Глава 20
Впервые я не сижу в аквариуме, когда босс входит в прозрачные двери. Теперь я стою за его раненым плечом и вглядываюсь в осанку. Теодор Адамиди ни словом, ни взглядом, ни движением не выдает свою боль. Просто движется вперед, как обычно.
Замечаю свою бухгалтерию, Наська подмигивает мне и показывает большой палец, пока очередной проситель пытается добиться от босса подписи.
Неудачный день ты выбрал, неудачный.
Подмигиваю подруге и прохожу следом за Тео в приемную. Колени дрожат, но юбка длинная и скрывает мою панику. Впервые так много глаз смотрят на меня. Я должна привыкнуть, ведь на пресс-конференции будет еще больше людей, а потом? Страшно подумать, чем всё обернётся. Но я согласилась помочь Тео и от своих слов не отступлюсь.
Выдыхаю и следом за Адамиди переступаю порог приемной, в которой уже установили второй стол поближе к двери. На нем несколько пустых лотков, органайзер с базовой канцелярией, толстый ежедневник в темном кожаном переплете с золотым логотипом International Farm и удивительно тонкий ноутбук.
– Анна, это ваше рабочее место до тех пор, пока мы не переедем в головной офис.
Вздрагиваю от звука своего полного имени и ледяного голоса Тео. Как я привыкла слышать его шепот, стон и почти нежное «Аня». Надо привыкнуть. Надо.
– Лена, покажите Анне все в приемной. Она мой новый личный помощник, должна уметь справляться и с секретарскими обязанностями, если это потребуется.
– Конечно, Теодор, – расплывается в улыбке Леночка и бросает на меня такой взгляд, как будто собирается вскрыть и погадать на моих внутренностях.
А я думала, что у нас с секретаршей босса вежливый нейтралитет. Похоже, ситуация за пару дней в корне изменилась. Блондинка сканирует мою одежду взглядом и хмурит идеальные брови. Чувствую, как на блузке и юбке появляются ценники и названия брендов, от которых кто-то скрипит зубами.
– Анна, – это уже опять босс командует мне, – я утром отправил вам на почту список служебных обязанностей и несколько документов на ознакомление. Ознакомьтесь с ними сегодня, сверьте цифры. Вы же бухгалтер, если что-то покажется странным и вызовет вопросы, мы обсудим все после Совета директоров и пресс-конференции.
– Хорошо, Теодор.
Получилось. Абстрагируюсь от утра и сексуального безумия. Сейчас мы на работе. Нужно держать дистанцию. Тео смотрит на меня и едва заметно кивает.
– Лена, вызовите Алену из пиар-службы. Объясните Ане, как приготовить кофе. Аня, принесешь мне его сама через десять минут.
Не дожидается ответа и скрывается в своем кабинете.
А я, пока Лена звонит в пиар-службу, сажусь на свое новое рабочее место и аккуратно открываю ноутбук. Он кажется таким тонким, что одно неверное движение и рассыпется.
Работает почти бесшумно не то, что мой прежний старичок-моноблок.
– Нравится? Фирма ради тебя расстаралась, – фыркает Леночка и откидывает с плеча длинный завитый локон. – Последняя модель. Это он с тобой так за спасение жизни расплачивается или еще за что, а? – прищуривает красивые голубые глаза.
Мысленно делаю пометку прибить Тео. Они же на меня всех собак сейчас спустят, раз такие поблажки для новенькой.
– Это инвестиция. Думаю, мне придется часто брать ноутбук с собой на встречи и босс не хочет, чтобы я выглядела не представительно. Он уже все уши мне прожужжал про то, что я теперь тоже лицо компании и его как руководителя. Видишь, – леплю первое, что придет в голову, и трясу волосами, демонстрируя стрижку. – В принудительном порядке.
– Ясно, – маятник настроения Леночки качается в сторону «так и быть, живи». – Значит, теперь ты в рабстве у Адамиди?
– В хорошо оплачиваемом рабстве. У меня нет претензий, – пожимаю плечами и открываю первое письмо босса.
Скрупулезно перечислил все, что мы обсуждали от секретарских до сопровождения и ненормированного рабочего дня. Когда только успел? Мы разлучались утром всего на полчаса, пока я принимала душ и собиралась в офис.
– О, героиня дня! – в приемную ветром влетает бледная, но сияющая Алена. – Мне Адам уже рассказал. Офигенно!
Не успеваю ничего ответить, стискивает мое плечо.
– Вы будете офигенно смотреться на фотках. Прическа супер, прикид отпад! – не унимается эта безумная. – Я сейчас к Адамиди. Мы обсудим детали, потом тебя позовем. Леночка, – наконец, обернулась к моей соседке по приемной. – Сбацай кофейку, а? Я вторые сутки на ногах. Ань, босс в норме? Такой ужас! Прямо ведь на похоронах, ничего святого у ублюдков.
– Всё нормально. Жизнь будет. Иди уже!
В звенящей тишине приемной я слышу, как маятник в голове Леночки снова меняет положение и близится к значению: «Убивать конкурентку». Ни для кого в офисе не было секретом, что девушка точит свои коготки на босса, думаю, даже для самого Теодора Адамиди.
– Ты должна научиться варить кофе…
Шипит Леночка и я перевожу фразу по-своему: «Ты должна облажаться по полной, курица!».
* * *
– Вот сюда наливаешь молоко, сюда засыпаешь кофе. По утрам Теодор пьет несладкий капуччино, – улыбаясь, инструктирует меня Леночка пару минут спустя. И завершает свой монолог эпичным. – С ореховым сиропом.
Идиотка. Блондинка. Стискиваю чашку, которую мне пару минут назад вручили, с такой силой, что белый фарфор вот-вот треснет. Но я с улыбкой наивной дурочки ставлю чашку в кофе-машину, засыпаю зерна, заливаю молоко. Нажимаю волшебную кнопку, которая уже призывно подсвечена зеленым.
С этим и обезьянка справится. Пока кофе-машина жужжит и готовит ненужный капуччино, рассматриваю этикетку с сиропом. Разумеется, на этикетке написано «Лесной орех», а в составе есть и арахис. Что вообще делает эта дрянь в местном буфете?
Подавляю желание выбросить бутылочку в мусорку, чтобы у этого яда не было ни единой возможности попасть к Тео, и наливаю в готовый кофе целую ложку.
– Готово, – натягиваю на лицо счастливую улыбку.
Беру чашку и не иду в кабинет, а ставлю на стол Леночке.
– Что ты делаешь? Неси боссу кофе! Он ждет!
– Он ждет не этот кофе, – отрезаю холодно.
Я внимательная. Тео при мне ни разу не пил кофе с молоком, только черный и сегодня утром, несмотря на булочки, лазил в сахарницу за кубиком тростниковой сладости. Отколол от него половину и бросил в чашку. Значит, мне нужно сделать тоже самое.
– Где сахар? – рычу зло, как обычно на брата. Ох, жаль, что корпоративная этика не позволяет мне хорошенько проматериться.
– В тумбочке под кофе-машиной. Открой дверцу.
– Это еще что за херня?!
Корпоративная этика? Пусть идет к чертям, когда я вижу открытую коробку с сахаром, а рядом…бинго, открытый пакет с арахисом.
– Я на диете и спорте. Тренер разрешил горсть орехов. Это мой перекус, – заявляет Леночка. – Ты что вообще себе позволяешь?
– Храни свой перекус в своем столе!
Меня аж трясет от одной мысли, что какие-нибудь ошметки орехов могли попасть в сахар. Что не открой я дверцу, вдруг, однажды…Тео мог выпить кофе с таким сахаром и снова вернуться в тот день, снова в больницу. Он же умереть может! Эта скрытность точно не доведет до добра. Понимаю, что перегибаю палку и выгляжу безумной, но не могу иначе.
Пакет с орехами на столе, сахар в мусорном ведре. Хорошо, что сегодня я прихватила на работу свою сумку, а не один из дизайнерских изысков. Там завалялось несколько пакетиков сахара из МакКафе.
Под аккомпанемент из угроз и ругательств варю две чашки черного кофе – для Тео и Алены – и отправляю отвечать на пару каверзных вопросов о том, почему так долго и что не так с сахаром.
* * *
– Аня? У нас кончился нормальный сахар?
Теодор переводит недоуменный взгляд с чашки на меня и обратно. Значит, с кофе я угадала. Провал лишь с сахаром.
– Я могу все объяснить, – кошусь на Алену и склоняюсь к Тео чуть ближе, чем позволяет вежливость. Кратко обрисовываю ситуацию и зажмуриваюсь, когда понимаю, что перестаралась.
Сейчас Тео посмеется надо мной или отругает за самодеятельность.
– Алена, – удивлена, что он обращается не ко мне. – Отвернись на секунду и заткни уши.
– Не проблема, – улыбается девушка и, действительно, отворачивается. Демонстративно закрывает уши ладошками.
– Она все равно подслушивает, – на всякий случай сообщаю об этом Тео.
– Я знаю. Но Алена слишком хочет войти в пресс-службу нашей семьи, чтобы разглашать информацию, – последнее произносит нарочито громко. – Экон-фарм для нее мелковат. А вот ты…
Кажется, сжимаюсь вся. Точно ругаться будет. Сейчас скажет, что и помощница я только на месяц, а потом катись на все четыре стороны. Скажет, что это не моя обязанность следить за кофе и сахаром. Скажет, что я параноик и ничего с этих ошметков бы не случилось. Сердце разгоняется. Изучаю взглядом рисунок стола, боясь взглянуть на Теодора. Боюсь увидеть злость и негодование.
Но вместо всего, что я нафантазировала…
Он берет мою руку в свою и притягивает к губам. Целует аккуратно и нежно.
– Спасибо, мой маленький ангел-хранитель.
Наши взгляды. Мой испуганный и его смеющийся. Щеки, о нет, кажется я краснее помидоры. Внутри меня апокалипсис: его короткая нежность разбудила вулканы, заставила вскипеть реки и стала источником сотни землетрясений в двенадцать баллов по Рихтеру.
– Тео…
– Мы на работе. Иди, – на лице снова маска. – И передай Лене, что теперь за мой кофе отвечаешь ты и проверяешь составы еды, которую привозят для меня в офис. Я напишу ей официальное распоряжение позже.
Он чуть сильнее сжимает мои пальцы и отпускает в этот безумный водоворот эмоций. Две ступеньки до пола и десять шагов до выхода из кабинета. Не помню, как проделала этот путь.
В реальность вернул голос Леночки:
– Да, Артем, сейчас я сообщу, что вы приехали, – шебечет она.
А я каблуком туфли, как противного таркана, убиваю желание сбежать обратно в кабинет босса. Артем. Только его мне сейчас не хватало…