Глава 7

Виктория Штерн

Эти выходные я могла бы назвать самыми скучными из всех возможных. Анита укатила с классом на экскурсию к горам, и должна вернуться только в понедельник. На прощание сестра поцеловала меня и приказала нормально питаться. Чувствуя себя младшей из нас двоих, я пообещала ей слушаться саму себя и кушать витаминки, а не фастфуд.

И надо сказать, обещание сдержала. К вечеру субботы на тарелке возвышалась горка яблочных огрызков и несколько хвостиков от огурцов. Заставить себя готовить я не смогла, потому смотрела сериалы и хрустела яблоками, как заправский кроль.

При этом старалась не думать, что всего через день мне вновь надо выходить на работу. Стоило только подумать о «Виджилас орис», как перед глазами всплывала хитрая усмешка начальника и его фокусы с папками.

Мудак! Долбо…ящер! Сукин сын!

От вспышки злости я вскочила с софы и прошагала к шкафу с зеркалом. Потом прошла обратно и вновь вернулась к шкафу. Замерла у зеркала, покрутилась из стороны в сторону. Осмотрела себя с головы до пят и, фыркнув, вернулась к дивану, чтобы в следующее мгновение на него упасть.

На коленях он меня ползать заставил! Папки доставать! Игрушку нашел! Я ему еще покажу, кто тут игрушка, а кто кукловод. Не с той связался!

Подбадривая себя этими и другими мыслями, я с хрустом откусила кусок от очередного сочного алого яблочка.

Вот напитаюсь железом, стану стальной женщиной и покажу этому Камберту, у кого характер сильнее!

Но как бы я ни старалась оттянуть момент возвращения в «Виджилас орис», понедельник все же наступил. Анита еще не вернулась домой, а я уже ехала с Яном к зданию-свечке.

— Не выспалась, — пожаловалась шоферу, когда он уже в пятый раз бросил на меня подозрительный взгляд через зеркало заднего вида.

— Это обычная практика в начале недели, — вежливо улыбнулся он. — Да и в конце тоже. Виктория, вы успели выпить кофе?

— Две порции, — я жалобно улыбнулась. — Не помогло.

— Значит, это был неправильный кофе, — хмыкнул Ян, выворачивая руль и съезжая с намеченного пути. — Думаю, что пять минут роли не сыграют. Зато мы вас разбудим.

Я не стала спорить. Все же в таком состоянии я могла только сопеть на ходу. Последняя серия оказалась лишней! И три перед ней. И еще две до этого…

Ян подъехал к выкрашенному в коричневый цвет зданию, остановил автомобиль у навесного окошка, опустил стекло и что-то продиктовал высунувшемуся парню. Тот записал заказ и махнул рукой, мол, проезжайте к выдаче.

Кофе в темно-коричневом пластиковом стаканчике Яну выдали спустя несколько минут. А тот, в свою очередь, передал его мне.

— Надеюсь, у вас нет аллергии на корицу.

— У меня только две аллергии, — улыбнулась я, вдыхая пряный аромат горячего напитка. — На алкоголь и на мудаков.

Ян бросил на меня удивленный взгляд, а потом рассмеялся:

— Я учту этот факт, госпожа Штерн.

Поблагодарив заботливого шофера, я сделала глоток и прикрыла от удовольствия глаза. Горячей бодрящей волной кофе прокатился по языку, горлу и скатился в желудок. Привкус меда и корицы добавлял напитку изысканности. А потом уже чувствовалась нотка апельсина. И это бодрило еще сильнее.

— Ну как?

— Я вновь чувствую себя живой, — улыбнулась я, не в силах перестать пить этот нектар богов.

Ян только кивнул и завернул на парковку «Виджилас орис». Галантно распахнул передо мной дверь и пожелал хорошего дня.

Но какой понедельник может быть хорошим?

И в этом риторическом вопросе я не ошиблась. Потому что если выходные показались мне самыми скучными, то рабочая неделя умудрилась «порадовать» неожиданностями.

Оливия приветливо кивнула мне, стоило войти в приемную. И не отрываясь от экрана ноутбука, произнесла:

— Его еще нет. На звонки не отвечает. Думаю, ты сегодня можешь быть свободна.

— Может, оставил задание на рабочем столе? — пожала я плечами, направляясь к двери кабинета Камберта.

— Да закрыто скорее всего… У него же ключ.

Я нажала на ручку, дверь поддалась и открылась. Но то, что я увидела внутри…

— Ой, господин Камберт, кажется, забыл запереть дверь! — взвилась с места Оливия. — Что же это я не проверила?

— Займись своей работой, — бросила я, оглянувшись на секретаршу. — Проверь, пришел ли ответ от господина Яблонски. И передай его в третий отдел. А они пусть свяжутся с лабораториями. Ты поняла?

Оливия еще с мгновение стояла с открытым ртом, а потом прожгла меня недовольным взглядом. Но несмотря на все, вернулась на место, выполняя мое поручение. А я зашла в кабинет и, захлопнув за собой дверь, повернула торчащий в замке ключ. Чтобы некто очень любопытный не помешал.

— Господин Камберт? — ради приличия поинтересовалась я.

Хотя какое тут может быть приличие, когда идол миллионов сидит за столом, раскачиваясь из стороны в сторону, а возле него стоит четыре опустевшие бутылки из-под элитного виски?

— О, Виктория, — на удивление взгляд у него был трезвым, хоть и с нотками отчаяния, — ну, заходи. Рассказывай, как сегодня поживает эта чертова финансовая империя, которую пора бы по камешкам разобрать?

— И что произошло? — поинтересовалась я, проходя к окну и впуская свежий воздух в помещение.

Боги! Свежий воздух!

— Я умудрился всрать половину вложений в разработку новой линейки орисов, — хмыкнул мужчина, переворачивая замызганный лист бумаги и что-то на нем записывая.

— Отличное начало недели, — не удержалась я от едкого замечания. — Кого будете на органы продавать, чтобы вернуть деньги?

— Конечно же мою бесценную помощницу, — пробормотал он, выливая остатки виски из последней бутылки в стакан. — Или ты против?

— Даже будь я против, вы всегда можете переписать договор, — пожала я плечами, приближаясь к мужчине. — И как вам удалось за два выходных так подставить «Ночных ведьм»?

Он дернулся, обернулся и встретился со мной взглядом:

— Откуда тебе это известно?

— Что именно? Что вы только исполнитель, а главы этого мира скрываются в тени?

Камберт прожигал меня взглядом, явно ожидая ответа. А я наслаждалась ситуацией. Почему-то подобная промашка начальника, свидетелем которой я стала, неимоверно грела душу. А еще это его непонимание в глазах… Как же он, оказывается, меня недооценивал.

— А что вас смущает? — хмыкнула я, заглядывая в бумаги, разбросанные по столу. — Вы сами меня сделали своей помощницей. Думаете, я бы пошла работать на человека, о котором ничего не знаю?

Взгляд Рикарда стал еще более цепким и холодным:

— И что же тебе, Виктория Штерн, известно о «Ночных ведьмах»?

— Тайный, — я изобразила пальцами кавычки в воздухе, — орден, состоящий из десятки самых сильных релэйноров современности. Их главе, кажется, за двести лет. Николас, вроде. Фамилию не нашла. Или это у них правило отказывать от всего того, что связывало их с прошлой жизнью?

— И где же ты нашла эту информацию, девочка? — мой босс встал со своего места и шагнул ко мне. Несмотря на количество выпитого, даже не пошатнулся.

— Я вам не девочка!

— Не просто девочка, — усмехнулся он, — а глупая девочка, которая сама закрыла дверь перед тем, как сказать мне, что знает одну из строжайших тайн. Знаешь, что делают «ведьмы» с теми, кто не должен о них знать?

Его и без того темные глаза налились такой тьмой, что мне стало не по себе. По спине поползли мурашки, ладони вспотели, а дыхание перехватило

— А что они делают с теми, кто теряет огромные суммы, предназначенные для их финансовой империи? — поинтересовалась я, вскидывая подбородок и стараясь не пятиться.

С мгновение Камберт молчал, а потом тихо хохотнул:

— Поверь, я свои проблемы решить смогу. А вот сможешь ли ты скрыться от «ведьм»?

— Пока я ваша помощница, мне ничего не грозит.

— Уверена? — хмыкнул мужчина.

— Ну, кроме вас.

— Кроме меня, — согласился Камберт. — Тогда тебе лучше не медлить с ответом на мой вопрос, девочка.

— Я вам не девочка, — прошипела я, чувствуя, как злость медленно оттесняет пробудившийся страх.

— Откуда ты знаешь об ордене, Тория?

Мне на мгновение показалось, что что-то тяжелое рухнуло мне на плечи, придавило к земле. Дышать стало нечем. Перед глазами потемнело, кровь барабанами застучала в ушах.

— Откуда?

— Записи родителей, — прохрипела я, хватаясь руками за горло, воздуха не хватало.

— И что было в тех записях? — я все еще не видела Рикарда, но это его руки перехватили мои и убрали от шеи. От шеи, которую я неосознанно царапала.

— Прекратите! — возмущение оказалось тихим сипом, который я с трудом выдавила из себя.

Тяжесть испарилась, меня будто бы подкинуло вверх. Зрение вернулось, по глазами ударило ярким солнечным светом. А легкие обожгло свежим воздухом с легким сладковатым запахом тростника.

Мужчина все так же стоял рядом, обхватил руками мои запястья и держал между нами.

— Что еще было в тех записях? — повторил он вопрос.

А я только зубами от злости заскрипела.

Проговорилась! Не выдержала такого легкого давления! Отец был бы мной недоволен. Очень!

— Говори сама. Если я захочу вытащить из тебя сведения другим способом, будет хуже.

— Больше ничего.

— Не верю! — он буквально вздернул меня и тряхнул.

— Только то, что существует такой орден, и он заправляет всем, — процедила я, вкладывая всю ненависть в свой взгляд. — Пустите!

— Звони Яну, — мужчина наконец разжал руки. — Выйдем потайным ходом. Ты едешь домой и никуда сегодня не высовываешься. Завтра утром появишься в офисе. Поняла?

В ответ я только кивнула и вытащила мобильник. Мужчина мазнул по нему взглядом и скривился.

— Что-то не так, господин Камберт?

— Звони.

Рикард Камберт

У этой девки напрочь отсутствовало чувство самосохранения. Рычала на меня, шипела вместо ответов. Идиотка! Знала бы она, что с ней мог сделать агент «ведьм», скажи она, что знает о них…

Да ее участи оставалось бы только посочувствовать!

Ненормальная!

И даже сейчас, сидя на заднем сидении, она бросает на меня злые взгляды. Будь на моем месте кто-то другой, о Виктории Штерн уже сообщали бы по вечерним новостям.

В задницу! Я ей не нянька. Захочет растрепать кому-то еще о том, что записи Штернов сохранились у их детей, пусть треплется. У меня нет времени на то, чтобы защищать ее от «ведьм».

Проблема с просранными бабками стояла острее, чем ее безопасность. Больше никаких шлюх, никаких казино! И тем более, одного с другим вместе. Эта белобрысая тварь уже была перекуплена Яковом. Подстава века свершилась в субботу.

А я оказался слишком пьяным и расслабленным, чтобы что-то успеть предпринять.

— Спасибо, Ян, — мелодичный голос помощницы вырвал меня из задумчивости.

Машина остановилась у кованых ворот, за которыми виднелось темное двухэтажное поместье. Некогда величественное здание сейчас нуждалось в ремонте и умелых руках. Если крыша еще не протекала, то это было большим счастьем.

И почему они не продали его, когда Штерны только погибли?

Виктория вышла, хлопнув дверью, и поспешила к воротам. А Ян вновь завел мотор, автомобиль уютно заурчал.

— Что-то произошло, господин Камберт? — подал голос шофер, когда мы выехали на трассу.

— А что-то должно было?

— Вы впервые сели в мою машину.

— И?

— Нет, ничего, — Ян покачал седой головой. — Ваш отец всегда пользовался моими услугами, а вы передали меня своей помощнице.

— Если это тебя как-то оскорбляет, Ян, то я хочу извиниться. Но Виктории ты сейчас нужен больше, чем мне.

— Я понял вас, господин Камберт, — кивнул мужчина, проработавший на мою семью всю свою жизнь. — Что-то назревает?

— Именно.

Шофер вновь понятливо кивнул и замолчал. А я вытащил телефон и сделал то, чего еще ни разу не делал — второй раз за месяц позвонил Николасу.

— Я уже знаю о твоей промашке, Рикард, — вместо приветствия произнес глава ордена. — Можешь не оправдываться. Яков?

— Он самый.

— Я решу этот вопрос. Не отвлекайся от задания. Он пытается тебя запутать.

— Спасибо, Ник. Выручаешь.

— Это вклад в будущее этого долбанного мира. Так что не просри свой шанс, Камберт.

Николас отключился первым, а я со вздохом откинулся на спинку кресла. Эта война будет сложнее, чем я думал.

Кажется, пора воспользоваться Штерн.