Глава 41. Лиля

Агентство “И вашим, и нашим” находится в Москва-Сити. На подходе к этим высоткам волнение нарастает, как стрелка спидометра.

Достаю из сумки карманное зеркальце, проверяю, не выбилась ли помада за контур. Как никак на прослушивание иду.

По позвоночнику струится пот, когда утром сильно похолодало.

Первый канал, мать его! Это вам не скромная студия Рашата.

– Добрый день. Вередина Лилия. В актерское агентство, – протягиваю изрядно потрепанный после тысяч прослушиваний паспорт равнодушному охраннику.

Тот открывает первую страницу, сверяет меня и фотографию. Я будто границу пересекаю. Как-то поджалась вся.

– Сорок четвертый этаж, – протягивает мои документы обратно вместе с одноразовым пропуском.

По дурости чуть не сделала реверанс.

С важным видом подхожу к лифтам. Жду. Внутри уже чувствую себя настоящей Екатериной. Фаворит только у меня один. И кажется, я втрескалась в него в лепешку.

Мой фаворит – Упырь. С ума сойти!

Уши закладывает, когда кабинка несет меня вверх. Рядом стоящие люди привыкли к такому, а я скрываю дикий, почти щенячий восторг.

Я была в Москва-Сити один единственный раз. Но восхищение все равно затмевает мозги.

Из лифта попадаю в коридор, где на стенах какие-то геометрические рисунки, а на полу высокие деревья в кадках.

У нужного мне кабинета ютятся несколько десятков девчонок. Стоят плотно друг к другу, некоторые перешептываются.

На негнущихся ногах встаю в конец очереди. Последняя же подошла.

Я проходила это тысячи раз, но в этот конкретно жутко. Частые отказы заставят любого засомневаться в себе. Даже такую самоуверенную девчонку, как я.

– Лилия Вередина? – из открывшейся двери выглядывает миловидная блондинка в мелкую кудряшку. Симпатичный маленький барашек. Еще и в очках в роговой толстой оправе.

– Это я! – тяну руку как в школе.

Впереди раздается пара смешков.

– Проходите, мы вас ждет.

В спину слышу тихие голоса и вздохи. Будто я по связям сюда попала. Или, боже упаси, переспала с режиссером. Не готова на это даже ради Екатерины!

– Присаживайтесь. Ответьте, пожалуйста, на несколько вопросов в тесте и приступим к прослушиванию.

Уставилась на протянутые листы и дрожащей рукой берусь за карандаш. Хоть бы не выпал!

Ставлю галочки, иногда пишу ответы от руки и передаю все “барашку”, взамен получаю довольную улыбку.

Не хочется, чтобы она оказалась стервой, которые часто и проводят конкурсные отборы для эпизодических ролей. Это же все оно, да?

– В соседней комнате вас ждут.

Девушка провожает меня и представляет сидящим. Мужчина без возраста. То ли тридцать пять, то ли все пятьдесят. Еще полноватая женщина с копной медных волос, и блондинка моего возраста. Они все настолько разные, что я и понятия не имею, кто они вообще такие.

От налоговой инспекции до присяжных зала суда.

– Расскажите нам о себе.

Улыбаюсь. Щеки сводит.

Рассказываю им заготовленную речь, затем перечисляю фильмографию. Проститутка, проститутка, просто сука, официантка, которая в итоге тоже как бы проститутка.

Краснею.

Да, Екатерина из меня, мягко говоря, никакая. И с чего я решила, что мне даже позволят явиться на кастинг на такую роль?

Пока “налоговики” просматривают мое портфолио, читаю отрывок, исполняю эпизод. Все как обычно, по стандартному плану.

– Мы вам перезвоним, – слышу привычную фразу. Плечи тут же опускаются, улыбка держится, как на прищепках.

Глаза только становятся влажными.

На что я только надеялась?

Из кабинета выхожу довольно быстро. Прошлого восхищение от Сити уже нет. Обычная пафосная махина, коих тысячи по миру. И ничего, что я не видела их вживую! Подумаешь, шестьдесят этажей роскоши и денег.

На улицу практически выбегаю. Не хочу, чтобы мои слезы хоть кто-нибудь видел.

И попадаю в теплые объятия моего Упыря. Чувствую знакомый запах и даю волю слезам. После вчерашнего мы стали еще ближе, когда на тесте увидели две полоски. Не думала, что придется успокаивать меня.

Нашему с Осиповым ребенку несколько недель.

– Кто обидел? – спрашивает, приглаживая волосы на макушке. Я же с распущенными ходила, чтобы показать, какие они у меня красивые.

– Первый канал, – всхлипнув, отвечаю, – так что больше мы его не смотрим. Они враги. А с врагами не общаются.

Денис хрипло смеется.

От его тела исходят успокаивающие вибрации.

Может, все и к лучшему. Ну какая из меня Екатерина, когда через пару месяцев у меня живот будет расти?!

– Тогда пойдем перекусим?

Киваю. Покушать я люблю.

Осипов открывает передо мной дверь своего “БМВ” и обходит монстра, чтобы сесть на водительское место.

Я смотрю на все с замиранием сердца. Непонятное до этого момента смущение делает меня какой-то потерянной.

Едем мы недолго. Останавливаемся у красивого ресторана с летней террасой. Уютно и, пожалуй, романтично. Вечером по периметру зажигаются фонари, которые сейчас пока выключены.

«Трипэдвайзер» пишет, что средний чек четыре тысячи рублей. Успела погуглить, пока мой Упырь парковался.

– Мой любимый ресторан, – подмигнув, ответил на вопрос, который я сформулировала только мысленно.

– Дорогой, наверное…

– Да… – отмахивается.

Может, роль Екатерины мне и не видать, но вот в душе я та еще императрица. Денис снова открывает передо мной дверь, подает руку. Я как из кареты выхожу. Пожалуй, если здесь готовят рябчиков, отведаю.

– Здесь подают Средиземноморскую кухню. Любишь?

Ну вот, без рябчиков.

– Пиццу люблю. И пасту.

Осипов часто смотрит по сторонам, как ищет кого-то. Как только наши взгляды встречаются, улыбается. Натянуто, волнительно. Даже тревожно.

Нас провожают за круглый стол в самом дальнем углу. Хорошее место, почти ВИП. Белая скатерть, натертые бокалы и сверкающие столовые приборы.

По коже рябь пробегает. Это чувство вызывает привыкание.

Денис отодвигает стул, приглашает присесть. Молчит. Ни одной шутки своей не сказал, не ущипнул, не сказал колкого комментария.

Да что с ним такое? Не предложение же мне собирается делать?

Под ребрами закололо от такой мысли, слезы тут же брызнули из глаз. Я вообще неиссякаемое судно со слезами.

– Поговорить с тобой хотел.

– Звучит… зловеще.