34. Странная работа (Кирилл)

Как бы мне все происходящее ни нравилось, а я мало что могу, разве что сидеть тихо и ждать ее возвращения.

Порядок на кухне я навел быстро, потом долго сидел за компом и думал, показалось ли мне или он, правда, ее ударил? Должен ли я был вмешаться? Должен, но уверен, что сначала нужно обсудить это с ней, потому что сделать еще хуже не хочется.

Не думал я, что ее отец такой мерзкий тип. Если бы на меня все время смотрели такими глазами, у меня характер наверняка бы испортился. Он однозначно ужасен, но все эти рассуждения ни к чему не приведут.

Я просто занялся делом, а если точнее переводом.

Его как раз осталось уже не так много. Чтобы переводить быстрее, я всегда прогоняю текст через программу. Переводит она отвратительно, но исправлять ее текст намного проще, чем набирать все с нуля. Я еще и так разозлился, что взял и закончил все сдуру, хотя срок у меня аж до субботы.

Посмотрел на оригинал работы и все же решил позвонить Васе. Она вообще знает, что у нас в заказе?

— О, кто объявился! А я то уже думала, что друзей забыл, закрутив роман со звездой!

— Вась, не ерничай, — попросил я. — Нет у меня романа с Коршуновой.

Сказал и сам осекся. Как это нет, если пару часов назад я сказал ее отцу, что люблю ее. Хотя да, сказал ведь, потому что в наших отношениях ничего не понимаю. У нас сожительство с сексом по настроению?

Сам себя спросил, а потом понял, что меня наши отношения вполне устраивали, не напоминай она постоянно про договор, только с Василисой я это обсуждать не хочу.

— Слушай, я вообще по делу, — сказал я ей. — Мише, конечно, привет и все такое, но я по поводу того заказа…

— А ну, что там?

— У меня все, но ты вообще в курсе, что именно мне дала?

— Ну как? Научную работу, — ответила она. — Я же тебе говорила даже зачем. Оно очевидно, но лично тебе нечего предъявить…

— Вась, автор этой работы при смерти, и он ее защитить не успел. Другими словами, когда заказчик защитит ее первой, он будет официально первооткрывателем описанного здесь процесса, понимаешь?

— Эм… смутно, — пробормотала Вася в трубку, но в ее голове явно появилась мысль, что все сложнее.

— Сама понимаешь, когда кто-то переводит американскую статью и выдает ее за студенческую работу — это одно, а когда научное открытие воруют и выдают за свое… Более чем уверен, что он еще и найдет что запатентовать. Ты хоть имя этого гада знаешь?

Обычно имен она не говорит, потому что технически значения это не имеет для моей работы, а теперь видимо от шока выдала:

— Дмитрий Важнов, — а потом опомнилась. — Кир! Ты в это не лезь, не смей просто, слышишь! Ты хоть знаешь, кто такие Важновы? Ты знаешь, кто его отец?

— Да хоть Папа Римский. То что он задумал — это явный верх подлости.

— Кир! — тут же вопила она. — Ты о матери своей подумай. Они же убьют тебя. Ты вообще представляешь, что с ней будет? После Костика-то?! Кир!

Это был аргумент. Смерть брата она едва пережила, и хоть у нас была еще и младшая сестра, а все равно это больше, чем члена семьи потерять.

— Да, Вася, я понял, — сказал, а сам понимаю, что уже ввязался в борьбу с Коршуновым-старшим. Что ж, я молодец, но сам при этом спросил: — Когда я могу передать перевод заказчику?

— В следующую субботу. Я пришлю адрес. Он хотел видеть переводчика лично.

— Ясно.

Положив трубку, я решил поискать про этого Важнова хоть что-то. Вроде физик, вроде даже с кандидатской, а только почему-то интернет пестрил скандалами и клубными фото.

«Наследнику самого Важнова можно все», — гласили статьи о нем.

— Ясно, типичный оболтус богатых родителей, — заключил я.

— Кто? — внезапно спросила Алиса.

Я обернулся. Дверь в комнату была открыта, и она вдруг остолбенела, побелела и очень странно посмотрела на монитор.

— Да так, один физик, — отмахнулся я и закрыл браузер. — Неважно. Важнее, как ты?

Я шагнул к ней, а она вдруг от меня буквально отскочила и, заявив, что ей нужно в душ, поспешила туда.

— Приготовь ужин! Я голодна! — крикнула она, включая воду.

Настроение ее мне не нравилось, потому я спорить не стал и просто пошел проверять, что у нас с едой.