Глава 16

Ева Авалон молча вёл шаттл. Тот петлял, делал мягкие синусоиды в черноте. Почему-то холодный космос наружи не пугал. А пугало совсем другое… Мысли в голове сталкивались и пугливо расползались. Я смотрела то на Авалона, то на свой вполне плоский живот и зачем-то его поглаживала. Мио умывался, вольготно развалившись в соседнем кресле. Молчание затягивалось. Последнее, что мне сказал Авалон: “Я позаботился о детях, как ты и просила”. Не о контрацепции. А о стопудовом наличии детей. Я нервно хохотнула. Неожиданно. Быстро. У меня словно из-под ног выдернули почву. Почему-то в том, что это правда я не сомневалась. Авалон точно не шутил. Да и Мио тоже про котят повторял уже не раз. Но почему так вышло?! Ведь мы о другом договаривались! Или… ох, мама роди меня обратно… Мы с Авалоном словно говорили на разных языках (да, в общем-то, так и было) но… как я отношусь к тому, что всё так обернулось? Подумать только… я ношу в себе детей от пришельца… И кстати, почему “дети” во множественно числе?! Это просто оговорка Авалона, или… Мне хотелось схватиться за голову и дико смеяться, но вместо этого я медленно выдохнула… И прислушалась к себе. И сделала чистое, спокойное и уверенное открытие: оказывается, если отбросить сиюминутные эмоции, я отношусь к беременности… хорошо. Да быстро, да… кхм… “котята”. Мои губы невольно растянулись в нервной улыбке. Пока моё сознание трусливо защищалось от очевидного, часто молотя по воздуху воображаемыми лапками, подсознание – приняло происходящее с первых нот. И позволило сознанию обмануться. Почти в терапевтических целях. Моя улыбка стала шире. – Я рад, что ты улыбаешься, Ева, – произнёс Авалон, не поворачиваясь ко мне, – а то я уже начал беспокоиться… – Я не ожидала, – сдавленно шепнула я. – Почему? Мы же договорились… Я… я не так тебя понял, Ева? Авалон упруго поднялся с кресла, повернулся ко мне лицом. Затем навис надо мной, отщёлкивая мой диковинный полупрозрачный “ремень безопасности”. Я тут же порывисто поднялась и обняла Авалона. – Да нет… всё правильно… всё правильно, просто… всё очень быстро. И непривычно, – шепнула я, почему-то ощущая, что я должна его успокоить. Я обнимала Авалона за мощную шею, с наслаждением ощущая, как его хвост бережно накручивается на мою талию, а руки – заключают в надёжные объятия. – В твоей культуре не так, как в моей, – ласково выдыхал Авалон мне в висок, нежно прижимаясь губами. – Я стараюсь учитывать… но пока не привык. – Не страшно, – я прижалась крепче. Мио прервал наш полный романтики и нежности момент, начав громко выкашливать комок шерсти. – Мио!.. – Виан предупреждает об опасности, – нахмурился Авалон, – процессы в телах котоидов всегда очень чутки показатель гравитационных изменений… Садись, Ева. И ничего не бойся. Пара мгновений, и я уже снова в кресле – перетянута ремнём. А Авалон – впереди, на месте пилота. А я… всё ещё мягко улыбаюсь, любуюсь своим мужчиной (он – мой мужчина, мамочки!!!) Я ношу его детей… (этот факт я ещё должна была переварить). Я вляпалась в какое-то невероятное приключение (вернусь ли я домой?… или теперь уже поздно дрыгаться?!). Но в чём я не сомневалась – так это в доброте и благородстве Авалона. И о чём бы там на вселенском уровне ни говорила отрыжка Мио – я была спокойна. Хвост Авалона скользнул ко мне, и пока мой пришелец что-то настраивал на панели управления, его хвост оплёл мою голень серпантином. И ласково защёлкал кончиком. Я погладила его, совсем как кота. И хвост замолчал. А вот мой кот (предатель!) – изящно стёк со своего места и мягко запрыгнул на плечо Авалону. И просто сидел там, как какой-то попугай на плече пирата! Вот это они спелись! – Ева, не беспокойся, – снова заговорил Авалон. Его тон был ровным, но я ощущала напряжение в его мыслях. – … нас примет на борт большой шиарийский крейсер. В ближайшие два часа. Я ухожу на стыковку. Я обязан. Никто тебя не обидит. Ты моя мианесса. Я сделал записи об этом в бортовом журнале и транслировал на борт крейсера… Всё принято и учтено. Так-так. Корабль – “свой”. И Авалон сделал всё по протоколу. Так почему он так напрягается?.. – Там будут другие шиарийцы, – снова повернулся ко мне вместе с креслом Авалон, – ты моя. От тебя пахнет мной, но церемонию мы пока не провели. Ни один из них не прикоснётся к тебе… Теперь уже нахмурилась я. Что там у них на этих крейсерах происходит? Может, все ходят без штанов, как Авалон в начале нашего знакомства?! Я нервно хмыкнула. – У вас же… культурная раса, – натянуто улыбаюсь я, но мысль о бесштанной команде крейсера меня не отпускает, и то ли пугает, то ли веселит. – Никто не нападёт, ведь так? – Так, – Авалон поднимается и прикасается к какой-то сенсорной панели в боковой стене, не отводя от меня взгляд, – но ты можешь их испугаться. Они военные. И… есть разные. Агрессивные. Обычно шиарийцы-мужчины – это пара близнецов. И один из них… как бы, – Авалон морщится, подбирая нужные слова на моём языке, – рычит и бросается. А второй близнец, более спокойный, успокаивает и удерживает первого по близнецовой связи. Такой баланс. – Как интересно… – совершенно искренне бормочу, оглядывая, как Мио развалился у Авалона на плечах пышным чёрным живым воротником. И как сияют – зеленью глаза кота и золотом – глаза мужчины. Сказочно. А вот идея, что кто-то будет на меня рычать… немного напрягает. Авалон возвращается с какими-то предметами, которые он вытащил из открывшейся в стене панели. – Это запасной корабельный мини-фудпринтер. Главный я вынес в твой дом, помнишь. А потом разобрал. Этот сложное блюдо не сделает. Но поешь, Ева, – протягивает он мне пакеты-брикеты вроде сэндвичей. – Это похоже на еду людей. Тебе нужны силы. Тебе там, конечно, дадут еду, но может, не сразу подберут рацион. Я-то его уже изучил… И я, наконец, поняла, что меня беспокоит. – Ты говоришь так, словно я там буду одна! – я расширяю глаза, застываю в кресле с “космическими сэндвичами” в руках, – а где будешь ты? – Конечно, ты будешь со мной, Ева, – Авалон улыбается, но как бы… не совсем искренне. – Но мне придётся писать протоколы. Отчёты об отсутствии. И это был пространственно-временной разлом, так что… я не вполне уверен… сколько прошло времени для моего командования с моего отсутствия. По приборам принимающего нас крейсера… прошло около шести лет. А для меня несколько дней. Я уверен в своих собратьях, они во всём разберутся. Но проявляю разумную осторожность. Понимаешь? Я киваю. А в голове стучит: шесть лет! Мамочки. Его брат, его родные – искали его. Наверняка считали, что Авалон погиб. Какой кошмар!! – Мне так жаль, Авалон, – искренне выдыхаю я, а он опускается передо мной, сидящей в кресле, на колени. – Я не жалею, Ева, – белозубо улыбнулся мой пришелец, продемонстрировав чуть удлинённые клыки, – ведь этот путь привёл меня к тебе. Моё сердце так сладко сжалось. Это было безумно романтично. Если бы не… Мио на плечах у Авалона, который реально прикидывался воротником, но пялился уж больно осознанно, нарушая наш почти интимный момент. “А тушёнку эта штука в стене умеет делать, мррр?..”, – добил всю красоту момента Мио. Авалон Я шёл по стыковочному коридору первым. Виан Мио невесомо ступал с совсем небольшим отставанием. А Еву я осторожно обвил хвостом её талию и вёл ещё чуть позади. Это было лучшее положение. Самое безопасное. Хотя объективно – никаких прямых угроз я не получил. Командование крейсера не общалось со мной, как с нарушителем закона, но… Я прекрасно понимал. Я исчез из очага сражение на шесть лет. Я знал протокол. Он был неизменен последние сто сорок лет по всеобщему времени, и вряд ли поменялся за последние шесть лет. Смысл такой: я мог быть даже заражён метаморфом. Или любой из моих спутников. Это требовалось проверить. Но, к счастью, с нами был котоид. Хоть и не типичного вида, непохожий на большинство котоидов Союза. Но котоид бы не потерпел рядом с собой даже следовых количеств биологического материала метаморфа. Так что этот пункт можно пропустить. Дальше… будет сверка обстоятельств моего исчезновения. Задокументированные пространственно-временные разломы единичны. Дезертирство и предательство встречаются куда чаще. И это тоже будут проверять. Будет запрошена расширенная проверка моего пси-поля… Неприятная процедура. …Я сжал хвост на талии Евы чуть плотнее. Она положила руки на кольца хвоста, ласково погладила. И мне стало немного легче. “Авалон?.. Всё в порядке?..” “Да, моя мианесса…” И в наш диалог вклинился третий голос: “Не беспокойся моя Ева, мррр, золотоглазые хвостатые не совершат ошибок, я прослежу!.. В конце-концов, приглядывать за вами и вашими котятами было моим решением…” – Благодарю, виан Мио, – улыбаюсь я, слегка ускоряя шаг. И котоид начинает семенить рядом чуть быстрее, и теперь мы двигаемся на одном уровне. И, наконец, в дальнем конце коридора дверь шлюза распахивается тремя лепестками, и последнее препятствие между нами и бортом крейсера моих собратьев исчезает. “Никто тебя не обидит, Ева. Я лишь напишу пару протоколов в отдельном кабинете. И вернусь к тебе очень скоро”. Я очень хотел в это верить. Мы с Евой были очень близки в пси-спектре. Но в единое псионическое поле наши сознания не сливались. Поэтому я сумел скрыть от неё все свои сомнения. И параллельно толкнул в сознание виана котоида просьбу действовать по моим рекомендациям на случай самого неблагополучного исхода. Виан Мио согласно мурлыкнул. Мы с Евой и вианом вошли в круглый малый зал. Небольшая комната, что всегда можно найти за последней стыковочной дверью. И по обстановке в ней – по тому, кто и как тебя встречает – можно предсказать очень многое о дальнейшем ходе встречи. Нас встретили четверо шиарийцев. Две близнецовые пары. Я их не знал. Но по знакам отличия на форме – понимал, что передо мной капитаны этого крейсера – пара сильных близнецов псиоников. И их помощники – также пара близнецов. Они нарисовали хвостами сдержанные восьмёрки – приветствие и коротко кивнули нам. Изучили взглядами меня, Еву, спрятавшуюся за моим плечом, и виана Мио. В золотых глазах моих собратьев мелькнуло удивление: котоид! Да ещё такого нестандартного вида. Определённо им теперь предстояло откорректировать свои действия с учётом присутствия здесь виана мудрейшей расы. Но в целом эта встреча была вполне в порядке вещей. Мне не понравились бластеры на магнитной кобуре на поясах капитанов. Показательно – снятые с предохранителей, судя по цвету индикатора. И ещё меньше понравились медицинские пистолеты – инъекторы в руках их помощников. Я доброжелательно открыл пси-поле насколько мог. И послал собратьям сигнал: "Моя мианесса беременна. Ей может навредить сыворотка". Черноволосый капитан помедлил и кивнул. И тут же по его псионическому приказу один из помощников снял с пояса медицинский пистолет инъектор и показательно разрядил. Что ж, Еве “сыворотку правды” колоть не станут. Либо… меня постарались в этом убедить, чтобы не завязалась драка. Всем известно, ради своих избранниц шиарийцы в состоянии нарушить любые протоколы и поступиться со здравым смыслом. Меня не хотели провоцировать. – Виан, мы приветствуем вас и вашу команду, – холодно улыбнулся мне светловолосый капитан, очевидно "дипломатичный" брат-близнец черноволосого "агрессора". – Ваш входной протокол ввёл нас в сомнения. Прошу вас понять и быть благоразумным. Даты, обстоятельства… многое не сходится и часть информации засекречена. Нам необходимо разобраться. Сейчас я был рад, что Ева не понимает язык нашей расы. Иначе она бы сильно разволновалась. Своим же видом я старался демонстрировать ей уверенность и спокойствие. – Благодарю вианы, разумеется… – я зеркально скопировал улыбку капитана. Мы были вежливы. Но параллельно вели нечто вроде ментального противостояния. Глаза в глаза. Прощупывали друг друга как могли. Намерения, планы, каждый строил прогнозы и вероятности. Я рассказал им свою историю в пси – за исключением деталей миссии, предшествующей попаданию к Еве. Ведь там почти всё было засекречено, а этих шиарийцев я видел впервые и уровня их доступа не знал. Они позволили мне увидеть тип крейсера, состав команды и количество единиц боевой техники на борту. И всё. Уколола неприятная догадка: это чтобы я хорошенько понял, что сопротивление не имеет смысла. “Я не нарушал присягу”, – спокойно послал я капитанам мысль. – И мы будем рады получить подтверждение вашему докладу, виан… Авалон. Запрос на обратную связь от ваших прежних командиров, а также брата-близнеца уже направлен. Однако все они сейчас не служат на регулярной основе, так что это займёт время… – Что известно о моём брате? – не удержался я, а Ева нежнее обняла опоясывающий её хвост, пытаясь принести мне облегчение. Черноволосый капитан прищурился. Свои имена они мне не передали в пси-поле, как и имя крейсера. Потому что пока я был в положении подозреваемого. И в золотых глазах капитанов и их помощников плескалось подозрение. – Ваш брат далеко отсюда, большего сказать я, увы, не могу, – неискренним благожелательным тоном ответил светловолосый капитан, – нам лучше приступить к процедуре дознания как можно скорее… Я кивнул. Ева Авалона, кажется, уже часа три, как увели на…что уж там, на допрос! И я не находила себе места. Как жаль, что я не поняла ни слова. Язык был не похож ни на один земной – какое-то бесконечное шипение, рычание и щелчки. Я сидела как на иголках на диванчике в стиле, который я бы назвала техно-модерн, в какой-то слишком белой комнате. У диковинных дверей-трилистников, за которыми скрылись два крупных хвостатых пришельца и Авалон, – стояли двое других пришельцев. Типа первых помощников. Как охрана. И вид у них был… недоброжелательный, хоть они и формально ничего и не показывали. Но я чувствовала. Закрытость, холод, подозрение. И что-то ещё. Совсем уж тревожное… не то чтоб мужской интересно, но где-то близко к этому. Казалось, они вот-вот сорвутся с мест, рывком приблизятся ко мне и… И больше всего мне не нравились эти их пистолеты, заряженные желтоватыми ампулами на поясах. При Авалоне они показательно разрядили пистолет, но вот Авалона нет. А эти двое – снова с инъекционными пистолетами. – Извините, – я, наконец, решилась обратиться к “часовым у дверей”, – а где мой… Авалон?.. Они не пошевелились. Оно и понятно. Я всё же не говорила на их языке. Да и им наверняка не велено на меня реагировать. И они лишь нервно отмахнули хвостами. И мне подумалось, что если бы не Мио, сидевший на полу передо мной, как бы разделяя меня с этими охранниками, они и вовсе могли бы взять меня под руки и куда-то поволочь. Но при моём коте словно не решались. Видимо, кошки и впрямь были очень уважаемой расой в этой моей новой реальности. Я сделала ещё несколько попыток пообщаться. Реакции – ноль. Дальше не было даже взглядов. “Они не ответят Ева, мррр, – наконец, лениво вклинился Мио в мои мысли, умывая мордочку лапкой: – У них приказ. А ещё они стараются часто и глубоко не дышать… Для них от тебя очень вкусно пахнет… не искушай хвостатых самцов”. Я осеклась. Так я их действительно привлекаю?! Ой-ой… Наконец, трилистники дверей распахнулись. Я тут же вскочила на ноги, надеясь увидеть Авалона. Но в мой мучительно-белый “зал ожиданий” вошёл светловолосый хвостатый – из тех, что нас встречали. В странном лётном комбинезоне фантастического кроя. Но хотя бы без оружия. По крайней мере, я оружия не заметила. – При-ветствую, – медленно произнёс он на моём родном языке, – я стараюсь освоить твою речь… Выгрузил из пси. Нужно время… – он коснулся стального браслета, на котором были индикаторы. Я поняла, что это устройство для быстрого освоения языка. – Я капитан этого крейсера. Ларс моё имя. – Где Авалон? – грубовато перебила я и тут же прикусила язык. – Ваш самец даёт объяснения, я здесь, чтобы говорить с вами. И сверить. Предварительно. Будет заседание с комиссией. Через два дня. И вы будете отвечать на вопросы. Чтобы решить судьбу вашего самца. – Два дня?! Я хочу его увидеть! – До заседания… нель-зя, сожалею… – криво улыбнулся светловолосый и отмахнул хвостом. Почему-то по отмашке его серебристого хвоста я чётко поняла, что он не сожалеет. Я скрестила руки на груди и нахмурилась: ясно с ним всё. А светловолосый капитан – надо отдать должное, проследил мой взгляд и удивлённо приподнял безупречную бровь. – Значит, ты и правда мианесса, – улыбнулся он уже теплее. – Читаешь жесты хвостов, хотя и не можешь знать языка. И ты правда настоящая… чистокровная землянка… с Земли-один? – Что ещё за Земли-один?!! – нервно выдохнула я, паника защекотала меня за грудиной. – И почему я не могу увидеть Авалона? – Не бес-покойся, человечка, – теперь серебристый хвост сделал более дружелюбную выверенную петлю, – просто таковы правила. Авалон не в опасности. Беловолосый очень заинтересованно на меня посмотрел и качнулся в мою сторону, но тут межу нам влез Мио и привлёк внимание капитана низким шипением. У хвостатого мужчины тут же исчез нездоровый блеск в золотых глазах. Он почтительно кивнул коту, и они о чём-то заговорили без слов, словно закрывшись от меня. Лишь периодически коротко отмахивали хвостами. “Да/Нет/Постараюсь” Больше светловолосый ничего мне не сказал. Только снова кивнул Мио и ушёл. В комнате снова остались только мои безмолвные стражи с инъекционными пистолетами на поясах. – Мио, – я опустилась на колени, почёсывая своего кота за ухом. – Что это было? О чём вы говорили? Почему я не слышала? – Конфиденциальный разговор, мрррр, – важно прищурил Мио изумрудные глаза, – скажу только, что этот золотоглазый безволосый найдёт для меня тушёнку!.. Ах да, ещё я договорился о встрече для тебя … с твоим хвостатым избранником! Через час.… Мррр, но счастье, что нашлась тушёнка, надеюсь, она будет качественной!.. Я счастливо сгребла Мио в охапку и с чувством прижала к груди! Меня переполняла благодарность к коту. Мио слабо дёрнулся, но вскоре обмяк в моих руках и довольно затарахтел. Наблюдатели у дверей округлили золотые глаза, словно я сделал нечто из ряда вон. Переглянулись. Подщёлкнули хвостами. Но так ничего и не сказали.