Глава 39

Попытка сбежать через окно больничного туалета далась ей с трудом — еще не зажили раны и травмы после того ДТП. Алене пришлось испытать сильную боль, прежде чем она оказалась на земле. Но все же, попытка к бегству удалась — благо, отделение находилось на первом этаже. Чуть ли не до судорог в пальцах сжимая заветную записку с адресом (только бы не потерять!) она аккуратно прошла вдоль здания больницы и выглянула из-за угла.

Все то, что показала ей Зина, было правдой: узкий больничный дворик заполонили ментовские машины. Мешая проезду «скорой помощи» они заблокировали выход из больницы. Их было так много, что прокрасться мимо них не выйдет. Наверняка у них есть ориентировка на Алену, и они прекрасно знают кого искать.

Помимо всего прочего, мимикрировать под досуже гулящую гражданку точно не выйдет — одежда-то на ней больничная! Халатик да тапочки. А на улице морозец, колкий такой, впивающийся в щеки тонкими иглами… Алена почувствовала, что замерзает. Хватит, нужно думать как сбежать. Наверняка эти менты — папочкины прихвостни. Схватят, увезут и Сашка найти не сможет.

Тем временем, во дворике разразился скандал: толпа гудела, не желая пропускать ментов. На улицу вышли люди в белых халатах. Кто-то пытался вежливо объяснить, что это больница, и нельзя нарушать покой пациентов, а кто-то уже кричал и размахивал руками, требуя пропустить подъезжающую «Скорую». Но менты быстро среагировали очень быстро: возмущавшегося человека скрутили, и закинули в «бобик». Дальше уже на помощь врачам пришли пациенты. Гул стоял такой, что у Алены едва не заложило уши. Но любоваться на эти полукомичные сцены времени не было. Нужно было бежать, пока менты не догадались пойти в обход территории.

Аккуратно, стараясь ступать тихо, она отступила назад, и пошла вдоль больничной стены, прижимаясь к ней почти вплотную. Так, чтобы ее было сложно заметить человеку, выглянувшему в окно с верхнего этажа. Идти приходилось медленно, то и дело оглядываясь, чтобы не быть случайно обнаруженной.

Боль во всем теле давала о себе знать, то сжимая, то колотя ее внутренние органы. Деваться было некуда. Внезапно приступ боли наступил такой с такой силой, что ей пришлось остановиться, и обняв живот руками замереть возле стены, ожидая, когда пройдет приступ. Она до крови закусила нижнюю губу, чтобы не закричать.

Глухой стон вырвался из ее гортани. Она плотнее сжала губы. Нужно идти вперед. Пройти до конца корпус больницы, затем пересечь небольшой дворик, в конце которого есть сарай. Бывший больничный морг. Позади него забор с колючей проволокой, в нем дырка. Пролезть в нее, и выбраться на дорогу. Поймать мотор, и добраться до квартиры. Деньги? На такси немного есть, все остальное — потом.

Про дырку в заборе ей рассказала Зинаида, буквально в минуту до торжественного алениного выхода в окно.

Совладав с болью, она двинулась дальше. До нее отсюда доносился вой ментовских сирен. Похоже, прибыло еще пару машин. Или Алене так со страху показалось? Она не знала. Знала только, что это папины бойцы. И ничего хорошего ждать от них не стоит.

Внезапный страх сковал ее естество. А что, если родной отец вдруг решил убить ее? Разгневался после того, как Саша вышел. Или узнал, что она снова с ним, и что, может быть, Рома умер по ее вине…

Нет, ей не хотелось думать об этом. Лишь бы сбежать поскорее, оказаться в безопасности и дождаться, пока за ней придет Саша. О сыне она почему-то не беспокоилась. По неясной для нее причине, она была уверена что Саша его уже нашел и позаботился о нем. Интересно, как они восприняли друг друга?

Потом, все потом. Сейчас надо добраться до спасительного забора.

Холодная, мерзкая поземка хрустела под ногами. Больничные флисовые тапочки промокли на сквозь. Колючий ветер поддувал под пижаму, заставляя ее морщиться не столько даже от боли, сколько от сковывающего холода.

Глянув за угол, она увидела тот самый сарай. Темым пятном он высилися на фоне серого неба. Черный, полуразвалившийся, похожий на обгорелый остов какого-то древнего животного. Прямо за ним валялись вскладчину какие-то доски, и забор из колючей проволоки прерывался четко меж его стеной и досками. До них оставалось метров десять. Алена уже хотела ринуться вперед, но что-то ее остановило. Какое-то десятое чувство заставило ее замереть как вкопанную, прижавшись к больничной стене, и даже не дышать.

Аккуратно выглянув во двор, она заметила то, что ее встревожило.

Мент. Он был один. Курсировал туда-сюда по больничному двору, пристально вглядываясь в доски за сараем, словно ожидая кого-то увидеть там. Молодой сержантик. И как его сюда занесло? Ведь основная масса ментов уже скорее всего в больнице. Наверное, кто-то из начальства поставил его караулить ту самую единственную дырку в заборе.

И как теперь выбраться?!

Алена сжала кулаки от досады. Вот сейчас она попытается бежать, а он схватит ее. Тем более, что беглец-то из нее никакой. Схватит, за милую душу. И передаст «коллегам». Ведь они же не знают, кого ловят. Наверняка, им дали поручение о поимке опасной преступницы. Вряд ли начальство признается, что им нужная беглая бугрова дочь.

Алена осторожно подняла с земли небольшой камень — обломок больничного кирпича. У нее есть только один, последний шанс. И нужно его использовать. Иначе, что делать? Лезть обратно в окно и плакаться Зинаиде? Не вариант.

Дождавшись, когда сержантик отвернется, она что было силы рванула к забору.

— Гражданочка! Стой! — мент встрепенулся, заметив движение. Дернулся вперед, попутно срывая табельный пистолет с пояса.

— Стрелять буду!

Бах! Сержант успел пальнуть в воздух, прежде чем метко брошенный камень рассек ему лоб.

Кровь хлынула из раны, заливая глаза. Фуражка с его слетела. Но сержантик не упал. ОН остался стоять, ошалело тряся головой, и пытаясь закрыть рану руками.

Тем временем Алена забралась на груду досок, стараясь не обращать внимание на адскую боль, скрутившую живот. Пару раз она упала, и сильно ободрала колени, но это ее не остановило.

— Вперед! Бежать! Вперед! — билось в голове, — они поймают! Отец не оставит в живых!

Хватая ртом воздух, она наконец пролезла через дыру, и обессилив рухнула на колени, пытаясь отдышаться. Воздуха не хватало. Каждое движение несло боль.

С трудом поднявшись, она кинулась к дороге, и едва не угодила под колеса проезжавшей мимо «шестерке».

Водила, пожилой абрек в кепке-таблетке, матерясь вывернул руль и едва не угодил в занос на заснеженной дороге. Раздался визг тормозов.

— Пожалуйста, помогите! — Алена бросилась к водиле, вышедшему из машины, — подвезите меня! Быстрее!

— Э, красавица, что такое?! — ответил абрек, с характерным южным акцентом, — от ментов что ли бежишь такая?!

— Да! — едва не закричала Алена, и дернув на себя дверь машины, ввалилась на заднее сидение, — Пожалуйста быстрее! (3303c)

Со двора послышались голоса людей, и хруст снега. Кто-то бежал к дороге.

Водитель мгновенно все понял.

— Э, да, менты — суки, — деловито изрек он, садясь в машину, и сходу давая по газам.