29. Откровение

Я стояла над шкатулкой с украшениями, глядя на помолвочное кольцо и никак не решаясь его надеть.

Алекс озвучил новость о нашей помолвке и выдвинул условие — носить кольцо. Если не надену, он вправе расценить это как расторжение помолвки с моей стороны. В другой ситуации я бы на плюнула на это, но сейчас не хватало сил воевать еще и с ним.

Лия меня по-прежнему сторонилась, даже встала сама, заведя собственный будильник и в кои-то веки на него отреагировав. На мое приветствие не ответила и в столовую ушла одна.

Это было просто невыносимо. Нам и раньше доводилось ругаться, но мы быстро мирились. Сейчас же в наших отношениях зияла огромная трещина и я не представляла, как ее заделать.

Вздохнув, я надела на палец помолвочное кольцо, подумав, какое же отторжение может вызывать даже красивое украшение, если подарено неприятным тебе человеком.

И, чтобы как-то компенсировать одно кольцо, нацепила на соседний палец и второе, подаренное на артефакторике. Крупный мерцающий камень сразу перетянул на себя внимание. То ни одного не носила, теперь буду ходить с двумя.

В столовой казалось, что все на меня косились. За столом, стоило присесть, разговоры стихли и повисло тягостное молчание. Только Алекс кивнул, заметив кольцо на моей руке.

Алхимия тоже прошла странно. Я вроде была частью своей группы, а вроде и нет.

Вечером Лиенна снова со мной не разговаривала. Она принесла книгу по алхимии и уселась на свою кровать читать.

— Это одно из пособий Туруллы? — удивилась я, заметив имя автора на обложке.

Лия не удостоила меня ответом. И я не стала усердствовать. В конце концов, я не настолько перед ними виновата! И, можно подумать, мне было легко!

На четвертый день учебы шло целительство, и я подсела отрабатывать заклинание остановки кровотечения к Анху.

Выглядел он неважно, хотя и я сейчас, со всеми переживаниями, тоже напоминала бледную копию самой себя.

— Как у тебя с контролем? — спросила в ожидании преподавательницы.

— Нормально, — отозвался Анх, но потом посмотрел на меня и ответил развернуто: — Мне Роллан помогает, заодно ночует со мной. Нужно же выяснить, кто пытался меня подставить.

— Я рада, правда. Что Рол тебе помогает! И, надеюсь, того гада найдут, — на этих словах я невольно отыскала Алекса взглядом.

Даже странно, что он не настоял на том, чтобы мы занимались в паре. Но я, если что, не расстраивалась по этому поводу.

— Я тоже надеюсь, — медленно кивнул Анх, внимательно глядя на меня. — Почему ты не сказала, что невеста Алекса?

— Потому что у нас фиктивная помолвка, временная. Чтобы наши родители могли вместе выступить перед Советом магов, — пояснила я.

— Не думаю, — покачал головой парень, и колокольчики в его прическе согласно звякнули. — Даргнауты не любят ничего выпускать из рук. А ты крайне перспективный маг. Такой их семье точно пригодится.

Он будто озвучил мои собственные мысли и страхи.

— Мы расстанемся, — упрямо возразила я. — Ты же знаешь, как я отношусь к Алексу. Наша помолвка для меня ничего не изменила.

— К сожалению, она меняет многое, — Анх не смотрел на меня, но в его словах проскользнула горечь.

А я поняла, что не готова видеть еще и его отчужденность, и принялась рассказывать. Про смерть мамы, про одержимость отца найти способ ее спасти даже после смерти жены. И про то, что найденный способ оказался таким, что требовал серьезной поддержки.

Анх слушал, не перебивая. Мы прервались только на нанесение пореза, который оказался глубже обычного. И, залечивая рану, я продолжала говорить.

— От чего умерла твоя мама? — спросил Анх, когда у меня закончились слова.

— Магическое истощение. Она была артефактором, ошиблась со схемой, вложила слишком много сил и выгорела. Я не помню подробностей, да мне их и не рассказывали, скорее всего. Знаю только, что случай оказался сложный, магия утекала из нее вместе с жизнью. Она сгорела за несколько недель.

Анх молча накрыл мою ладонь своей, и я с благодарностью посмотрела на него. Хоть кто-то остался на моей стороне.

— Надеюсь, твоему отцу удастся быстро получить одобрение Совета, — сказал парень напоследок, когда занятие близилось к концу, а все кровотечения были остановлены.

— Я тоже, — криво улыбнулась ему.

Помолвка тяготила все сильнее.

— Но пока нам лучше не общаться, — продолжил Анх. — Я не хочу, чтобы у тебя возникли проблемы с Даргнаутами, а Алекс может их устроить, поверь.

Я верила. Алекс может.

— И раз кто-то не побоялся проникнуть ко мне в комнату, чтобы нанести схему, то рядом со мной вдвойне небезопасно, — закончил парень.

— А никого так и не нашли? — забеспокоилась я.

Не за себя, конечно. За Анха.

— Нет. Но успели засечь остаточное заклинание слежения. Кто-то поставил следилку мне на дверь, чтобы узнать, когда я выйду из комнаты, — намного тише поведал он. — И если бы магистры сразу из столовой не пошли проверять, то следы заклинания развеялись бы полностью.

— А сразу магистры не посмотрели?

— Они увидели схему на полу, как раз ту, которую мы проходили, и не стали копать дальше, — пояснил Анх.

— А как они ее увидели именно у тебя? Через закрытую дверь.

— Понятия не имею, мне тоже толком ничего не сообщили. Но именно поэтому теперь со мной ночует Рол.

— С мамиными соленьями? — улыбнулась я.

— Нет, мы с ним в столовой едим, — усмехнулся Анх.

Роллан действительно присматривал за Анхом, часто подходил к нему, мог что-то сказать или рассказать. Я с долей зависти следила за их общением — доводы Анха держаться от него подальше звучали разумно, пусть и плохое предчувствие меня не покидало.

Но я не могла отделить предчувствие от настроения. Лия со мной по-прежнему не общалась. Алекс тоже, еще и каждый раз смотрел так уничижительно, едва ли не морщась. Но хуже всего то, что от отца пришло сообщение с требованием обязательно явиться домой на выходной. Кажется, слухи из академии дошли и до него. А может, Алекс пожаловался семье на плохую невесту.

В любом случае меня ждал очередной непростой разговор — тут никакого дара предвидения не нужно.

* * *

Так и случилось. Стоило мне пересечь порог дома, как я наткнулась на полный гнева взгляд отца.

— Джейн! Как ты могла так поступить⁈ — накинулся он на меня. — Наше сотрудничество с Даргнаутами на грани срыва!

— Я ничего такого не делала, — четко проговорила я, призывая все свое спокойствие и терпение.

— Не делала? Ты провела ночь с Анхом Хейваром! Как ты могла? Ты поставила под угрозу годы моей работы из-за какой-то интрижки!

— Да ты поставил всю мою жизнь под угрозу! — не сдержалась я. — Я теперь вообще не знаю, смогу ли когда-нибудь отделаться от Даргнаута и его семейки!

— Отделаться⁈

— Именно! Они даже после якобы нанесенного оскорбления не расторгли помолвку! Потому что им нужна я с моим даром, возможно, больше, чем ты со своим открытием!

— Мое открытие перевернет мир целительства! — оскорбился отец.

— Так что же его не хочет принимать Совет, если оно такое замечательное? — едко спросила я, прекрасно понимая, как некрасиво разговариваю с отцом.

Но и сил молчать больше не было.

— Потому что не все способны оценить его перспективы!

— Так расскажи мне, своей дочери, давай я для начала оценю!

— Ты все равно ничего не поймешь, — отец неожиданно напрягся и даже как-то подуспокоился.

— Я очень постараюсь.

— Пока я не готов раскрывать подробности…

— Тогда я не готова поддерживать отношения с Александром Даргнаутом! — заявила ему. — Если ты мне не доверяешь, то почему я должна что-то для тебя делать?

— Дело не в доверии, Джейн. Все правда непросто.

— Я слушаю, папа.

И села в ближайшее кресло. Мы так и остались в гостиной, но отец не стал предлагать куда-то перейти, а поставил полог тишины.

Он долго ходил взад-вперед, шевеля губами, словно подбирая слова. И выглядело это, по меньшей мере, странно. А если уж совсем откровенно — пугающе.

— Ты ведь знаешь, что Анна, твоя мама, полностью и безвозвратно выгорела. У нее долго не было практики в артефакторике, большой перерыв на твое рождение и воспитание, — прозвучало почти упреком, хотя это я сама, скорее всего, готова была услышать подобные намеки во всем. — Но она так мечтала вернуться к любимой работе… Неверная схема и расчет, слишком большое количество маги влито, критический перерасход, магическое голодание организма, — отец перечислял диагнозы, и голос его при этом то и дело срывался. — Ни один целитель не сумел помочь, хотя я позвал всех, кого знал. Лучших из лучших.

— Ты сделал все, — согласилась я, прекрасно помня, как наш дом наводнили маги.

— Я не смог, — он нервным жестом отмахнулся, не желая снимать с себя вину.

Пусть даже ее и не было.

— Целительская магия поддерживала ее, но не усваивалась. Если маг выгорел полностью, то резерв больше не поддается восстановлению. Лучшие целители оказались бессильны.

Отец сделал длинную паузу, вновь переживая свою потерю.

— Только спустя годы я нашел выход, — продолжил он, прокашлявшись. — И натолкнул меня на это в том числе случай Анха Хейвара. И его демоническая сила.

Я внутренне похолодела, а ладони наоборот вспотели. Но я побоялась перебивать, уже догадываясь, что услышу дальше.

— Демоническая сила оказалась более совместима с нашей, чем сила других магов, — голос отца дребезжал от волнения. — Именно ее можно использовать как донорскую при полном выгорании!

Я тяжело сглотнула сквозь сжавшееся горло. Разом вспомнился Анх, его жесткий контроль, который он осваивает с детства. Ограничения. И постоянный риск срыва. А ведь он живет с этим с рождения.

Сколько людей сумеют контролировать себя так же? А сколько сорвутся, покалечив еще и окружающих?

— Донорскую? — я все еще не могла до конца в это поверить.

— Да! — глаза отца лихорадочно блестели. — Лорд Хейвар помог мне с воссозданием ритуала, он же сам целитель. Плюс мы наткнулись на другое исследование в области использования демонической силы, оно как раз было об ограничениях, позволяющих использовать такую силу с наименьшими рисками.

— И все же риски есть, — заключила я. — Поэтому Совет и не одобряет твой метод.

— Это вопрос времени! — запальчиво выкрикнул отец. — А с помощью Даргнаутов я почти получил разрешение проводить исследования на людях!

Звучало… кошмарно.

Наверное, ужас от осознания отразился на моем лице, заставив отца продолжить.

— Мы возьмем тех, кто выгорел так же, как и твоя мама. Они обречены, но я дам им шанс, которого не было у Анны!

— Шанс стать демонами? — глухо спросила я.

— Шанс выжить!

А я впервые подумала, что в Совете магов сидят не дураки и если они не дают согласия — значит, на то есть веская причина. Какие бы грандиозные ни открывались перспективы.

— Отец, — я медленно поднялась из кресла, собираясь с духом, — я в этом не участвую.

— Что? — переспросил он, не веря, не допуская моего отказа.

— Я не собираюсь участвовать в подобных экспериментах никак, даже косвенно. И помолвку с Алексом я разорву. Если Даргнауты заинтересованы в твоем открытии, то пусть помогают так.

— Ты не понимаешь…

— Нет, я понимаю, — остановила его, не желая слышать объяснения и поддаваться манипуляциям. — Понимаю все риски и понимаю позицию Совета. Даргнауты думают лишь о собственной выгоде, если не получится — они ничего не теряют. Ты одержим идеей найти спасение для мамы, которой уже одиннадцать лет как нет. И готов рискнуть всем, невинными людьми, которые могут пострадать от твоих экспериментов, и даже собственной дочерью.

— Да что ты такое говоришь? Ты вообще ничем не рискуешь!

Я покачала головой и направилась к выходу.

— А ну стой!

Отец попытался схватить меня за руку, но призванная броня не позволила до меня дотронуться. Магистр Майрин мною бы гордился. А если б и щиты ставить научилась — снова стала бы образцовой студенткой.

Отец что-то кричал мне вслед. Просил одуматься. Грозил всеми карами, вплоть до отлучения от семьи. Взывал к памяти мамы. Я шла из дома прочь, понимая, что, скорее всего, ухожу навсегда.

Зря я вообще согласилась. Но пока не поздно — нужно остановиться.

* * *

Возвращаться в академию к обиженной подруге совершенно не хотелось. Разговор с отцом отнял у меня последние силы, которых и без того оставалось немного. Неделя заканчивалась даже хуже, чем начиналась. А еще меня накрывало осознанием, сколько ошибок я совершила.

Но ведь пока не поздно все исправить, правда же?

Я гуляла по городу до позднего вечера, собираясь с мыслями и обдумывая все случившееся и навалившееся на меня. Для начала помирюсь с Лиенной, куплю ее любимые вкусности и поставлю на видное место. Подруга точно должна оттаять.

Потом расторгну помолвку с Алексом. Сама. Чтобы больше этот гад никогда не смел мне угрожать. Кольцо верну, разумеется.

И главное — не побоюсь еще раз заглянуть в будущее Анха, чтобы как следует в нем разобраться и найти угрозу.

Хватит всего бояться и сомневаться.

План есть, и с ним уже стало легче.

С пакетом вкусняшек я вернулась в академию. На улице уже начинало темнеть, плюс осенняя хмарь добавляла мрачности. Лии в комнате не оказалось — наверное, она тоже не хочет меня видеть. Ну и ладно.

Вкусняшки я поставила на подоконник, как и планировала. Завтра обязательно поговорим. Мы столько дружили, такая ситуация просто не может нас рассорить!

Я посмотрела на часы, стрелки которых неуклонно ползли к полночи — пора бы Лие появиться. Странное беспокойство засело внутри, я уже почти решилась пойти искать загулявшую подругу, как она, наконец, вернулась.

— Я уже начала за тебя волноваться, — заметила я недовольно.

Лия только плечами пожала, мазнула взглядом по вкусняшкам и начала готовиться ко сну. Выглядела она и впрямь очень уставшей, и уснула мгновенно, если, конечно, не притворялась очень качественно.

Я тоже переоделась и легла, но какая-то странная, накатывающая волнами тревога не позволяла расслабиться и уснуть. Запоздало осознала, что даже кольца не сняла, но потом махнула на них рукой. Так посплю, а то еще потеряю, нечего будет швырять Алексу в лицо.

Только сон все равно не шел. Я долго ворочалась, прежде чем забылась в темном мареве, словно провалившись в пустоту. Пока какая-то сила не выдернула меня обратно.

Сама не поняла, отчего проснулась. Будто подбросило прямо во сне так, что я резко села на кровати, моргая и судорожно соображая, что меня потревожило.

Какое-то чутье или наитие, а может, другая сила гнала из кровати прочь. Дальше и дальше. Из комнаты, затем с этажа, тянула куда-то, и я безотчетно следовала за ней.

И оказалась перед дверью Анха. С ним что-то произошло! Это осознание окатило с головой, я быстро схватилась за ручку и потянула дверь, по счастью, открытую. Внутри было темно, на кровати кто-то лежал, и я метнулась туда.

— Анх!

Но под рукой оказалось только свернутое коконом одеяло. Его нет в комнате! А где же он⁈

Я не успела понять произошедшее, как чьи-то сильные руки схватили меня со спины, прижимая вонючую тряпку к лицу. В панике я сделала глубокий вдох и снова погрузилась в непроглядную черноту, которая точно не была сном.

Она была вполне реальным кошмаром.