Глава 11

А на поляне возле гостевого бунгало уже вовсю кипела энергия, и дым стоял коромыслом. Посредине был установлен мангал, в котором Кирилл разжигал дрова. На расстоянии от мангала были установлены плетеные кресла, такие же как на ее веранде, два из которых занимали Макс со Славиком, о чем-то мирно беседуя. Впрочем, от деятельного друга и им досталось. Судя по горе овощей и количеству ножей на столике перед ними, предстояло им заниматься именно нарезкой всего этого. На что они пока плевать хотели. Не было тут только Ганса и Дениса. Но те, скорее всего, удалились для проведения очередного сеанса в более спокойное место.

– Кирюшка! – заорал Кирилл, стоило только Кире появиться из-за дерева. – Как же я рад тебя видеть! Иди сюда, моя нежная красавица, поцелуемся трижды по русской традиции, – тут же пересек он поляну и заключил Киру в медвежьи объятья.

Только вот вовсю старался нарушить традицию и метил в губы, в то время как Кира со смехом уворачивалась и подставляла этому смешливому и добродушному гиганту щеки. Макс со Славиком наблюдали за этим цирком с улыбками и со стороны. Но когда Кире удалось вырваться на свободу, тоже встали и очень вежливо поприветствовали ее. И вот тут она поняла, что действительно рада видеть их всех.

– А что это тут за суета? – вежливо поинтересовалась, опускаясь в кресло, что придвинул для нее поближе к мангалу Кир.

– Шашлык будем жарить! – смешно поднял он указательный палец и произнес с кавказским акцентом.

– Ой, как здорово! Обожаю шашлык! – аж руки потерла от удовольствия, мстительно подумав, что на правах его сестры, Денис вряд ли запретит ей сегодня отведать пару кусочков мяса. Ну и друзья его не зря же тащились в такую даль. Вон и кастрюлька стоит, полная сочных кусочков в шашлычном маринаде… А запах-то, запах! От аромата мяса у Киры аж голова закружилась, и началось обильное слюноотделение.

– Ну рассказывай, как ты тут? – велел Кирилл и подбросил еще пару щепок в ярко-пылающий костер. – Не занудил тебя наш экстрасенс окончательно? Хоть красоты этих мест показал? – обвел он любовным взглядом горы, и Кира поняла, что любит их Кир не меньше Дениса.

Красоты? А то! На звезды любовались? Любовались. К озеру спускались? Тоже было. И не важно, что впитывание красоты этих мест было напрямую связано с эротикой, да еще и какой. Опуская последнюю деталь, Кира честно обо всем рассказала. И даже про пещеру задумчивости упомянула для достоверности и насыщенности повествования.

– Дэн молоток! И когда только все успевает с таким-то насыщенным графиком? – кивнул Кир на бунгало. – Рад, что ты тут не скучаешь, но все же не оставляю надежды, что согласишься сходить со мной на свидание.

– Заколебал он этим свиданием, – подал голос Славик, прерывая, по всей видимости, какую-то очень интеллигентную беседу, что вели они в полголоса с Максом. – Не соглашайся идти с ним никуда, а то точно окажешься в ЗАГСе.

Кира рассмеялась, а Кир погрозил другу кулаком и велел сосредоточиться на овощах, что те уже вовсю нарезали аккуратными кусочками и складывали на большое блюдо.

– Кирюх, а кроме шуток, пошли завтра куда-нибудь? – обратил он взор своих голубых и смешливых глаз на нее.

– Куда это ты ее зовешь? – донеслось недовольное со стороны бунгало, откуда как раз выходили Денис, а следом за ним довольно мрачный и даже слегка потрепанный Ганс.

– На свидание приглашаю сестренку твою, – не растерялся Кир. – Покажу ей город, искупаемся в речке…

Денис уже открыл рот, чтобы ответить, но тут раздался голос Ганса:

– Какую еще сестренку? Помощница она его – батрачит, значит, на него тут.

Вот он – неловкий момент, что рано или поздно случается в жизни каждого человека. Ну а сейчас таковым он был сразу для небольшой группки людей, что одновременно посмотрели на Ганса в дружном молчании.

Денис – сердито.

Макс со Славиком – немного отстраненно, но все же удивленно.

Кирилл так и вовсе выглядел растерянным.

Кира… она мечтала оказаться где-нибудь подальше от этой поляны. И щеки уже пылали вовсю, жарче костра в мангале.

И над всем этим царил взгляд Ганса – обличительный и довольно суровый, словно говорящий: «Вот я и вывел вас всех на чистую воду, извращенцы чертовы!»

– Одно другому не мешает, – быстро нашелся Денис.

– Э-э-э, нет, – тут же перебил его Ганс. – Почему тогда ты скрыл от меня этот факт, что она твоя сестра? – ткнул он в Киру пальцем, тогда как она тихонько стояла в сторонке и радовалась, что ее ни в чем не обвиняют, что гнев Ганса был направлен против Дениса, как и эмоции всех остальных.

– А почему я тебе должен это сообщать?! – уже откровенно возмутился Денис, и Кире стойка этих двоих напротив друг друга напомнила первый день пребывания тут, когда они едва не принялись махать кулаками. – Много будешь знать, скоро состаришься. У тебя и своих проблем хватает.

– А это что, проблема, что она никакая тебе не помощница, а сестра? – подозрительно прищурился немец. – Тут уже инцестом попахивает…

– Ганс! – не выдержала Кира. – Ну ты совсем что ли?! Какой инцест?

– Прости, принцесса, ты тут не при чем. Что-то мне подсказывает, что и тебя этот… экстрасенс водит за нос.

– Так все! Хватит! Сестра она моя или помощница, вас не касается, – отрезал Денис, приблизился к Кире и обхватил ее за плечи. – И что там с углями, Кир? Шашлык скоро будем жарить?

– Ну дык… дрова догорают. Можно нанизывать мясо, – бросил он взгляд на Макса и Славу, что спокойно продолжили заниматься овощами. – Нет, подожди! Ты мне зубы-то не заговаривай. Кто тебе Кира?

– Она та, кого нельзя трогать руками, домогаться мысленно и вообще про нее лучше забыть, – с тяжким вздохом отозвался Дэн. – Как сестра, понимаешь? А еще она моя помощница! – сдвинув брови, посмотрел на Ганса.

Ну а тот, кажется, уже и забыл о предмете спора и про сам спор тоже. Взгляд немца был прикован к кастрюльке с мясом, и Кира видела, как шевелится его кадык, когда он активно сглатывал.

– Я чет не понял… Будет шашлык? – перевел он взгляд на Дениса. – А как же я?! – вытаращил глаза так, что Кире аж стало страшно за них.

– А что ты? Ты на диете, – мстительно буркнул Денис, и губы его разъехались в улыбке.

– Я тоже? – тихо уточнила Кира, испытывая вселенскую жалость к Гансу, что на глазах стремительно грустнел, словно сдувался.

– Ты нет, – так же тихо ответил Денис.

– Ну может, тогда и ему разрешишь, в качестве исключения? – с мольбой посмотрела на него Кира.

В общем, все то время, что сгорали дрова и Кир шурудил в них кочергой, тихонько посмеиваясь, Дэн и Ганс спорили, делая это довольно ожесточенно. Кира решила не вмешиваться и присоединилась к нарезчикам овощей. Сама не заметила, как отвлеклась от спора и окунулась в беседу с Максом и Славой. Ну а еще через какое-то время Денис и Ганс сошлись на том, что первый разрешит съесть второму пару кусков мяса и завтрашний сеанс продлит на полчаса для изгнания скверны. Кир же пообещал пациенту друга приготовить шашлык из овощей. По его же словам, вкуснее Ганс точно ничего не пробовал в этой жизни. На том и порешили.

Когда мясо уже вовсю подрумянивалось на углях, а Слава, Макс и Кира в три руки нарубили целый тазик салата из свежих овощей, приправленного просто огромным количеством зелени, Ганс притащил из бунгало столик и кресла, и все разместились вокруг этого буйства мяса и овощей.

Надо было видеть, с каким восторгом Ганс рассматривал на тарелке два сочных куска мяса, как он принюхивался к ним, щурясь от удовольствия, прежде чем приступить к трапезе, разрезая отвоеванный трофей на мелкие кусочки и тщательно пережевывая каждый. Ну вот как можно лишать человека настолько полного удовольствия? И судя по удовлетворенному лицу Дениса, что сидел рядом с Кирой, тот думал так же. И даже подложил Гансу кусочек добавки.

Пили они на этот раз вино. Красное, сухое. Кир компетентно заявил, что к мясу оно самое то. Кира не спорила даже, потому как любила кисленькое. А вот Гансу Денис пить категорически запретил.

– Заглотишь пару стаканов, полезешь за сигаретами. Терпи, казак, атаманом будешь! – и сам выпил чуть ли не залпом полный стакан.

Ехиден, суров, но справедлив, – рассудила Кира. Тут она была на стороне Дениса.

Когда с первой порцией шашлыка было покончено, а вторая еще не подоспела, откуда ни возьмись в руках Славика появилась гитара. Кира ожидала чего угодно, что затянет он хриплым голосом песни какого-нибудь барда. Но когда из уст этого рослого мужчины полилась какая-то баллада на иностранном языке, аж опешила и смотрела на него раскрыв рот. И пел он так чисто и профессионально, что Кира не удержалась от любопытства:

– Денис, а он кто? Ну по профессии? – шепотом поинтересовалась она.

Уже повсюду царила темнота, и лишь фонарь над входом в бунгало, да угли в мангале немного разбавляли ту. И про Славу Кира спросила не просто так. Помнится, в клубе тот представился «Просто Славик». Но просто Славик не мог так петь!

– А ты как думаешь? – с хитрецой посмотрел на нее Денис.

– Не знаю, что и думать, – честно ответила Кира.

– Ладно, посвящу тебя в страшную тайну, – хмыкнул Денис. – Славка у нас оперный певец!

– Да ладно!.. – потрясенно протянула Кира, посмотрела на поющего Славу и попыталась представить его на большой сцене и почему-то в смокинге. Не получилось. Когда он сидит перед ней в рваных джинсах и точно такой же куртке, в смокинге она его не видит. – Вот уж не подумала бы.

– О чем? О том, что у него годы академического вокала в музыкалке, а потом еще и консерватория за плечами? – тихо, что б не мешать певцу, рассмеялся Денис. – Но это так и есть, Кирюш, – ласково добавил, и у Киры неизвестно отчего по коже побежали мурашки. От голоса его, что ли? Или от того, как таинственно блестят в ночи его глаза? Или ее фантазия слишком разыгралась и во всем она видит сексуальный подтекст? Ну да, хоть перед собой, но она должна быть честной, и не врать себе, что совершенно не хочет повторения минувшей ночи.

А Слава все пел, и голос в его зачаровывал и даже простые фантазии превращал в сексуальные. Стоило только Кире прикрыть глаза, как сразу же представляла себя в постели Дениса. Дальше больше – она отчетливо видела, что они там вытворяют. Чертовщина какая-то!

А еще через время у Дениса завибрировал телефон. Посмотрев на экран, он нахмурился и бросил, ни на кого не глядя:

– Я отлучусь…

Он ушел в дом, и место его тут же занял Кир с шампуром в руке, который только что снял с мангала.

– Добавочки? – с улыбкой предложил он Кире.

– Не откажусь, – вернула она ему улыбку и придвинула свою тарелку.

Приступив к поеданию очередного куска шашлыка и стараясь не обращать на неприкрытую зависть в глазах Ганса, Кира еще через какое-то время пробормотала:

– Денис показался мне расстроенным. Интересно, кто это ему позвонил?

Она действительно не могла избавиться от этой мысли, да и он долго не возвращался.

– Так, вестимо кто! Папашка звонит. Только на него Дэн так реагирует.

– А… почему? – заинтересованно посмотрела на него Кира.

– Да, траблы у них там какие-то. Если честно, сам не в курсах. Дэн не говорит на эту тему с нами. Слушай, давай на чистоту – ты ведь никакая ему не сестра? – приблизил он к ней свое лицо и спросил так, чтобы никто больше не слышал.

От неожиданности Кира потупилась, а Кирилл вдруг взял ее за руку. Она потеряла бдительность и ляпнула не то. Надо было затолкать любопытство подальше и помалкивать в тряпочку. Но теперь уже ничего не попишешь и увиливать и дальше не стоит.

– Не сестра, – посмотрела она на Кирилла и только тут сообразила, что рука ее надежно спрятана в его огромных лапищах. Попыталась отобрать, но он не отпустил, еще крепче сжал.

– А кто же ты ему? – настойчиво и очень серьезно поинтересовался.

Вот что интересно! Пили все одинаково, но похоже, пьянела только Кира. Или на нее сухое вино действует как-то особенно? Вот и Кир выглядел совершенно трезвый, аки стеклышко.

– Пациентка, – покаянно призналась она. – Только не говори пока никому, – тут же спохватилась. – Вот уеду…

– И от чего же он тебя излечивает, шарлатан этот? – невесело усмехнулся Кирилл.

– Он не шарлатан. И давай не будем об этом. Считай это врачебной тайной.

– И вы с ним не… это? – покрутил Кир в воздухе рукой, второй продолжая удерживать руку Киры. – У меня есть шанс?

– Кир, шанса у тебя нет, потому что у меня в Москве есть парень, – решительно соврала она зачем-то и вырвала-таки свою руку. – И мы с Денисом не это, как ты выразился.

– Ну с парнем я готов разобраться, – хмыкнул он. – Если отпустил тебя одну к Дэну Белому, то что это за парень такой?

– Парень как парень, – пожала Кира плечами. – Я люблю его, между прочим, – усилила ложь. – И закончим на этом.

Очень вовремя вернулся Денис и согнал Кира со своего места.

– Приставал к тебе этот увалень? – шепотом спросил он Киру на ухо, обжигая то дыханием.

С удовлетворением подметила, что от озабоченности на лице Дениса не осталось и следа. И все же оно было, и любопытство Киры разыгралось не на шутку. Как бы вывести его на откровенный разговор? Все же, она психолог, вдруг сможет оказаться полезной великому экстрасенсу Денису Белому. Ну и не должны дети жить в раздоре с родителями, в это она свято верила. Иногда многие понимают слишком поздно, как дороги друг другу, когда уже ничего нельзя исправить. Она всю жизнь любила своих родителей, но к сожалению, те уже давно не могли отвечать ей взаимностью. И сестре своей готова была простить все, лишь бы та оставалась рядом, как самый родной человек, как ее семья.

– Он не увалень, а классный парень, – посмотрела Кира с улыбкой на Кирилла, что ворошил угли в мангале, удерживая в другой руке веер из свежеиспеченных шашлыков. – У тебя замечательные друзья!

– Но на вопрос ты так и не ответила: он к тебе приставал? Я же вижу, что Кир на тебя положил глаз.

– А тебе то что? – не выдержала и спросила Кира напрямик. – Ты же не мой парень.

– Не парень, – тряхнул он густой шевелюрой. – Но интерес у меня к тебе есть.

– Какой же? – переняла она его игривый тон. Так не хотелось все сводить к разборкам, чем только рисковала испортить себе настроение.

– Профессиональный, малыш, – со звоном чмокнул он ее в ухо, и Кира аж взвизгнула от неожиданности.

Благо одновременно с этим Славик закончил петь балладу, но укоризненный взгляд Ганса она на себе поймала. Она вообще заметила, что глаза этого качка уже давно сентиментально блестят, словно на них просятся слезы. И так на него действовало пение Славы. Кира даже поставила себе мысленную галочку на тему, что иногда грозные с виду мужчины бывают очень мягкими и ранимыми внутри. К таким, по всей видимости, и относился Ганс.

По мере того, как вечер приближался к завершению, Кире становилось все грустнее. Вот и подошла к концу пятница. У нее осталось ровно два дня. А для чего, собственно? Чтобы показать Денису, что лучше нее он никого не встретит? Или сразить его наповал силой своей любви? А быть может, надышаться им за эти два дня на всю ставшуюся жизнь? Даже если сильно захочет, ничего из этого она сделать не может. Разве что, последнее желание на капельку исполнимо, ведь у нее есть еще целых два дня, которые она проведет рядом с ним. О том, что после дня следует ночь, Кира вообще боялась даже думать. Но видит бог, как и те ей хочется провести в его постели. Снова испытать на себе его ласки, почувствовать вкус его губ, их обжигающие поцелуи, оставляющие следы в душе.

– Кира, очнись, – донесся до нее его голос.

И только тут сообразила, что сидит и смотрит на него, забыв, где и в какой компании находится. Благо вино оказалось куда как коварнее, чем она думала сначала. И хорошо, что сама она больше не пила этот «компотик». Остальные же не засобирались домой, пока не опустела последняя баклажка, и выглядели друзья Дениса изрядно пьяненькими, а потому и не обратили на них внимания. Даже Кир, хоть и оказывал Кире весь вечер какие-то знаки под недовольным взглядом Дениса. Сам он, к слову, уже тоже давно не пил. Ну а Ганс так и вовсе отправился на покой, сославшись на вынужденный режим.

– С тобой все в порядке? – тихо поинтересовался Денис.

– Да, а что?

– Ну просто ты так смотришь, словно пытаешься запомнить, как я выгляжу, – усмехнулся он.

Ну все правильно – именно это она и делала! Но тебе, дружок, знать об этом совсем необязательно. В конце концов, у нее есть гордость, которая сейчас кричит ни за что не делать самой первый шаг.

– Просто задумалась, – как можно беспечней улыбнулась она. – Вы уже уходите? – посмотрела на Кирилла, который уже вовсю упаковывал шашлычный инвентарь.

– Я бы остался, красавица, – отозвался тот. – Но кто же мне разрешит заночевать на священной территории, отравляя ту собственной аурой, – зыркнул на Дениса.

И так обиженно у него это получилось, что Кира невольно рассмеялась. А еще она представила, как Кирилл с завидным постоянством просится на ночлег к Денису, а тот ему методично объясняет, как пагубно повлияет его аура на это место. От воображаемой картинки стало еще смешней, а вечер начал казаться одним из самых замечательных в ее жизни. А еще захотелось не менее замечательного его завершения. Невольно посмотрела на насупленного Кира, который уже, впрочем, о чем-то переругивался с Максом. Как выяснилось, у подножья горы их уже ждало такси, а Кир со Славой все медлили. Так и получилось, что прощались они впопыхах. Но Кир взял с нее слово, что еще увидит ее перед отъездом. Эх, ну почему она не может влюбиться в простого и доброго парня? Выбрала себе экстрасенса, у которого очень непростое отношение к жизни в целом. Наверняка, и любовь он принимает не так как все остальные люди.

Минут десять ушло на то, чтобы навести на поляне порядок. Пока Денис чистил мангал от углей и сносил тот в сарай, Кира перенесла кресла на веранду Ганса.

Почему-то вид звездного неба напоминал ей тот сеанс, когда она любовалась им в объятьях Дениса. Как недавно это было, но казалось, что прошли годы.

– Хочешь выпить чаю? – поинтересовался Денис, когда вдвоем они направлялись к дому.

И хотела бы Кира ответить согласием, но стало обидно, когда поняла, что предлагает он это только из вежливости.

– Нет, спасибо! Поздно уже…

Она уже была на пути в коридор, что убегал к их комнатам из пещерки, когда Денис перехватил ее и прижал к шероховатой и холодной стене, нависая над ней с высоты своего роста.

– Если я тебе сейчас предложу провести вместе ночь, ты откажешься? – немного нервно проговорил. И глаза его сейчас блестели сильнее обычного. А может так казалось в призрачном пещерном свете.

Он ждал ответа, а Кира боролась с ликованием, что невольно вспыхнуло в душе от подобного вопроса. Но показывать этого она не должна.

– Ты хочешь провести сейчас сеанс? – уточнила.

– Нет, – тут же ответил. – Этого я не говорил. Я хочу провести с тобой ночь. Потому что… – замялся на долю секунды, – мне безумно понравилась прошлая ночь. Очень надеюсь, что и тебе тоже, – полуспросил Денис.

– Мне тоже, – эхом отозвалась Кира, не в силах больше не смотреть в его глаза или притворяться.

– Так ты проведешь эту ночь со мной?

– Да, – прошелестел в тишине дома ее шепот.

– Десять минут тебе хватит, чтобы принять душ? – уточнил и прижался к ней пахом. Сделал это намеренно, чтобы она почувствовала силу его возбуждения. – Жду тебя через десять минут.

Ну вот, она ведь этого так желала весь вечер, только об этом и думала. А теперь стоит под упругими струями душа, не в силах заставить себя покинуть душную влажную комнатушку. В душе царит хаос из чувств, из которых даже выделить главное получается с трудом. Пожалуй, это страх. Она боится, что после этой ночи еще труднее станет покинуть его, уехать домой. И в то же время, надеется на что-то, что сама считает невыполнимым.

Но отведенное ей время истекло, и Кира заставила себя покончить с омовением. Тщательно растерлась полотенцем, так что тело даже горело в некоторых местах. Ничего кроме халата надевать на себя не стала. Зачем? Ведь одевается она только для того, чтобы вскоре скинуть с себя эту ненужную помеху. И ей осталось преодолеть каких-то несколько шагов между дверьми в их комнаты.

У Дениса царила темнота, но она сразу заметила его силуэт возле окна.

– Иди сюда, – позвал он, не поворачиваясь.

Как только Кира приблизилась к нему, обхватил ее за талию и поставил между собой и окном. Еще с порога Кира заметила, что на нем ничего, кроме полотенца на бедрах, больше нет. И вид его обнаженного тела взволновал ее неимоверно. Внизу живота уже расползалась приятная горячая тяжесть, а когда он положил ей на живот руки и прижал к себе, эта тяжесть усилилась в разы.

– Посмотри, как они красивы в ясную лунную ночь, – прошептал ей на ухо и прижался губами к шее. – Если отпустить фантазию, то она унесет тебя в неведомые дали, туда, где живет сказка, мечта.

Денис едва касался ее шеи своими губами. И объятья его еще не переросли во что-то большее. Но Кира уже вовсю плавилась, любуясь темными исполинами на фоне залитого лунным светом неба. Горы сейчас казались ей чудовищами, заглядывающими в его окно, чтобы стать свидетелями того таинства, что вот-вот произойдет между ними.

Он развязал пояс халата, и мягкая махровая ткань упала невесомым облаком к ее ногам. Руки его накрыли ее грудь, в то время как губы не переставали целовать на этот раз плечи и верхнюю часть спины. Это было безумно приятно и еще больше возбуждающе. Губы его прижимались к ее коже нежно и в то же время настойчиво, явно намекая на продолжение. А руки делали свое дело – гладили грудь, заставляя переполняться желанием.

Им не нужны были слова. За них говорили их тела.

Когда Денис развернул Киру лицом к себе и накрыл ее губы в глубоком поцелуе, когда язык его проник в ее рот и переплелся с ее языком, она почувствовала, что словно вернулась домой из долгого путешествия. И снова мелькнула мысль, как станет жить она, когда ее лишат возможности быть рядом с этим мужчиной. И снова Кира отмела ту, потому что ловила каждый момент близости здесь и сейчас, когда он рядом и больше ни чей. Это ее он обнимал и целовал! И с ней хотел провести ночь. И самое главное, что желание его было взаимным.

Кира чувствовала животом силу его возбуждения. Полотенце с бедер он уже тоже скинул, и член его нетерпеливо пульсировал, зажатый их телами. Робость отошла на второй план, и она обхватила его рукой, желая еще лучше почувствовать пульсацию.

– Не торопись, малыш. Твои пальчики сводят его с ума. Если и дальше будешь так делать, то, боюсь, он не выдержит переизбытка ласки, – с улыбкой произнес Денис ей в губы и взял за ту руку, которой она только что гладила его. – Сначала ты, а потом мы, – повел он ее к кровати.

Прохладная постель приняла разгоряченное тело Киры в свои объятья. Но замерзнуть ей Денис не дал, сразу накрывая своим телом. И вновь ее губы оказались в сладостном и возбуждающем плену его горячих ищущих губ. А когда он пустился в путешествие по ее телу, не пропуская ни единого сантиметра, одаривая их все поцелуями, Кира уже с трудом могла лежать спокойно. Как же ей хотелось ощутить его в себе, почувствовать заполненность до предела! Ноги сами раскинулись, приглашая его. Стыд испарился под естественность и натуральностью того, что происходило сейчас. Но Денис не спешил, хоть и видел, в каком состоянии находилась Кира. Той силы возбуждения, что испытывала сейчас, ему было мало. Именно поэтому он пустил язык в эротический танец с клитором, заставляя ее уже вовсю стонать и извиваться в его крепких руках. И лишь тогда, когда она уже готова была кончить под натиском его языка, Денис прервался и быстро достал из тумбочки презерватив. А потом снова накрыл ее собой и припал к губам.

Он вошел в нее медленно и на всю длину. Она приняла его доверчиво, как родного, всеми фибрами души желая, чтобы на его месте всегда, всю жизнь был только он. И именно в этот момент Кира прониклась волшебством ночи, поверила в то, что возможно все. Ведь если чего-то сильно желать, то обязательно это получишь. Слезы благодарности выступили на глазах. А может, то были слезы любви. Она уже ни в чем не была уверена, кроме того, что любит этого мужчину сильнее жизни. Любит уже давно, только поняла недавно. И такая любовь не может оставаться безответной, иначе все ее представления о любви неправильные, исковерканные.

Разрядки они достигли одновременно. И снова Кира пребывала в легком шоке, что может испытывать не просто оргазм, а что-то сравнимое по мощности с ураганным взрывом. И этому научил ее Денис.

Перед тем, как отправиться в ванную, он попросил ее не уходить. Но она и не собиралась. Или он думал иначе?

Тело парило на волнах расслабленности и удовольствия. И сил не было даже чтобы пошевелиться. Она разве что заставила себя лечь поудобнее и укутаться в одеяло. С приоткрытого окна в комнату проникала ночная прохлада. Но даже ее сейчас Кира любила, ведь ее грело то чувство, что испытывает к мужчине, который только что вышел из ванной прекрасный и голый как бог, сошедший с Олимпа. И в глубине души Кира понимала, что подобное обожание неуместно, но ничего не могла с собой поделать.

Денис забрался к ней под одеяло и прижался прохладным телом.

– Ты горячая как печка, – с улыбкой проговорил, позволяя ей удобно устроиться на своем плече.

Еще через какое-то время, когда в комнате повисла немного сонная тишина, Кира приступила к исполнению того, что задумала.

– Расскажи мне про своего отца, – тихо попросила, не особо рассчитывая на удачу. Да и наверное, Денис уже хочет спать. Где-то она читала или слышала, что после бурного секса все мужчины испытывают сонливость, в то время как для женщин только наступает пора говорить оп душам.

Но и тут он удивил ее, когда спокойно отозвался:

– Мы не ладим с ним. Уже давно.

– А почему? – посмотрела она на него и не удержалась, прижалась губами к слегка шершавому подбородку.

– Да все до банального просто, – почувствовала она, как шевельнулся в ее объятьях Денис. Но не оттолкнул, а лишь крепче прижал к себе. – Как многие родители, отец хочет, чтобы я продолжил дело всей его жизни. При этом он считает, что я выбрал путь недостойный мужчины, что будучи наследником империи занимаюсь ерундой. И у меня никак не получается объяснить ему, что эта ерунда и есть моя жизнь.

Действительно, просто. И в то же время очень сложно. В данной ситуации Кира понимала не только Дениса, которого приняла бы любым. Мотивы его отца тоже были прозрачны. Ведь порой именно авторитарность и уверенность в собственной правоте делает нас слепцами. Но одно она знала точно, что роднее отца нет у Дениса больше никого. А с родными нужно жить в любви!

– Знаешь, в деревне, где у нас дача, есть небольшое озерцо, – заговорила она казалось бы на отвлеченную тему, но та имела прямое отношение к тому, что услышала только что от Дениса. – С виду оно напоминает болото, потому что наполовину заросло камышом. И чтоб добраться до прозрачной воды, нужно преодолеть сколько-то метров тины и водорослей, – улыбнулась она воспоминаниям. – Как-то, когда я была маленькая и толком еще не умела плавать, муж сестры потащил меня купаться. Лето, жара стояла жуткая. Ну и Андрей был в хорошем подпитии. Они тогда с Танькой только поженились, проводили медовый месяц на даче. Я хоть и маленькая была, но помню, как Таня ему кричала, чтоб следил за мной. Он и следил, но в какой-то момент я запуталась ногами в водорослях и ушла под воду. Больше я ничего не помню, очнулась в сельском медпункте, а рядом сидела зареванная сестра. Оказывается, тогда я пережила клиническую смерть, – Кира почувствовала, как объятья Дениса стали чуть крепче, а сам он словно напрягся изнутри, но продолжал хранить молчание и внимательно слушать. – Так вот, я на всю жизнь запомнила слова сестры тогда. Она сидела рядом, размазывала по щекам слезы и говорила: «Когда ты лежала тут без сознания, но я видела, что ты дышишь, то молилась богу, чтобы хотя бы такой оставил мне тебя». Лишь через годы я поняла, что именно она тогда имела в виду. Пусть беспомощная, обездвиженная, но живая, – задрала голову Кира и встретилась с горящим взглядом Дениса.

Он так ничего и не ответил, лишь губы его подарили ей еще один прекрасный поцелуй.

– Спи, малыш, – только и сказал, но Кире очень хотелось верить, что посыл ее дошел до адресата.