Глава 47. Катя

– Да, да! Еще! – исступленно шепчу я, в кровь раздирая мощную спину. Мускулы под моими ладонями плавно перекатываются, а я чувствую, что уже на пике. Женя жадно целует меня, как одержимый. Мы захлебываемся эмоциями и страстью, сплетаясь языками. Тело горит огнем, под кожей словно лава растекается, концентрируясь именно в том месте, где его член влажно и мощно погружается в меня. Я распластана под рельефным мужским телом, он поднимает мои запястья над головой, прижимает к подушке и ускоряется. Дышу коротко, рвано, выкрикиваю его имя и внезапно кончаю. Резко и мощно, содрогаясь всем телом, мышцы влагалища пульсируют и сжимают каменный орган. Я зажмуриваюсь до белых искр перед глазами и плыву на волнах оргазма. – Катя, Катенька моя! – хрипло стонет мое имя Женя, а затем замедляется и изливается в меня, вогнав член на всю длину, крепко прижавшись ко мне. Я чувствую бешеный пульс его сердца и дышу им, не могу надышаться. Кожа под моими ладонями покрыта испариной, мышцы, наконец, расслаблены. Он отпускает мои руки и сгребает в охапку, все еще находясь во мне. Мы – единое целое. Я счастлива рядом с ним. Впервые за много лет по-настоящему счастлива. И дело не только в охренительном сексе и вкуснейших поцелуях. Нет. Мы как две половинки одного пазла, дополняем друг друга, совпадаем идеально. Наивно полагала, что ближе к сорока годам невозможно найти идеального спутника жизни. Меняются привычки, устои, ты уже не готова мириться с тем, на что в молодости можно закрыть глаза. Какая же я была глупая. Меня переполняют нежность и любовь. Да, я вляпалась по уши, как малолетка, от этого осознания, в носу начинает щипать, а на глазах наворачиваются слезы. – Блин, салфетки не взяли! – тихо смеется Женя, протягивая мне свои трусы. Я приподнимаю бедра, подкладывая под себя его нижнее белье, а он резко выходит из меня. Чувствую, как из влагалища вытекает его горячая сперма и ловлю капли. – Ты невероятная, знаешь? – Обычная! – закусываю губу и слежу за тем, как он выбирается из кровати. – Самая лучшая! Я в душ и вернусь! – чмокает меня в щеку. Провожаю взглядом его широкий торс и узкие бедра с упругой задницей, над которой виднеются две ямочки. Идеальный мужчина. Мой. – Голодная? – спрашивает он, появляясь через некоторое время в полотенце, повязанном на бедрах. Я снова залипаю, созерцая накаченные грудные мышцы и твердый пресс. – Немного! – признаюсь, откладывая телефон в сторону. Просматривала отчет и давала распоряжения насчет завтрашнего дня. У меня выходной, который мы планировали с Женей провести вместе. До встречи с ним я не позволяла себе есть по ночам. Яблоко или мандарин – это мой максимум. Сейчас же, даже не задумываюсь о потребляемых калориях, они нигде не откладываются. Наоборот, тают в эйфории. – Приготовить бутерброды? – Я сама сделаю, – приподнимаюсь с подушки, потягиваясь. – Поставь пока чайник. – Отдыхай, зайка. Мне несложно совсем! Я счастливо улыбаюсь, и иду в душ обмыться. В стаканчике, рядом с его – стоит моя розовая зубная щетка. На полочке – крема для лица и рук, лосьон для тела, гель для душа, шампунь и маска для волос. Сейчас это все закуплено в двойном размере, чтобы я не тащила каждый раз из дома. Женя заказал все сам и оплатил. Это было очень неожиданно и приятно. – Катенок! – подвигая ко мне чашку зеленого чая, говорит он. Я сижу напротив в шелковой сорочке и мажу руки кремом. – Завтра мне нужно улететь в Москву на три дня с детьми. – С Олей? – вырывается из меня. Я как могла, старалась выстроить стену и не вспоминать о его жене. – Нет. Она заболела внезапно, и не может их сопровождать, – с сожалением сообщает он и берет меня за руку, растирая крем. – У Сони соревнования, она никак не может пропустить. Дети ждали эту поездку с осени. Кроме меня поехать некому. Моя мама ухаживает за отцом, а ее родители улетели на все каникулы. – Ничего страшного! – пытаюсь выдавить из себя улыбку. Я расстроена и разочарована. Распланировала себе наши совместные два дня, мне безумно мало Жени, и я хотела сполна им насытится. – Дети – это святое, Жень. Я все понимаю. – Можешь полететь с нами? Я оплачу билеты. – Нет, Жень, – качаю головой. – Мне на работу нужно. – Может, что-нибудь придумаем? – Рождество – это пик по выручке. Тем более, два повара не вышли сегодня. Это правда. Никита и Коля якобы заболели. Но, зная их пристрастие к выпивке, уверена, что ушли в очередной запой. Проблема в том, что в маленьком городе замутить себе больничный не представляет проблемы. Кругом одни знакомые. – Мне очень жаль, малышка! Я хотел эти два дня провести вместе, а в Рождество вечером отправиться к моим родителям. Прости! Поднимается с места и усаживает к себе на колени, а я еле сдерживаюсь, чтоб не разреветься от досады. Вот дурочка! Умом понимаю, что ничего страшного не происходит, но уже невыносимо скучаю по нему. – Я клянусь, мы проведем вместе тысячи дней и ночей, моя хорошая. – Все нормально, Жень. Правда! Я найду, чем заняться. Послезавтра у меня маникюр и педикюр, а вечером меня к себе моя Аня звала. Надя, кстати, тоже писала. Завтра могу с ней встретиться. И вообще, на тренировке сто лет не была. Уборку дома не мешает сделать! – Ты правда не обиделась? – глядит мне прямо в глаза, а я жадно всматриваюсь в него. Это только издалека кажется, что все карие глаза одинаковые. Мои, например, с зеленым отливом, многие говорят, что я похожа на итальянку. Лет в двадцать, я покупала себе цветные линзы и носила их, меняя цвет радужки на голубой. Женины – темные, почти черные, цвета крепкого кофе, с небольшими светлыми крапинками, которые видно при ближайшем рассмотрении. – Нет, Женя. Все в порядке! Ты купил билеты? – Да. Оформил туда и обратно. Завтра в час мы выезжаем в аэропорт. Можешь остаться здесь, пока меня не будет. – Спасибо за доверие! Но я поеду к себе. – Я уже по тебе ужасно скучаю! – зарывается носом в волосы и жарко шепчет, вдыхая аромат. – Вернусь восьмого рано утром. Сможешь отменить работу и взять выходной? – Да, милый. Конечно! Что-нибудь придумаю.