Шалопаи в раздевалке

ТРИКСИ

Я вышла из туалета с ощущением, что вечер удался. Разумеется, Рэйчел привела Энтони, или, скорее, Аманда привела его по указанию Рэйчел. Лулу покопалась в сплетнях и выяснила, что Мудацкий Энтони приходится Рэйчел кем-то вроде двоюродного брата. Он совершенно точно скрыл от меня этот факт в старшей школе.

Если Аманда действительно встречалась с ним, я могла только посочувствовать ей. Да и если не встречалась. Как ужасно Рэйчел, так называемая подруга, относится к ней. Но если она не поняла этого после стольких лет, то, вероятно, уже и не поймет.

А вот Лейси, кажется, прозрела. Сегодня я ни разу не увидела ее рядом с Рэйчел. Она пришла с тем же парнем, с которым я видела ее вчера, и, мне кажется, это мог быть даже ее муж. Это было мило. Мы с ней даже приветственно помахали друг другу через танцпол.

– Вот черт. Вы собираетесь уйти пораньше, чтобы пойти домой и потрахаться, да? – спросила Лулу, когда мы вышли из туалетной комнаты в зал. Было так странно вновь оказаться в этих стенах в последние несколько недель. Я думала, что почувствую ностальгию по тем временам, но сейчас мне моя жизнь нравилась гораздо больше.

Интересно, поэтому Рэйчел возненавидела меня даже еще сильнее, чем в школе? Она пришла одна на вчерашний вечер и на сегодняшние танцы, так что или она ни с кем не встречалась, или этот человек плевать хотел на подобные мероприятия и отказался прийти с ней. И если честно, я не удивлюсь, если она одна из тех людей, лучшие годы которых прошли в старшей школе.

А вот мои – нет.

Я поискала взглядом Криса в нетерпении поехать с ним домой. У меня предчувствие, что мои лучшие дни как раз только начинаются.

Но затем я заметила его возле столика с напитками. Он говорил с Рэйчел и Энтони. И выглядел он так, будто готов уже оторвать кому-нибудь голову.

Я поспешила к нему, но он развернулся к ним спиной и пересек зал, как мог только топовый спортсмен: уворачиваясь от людей со всех сторон, которые явно хотели привлечь его внимание.

Крис подошел ко мне, схватил меня за локоть и вывел через выход сбоку, откуда я и пришла.

– Что случилось? Что они тебе сказали?

– Нам нужно уединиться, Беатрис.

О-оу. Так он меня называл, только если дела были совсем плохи. Я блуждала взглядом по коридору, в котором мы оказались. Здесь были только туалеты, стеклянные шкафы с коллекцией наград и раздевалки. В туалетах явно было сложно уединиться, поэтому я указала на другую дверь.

– Они же не сделали ничего, что… угрожало бы твоей карьере или типа того, нет?

Он втолкнул меня во вращающуюся дверь, а потом развернул и прижал к ближайшему ряду шкафчиков.

– Нет. Они наговорили всякого дерьма, и мы еще все это обсудим. Но прямо сейчас ответь мне на один вопрос и не увиливай. Мне нужно знать. Ты понимаешь?

Мое сердце рухнуло в желудок. Крис знал практически всю историю моей жизни. Я не могу даже представить, что Рэйчел и Энтони могли рассказать ему то, о чем он не догадывался, неважно, правда это или нет. Я даже поделилась с Крисом, насколько отвратительно себя вел Мудацкий Энтони, когда я встречалась с ним.

– Ой, ладно. Я не собиралась что-то скрывать от тебя, но ты меня немного пугаешь. Что они тебе сказали?

– Ты девственница?

Что? Это было последнее, что я ожидала от него услышать. Я даже не представляла, с чего начать ответ. Я чувствовала, как у меня бьется сердце, но билось оно где-то внизу живота. Что вообще, черт возьми, эти двое придурков сказали, чтобы возник такой вопрос; и потом, он же говорил, что и так догадался.

– Почему ты спрашиваешь об этом именно сейчас?

– Я сказал, что мне нужно знать ответ, Беатрис. Бывал ли внутри тебя какой-нибудь парень? – Его голос почти перешел в рык, он уже прижал меня к шкафчикам, а теперь одной рукой уперся в металлическую дверцу возле моего левого плеча, а второй подхватил мое бедро.

– Я думала, ты знаешь. Ты сказал, что догадался, насколько я неопытна. – Мне было не по себе. Он что, злился? Надо было сразу прямо сказать ему все, но почему он спрашивал об этом сейчас на моем вечере для выпускников? – Ты злишься? Что происходит?

Он схватился за подол моего платья и задрал его, а потом завел мою ногу себе за спину. Он подался бедрами вперед, и мои ноги были в таком положении, что выпуклость в его брюках оказалась как раз там, где нужно.

– Я злюсь, я так чертовски злюсь, но не на тебя. Я хочу оторвать член каждому парню, с которым ты встречалась, каждому полному придурку, который когда-либо думал, что может обращаться с тобой только как с объектом для секса, и я хочу вырвать глаза каждому, кто думал, что сможет поиметь тебя, потому что смотрел порно, в котором снималась твоя мама.

Ой. Так вот в чем дело.

– Я видела, что ты говорил с Энтони. Что бы он ни сказал тебе, это не имеет значения. Я уже давно все это забыла.

– Да мне плевать на него. Единственное, что меня волнует так это то, что я не могу вернуться назад во времени и попросить тебя стать моей девушкой десять гребаных лет назад. – Он прищурился и покачал головой, больше от отвращения, чем от злости. – Мы потеряли все эти годы, потому что я не сделал этот шаг. Если бы я мог снова потерять девственность, я бы потерял ее с тобой.

Он наклонился ко мне, чтобы поцеловать, но я обхватила ладонями его лицо и подождала, пока он не посмотрит мне в глаза. Я никогда не видела его таким.

– Значит, мы сделаем следующие десять лет настолько прекрасными, что забудем обо всем, что было с нами до наших отношений.

Он схватил мою вторую ногу и поднял меня.

– Черт, Трикси. Я всегда знал, что ты создана для меня. Я так сильно тебя люблю, и это все, чего я хочу.

Тревожная тяжесть, появившаяся, когда он втащил меня сюда, и сдавившая мне голову, сердце и живот, теперь рассыпалась, мягко обволакивая меня радостью, благодарностью и любовью. Такой сильной любовью.

– Я действительно создана для тебя. Только для тебя.

Он опустил мои ноги и потянулся к ремню.

– Вот именно. И ты не выйдешь из этой раздевалки девственницей, Трикси. Я собираюсь сделать тебя своей прямо, черт возьми, сейчас.

Мой статус девственницы не имел для меня никакого значения, но для меня было важно, что я собираюсь впустить в свое тело человека, который дал мне почувствовать себя счастливой, красивой и любимой. Он отчаянно хотел меня, и я знала, что дело не только в сексе. Это было скрепление той связи между нами, которую мы ощущали глубоко внутри, и казалось правильным так безрассудно отдаться друг другу прямо в эту секунду.

Крис рывком расстегнул ширинку, а я стянула трусики, всего-то пять раз зацепившись ими за туфли.

– Черт. У меня нет презерватива. Я не думал, что мне он понадобится на этом долбаном танцевальном вечере. – Он так очаровательно расстроился.

– У меня в сумочке. – Я выпустила ее из рук, когда он поднял меня.

Он подхватил мой малюсенький клатч с пола и открыл его. Внутри было всего несколько вещей, потому что больше не уместилось бы. Телефон, двадцатка, ключи, удостоверение и упаковка с тремя презервативами.

Потому что я за то, чтобы предохраняться.

Он зубами оторвал один, вытащил его и натянул на свой член.

– В другой раз я бы накричала на тебя за то, что рвешь упаковку зубами, потому что так можно порвать и презерватив, ну да к черту.

Крис широко улыбнулся и прижал меня к шкафчикам, и на этот раз, когда он наклонился поцеловать меня, я не останавливала его. Я притянула его к себе, обвила одну руку вокруг его шеи, вторую запустила ему в волосы. Он подхватил меня под бедра и снова поднял, и когда я обхватила ногами его за талию, мы оба застонали от такого приятного соприкосновения.

– Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я тебя трахнул. – Он заговорил тем властным голосом, от которого у меня начинала кружиться голова. – Что ты хочешь, чтобы только я трахал тебя.

Я кивнула, но он обхватил рукой мой подбородок и провел большим пальцем по нижней губе, глядя на нее.

– Скажи мне, Трикси. Скажи.

– Я хочу, чтобы ты трахнул меня. Я хочу только тебя.

Он прижался своим лбом к моему, и я почувствовала, как у него по телу пробежала дрожь, когда он сделал глубокий вдох.

– Не знаю, насколько нежным я могу сейчас быть. Скажи, что готова.

Я просунула руку между нами и запустила пальцы в свои влажные складочки.

– Я уже целую неделю возбуждена, а секс по телефону так не помог. Я еще как готова. Несколько минут назад в моей сумочке было еще кое-что. Мне не нужно было в туалет перед уходом, – пока мы танцевали, я вся потекла от того, как ты меня прижимал к себе, и я пошла в туалет, чтобы сменить трусики.

Я вытащила пальцы и прижала их к его губам, размазывая по ним мое желание. Его горящие глаза потемнели и стали почти черными, и он обхватил губами мои пальцы. Потом он подвел головку члена к моей промежности.

Он подался бедрами вперед медленнее, чем я хотела, но ровно так, как нужно было моему телу.

– Че-е-рт. Ты такая узкая, Трикси. Боже, я долго не продержусь, но я обещаю загладить вину позже.

Он страстно целовал меня, жадно лаская мои губы и язык, когда входил внутрь, пока не оказался так глубоко, что я уже не понимала, где кончалась я и начинался он.

– Держись, синичка. Потому что я буду трахать тебя быстро и жестко, пока ты не закричишь мое имя.

Мы оба знали, что я так не сделаю, потому что хотя прямо сейчас мы были только вдвоем, в любой момент кто-нибудь мог появиться в дверях и застать нас. А если я буду кричать его имя, то точно набегут люди.

Он отстранился, а потом резко подался бедрами вперед, снова входя в меня и прижимая к шкафчикам. Я скользила по его телу руками, пока он жесткими толчками вонзался в меня, от чего я стонала с каждым разом все громче.

– Нас застукают, детка. – Он закрыл мне рот рукой, чтобы приглушить мои стоны, и этот жест сам по себе почему-то показался мне сексуальным. Мысль о том, что нас могут поймать, невероятно возбуждала меня. Вот и новый фетиш.

Но потом мы действительно услышали голоса в коридоре. Я замерла, но новое ощущение внутри меня подсказывало, что лучше этого ничего и не могло быть, и стенки моего влагалища сжались и запульсировали на грани оргазма.

Крис приподнял брови, глядя на меня и все еще прикрывая мне рот рукой, а сам двигался все быстрее. Он не замедлялся ни на секунду, и нас просто не могли не застукать в любой момент. Только не с этими ритмичными ударами моей задницы о шкафчики.

– Тебе это нравится, да, моя плохая девочка?

Я помотала головой, но тело выдало меня, потому что было уже слишком для него. Я была на грани и сомневалась, что смогу кончить тихо. Крис наклонился к изгибу моей шеи и коснулся зубами по моей коже. Потом он обхватил ее губами и укусил меня, не так сильно, чтобы стало по-настоящему больно, но так, что я могла почувствовать в этом месте свой пульс, удары которого звучали в унисон его толчкам.

– Черт, Трикс, твоя киска сжала меня так охрененно плотно. – Он отстранился, а потом подался бедрами вперед, входя в меня, и шкафчик издал такой звук, будто по нему ударили кулаком с размаху. – Ты кончишь для меня? Ты будешь моей офигенно хорошей девочкой и кончишь для меня прямо сейчас?

Голоса были все ближе, и я могла только проскулить под его рукой. Наше последнее движение вызвало такой сильный оргазм, что у меня до судорог сжалась каждая мышца тела. Крис застонал, или зарычал, или все вместе, задрожал всем телом и вошел в меня еще глубже.

Все было идеально для моего первого раза, любовь этого парня была идеальной.

Мы оба тяжело дышали, и Крис вдруг засмеялся, а потом поднял взгляд на меня.

– Напомни мне как-нибудь воспользоваться твоей склонностью к эксгибиционизму.

– Моей? – Я засмеялась и посмотрела на него так, будто он сумасшедший. – Это же ты старался, чтобы нас застукали. Мог еще громче трахать меня об эти шкафчики?

– Да. И буду делать это снова и снова в каждой раздевалке, где только можно. А я часто бываю в раздевалках. Хочешь поездить со мной на матчи этой осенью? – Он аккуратно поставил меня на пол, но у меня слишком тряслись коленки. И затряслись еще сильнее, когда он прижал меня своим телом и поцеловал до изнеможения.

Я могла заниматься этим всю ночь. Но я бы лучше пошла домой, чем попалась здесь. Очень жаль, что дверь в раздевалку не закрывалась. Нам бы пришлось выдумывать оправдания за то, что другие могли услышать в этой компрометирующей ситуации.

С моим-то везением, Рэйчел обязательно бы наткнулась на нас. А вообще, я даже сожалела, что она не наткнулась. Мне не было стыдно за секс с моим парнем. Я влюблена в него. А влюбленные этим и занимаются.

Ой. Я влюблена в него.

Я.

Влюблена.

В Криса.

Он одернул подол моего платья и развернулся, чтобы заняться презервативом. Я схватила его за руку и повернула назад.

– Я люблю тебя, Крис Кингман. Я влюблена в тебя.

Улыбка на его лице могла озарить весь город. Но она принадлежала только мне.