

Одноклассника приняла милиция за кражу. Как всегда он не виноват, он просто хулиган, у него мать одна… все это он слышал тысячу раз. Когда к нему приходили «просить» за очередного оступившегося, но осознавшего. Конечно, он не верил ни единому слову. До тех пор, пока это слово не подкреплялось более весомыми аргументами. Приятно шелестящими и разноцветными.

Но уж никак он не ожидал этого услышать из уст родной дочери.

Сперва он разозлился. Тяжелое чувство смятения и злобы охватило его, первой мыслью было наказать девчонку, запереть дома, не пускать в школу. Но он не мог поступить с ней так жестоко. В чем она провинилась? В том, что ей понравился мальчик? Так, ведь наивный ребенок, ничего еще о жизни не знает.

Аленка не плакала, нет. И ни о чем не просила. Просто рассказывала спокойным, тихим голосом. При этом настолько печальным, что у Игоря Евгеньевича защемило сердце. Нет, не мог он допустить и тени грусти на лице своей дочери. Именно это, заставило его выйдя из комнаты поднять трубку, и набрать отдел. Сегодня как раз дежурит Володька Савостьянов.

— Тот еще пентюх, — с ухмылкой подумал Игорь Евгеньевич, — зато с ним проблем не будет.

— Все, свободен твой одноклассник, — обЪявил он дочери после того, как повесил трубку.

Он увидел, как засияли от радости ее чистые, детские глаза.

— Папочка, — сказала она, широко улыбнувшись, — спасибо. Я тебя люблю! Ты у меня самый лучший!

Девчонка встала с дивана, и побежала скорее обнять отца.

— Только не радуйся очень, — сказал Игорь Евгеньевич, — гладя дочку по голове, — приведешь мне на беседу этого твоего Седова.

— Ну пап, что ты, — девчонка засмущалась и покраснела, — какую беседу, это же просто одноклассник…

— Знаю я таких одноклассников, — проворчал Игорь Евгеньевич, — от них одни беды.

Однако, за показной добродушностью и мягкосердечностью скрывался человек жесткий, крутым нравом. Полковник Бондарев знал, что стоит только этому Седову рыпнуться, как он тут же размажет его точно букашку. А пока пусть живет, покуда Аленке так хочется.