Глава 22

ГЛАВА 22.

Ненавижу! Чтоб он сдох!

Я вылетела из подъезда и метнула взгляд на второй, а может третий этаж. Из–за развившегося на почве злости психоза, я не запомнила, где провела эту ночь. Под кем стонала и кончала. Трижды на минуточку.

Морской ветерок растрепал рыжие завитки на лбу и висках. Я негромко выдохнула. Что же…как–то так…

– Доброе утро, Рута.

Нина спустилась ко мне с поперечной улицы, одетая в непривычный белый костюм. Возможно потому, что уже сейчас безумно жарко. Градусов тридцать. Не меньше.

– До последнего надеялась, что не увижу тебя.

Я улыбнулась невесело.

– Брось, – она подошла к припаркованному представительскому седану и открыла дверь, – нам же здорово вместе.

Наградив ее молчанием, я села на заднее сиденье и шустро разровняла платье на коленях. Смешно. Еще час назад я щеголяла нагишом по тайному убежищу Кана, а теперь корчу из себя жеманную барышню. Интересно, много девушек побывало в этом уютном логове? Снова инстинктивно взглянула наверх из окна машины и расслабленно опустила плечи.

Ненавижу его. Должна ненавидеть.

– Едем в Хезельберг? – уточнил Ясень, находящийся за рулем.

– Да.

Односложно ответила я и заметила боковой взор Нины. Моя телохранитель почувствовала себя некомфортно. Как и я. Но мы обе не подали явного виду. Только так, тайком обменялись ощущениями.

– Давай по объездной. Сегодня выходной, на главной полно тачек.

Произнесла Нина в адрес Ясеня. Тот ослабил черный галстук, завел двигатель, и мы поехали вниз по узкой дороге.

Мне казалось, я погружалась под землю. Или под воду. Кислород в баллонах приближался к нулю, в висках сильно пульсировало. Тошнота подкатила к «язычку» в горле, а в груди разгулялась тахикардия.

Это конец…

Заметив синюшность моих губ и тремор конечностей, Нина попросила Ясеня опустить окно. Он нажал кнопку на руле и стекло утонуло в раме.

Горячий бриз обдал мое бледное лицо и немного снизил головокружение.

– С тобой все хорошо?

Нина уперлась рукой в центральную консоль и с беспокойством посмотрела на меня.

Я сдержанно махнула головой и вновь приняла на себя приятное дуновение южного муссона. Мысли опасливо завертелись вокруг Деметриса.

Ночью он был таким нежным, внимательным, любящим. А утром…едва я проявила ласку, ощерился, выпустил шипы и замкнулся. Я не знала, есть ли розы мужского рода. Об этом стоило бы узнать у Ники. Но я была уверена, Деметрис точно выведен путем элитной селекции. В нем постоянно конкурировали ангел и демон. Добро и зло. Вера и ложь. И я не понимала, куда мне идти в следующий раз, чего ждать.

Почему он не может стать тем надежным маяком. Монолитной, крепкой конструкцией, выводящей заплутавшие судна на свет.

Почему столько мрака, боли и гнева?

За пределами Даркхилла меня накрыла новая дрожь. Я прекрасно знала эту дорогу. Не раз ездили по ней с родителями.

И чем ближе мы подбирались к моему родному и горячо любимому Хезельбергу, тем настойчивее мой организм справлялся с паникой. Все внутренние ресурсы подключились к тому, чтобы я не потеряла сознание.

А я на грани.

Я же не планировала это путешествие. Со зла озвучила его. Захотела понервировать Деметриса. А он?.. приставил ко мне двух охранников и позволил уехать.

Знакомые очертания взорвали мою память.

Здесь я гуляла с сестрами.

А тут бывала с мамой.

Хезельберг кишел воспоминаниями. Но те, которые меня особенно волновали, предательски скрывал.

– Я пойду с тобой. – Нина отстегнула ремень безопасности, когда мы остановились у высоких кованных ворот.

– Хорошо. Только держись подальше.

Я высунула руку в окно и нажала на кнопку звонка.

После шипящего звука и металлических помех, услышала ворчливый голос Мии…

– Мия, это я, Рута.

Ворота медленно распахнулись и Ясень надавил на газ. Объехал цветочную клумбу и затормозил у крыльца с черными колоннами.

Я посмотрела на дом в современном стиле. Все то же: стеклянные фасады, скатная крыша, опоясывающая все стороны дома терраса из декинга. Ничего нового и все же что–то иначе.

– Рута!

Из двери вылетела встревоженная Мия, не успела я выбраться из машины. Набросилась на меня, чуть ли не уронив навзничь.

– Мия…

Я крепко обняла среднюю сестру и вдохнула аромат вишни в шоколаде. Мия всегда ею пахла.

– Господи, как ты? Как там в Даркхилле? После свадьбы ты просто исчезла и некоторое время не выходила на связь.

Я взглянула на нее, нахмурив брови. Мия прибрала волосинки с моего лба и с искренней теплотой улыбнулась.

– В каком смысле не выходила на связь? Ты же недавно гналась за мной по больнице и видела, как я падаю в бак с медицинскими отходами.

Сестренка еще разок улыбнулась, взяла меня под руку.

– Идем, в доме поболтаем.

Нина пошла за нами на небольшом расстоянии.

Мы с Мией поднялись по лесенке, вошли в прихожую, и я не заметила, как очутилась в кухне. Призрак мамы вертелся у плиты с силиконовыми формочками для кексиков. А призрак отца восседал за столом с развернутой газетой.

– Рута? – Мия тихонько толкнула меня. – Ты чего?

– Да так. Привиделось.

– Ой, это все из–за аварии. Но ничего, скоро память к тебе вернется, и ты заживешь прежней жизнью.

Она оставила меня у кухонного острова, а сама принялась разливать чай по маминым фарфоровым чашкам с голубой окантовкой. Ничего себе, уже и кипяток готов. И заварка вызревала в пузатом заварочнике из того же сервиза. Мия ждала меня. Знала о моем приезде.

Я хоть и немного травмирована, но могу отличить постановку от реальных действий.

– А где Теона?

– Да вся в заботах о малыше. Наш племянник такой непоседа!

Мия перенесла чашки на обеденный стол и кивком предложила мне сесть. Дескать, чего как чужая. А я именно таковой себя и чувствовала. Всё по–другому. Самое главное, Мия не та, которую я знала и помнила.

– Как его зовут? – я присела. – Прости, что спрашиваю. Но память ко мне еще не вернулась.

– Да, я знаю. Олег Игоревич предупреждал, что процесс небыстрый.

– Так как?

– Марсель. Но мы все зовем его просто Марс. – Мия развернулась конфетку «Рафаэлло» и закинула в рот.

Я сидела неподвижно. Глядела на сестру пристально. Враньё сочилось из всех щелей. Вот–вот прорвет хрупкую преграду и смоет нас к чертям собачьим.

– Что ты делала в больнице и почему хотела меня остановить?

Мия странновато дернула плечом. Так, будто я спрашивала, а правда ли, что детей покупают в магазине «Всё по 99».

– Я не гналась за тобой, Рута. Мы не виделись с тех пор, как твой муж, Деметрис Кан забрал тебя после выписки в Даркхилл.

– Я прекрасно знаю, кто мой муж. А вот кто ты?

Она ошарашенно заморгала и по всей видимости, проглотила миндаль.

– О чем ты? – постучала себе по груди и хлебнула обжигающий чай. Выругалась шепотом.

Я встала, оперлась руками о столешницу.

– Ты играешь какую–то дешевую роль, и я выясню какую. Можешь мне не верить, но я узнаю правду.

Стул повалился на пол, когда я пихнула его ногами и пошла на выход.

– Рута? Рута, постой!!!

Мия догнала меня у самой двери и обняв, сунула что–то в ладонь. Я сжала кулак.

– Люблю тебя. – Прошептала она и стоявшая, словно тень Нина выскользнула на террасу. Я следом.