35. Нет любви (Алиса)

У меня даже руки задрожали, когда я поняла, что он интересуется моим женихом.

В душ я залезла, воду открыла, опять прямо в платье под воду. Стою и думаю, можно ли хоть на мгновение поверить Кириллу? Люди ведь страшны в своей расчетливости и мстительности. Он взял и пришел сам, когда я только начала загонять его в тупик. Может, к тому моменту он уже договорился с кем. С тем же Дмитрием Самым-Важным-Важновым на свете? Может, все это только его роль? Вот он и заявляет какую-то чушь о любви?

Надо срочно вывести его на чистую воду. Отец хоть и согласился, что я могу пока оставить свою зверушку, но держаться лучше на расстоянии, чтобы никаких слухов не было. До субботы я должна знать точно, связан ли Кирилл с Важновыми и кто он вообще. Студент? Что-то как-то слишком уж он странный, как актер-полиглот под прикрытием.

Да, мама мне всегда говорила, что мне только детективы писать, а я всего лишь пошла в адвокаты, но я могу столько историй рассказать.

Вот он тут браво от денег отказывается, а может быть, ему уже заплатили куда больше, чем предложила я. Тому же Важнову выгодно сейчас заставить меня подписать договор, а потом обвинить в измене, еще и доказательства получить. Фото, видео, свидетельство из первых уст.

От мыслей о фотографиях меня бросает в жар, как вспомню те мерзкие фото, аж сбежать хочется из собственной жизни.

Кое-как привела себя в порядок, отмылась. Вышла из душа и направилась на кухню. Кирилл там как раз накрывал на стол.

— А пицца где? — спросила я.

— Не дождалась тебя, — пожал он плечами, накладывая мне тушеную картошку с овощами и рыбой.

Откуда у него вообще такое умение готовить?

— Сколько тебе лет? — спросила я, только теперь осознав, что, кажется, он старше меня не на год и, видимо, даже не на два.

— Не так далеко до тридцати, — ответил он, пожимая плечами, и похоже все равно накидывал себе возраст. — Я стар, мудр и зануден. Садись есть, нас еще ждет очень серьезный разговор.

— О да! — воскликнула я и села все обдумывать. Прямо он не ответил. Юлит. Наверняка что-то скрывает, но мы начнем не с этого, а с главного.

Я взяла вилку, покрутила ее, поняла, что есть совсем не хочу и вернула на стол, посмотрела на него. Сидит такой невинный, чай помешивает…

— Ты зачем моему отцу про любовь что-то наплел? — спросила его строго.

— Я правду сказал.

Он буквально отрезал, а не сказал. Еще и посмотрел на меня с вызовом.

— Да ты что?! — воскликнула я. — Не верю.

— Мне надо было сказать ему про договор, который ты придумала подписать? — удивился он.

— Все лучше, чем это вранье!

— Вранье — это твой стервозный характер, а я тебя люблю, иначе вывернул бы на твою дурную голову твой кофе еще в ресторане, поняла? — крикнул он на меня. — Так что я отвечаю за свои слова, а ты будешь за что-то отвечать или продолжишь прикрываться играми?

— Не обязана отчитываться перед собачонкой. До субботы ты со мной, а там… возможно, я тебя отпущу, а теперь отстань от меня. Мне не до игр! — сказала строго, встала и пошла к себе.

— Алиса, вернись, — тихо, но настойчиво велел он мне, и мне так захотелось послушаться, что я едва не взвыла, но не стала ничего делать, развернулась и ушла к себе, кутаясь в халат.

Нет уж, Кириллу я по-настоящему не доверюсь. У меня с ним отличный секс и больше ничего. Только закрылась, как хлопнула дверь — кажется, он ушел. Ничего, никуда он не денется. По договору будет мне должен, если дернется хоть куда-то.

Любит… Это ж надо было такое придумать!? Чушь!

Сама себя уговариваю, а руки дрожат, так хочется поверить, что кто-то меня полюбил, а не деньги моего отца…