Глава 49. Женя

– Это что за цирк? – спрашиваю, разворачиваясь на зов женского голоса, который прорезает гул ледовой арены. Мы с Сенькой сидим на трибунах и ждем начала соревнований Сонечки. На лед уехали с самого утра, а я, как назло, забыл в номере телефон. Мы уже опаздывали, возвращаться было некогда. – Сенечка, Женя, привет! – расплывается в приторной улыбке бывшая жена, проскальзывая на соседнее кресло и начинает трещать. – А ты что трубку не берешь? Я звоню-звоню, не отвечаешь. А потом Соньке дозвонилась, она сказала, что вы здесь сидите. Я чемодан бросила и к вам сразу же. Соскучилась ужасно. Иди ко мне, сынок! Я прожигаю ее взглядом и сжимаю зубы до хруста. Оля всегда такая была, но я, как дурак, старался не замечать ее притворства и умения из всего извлекать выгоду. Прекрасно понимая, что невольно стал участником ее многоходовочки, решительно поднимаюсь с места. – Сеня, жди здесь. Оля, пойдем, надо поговорить! – Пап, можно с вами? – просится сын. – Нет, посиди здесь. Можешь в телефон поиграть, мы скоро вернемся. – Я не пойду, Женя! – мотает головой и кивает на трибуны экс-супруга. – Ты видишь, уже почти все места заняты. Скоро начнется! – Соня под седьмым номером выступает, успеем! – хватаю за рукав дубленки и тащу за собой. Понимая, что спорить со мной бесполезно, послушно перебирает ногами в направлении ступеней, ведущих к выходу. – Ты что устроила? – шиплю я, а внутри такая ярость разгорается, что того гляди пар из ушей пойдет. – Какого хуя ты творишь, Оля? – Что такое? – невинно хлопает она густыми ресницами. – Я выздоровела, решила, что нужно лететь и поддержать свою девочку и устроила сюрприз. Не имею права? – Ты при смерти валялась еще вчера, когда я их забирал! – Вирус, видимо, новый. У Машки такой же был недавно. Кстати, она мне звонила, сказала, что тебя с какой-то телкой видела на базе. Это кто такая? Я выдыхаю через нос и сжимаю руки в кулаки. Впервые в жизни расстраиваюсь, что не курю. Сейчас бы мне это не помешало явно. Как можно быть такой стервой, я не понимаю? – Ты чего добиваешься, милая моя? Хочешь, чтобы наше приятное общение закончилось раз и навсегда? Мое терпение уже на исходе. Поверь, я держусь изо всех сил. – Ммм, – придвигается она ко мне ближе и кладет ладонь на грудь. – Обожаю, когда ты злишься. А помнишь, как мы мирились с тобой после скандалов, Санталов? Однажды, ты мне трусы порвал от страсти. – Все ясно с тобой, – отодвигаюсь от нее, сбрасывая с себя ее руку и крепко сжимаю до боли. Я не сторонник физического насилия над женщинами, но крышу сносит мгновенно. – Не вынуждай меня идти на крайние меры, дорогая. И держись подальше, поняла? – Отпусти! – ее лицо кривится от боли. – Ненормальный. Больно ты мне нужен. У меня ухажеров выше крыши, и помоложе тебя будут! – Вот и займись своими малышами! Резко разворачиваюсь и иду к выходу на улицу. Мне срочно нужно на свежий воздух, иначе, голова взорвется. Вот что этим женщинам нужно вообще? Относишься нормально, детей не бросаю, алименты плачу, еще и так деньги подкидываю, имущество не делили, расстались спокойно, салон ей оставил. Зачем все усложнять и вести себя, как последняя сука? Я очень этого не хочу, но она вынуждает меня защищаться. Выхожу на прохладный, морозный воздух и глубоко вдыхаю. В голове яснеет и становится немного легче. Первой мыслью, когда ее увидел, была в тот же миг отправиться в аэропорт и вернуться домой. Но я тут же ее отмел. Дети ни в чем не виноваты. Вечером я обещал им поехать в парк аттракционов «Остров мечты», а завтра погулять по вечерней Москве. Зная Олю, после соревнований, они и носа из отеля не высунут и просидят в номере. Так, стоп. А куда эта сумасшедшая заселилась? Ее рвение вернуть меня обратно кроме недоумения не вызывает ничего. Давно нет ни страсти, ни влечения. А после того, как я встретил Катю, так тем более. Сердце сладостно сжимается при воспоминании о ней, как она там без меня, моя девочка? Скорее бы вернуться в номер и позвонить ей. Потеряла, наверное. Еще вопрос, как она воспримет информацию о том, что бывшая жена прилетела в Москву и отирается рядом. Надеюсь, нормально. Катя адекватная и мудрая. Все будет хорошо. Я так по ней соскучился, что ночью мне приснился эротический сон с ее участием. Для себя решил, что после праздников начну подыскивать вариант для совместного проживания. Хватит этих редких встреч и расставаний. Свидания – это, конечно, хорошо, но каждый день засыпать вместе, крепко обнявшись, еще лучше. Слегка успокоившись, возвращаюсь на трибуну и сажусь на свое место, не глядя на Олю. Бесит неимоверно. Нацепив фальшивую улыбку, смотрит по сторонам, но видно, что чувствует себя неуютно. Понимает, что перегнула палку и ссыт, что денежный поток ввиде моих алиментов прекратится, или салон заберу. Я не из тех мужиков, кто будет лишать денег своих детей, но ей об этом знать необязательно. Соня прекрасно катает обязательную программу, я с замиранием сердца смотрю как грациозно порхают ее руки и, словно на веревочках, она кружится в воздухе, делая тройной аксель. Я вспоминаю, как впервые привел ее на лед. Ей недавно исполнилось четыре года, и мы ходили на каток. Ей очень понравилось кататься на коньках, и мы отправились в секцию по фигурному катанию. Конечно, изначально она была занята тем, что постоянно отвлекалась и болтала с соседками по льду, но, по мере, взросления, стала входить во вкус. Начали появляться первые достижения, и она погрузилась с головой в мир фигурного катания. Не знаю откуда в ней столько силы, но она тренируется по два-три часа каждый день, с одним-единственным выходным. Правда, иногда хочет все бросить, рыдая от усталости или проигрыша, но потом снова собирается и идет вперед, стиснув зубы. Одна тренировка – это не только занятия на льду, но и общефизическая подготовка, хореография и растяжка. Вся жизнь Сонечки проходит вокруг катка и дополнительных занятий и, конечно, это сказывалось на жизни всей семьи. Финансовый аспект не буду даже затрагивать, но могу лишь сказать, что это один из самых затратных видов спорта, который я спонсирую отдельно. По результатам проката, она оказывается на четвертом месте, и мы очень за нее радуемся. Для Москвы – это отличный результат. Оля отправляется забрать ее из раздевалки, а мы с Арсением ждем их на мягком диванчике в фойе. – Пап, – тянет сын. – А ты ведь не улетишь без нас? – Нет, конечно, – усмехаюсь. – Вместе прилетели, вместе и улетим. – Мама любит тебя. Очень сильно, может, простишь ее? – Мне ее не за что прощать, сын, – тереблю темную макушку. – И мама меня давно разлюбила. Ты поймешь, о чем я говорю, когда немного подрастешь. – Я уже взрослый! – возмущается мальчик. – Она так себя ведет, потому что у тебя Катя появилась? – Скорее всего – да. Пока я был один, она обо мне даже и не вспоминала.