Глава 18 – Я помогу.

Все еще не двигаясь, я только на периферии ускользающего от меня сознания заметила, как меч, словно по мановению, вернулся обратно к Яну. Мужчина же, холодно оскалившись, убийственным взглядом смотрел на Джозефа. И тут уж точно можно только сказать, что не стоило дергать тигра за усы. Тигром же оказался Ян! От него буквально исходила давящая аура превосходства и власти. Как будто он не молодой парень, который только начал свое путешествие, а матерый, свирепый хищник, повидавший слишком много, чтобы оставаться незапятнанным бренностями мира.

Мельком кинув на меня взгляд, словно решаясь на что-то, меч в руках Яна запылал еще сильнее, едва не опаляя кожу своим неестественным жаром. Джозеф в это время что-то сдавленно бормотал. К сожалению или к счастью, его слов я совершенно не различала. Для меня все было, как в вакууме. Я находилась в своем собственном мире, не в силах прийти в себя. Наконец-то в полной мере осознавая, что могу умереть здесь в любой момент. Хотя, даже не так. Могу не только не вернуться назад, но и не наслажусь жизнью здесь.

Как бы не было сложно это осознавать, и как бы я не убегала от правды, но все происходящее реально! Я в другом мире. Не в книге, где ты продуманный кем-то персонаж и твоя боль – это только слова, не имеющие ничего общего с реальностью.

Да, это сложно понять, ведь я сама писала книгу. Настолько сложно, что голова кругом идет. Вот только, я верю в это. На подсознании понимаю, что права. И не знаю, то ли это какой-то злой рок небес, то ли бумеранг неприятностей, который я вывалила на Яна или же просто мое место здесь, но все уже произошло.

Хрипло, сквозь стиснутые зубы, выдохнув, я вздрогнула, заметив, как Ян сорвался с места и проткнул своим пылающим мечом Джозефа. И вот понятно, что он уже «умер», но все равно страшно. Для современного человека подобное несовместимо в голове. По крайней мере, для меня.

Впрочем, здесь тоже действует пресловутый закон – или ты, или тебя. Джозеф сам напал на нас, пытался убить, поэтому, как бы ни было сложно принять такую реальность, но другого выхода нет.

– Как ты?

– Не знаю, – пробормотала вяло я.

Как? Если бы я знала. Хотелось бы, конечно, ответить, что «во сне», но обманывать себя – последнее дело. Буду обманывать, когда уже совсем безысходность настанет. Хотя нет, вообще не буду обманывать, ведь безысходности не будет! Только не со мной, точнее – с нами.

– Дай посмотрю…

Подойдя ко мне, Ян отодвинул мою одеревенелую руку, которой я пыталась… удержать голову на плечах. Я же не сопротивлялась, элементарно не имея сил даже на то, чтобы пошевелить пальцем. Адреналин, воодушевление от поиска сокровищ, триумф победы, все превратилось в пыль, оставив после себя только пустоту.

– Неважно выглядишь, – протянул Ян, при этом смотря исключительно на мое лицо.

– Знаю.

– И? Больше ничего не скажешь?

– Нет, – прикрыв глаза, приглушенно выдохнула я.

– Настолько больно? Он смог зацепить тебя мечом?

– Не больно. И я не знаю, не чувствую тела совсем.

Из-под опущенных ресниц, я кинула взгляд на Яна, замечая на лице мужчины неприкрытое удивление. Кажется, я обескуражила его своими словами. Впрочем, я не врала. Я действительно не чувствую своего тела, оно превратилось в восковую фигуру без чувств.

– Таш, ты же и раньше видела, как я убивал, – спокойно заметил Ян. – Так что случилось сейчас?

Ответить мне было нечего. Действительно, что случилось? Я же нормально пережила прошлые бои мужчины и это при том, что дрался он не с «покойником», а с живыми людьми! Ага, только все это время для меня все было не больше, чем просто книгой.

Да, сюжет немного изменился, сработал эффект «бабочки», но это все равно оставалась книга. Известные мне, как изнутри, так и снаружи персонажи. Те, кого я «вела» через препятствия, созданные мной же. Те, чью историю я самолично придумывала.

Смешно. Не удивлюсь, если кто-то сейчас, так же, как и я, пишет историю об одной попаданке. Показывает уже мою «боль», не задумываясь о том, что мне может быть действительно больно. Да и зачем? Это ведь всего лишь персонаж.

– Знаешь, я все время думал, когда же ты очнешься, – вдруг проговорил Ян, отвлекая меня от «самоистязания». – Ты все так легко принимала, согласилась путешествовать со мной, невзирая на трудности. Даже не пискнула, когда я впервые убил перед тобой тех разбойников. Но теперь ты пришла в себя, увидела, какое я чудовище…

– Ты не чудовище, – сглотнув, серьезно проговорила я, отмахиваясь от слабости. – И никогда им не был. Разве ты напал на них? – выкрикнула я, не сдержавшись. – Они сами хотели убить нас. Не только тебя, но и меня тоже. Так почему я должна считать тебя чудовищем?

– А если бы я убил кого-то, кто не нападал бы на меня или тебя? Что тогда?

– Что ты имеешь в виду?

– То и имею, Таша. Я хочу убить много людей. С особой жестокостью, – без тени угрызения совести выдохнул Ян и его глаза опасно сузились. – Хочу, чтобы они страдали.

– Но… я…

– Вот и ответ на мой вопрос, – хмыкнул мужчина и криво улыбнулся. – Хотя знаешь, я бы тоже хотел избавиться от этой ненависти и жить спокойно, но она уже сроднилась со мной. Стала моей частью.

Ненависть. Представляю, как Ян будет ненавидеть меня, когда узнает, что центр всех его бед был все время рядом. Но, раз уж судьба свела нас вместе, я не хочу, чтобы Ян действительно превращался в чудовище. Защищаться – это одно, но нападать самому, осознанно желать кому-то смерти – совсем другое.

– Убийство – это не вершина возмездия, – уверенно проговорила я, посмотрев в глаза Яна.

– Что ты хочешь этим сказать? – прищурился он, правда, не прошло и пары секунд, как его взгляд потяжелел. – У тебя порез. Нужно срочно обработать рану.

– Я помогу тебе отомстить каждому, кто хоть когда-то причинил тебе боль, – не обращая внимания на порез, серьезно проговорила я.

Даже если в конце сама буду страдать от той же участи!

– Что ты имеешь в виду?

– Ты все правильно понял, – сглотнула я, прикрыв на секунду глаза. – Как я уже сказала, убийство кого-то – это не вершина возмездия. Можно отомстить, не марая при этом руки в крови. Просто сделай их жизнь невыносимой. Используй их слабости.

– Слабости? – хмыкнул мужчина.

Не говоря больше ни слова и не обращая внимания на мой красноречивый взгляд, Ян уделял все свое внимание моему порезу. Такое ощущение, что простой порез в глазах мужчины был сродни смертельной ране. Казалось, что даже если небо неожиданно обрушиться на нас, он даже и бровью не поведет, полностью сосредоточившись на моем исцелении.

– Не крутись, – отдал четкий приказ он, начиная вытирать мою шею от крови влажным полотенцем. – Я не хочу зацепить твой порез.

– Ты ведешь себя так, словно это страшная смертельная рана.

– Любая рана на твоем теле важна для меня. И неважно, насколько она смертельна или нет. Даже если ты просто ударишься, я буду волноваться.

Фыркнув, я едва заметно улыбнулась. Что не говори, но такая забота может растопить сердце любой девушки. И хоть звучат слова мужчины немного слащаво, его непоколебимый взгляд ясно дает понять, что он не говорит это ради красивого слова, но и не шутит. Он серьезен настолько, насколько это вообще возможно.

– Я не шутила, – снова начала я. – Сделать жизнь кого-то невыносимой иногда хуже смерти. К тому же, даже если ты не знаешь слабостей своих врагов, их могу узнать я.

– Видения?

– Они самые, – кашлянув, пробормотала я.

М-да, видения спасают меня уже не впервые. Вот только, что-то мне подсказывает, что Ян совершенно в это не верит. Хотя, с другой стороны, если бы он действительно не верил моим словам, тогда у него должно быть какое-то объяснение моей осведомленности. А если объяснения нет, тогда приходится верить в то, что есть.

– Потерпи немного, мазь может жечь.

– Ай, – выдохнула приглушенно я. Жечь? Да она печет так, что терпеть нереально. Словно кто-то прикоснулся к коже чем-то жутко горячим, раскалённым.

– Уже все, – проговорил Ян, нежно погладив меня по щеке. – Рана уже затянулась.

– Лучше не используй эту мазь на мне больше, – попросила глухо я. – Она нереально печет! Лучше уж вообще не обрабатывать.

– И кто мне рассказывал о том, что нужно всегда обрабатывать раны? Ты тогда так ворчала, – с ухмылкой протянул мужчина. – И да, Таша, не стоит тебе ввязываться в мою месть. Если ты не хочешь, чтобы я кого-то убивал, тогда я не буду никого убивать, если они, конечно, не нападут первыми.

– Я все равно хочу помочь. Хочу быть рядом с тобой.

– Я тоже хочу, чтобы ты всегда была рядом, но ввязываться в это тебе все равно не стоит, – снова напомнил мне мужчина. – Ладно, нам нужно поторопиться. Боюсь, без хозяина, дворец скоро сам начнет разрушаться. Поэтому, все, что тебе нравится, можешь скидывать в свою пространственную сумку.

– Это как-то… – пробормотала я и оглянулась на Джозефа, вздрагивая всем телом.

Вместо вполне дышащего жизнью мужчины на полу осталась только горка пепла. Интересно, это из-за того, что он уже давно умер? Ладно, это не имеет значение, а то сразу вспоминается «порох в пороховнице», что б его.

– Относись к этому, как к трофеям. Джозефу это точно больше не нужно, а оставив эти сокровища, все попросту пропадет, – пожал плечами мужчина.

Подумав несколько секунд, я утвердительно кивнула. Ян прав. К тому же, нам ведь тоже нужно на что-то жить. Если мы не заберем эти сокровища, их уже никто не заберет. Даже на благотворительность отдать и то польза будет, а не просто оставить их на дне океана.

Посмотрев друг на друга, мы поспешили сначала проверить комнату Джозефа. Нужно было найти всех элементалей, о которых владелец дворца рассказывал. Надеюсь, он не соврал и элементали у него действительно есть. Ну, не мог же такой знаменитый маг врать? Или мог?

Скривившись, я посмотрела на драгоценную, явно дорогую статуэтку, понимая, что эта безвкусица должна будет стоить уйму денег. Правда, меня это нечто совершенно не привлекало. Что-то наподобие ворона, утки и петуха. Крылья ворона, нос утки и гребень петуха, еще и морда-лица чем-то напоминающая человеческое лицо. Реально, вот это у него предпочтения, не позавидуешь.

– Почему ты застыла?

– Не могу отойти от эстетического шока, – фыркнула я. – Все не могу понять, какое животное больше напоминает это творение.

– Хм, похоже на….

– Вот и я о том же, похоже на черти что, – не удержалась я от комментария, когда Ян пораженно замолчал. – Ты нашел хоть какой-то признак элементалей?

– Скорее всего, они спрятаны в какой-то потайной комнате, – вздохнул мужчина. – Потайную комнату я пока не определил, не вижу никаких скрытых плетений. Возможно, ее вообще нет здесь.

– Элементали – это главное сокровище, как я понимаю, любого мага. Не думаю, что Джозеф хранил бы их где-то в другом месте, а не непосредственно рядом с собой. Может, стоит поискать скрытые механизмы, в которых не требуется магия.

– Думаешь, прославленный маг тысячелетий создал потайную комнату без использования магии? Это даже звучит смешно.

– Почему же? – фыркнула я. – Лучший способ что-то скрыть магу – не использовать магию. Хотя, может, я неправа.

Вздохнув и нахмурившись, я потянулась к статуэтке. Первым же делом продам это творение искусства. Если бы не драгоценные камни, вообще бы оставила ее здесь, пусть бы рыбы развлекались, узнавая, кто именно на ней изображен.

– Это то, о чем я думаю? – воскликнула я, когда статуэтка не сдвинулась с места, но некоторые ее части повернулись. – Нужно подобрать правильные части, чтобы открылся тайник? Да это головоломка! Джозеф придумал скрытый механизм с головоломкой, чтобы спрятать элементалей. Умно.

– Очень. Теперь придется подбирать все части этого зверинца, чтобы вышла нормальная статуэтка, – буркнул недовольно Ян.

– Ничего, справимся.

Главное, успеть вовремя.

_