Глава 9

Проснулась Кира рано, следуя давней привычке. И нежиться себе в постели не позволила. А вспомнив Ганса, так и вовсе решила с утра размяться, выполнить парочку упражнений. А то после вчерашнего сеанса все тело ломило, словно по ней проехались асфальтоукладчиком. Зато от стыда и следа не осталось, что уже радовало.

На тумбочке возле кровати обнаружила записку от Дениса. «Буду после обеда. Поедем в одно место». И все, больше ни слова. Вот же шпион! Побывал, значит, здесь, пока она спит. Ну да ладно, вряд ли для него хоть что-то относится к категории запретного. А значит, живя у него в доме, она тоже должна постараться воспринимать жизнь именно так.

Кира уже почти вышла на улицу, когда с кухни донеслись какие-то неясные звуки. Что-то упало, а потом послышались приглушенные ругательства. И если бы не узнала голос Ганса, то перепугалась бы неслабо.

Ганс замер возле холодильника, когда Кира распахнула дверь в кухню. При этом руки он почему-то спрятал за спину и выглядел виноватым.

– Ганс? – ждала Кира, когда немец объяснится.

– Привет, Кирюш! – улыбка получилась смущенной, и Кира заподозрила неладное.

– Что ты там прячешь?

– Я? Ничего, – потряс он головой.

– Тогда, покажи руки.

– Кир, да я тут… Фруктов захотелось. Ну вот и зашел…

Но Кира уже приблизилась к нему и заглянула за спину.

– Ганс! Это мясо, а не фрукты! – укоризненно произнесла, разглядев в его руках кусок замороженной свинины.

– Не ну а чё!.. – сразу ощетинился он, превратившись в огромного накачанного ежика. – Мяса хочу, понимаешь! – навис над Кирой (в попытке напугать, что ли?). – Я так скоро ноги протяну. А мне белок нужен, между прочим, для мышц, – уже совсем обиженно добавил.

– Ганс, неделю без мяса можно прожить, и с мышцами твоими ничего не случится, – уговаривала Кира его как большого ребенка, попутно отбирая мясо и возвращая то в холодильник. – А белками богата куча продуктов. Да хоть гречка!

– Гречка?! Да я ее с детства терпеть не могу! – снова взбрыкнул Ганс, и Кире пришлось буквально перехватить того у холодильника.

– Ты просто не умеешь ее готовить, – хитро усмехнулась она, точно зная, о чем говорит сейчас. – Гречка – это не только сухая каша.

– И что же еще? – презрительно поинтересовался Ганс и все же дал вывести себя из кухни. – Только не говори, что гречка с молоком! – предупреждающе добавил.

– Если дашь мне полчаса, то обещаю накормить тебя вкусным завтраком из гречки.

– Ну, валяй. Я пока займусь зарядкой, – тут же согласился Ганс. – А завтрак точно будет вкусным?

Как ребенок, честное слово. Тут уж Кира не выдержала и засмеялась, пообещав немцу, что вкуснее тот ничего не ел.

Дело в том, что сама она неплохо разбиралась в диетическом питании, по той простой причине, что сестра ее относила себя к верующим и постилась, когда того требовала та же вера. И арсенал диетических блюд у Киры с возрастом только пополнялся, хоть для всех остальных Таня и готовила обычные блюда.

Через пять минут у нее уже варилась гречневая каша, а сама она занималась картофелем – натирала тот на крупной терке. Что может быть вкуснее гречнево-картофельных котлет под чесночным соусом во время поста? Разве что фасоль с зеленью и чесноком. Но фасоль готовится долго, а заставлять ждать Ганса сейчас было никак нельзя. Иначе этот гигант сорвется. Следовало накормить его как можно сытнее и в рекордно короткие сроки. Сытый мужчина – добрый мужчина. И Ганс тому являлся прямым подтверждением.

Еще через десять минут котлеты уже весело фырчали на сковородке. Кира добавила немного уксуса к соусу и занялась салатом. И даже ломтики ржаного хлеба не поленилась подрумянить в тостере перед подачей на стол.

– Ты волшебница? – втянул Ганс носом воздух, когда она позвала его завтракать.

– Пока еще только учусь, – рассмеялась Кира, глядя на его взволнованно-заинтересованное лицо и то, как он шел на запах.

– Нет, ты точно волшебница, – окончательно разомлел Ганс, когда отправил кусок котлеты в рот. На лице его расплылась блаженная улыбка, и даже мышцы резко обмякли от явного удовольствия. – Это безумно вкусно, никакого мяса не нужно.

– Ну вот и ешь на здоровье! А я тебе составлю компанию, если не против. Завтра приготовлю тебе фасоль, пальчики оближешь. Только замочить ее нужно с вечера, чтоб быстрее сварилась.

С Гансом Кира провела все утро. Снова они расположились на шезлонгах, под горным солнцем. Болтали и загорали. Отлично проводили время.

Нравился Кире этот атлет. А когда тот не напускал на себя блатоты и не пытался подкатить, то и вовсе становился рубахой-парнем. И анекдоты травил так, что у нее аж живот болел от смеха.

Ближе к обеду Кира решила поработать. С удобством расположилась на веранде и погрузилась в мир психологии. Только вот мысли временами сворачивали не туда. А конкретно, к Денису, что стал для нее личной головной болью в последнее время.

Что такого он задумал на сегодня? И чем это грозит лично Кире? Вот два главных вопроса, что волновали и мешали работать. И отношение к сеансам у нее выработалось специфическое. С одной стороны, вспоминая вчерашний вечер у озера, она замирала от восторга, возбуждалась от воображаемой картинки и страстно желала испытать снова этот ни с чем несравнимый поток эмоций. Выматывающий по нарастающей, сводящий с ума и дарящий разрядку такой силы, после которой еще долго трепещут все жилы. С другой – она никак не могла побороть стеснение, которое сковывало по рукам и ногам, заставляло цепенеть, стоило только подумать о предстоящем сеансе. Ведь наверняка, сегодня ей предстоит что-то не менее откровенное и даже развратное. А может быть даже более, раз Денис не захотел заранее раскрыть карты. Как? Как ей вести себя, чтоб не быть зажатой? Как заставить мозг отключиться, а тело раскрепоститься?

Засиделась она со статьями далеко за полдень. Да и закончить на сегодня работу заставил голод. Только вот готовить для себя ей ничего не хотелось. Она, конечно, Гансу ни за что бы не призналась, но сама тоже мечтала о сочной отбивной или парочке кусочков шашлыка… Ну вот к чему ей этот пост? Или для раскрытия чувственности нужно быть слегка голодной? А голодать-то она и не привыкла. Именно потому и нарезала себе небольшой тазик салата и настрогала аккуратную горку сыра. Решила брать если не качеством, то точно количеством. За поглощением обеда ее и застал Денис.

– Не многовато тебе одной? – появился он на пороге кухни и сразу же оценил обстановку. – Поделишься с голодным волком? – устало улыбнулся.

– Угощайся, – пожала Кира плечами и выдвинула тазик на середину стола.

Денис даже не потрудился взять тарелку, принялся накалывать помидоры с огурцами прямо из общей миски. Под натиском их двоих и салат, и сыр быстро стаяли. И все это время они молчали.

– Спасибо, крошечка хаврошечка, – сыто откинулся Денис на спинку стула. – Накормила, обогрела…

– Обобрала, – перебила Кира с невольной улыбкой. Ничего не могла с собой поделать – желание любоваться им зашкаливало, как и радость от того, что вот он рядом, сытый и довольный.

– Готов поделиться всем, чем владею, – развел Денис руки, а Кира отчего-то покраснела, углядев в его словах и позе сексуальный подтекст. И не было такового, скорее всего, да вот беда – она только его и видела. В глазах Дениса, смотрящих на нее с ласковой улыбкой; в расслабленной позе, демонстрирующей рельефные мышцы и ладную фигуру; в словах, намекающих на то таинство, что совсем скоро ждет ее. – Едем?

– Если скажешь куда, – решила проявить твердость Кира.

С места не двинется, пока не узнает, что он задумал. Эх, лучше бы она еще какое-то время об этом не знала. Дернул же черт за язык!

– В секс шоп, однако, – подмигнул он ей, даже не собираясь увиливать от ответа. – Не пойми меня превратно, но полагаться на свой вкус в выборе фаллоимитатора я не рискнул. Важны именно твои предпочтения.

– Денис! Это ведь шутка? – с надеждой переспросила, но эта же надежда стремительно таяла от вида довольного лица экстрасенса.

– Нет, малыш, это не шутка. И даже не вздумай стесняться или отказываться. Так надо! – закончил с нажимом и даже немного подался вперед.

– Кому надо? – жалобно уточнила Кира.

– Тебе, моя хорошая, – ласково проворковал Денис. – У меня с этим делом все в порядке. Как и с ориентацией.

Кира могла бы весь оставшийся день пререкаться с ним, но кто ж позволит ей такую роскошь. Сообщив, что будет ждать в саду через десять минут и велев ей скоренько собираться, Денис смылся с кухни раньше, чем Кира успела привести еще хоть один аргумент в пользу того, что в секс шоп им ехать не нужно.

– Тезка твой заезжал сегодня в больницу. Передавал огромный привет тебе! – проговорил Денис, когда они уже мчались к городу на приличной скорости.

– Да? – машинально отозвалась Кира, не переставая думать даже не о магазине специфических товаров, а о предстоящем вечере. – Он классный! – слегка улыбнулась и поймала на себе внимательный взгляд Дениса.

– Понравился? – поинтересовался он.

– Как человек, да.

– А как мужчина?

Тут уже она посмотрела на него. Вот зачем он задает такие вопросы? Неужели не чувствует, что только единственный мужчина занимает в последние дни все ее мысли? И этот мужчина он!

– С этой стороны я его не рассматривала, – отвернулась она к окну.

– А может стоит присмотреться? Он как раз свободен.

– Теперь ты в свахи записался? – Кира даже сама не ожидала от себя подобной злости. – Как-нибудь без тебя разберусь, к кому мне присматриваться, а к кому нет. Оставь меня в покое.

– Не могу, – ни грамма не обиделся Денис, а даже развеселился пуще прежнего. – Еще четыре дня тебе придется терпеть мое навязчивое общество, особенно по вечерам.

Тут же лицо Киры вспыхнуло, благо, он на нее больше не смотрел. Да и она усиленно пялилась в окно. И почему он не упускает возможности смутить ее откровенными намеками? Ведь именно сейчас он и допустил такой. Или это тоже часть терапии, направленная на внутреннее раскрепощение?

Вскоре он остановился у крыльца, над которым красовалась вывеска с надписью «Дрим-интим». Уже от одного названия магазина Кире стало плохо. Нет! Она не сможет заставить себя выйти из машины и подняться на это крыльцо. Ни за что!

Денис словно угадал ее мысли, хотя, что тут было угадывать, если, скорее всего, те написаны у нее на лице. Прежде чем выйти из машины, он повернулся к ней и серьезно проговорил:

– Послушай, магазины существуют для того, чтобы в них ходили люди…

– Что вы говорите? – не сдержала ехидства Кира.

– …Все! И этот в том числе, – проигнорировал ее реплику Денис. – Даже несмотря на особый ассортимент, это всего лишь место, куда приходят потребители, чтобы приобрести нужный им товар. Этого не надо бояться. Тебе нечего стыдиться. И о своих желаниях ты должна уметь заявлять открыто и везде.

– Это не мое желание, – посмотрела на него Кира.

– Твое, Кира. Моя лишь инициатива, – улыбнулся Денис, и ей вдруг дико захотелось прижаться к его губам. – А теперь марш из моей машины! – перегнулся он через нее и распахнул дверцу.

Первое, что бросилось Кире в глаза, когда привыкла к полумраку в небольшом помещении, стала большая резиновая секс кукла, подвешенная в углу. Кукла поражала внушительными телесами. Особенно грудь ее показалась Кире просто огромной. И лишь потом она обратила внимание на продавщицу. Вот тут ее ждало удивление. Вместо разбитной и размалёванной девахи, какую подспудно ожидала увидеть, за прилавком сидела, а при их появлении встала женщина лет сорока. Самая обыкновенная, какие встречаются везде. Скорее всего почтенная мать семейства, верная жена. А еще настоящая труженица – это уже Кира определила по довольно крупным, не боящимся физического труда, рукам, что та положила на прилавок. И от вида этой женщины как-то сразу стало легче, а словам Дениса вдруг начала верить.

– Добрый вечер! Могу я вам помочь? – заговорила продавщица и улыбнулась как-то очень по-простому.

– Можете, – вернул ей улыбку Денис. – Моей девушке нужен…

Пока он объяснял продавщице, за чем же они сюда пожаловали, Кира рискнула присмотреться к прилавкам. Чего там только не было! Кольца на член, насадки на головку, стимуляторы для клитора, мастурбаторы в таком ассортименте, о каком Кира даже не догадывалась. Вакуумные помпы, анальные игрушки, вибраторы… Мама дорогая! Куда она попала! Да это же настоящее царство извращений! Отдельно на вешалках висели откровенные костюмы для любовных утех, качели для секса. Целый стенд был посвящен полупрозрачному эротическому белью. А на головах манекенов красовались парики разных цветов и форм.

– Я думаю, мы остановимся на силиконовом вибраторе, – отвлек Киру от разглядывания прилавков голос Дениса. – Как считаешь? – это он уже обратился к ней лично.

– А? Да… наверное, – и снова краска стыда не заставила себя ждать. Можно было только радоваться, что освещение в магазине не яркое и тоже красноватое.

И тут началось светопреставление. С очень деловым и профессиональным видом женщина выкладывала на прилавке фаллосы разной длинны, толщины и цвета. Все до такой степени имитирующие натуральные, что Денису пришлось приобнять Киру за талию, чтобы не сбежала.

– Не хотите приобрести изогнутый вибростимулятор с клиторальным отростком? – достала продавщица коробочку с чем-то фиолетовым внутри.

– Нет, спасибо! Мы хотим приближенный к натуральному, – тут же отверг чудо секс индустрии Денис.

– Ну тогда вот вам еще реалистичный фаллос гигант. Больше этого у нас уже нет, – дополнила она галерею членов поистине огромным и черным.

– Как насчет гиганта? – увидев лицо Киры, а она уже готова была бухнуться в обморок, Денис засмеялся. – Шучу, малыш. Выбирай из вот этих, – сам отобрал он три, остальные попросив убрать.

Силиконовые, цвета легкого загара и по размеру отличаются не сильно. Не огромные и не малыши.

– Кира, выбор за тобой, – поторопил ее Денис, в то время как она продолжала тупо пялиться на вибраторы. – Подумай и определи, с какой игрушкой тебе будет приятнее всего.

Ну, предположим, она уже поняла, что по размеру ей подойдет средний. Но как заставить себя протянуть руку и коснуться его?

– Средний, – неожиданно прохрипела она. Голос пропал от волнения.

– Этот? – взял Денис в руки фаллоимитатор и поднес к ее лицу. – Уверена?

– Сказала же, да! – отпрянула она и отвернулась.

– Ок. Нам, пожалуйста, вот такой.

– Замечательный выбор! – похвалила продавщица и достала в точности такой же, но упакованный в коробку. – Всегда рады вам у нас. Скоро поступит новая коллекция эротических наборов…

Дальше Кира не слушала, пулей вылетев из магазина. Денис вышел следом, неся коробку с фаллосом в руке. Он даже не потрудился упаковать ту в пакет!

– Ну вот видишь, не все так страшно, как тебе казалось, – с улыбкой приобнял он ее за талию.

– Поехали скорее отсюда, – взмолилась Кира. Что-то ей на самом деле было не по себе. Аж подташнивало.

– Едем, малыш, – чмокнул он ее в макушку. – Только по пути домой заскочим в одно место, хорошо?

Да хоть в десять мест, лишь бы подольше не возвращаться в его дом. Ведь там ее ждет нечто настолько особенное, что даже думать об этом страшно.

– Можешь подождать в машине, я быстро, – повернулся к ней Денис, когда через несколько минут остановился возле большого супермаркета.

– Хорошо, – тут же согласилась Кира. Бегать по магазину и затариваться продуктами впрок она точно была не в состоянии сейчас.

Она ожидала, что выйдет Денис не так скоро и с огромной тележкой, груженой до верху, а он появился с небольшим пакетом, украшенным то ли китайским, то ли японскими иероглифами. Пакет отправился на заднее сидение, в компанию к вибратору, а сам Денис повернулся к Кире и спросил:

– Домой?

– Ну если тебе больше никуда не надо, – пожала она плечами.

– Мне нет, а тебе?

– А мне куда может быть надо?

– Ну откуда я знаю. Все же мы в городе, где полно магазинов. Если ты не заметила, то вблизи моего жилища таких не наблюдается, – широко улыбнулся он.

В который раз Кира подумала, что ведет себя как сварливая баба. Дуется, ворчит, грубит даже. В то время как Денис не теряет легкости в общении ни при каких обстоятельствах. Разве что после поцелуя с Гансом ей показалось, что он слегка вышел из себя. Может ли это намекать на ревность с его стороны?

К тому моменту, когда подъехали к гаражу, Денис уже раз пять посмотрел на часы. Он заметно нервничал, и Кира догадалась о причине. Начало седьмого, а в шесть у него сеанс с Гансом. Опаздывает, значит, чего делать не привык, судя по всему. Но уточнять не стала, зачем злить его еще сильнее.

На скалу взбирались со скоростью альпинистов-энерджайзеров. Пару раз Кира едва не навернулась, не держи ее Денис крепко за руку. Ну и конечно же, на плато встречал их недовольный Ганс.

– Так ты бабло отрабатываешь, экстрасенс? – проворчал немец, впрочем беззлобно, а скорее по инерции. А потом взгляд его упал на пакет в руке Дениса. – Суши?! – аж глаза заблестели от восторга. – Я с вами! Это ведь из разряда диетических блюд? Да! А то после твоих промываний мозгов и воздействий на ауру я становлюсь голодным как волчара.

– Буду через пять минут. Иди готовься, – кивнул Денис на бунгало и быстро скрылся в доме.

– Как он мне надоел! – разочарованно вздохнул Ганс, приветливо махнул рукой Кире и поплелся к своему временному жилищу.

Кира же поспешила за Денисом, размышляя на тему, с чего Ганс взял, что сегодня будут суши? Узнал знакомый логотип на пакете?

Дениса она нашла на кухне – тот спешно выгружал из пакета продукты. Ну и по пакетикам и бутылочкам Кира догадалась, что Ганс был прав в своих предположениях.

– Ты будешь готовить суши?

– Да. Любишь? – мельком взглянул он на нее.

– Не знаю. Ела пару раз…

Ела, но ничего не поняла, только с палочками замучилась. Да и давно это уже было, еще в студенческую бытность.

– Мои тебе понравятся. Только сначала я к Гансу. А потом примусь за готовку. Приглашаю тебя на романтический ужин к девяти часам. Думаю, к тому времени управлюсь, – снова взглянул на часы.

– Денис, – остановила его Кира, когда он уже почти покинул кухню.

– Что? – развернулся в дверях со слегка озадаченным выражением на лице. Наверное, это означало его недовольство.

– Давай пригласим Ганса. Жалко его…

Отвечать Денис не торопился, а вместо этого снова приблизился к Кире.

– Романтический ужин на троих? Тебе не кажется, что это попахивает извращением? – в глазах его плясали смешинки. – Нет, малыш, ужин будет на двоих и станет прелюдией к тому, что последует за ним. А с Гансом я разберусь. Да не волнуйся ты так за этого немчару, – тут же добавил, – накормлю я его сегодня суши. От пуза накормлю, чтобы сразу захрапел в сытом угаре. И не мешал нам предаваться страсти, – подмигнул, широко улыбнулся и был таков.

А Кира осталась стоять посреди кухни уже не только с пылающим лицом, но и ушами.

С час, наверное, Кира провела в ванной, отмокая, натирая себя мочалкой, выбривая все места на своем теле и умащивая потом его ароматными кремами. Потом она очень долго и тщательно занималась прической, вытягивая локоны утюгом, красиво укладывая те вокруг головы. Наступило время макияжа, и ему она тоже уделила пристальное внимание. Сделала вечерний, но не броский, подчеркивающий естественную красоту лица и оттеняющий нужные выпуклости.

Когда встал вопрос, что надеть на романтический ужин, колебаться и стоять перед выбором не пришлось, поскольку в арсенале имелось одно платье, в котором она зажигала в ночном клубе. Да и что-то ей подсказывало, что платье это пробудет на ней недолго. И от подобных мыслей на тело нападал временный паралич. Она несколько раз застывала посреди комнаты, чувствуя как сердце то несется галопом, то замедляет ход, практически останавливаясь. Ругала себя, что воспринимает все слишком серьезно. Уговаривала расслабиться, раскрепоститься, как того и ждал от нее Денис, но ничего не могла с собой поделать. Чем ближе время подходило к девяти часам, тем сильнее она волновалась.

Ровно в девять в дверь ее комнаты раздался стук, и сразу же в образовавшуюся щель просунулась голова Дениса.

– Жду тебя у себя, – оглядел он уже полностью готовую Киру с головы до ног. – Отлично выглядишь, красавица! Приходи через пять минут, – добавил и скрылся.

Получается, ужинать они будут не в кухне? Ой-ой! Кажется, она готова распаниковаться с новой силой. Должно быть и то, что последует за ужином, тоже произойдет в его комнате.

К комнате Дениса она подходила на негнущихся ногах. Стучать не стала, а сразу же распахнула дверь. Так сама себе казалась более уверенной.

Денис как раз зажигал последнюю из трех свечей в подсвечнике. А Кира растерялась от того, как торжественно он выглядит. На нем был одет темно-серый костюм и белая рубашка. Остроносые ботинки блестели лакировкой, но зачесанные назад волосы перебивали даже их по блеску. Традиционно рубашка не была застегнута на три верхние пуговицы, открывая взору смуглую кожу на груди, что плавно переходила в шею с выпирающим мужественным кадыком. И его глаза сейчас, что следил за ней, казались непроницаемо черными.

Кира аж сглотнула от подобного великолепия, даже себе не признаваясь, насколько красивым ей сейчас кажется этот мужчина. Эталон красоты и мужественности. А Денис уже приблизился к ней, взял за руку и подвел к столу. Даже помог присесть на стул в лучших традициях этикета.

Небольшой круглый стол он установил возле панорамного окна, ведущего на веранду. Где-то в глубине комнаты находилась кровать, скрытая вечерним мраком. Но на нее Кира не смотрела и даже старалась не думать о ней. Из освещения были лишь эти три свечи, что развеивали мрак вокруг стола. И тихо играла романтическая мелодия. Откуда та лилась, Кира тоже не поняла, но и уточнять этот вопрос не стала. Перед ней был мастер-устроитель романтических свиданий, и отчего-то эта мысль сильно огорчала.

– Я приготовил японский овощной салат, – указал Денис на глубокое блюдо и зачерпнул из него керамической ложкой, выкладывая содержимое на тарелку Киры. – Ты должна это попробовать и оценить, потому как я старался, – быстро улыбнулся, и отчего-то ей показалось, что он тоже немного смущен. А может, ей просто хотелось так думать. – Роллы тоже готовил на свой вкус, раз ты несведуща в этом. Так что, к твоим услугам роллы с семгой, сыром и огурцом; угрем, сыром и авокадо. И моя гордость – роллы каппа-маки «Киури» с авокадо, лососем, креветками и сливочным сыром, – указал он на большое плоское блюдо, где все перечисленные роллы были выложены фигурными сегментами. – Соус, васаби, приборы и саке, которую мы по традиции будем пить из наперстков и теплой.

От такого разнообразия Кира окончательно растерялась. Разве что решила начать с салата, и Денис ей даже позволил воспользоваться привычной вилкой вместо экзотических палочек, которыми сам орудовал просто мастерски.

Все было не просто вкусно, а безумно вкусно. Под музыку и саке Кира оценила кулинарные способности Дениса на одиннадцать по десятибалльной шкале. И атмосфера за столом царила непринужденная. Денис много говорил и спрашивал, а Кира охотно отвечала. Не было у нее тайн от него. Да и вообще в ее жизни было мало такого, о чем хотелось бы умолчать. Все самое тайное она умудрилась выложить ему в первый же день. Так что сегодня лишь дополняла картинку о собственной жизни недостающими паззлами.

Но и ей тоже хотелось узнать его поближе, а потому решилась задать вопрос, который уже давно крутился на языке. Возможно, именно саке и придала смелости озвучить его.

– Денис, в интервью ты сказал, что твоя девушка находится на пути к тебе, что ты ее не знаешь, а она тебя знает. Если честно, я тогда не очень поняла, что именно ты имел в виду. Ведь ты же экстрасенс, и можешь видеть то, что сокрыто от обычных людей.

На короткий промежуток времени он задумался, и Кира поняла, что не от нежелания отвечать на ее вопрос. Как ни странно, но он перед ней тоже был открыт, впускал в свою душу, когда она набиралась смелости постучать туда. Единственная тема, на которую он наложил молчаливое табу, касалась его отца. И это тоже разжигало любопытство Киры. Кажется, между ним и отцом произошло что-то серьезное, раз он отказывается разговаривать о нем.

– Если честно, то я и сам это не очень понимаю, – заговорил Денис. – Это знаешь как? Когда ты точно знаешь, что она есть и даже можешь увидеть ее словно со спины. А стоит ей только захотеть развернуться, как картинка исчезает. И это очень странно. Порой меня даже раздражает, что не могу проникнуть взглядом сквозь пространство и нащупать ее. Она словно есть и в то же время ее нет.

– Но в интервью ты сказал, что она есть, – тихо напомнила Кира.

– Сказал, да. И вряд ли у меня получилось бы объяснить им, как все обстоит на самом деле, – грустно улыбнулся. – Вот и тебе не смог, хоть и пытался. Да и сам я не понимаю, говорю же.

И знаете, что? После его короткого рассказа Кира воспряла духом. Она поняла, что никакую конкретную девушку Денис не ждет. А это значит, что она может за него побороться. С кем? Да хоть с самой судьбой! Ведь кажется, что с каждой минутой она все сильнее в него влюбляется, и чувство это ей приятно!

Романтический ужин, который именно таким Кире и показался, приближался к завершению. Несмотря на несколько выпитых рюмок саке, волнение только возрастало. Сердце заходилось все чаще, стоило ей только окунуться в глаза Дениса и прочитать в них намек на продолжение вечера. И даже если такого намека не было, Кира умудрялась его разглядывать каждый раз, встречаясь с ним взглядом.

И вот Денис встал, взял подсвечник, в котором свечи сгорели лишь на половину, а потом приблизился к Кире.

– Пойдем, малыш. Пора перейти к чувственной части нашего сеанса. Мысли о нем меня чертовски возбуждают, – с этими словами он прижал ее руку к своему паху, и она нащупала довольно внушительную и твердую выпуклость.

Руку так и не выпустил, подводя Киру к кровати. Она же чувствовала себя немного затравленной и не в силах повлиять на события. Спиртное сделало свое дело и заставило хотеть этого мужчину еще сильнее. Но она не могла ему в этом признаться и чувствовала себя даже немного преступницей. А мысли о том, что именно предстояло ей сейчас делать, сводили с ума, подкидывая фантазии одна смелее другой.

– Предлагаю немного слукавить, – поставил Денис подсвечник на тумбочку и развернул Киру к себе лицом, удерживая за плечи. Теперь свет трех свечей освещал просторную кровать и небольшое расстояние вокруг нее. Все остальное тонуло в темноте и не просматривалось. Казалось, что вся жизнь сейчас сосредоточена на этом пяточке и на том, что должно произойти. А все остальное – за пределами этой жизни. – Давай представим, что я твой парень, а ты моя девушка. Мы любим друг друга. А любовь – это ведь не только беседы под луной и любование звездами. Она еще имеет и чувственное выражение, когда общаются тела и души. Посмотри на меня, – попросил Денис, и Кира была вынуждена окунуться в непроницаемый омут его глаз, в котором ничего не получалось прочитать, разве что пугающую серьезность.

То, что предлагал он, давалось ей с великой легкостью, ведь никого другого в подобной обстановке и на его месте она видеть и не хотела. Вот он – парень ее мечты, в которого, кажется, она влюблена еще с детства. Просто взросление и перемены в жизни заставили ее забыть об этом на время. Пока это самое время не пришло, и он снова не появился в ее жизни.

– Ничего лишнего я себе не позволю, не волнуйся. Хоть это и будет даваться мне с трудом, – натянуто усмехнулся. – Но я хочу, чтобы сегодня ты узнала, как это должно быть, чтобы этот вечер закончился именно так, как обычно заканчиваются романтические вечера, двое участников которых сознательно сближаются для совместной ночи. Ну я и загнул! – улыбнулся он еще шире, разряжая обстановку, которая стремительно накалялась. Настолько стремительно, что Кире уже казалось, еще чуть-чуть и полетят искры. – В общем, – тряхнул Денис головой, – любовь начинается с поцелуя, что я сейчас и собираюсь сделать.

Губы его приблизились к ее, но накрывать их Денис не спешил, словно давая ей время передумать. Но это, скорее всего, было не так. Просто он не торопился, не хотел брать ее нахрапом, а стремился подарить именно чувственную нежность.

Когда он коснулся ее своими губами, через тело Киры словно пропустили электрический ток. Денис и раньше целовал ее, но этот поцелуй не был похож на предыдущие, сорванные впопыхах. Он ласкал ее языком, приглашал присоединиться к нему. Углублял поцелуй постепенно, по нарастающей. Руки Дениса гладили ее спину, в то время как губы находились в самом сладостном плену. Она плавилась в его губах и руках, постепенно теряя довод за доводом, почему именно этого не должно происходить между ними.

Когда Денис нащупал застежку платья на спине Киры, она уже считала все происходящее между ними настолько естественным и закономерным, что даже с облегчением выдохнула, чувствуя, как ослабевает давление ткани по мере расстегивания молнии, как горячие ладони ложатся на обнаженную спину, как скользят они вверх, к плечам, снимая платье с тех, собирая то в районе талии.

От губ Денис перешел к шее, покрывая ту жалящими поцелуями, каждый из которых заставлял желать большего. Вскоре Кира осталась перед ним в одном белье, а платье свободно упало на пол. И меньше всего ее заботил сейчас этот кусок ткани, гораздо важнее было то, что испытывает она в объятьях этого мужчины. А испытывала она настолько сильный шквал эмоций, что сметал на своем пути все остальное. Она забыла о месте, времени, о сомнениях. Не осталось ничего, кроме губ его, не перестающих целовать ее тело, и рук, что от спины перешли к груди, освободив ту предварительно от бюстгальтера. Это не напоминало больше обучающий сеанс, а казалось настоящей страстью и стремлением двух людей стать единым целым. Наверное, еще и потому Кира испытала легкое разочарование, когда Денис спросил:

– Готова пойти дальше?

В такие моменты о таком не спрашивают, в этом она была уверена. Ответное желание читается во всем: в том, с каким жаром она целует его; какой расслабленной и податливой становится в его руках; как смотрит на него затуманенными страстью глазами… И не нужно быть психологом, чтобы понимать это. Достаточно просто чувствовать все то же. Но видимо, именно последнего сейчас и не было. В то время как она не притворялась и растворялась в нем, он всего-навсего проводил очередной сеанс, хоть и довольно специфический. От этой мысли на глаза набежали слезы разочарования, которые Кира быстренько заставила испариться. Он ничего ей не обещал. Так чего же она от него ждет или даже требует? И на сеансы эти она согласилась добровольно. И если не получится заставить его посмотреть на себя несколько иначе, не как врач на пациентку, то это тоже будет только ее проблема!

Приняв молчание за знак согласия, Денис подхватил Киру на руки и опустил на кровать, нависая над ней, разглядывая ее лицо.

– Ты очень красива и должна это осознавать сама, – взгляд его скользнул по ее груди, а потом и рука накрыла ту, а пальцы взяли в плен набухший сосок. – Твоя гладкая кожа на ощупь как бархат, – губ Дениса коснулась нежная улыбка. – Ее хочется касаться и целовать, – с этими словами он накрыл губами сосок и принялся обводить тот языком, периодически покусывая и втягивая в рот. От подобных ласк Кира уже не могла спокойно лежать под ним. И все посторонние мысли снова улетучились, вытесненные желанием большего.

Одарив грудь Киры щедрой лаской и заставив уже буквально изнывать от желания, Денис спустился к животу и принялся тот покрывать поцелуями, доходя до кромки трусиков и снова возвращаясь к пупку, заставляя уже Киру мелко дрожать в предвкушении продолжения.

Пиджак он снял сразу, а сейчас и расстегнул рубашку. Желание коснуться его было настолько сильным, что Кира не стала сдерживаться – запустила руки ему в волосы, а потом и скользнула под рубашку, снимая ту, оголяя плечи. Бросив на нее быстрый взгляд, Денис избавился и от рубашки, словно приглашая ее действовать смелее.

Сам он к тому времени уже освободил ее от трусиков, стянув те одним резким движением, не оставив ей возможности к отступлению. Однако, когда Денис взял думку и подсунул ту Кире под попу, вопрос сорвался с губ сам:

– Денис, что ты собираешься делать?

– Ничего особенного, малыш, лишь дарить тебе чувственное наслаждение. Предлагаю полностью расслабиться и не мешать мне, – подмигнул он ей с улыбкой, одаривая зрелищем очаровательных ямочек.

И Кира сдалась – откинулась на подушку и приготовилась к сладострастной пытке.

***

Не первый раз Денис видел полностью обнаженной и настолько возбужденной эту девушку, но сегодня это давалось ему особенно тяжело. А когда согнул ее ноги в коленях и развел их в стороны; когда увидел, насколько она уже влажная и какое сильное желание испытывает; когда столкнулся с ее доверчивой покорностью и готовностью идти до конца и с ним, едва не лишился разума, чувствуя только насколько сильно сам возбужден, как страстно мечтает оказаться в ней.

Ее руки, что касались его так трепетно невесомо, распаляли его еще сильнее. Запах ее возбуждения заставлял действовать решительно и даже грубовато. Приходилось сдерживать себя, чтобы подводить ее к пику постепенно, дать возможность прочувствовать все от и до.

Он держал ее крепко, чтоб не ускользала, извиваясь всем телом. Язык его теребил ее клитор, а телу передавались те импульсы, что он посылал ей. В какой-то момент возбуждение достигло стадии, когда уже невозможно было сдерживаться, и Денису пришлось прерваться, чтобы дать себе передышку. Кончать в штаны, да и вообще кончать, не хотелось. Не ради этого он проводил сегодняшний сеанс, будь он неладен! Господь! Как же ему хотелось войти в нее до основания! Ощутить ее влагу и тепло своим воспаленным и требующим удовлетворения членом. Вот уж не думал, что на кого-то будет реагировать как зеленый юнец, который о сексе знает только понаслышке.

Дико захотелось ее поцеловать, чтобы поделиться с ней ее же запахом. А еще вновь ощутить эти мягкие теплые губы своими, ворваться языком в ее рот, исследовать все потаенные уголки. И наслаждаться ее ответным поцелуем, который она дарила с такой щедростью.

– Я больше не могу, – простонала она ему в губы, в то время как пальцы его не останавливались, продолжая подводить ее к точке кипения.

– Ты готова, – выдохнул он. – Черт! Кажется, я тоже, – снова едва сдержал он желание кончить прямо сейчас. – Пора переходить к завершающему этапу, – произнес, чувствуя, что плохо получается сдерживать сожаление.

– Денис, – позвала Кира, когда он выдвинул ящик прикроватной тумбочки, чтобы достать заранее приготовленный презерватив и чертов вибратор, который уже ненавидел всей душой.

Еще раньше, чем она произнесла это вслух, он догадался о содержании ее просьбы. Ликование не заставило себя ждать, хоть и ругал он себя мысленно по-всякому.

– Не надо вибратор, прошу… – голос ее сорвался на судорожный всхлип. Она едва сдерживала себя, как и он. И слова давались ей с трудом, ведь просить она его собирается не о чем-то обыденном. – Я хочу тебя! – решительно выговорила и схватила за руку, притягивая к себе.

– Это непрофессионально, – прошептал он ей в губы, уже зная, что согласится.

Руки сами уже расстегивали пряжку ремня и тянули вниз собачку молнии.

– Плевать! – отозвалась она и отпустила его, но только для того, чтобы скинул брюки.

С презервативом он справился в два счета, ликуя в душе, что натягивает тот не на кусок силикона. Ругая одновременно себя, что поддается слабости. Готовый к тому, что потом пожалеет о содеянном.

Кира приняла его в объятья, и этот ее жест всколыхнул в его душе что-то очень сильное и непривычное. Он накрыл ее своим телом, удобно устраиваясь между ног, и язык не повернулся спросить, уверена ли она в том о чем просит. Все это он читал в ее глазах, затуманенных страстью, ощущал по силе объятий, понял по губам, как те откликнулись на поцелуй, которым он заглушил стон, вызванный проникновением в нее. Он сделал это так, как мечтал – не резко, но сразу на всю длину вошел в нее. Замер ненадолго, чтоб ощутить жаркую тесноту ее влагалища, насладиться всепоглощающим возбуждением. И только потом начал двигаться, сначала медленно, постепенно наращивая темп.

Она кончила первая, со всей силы цепляясь за его плечи. По щекам ее струились слезы, и Денис стирал их поцелуями, приближаясь к долгожданной разрядке. И почти сразу же та наступила – разрушительная по своей силе, неожиданно яркая, что аж в глазах потемнело.

– Спасибо тебе! – прошептала Кира ему на ухо и прижалась к тому губами в легком поцелуе.

Он хотел сказать слишком много и не находил слов. И он не хотел отпускать ее от себя. Сейчас? Нет, не только, – тут же ответил мысленно себе же. Эта девушка как-то незаметно вползла в его жизнь, и как с этим быть, он понятия не имел.

– Оставайся сегодня у меня, – скатился с нее, но только для того, чтобы крепко обхватить ее руками и прижать к себе. – Спи, малыш. Ты была великолепна.

Позже, когда Кира уже крепко спала, а Денис вернулся из душа, какое-то время он сидел рядом и разглядывал ее. Почему-то в этот момент вспоминалась та малявка, что сидела во дворе школы с разодранной коленкой и мужественно сдерживала слезы. Она не изменилась, разве что внешне. Внутри она осталась той же девочкой, чьему мужеству позавидует не один мужик. И сегодня она лишний раз доказала это.

Денис забрался под одеяло и прижался к ее спине. Он все ждал сожаление, но оно не наступало. А уверенность, что все он сегодня сделал правильно, отчего-то только крепла.