Эпилог

Десять лет спустя.

.

— Слово предоставляется почётному гражданину империи, супруге многоуважаемого попечителя нашей академии, куратору пси-направлений, прекраснейшей Миларии Хэлтор! — провозглашает ректор и почтительным жестом показывает мне на место для выступающего.

Я поворачиваю голову и тону в сияющих ярко-синих глазах мужа.

Не обращая внимание на присутствующих, Кристан наклоняется, легко целует меня в губы. Окидывает мои покрасневшие щёки довольным взглядом и встаёт, подавая мне руку. Сам ведёт меня к трибуне.

Пока мы идём, я окидываю взглядом главный зал вновь отстроенной столичной академии. Той самой, на развалинах которой двадцать лет назад мы встретились с Кристаном.

Академия стала ещё прекраснее и удобнее для обучения десятков тысяч лучших псиоников империи.

Кристан — глава корпорации военных исследований и передовых пси-технологий, держит отдельный фокус своего внимания на том, чтобы наполнить академию самым современным оборудованием, сохранять и расширять лучший педагогический состав.

Иногда за нашим традиционным семейным завтраком он посмеивается, что делает это для нашего старшего сына Рирка, а ещё для среднего Луира и для младшенькой Миары, хоть им ещё и не скоро поступать.

Они, кстати, все трое здесь, в первом ряду, рядом с их тётей Линдой, её мужем Дарианом, и их детьми.

Моя дорогая подруга, принцесса Рина, тоже здесь. Как и её двоюродный брат, император Зарийл.

Помню, как мы все удивились категорическому отказу Лорсила стать преемником, ведь Кристан считал именно его лучшей кандидатурой. Но тот заявил, что, как и Кристан, не собирается менять свою свободу на императорские оковы.

Зато, совершенно неожиданно для всех, Зар проявил себя, посерьёзнел и повзрослел. Постепенно принял дела от дяди, а потом и возглавил империю.

В то время мы с Кристаном много путешествовали, занимались друг другом, радовались нашему первенцу и занимались удалёнными консультациями по пси-направлениям.

Судя по озорным искрам в глазах нашего императора, Зар едва удерживатся, чтобы не заявить что-нибудь нам в след.

Всем хорош наш император, только вот держать язык за зубами способен на людях, а в ближнем кругу вечно расслабляется и болтает что зря.

Мы с пониманием: при том колоссальном напряжении, которое Зар тащит, будучи императором, на своих плечах — где ещё он может побыть собой, как не со своим наставником, бывшим командором Хэлтором, а сейчас тайным советником, и со своей роднёй.

Я невольно улыбаюсь, вспоминая, как на дне рождения Рины месяц назад Зар удумал поддеть Кристана тем, что тот лишил империи такой императрицы, как я.

Кристан, прищурившись, спросил, про какой это случай его величество изволит вспоминать. Про то, как, будучи командором, он забрал себе самую вкусную конфетку на эсминце, или про то, что отказался возглавить империю.

При этом так глянул на императора, что Зар тут же расхохотался, отговорился тем, что империя без императрицы — не порядок, и постарался свернуть тему.

Зато Рина не позволила Зару спустить всё на тормозах. Сказала, что у неё есть на примете хорошая девушка на роль будущей императрицы. И она возьмёт на себя роль свахи, раз за всё это время наш трудоголик и любитель разнообразия в женщинах, не смог остепениться.

Мы, конечно, посмеялись, но моя Рина сдержала слово.

И тем более мне приятно сейчас смотреть на смущённую красавицу Лейлу, которую наш Зарик, то есть император Зарийл, держит за руку собственническим жестом и поглаживает её палец с обучательным кольцом.

Судя по всему, в империи скоро официально появится императрица.

Я поднимаюсь по ступеням, опираясь на надёжную руку мужа, подхожу к трибуне и благодарно улыбаюсь Кристану. Тяжёлый взгляд мужа на мою улыбку заставляет мою кровь вскипеть.

Вроде и активная у нас жизнь в спальне, но всё равно, стоит Кристану вот так на меня глянуть, и сразу хочется скорее свернуть все дела. А потом наблюдать, как решительно и бескомпромиссно, в кратчайшие сроки, он организовывает нам уединение.

Судя по знакомому предвкушающему блеску в его глазах, он уже договорился с Линдой, что наши дети пока побудут в их семье, играя с двоюродными братьями, а мы…

Кристан выразительно показывает мне глазами на трибуну, и я на время выбрасываю приятные мысли из головы.

Начинаю свою речь. Говорю важные слова, благодарю всех причастных к строительству академии, воодушевляю проблесковиков, озвучиваю всё подходящее моменту.

Улыбаюсь и благодарю за аплодисменты, а затем передаю слово Кристану.

Стою рядом с мужем, любуясь им, вбирая звук его низкого сильного голоса. Ему очень идёт этот небрежно-строгий костюм, идеально сидящий на его высоком мощном теле.

Речь Кристана как всегда короткая, но очень ёмкая. Горжусь им очень. Как же я его люблю…

За восемь лет после изменения закона о проблесковиках, мой деятельный супруг успел сделать многое.

Основанная Кристаном независимая лаборатория стабилизации псиоников стремительно укрупнялась, и выросла в глобальную корпорацию имперского значения и влияния.

Всё это время мы практически не расставались, работали вместе, путешествовали по красивейшим местам империи, растили детей и очень радовались жизни.

Очень комфортно нам вместе. А ещё, Кристан бдительно следит за тем, чтобы мы оставались свободными от любого влияния, в том числе императорского, удерживая значительный фокус влияния на нашей тотальной безопасности.

После завершения всех торжественных мероприятий, всё происходит именно так, как я думала.

Мы отправляемся в парк развлечений, недавно отстроенный корпорацией Кристана.

Он сам руководил строительством. И уже я посмеивалась, что этот парк он точно строит для нашей семьи, настолько запредельные меры безопасности здесь были организованы.

Учитывая пунктик Кристана на эту тему, я его понимала, он не собирался ни шанса давать случайностям, и согласен был расслабиться только при уверенности, что ни мне, ни детям, ни его ближнему кругу дорогих людей, ничего даже близко не способно угрожать.

Здесь, в этом парке, дети Линды и наши Рирк, Луир и Миара осваивают развлечения, а Кристан увлекает меня к лёгкому флаеру.

— Сегодня годовщина нашей свадьбы, любимая моя, — подмигивает мне он, — хочу тебя наедине. А затем вернёмся к семье, я уверена, там в парке найдётся то, что тебе тоже очень понравится.

— Это прекрасный подарок, любимый, — улыбаюсь я, — у меня тоже есть, что тебе подарить.

Кристан целует меня в губы, предвкушающе улыбаясь, и плавно поднимает флаер в воздух.

Он облетает весь парк, показывая мне его с высоты, и я в очередной раз поражаюсь его размерам. Поистине имперский масштаб.

А затем мы подлетаем к высокому изящному зданию, опускаясь на специальную площадку-балкон в верхней его точке.

— Особый номер для новобрачных, Мила, — пристально смотрит на меня Кристан. — Думаю, тебе понравится.

Затаив дыхание, я прижимаюсь к мужу и позволяю увлечь себя внутрь.

Да, мне очень нравится… Роскошно, удобно, очень красиво.

Кристан поднимает меня на руки и решительно несёт в спальню.

— Смотрел на тебя, слушал, как ты говорила… — хрипловатым голосом говорит он, — и едва сдерживался, чтобы сразу не схватить тебя в охапку, обрывая на полуслове, и не унести сюда.

— А я на тебя смотрела и слушала, и тоже ждала, когда же ты меня схватишь в охапку и…

Мои слова затухают под требовательными губами мужа.

Больше не нужно нам слов. Мы сплетаемся телами, пси-полями, всей своей сутью, обнажаясь друг перед другом. Чувствуя себя единым целым, с полным доверием — растворяемся в любви друг друга и обретаем в друг друге настоящего себя.

.

КОНЕЦ