Глава 15
Выполнив все, что задумал, я поехал домой, даже не представляя, что можно ждать от двух закадычных подружек в депрессии с целым баром алкоголя. «Надеюсь, хотя бы стриптизеров не догадались позвать?» — промелькнула мыслишка, которой я усмехнулся, представив двух накаченных мужиков, танцующих у меня на барной стойке. Ну и фантазия у тебя, Егоров.
Я открыл дверь и удивился. Девочки чинно мирно пили чай.
— Неужели алкоголь в баре кончился? — спросил я, кивая на чашки с чаем.
Подруги глянули на меня хмуро и я, подняв руки, ретировался.
На самом деле, хотелось остаться с Олесей наедине, но не мог же я выгнать ее подругу. Потерплю.
Как оказалось, терпеть следовало недолго, буквально минут через десять снизу донеслось «До свидания, Максим» и хлопнула входная дверь.
Я спустился в гостиную, кинув недовольный взгляд на Олесю.
— В следующий раз, прежде чем открыть дверь, зови меня.
Олеся кивнула и подошла ко мне.
— Я не подумала, прости, — и закусила губу. Да твою ж мать!
Я резко прижал девчонку к себе.
— Еще раз закусишь губу, — ласково начал я ей говорить на ухо, пуская свои руки в вольное странствие по ее спине и бедрам, — изнасилую на месте.
Девчонка подняла на меня удивленный взгляд и изогнула бровь.
— Так? — тут же продемонстрировала она свои возможности.
Я тихо выругался, подхватив ее под попу. Чтобы не случилось, я сейчас закончу начатое.
Олеся
Макс схватил меня, а я тут же обвила его ногами. Не теряя времени, он потащил меня наверх, видимо решив, что диван не счастливый и не стоит ему больше доверять.
В спальне он, не церемонясь, кинул меня на кровать, стаскивая футболку. Я заворожено смотрела на его накаченный торс, прикидывая в уме, сколько времени он посвящает спорту.
Мой монстр с горящими глазами надвигался на меня. Нависнув надо мной, он стянул с моих волос резинку, рассыпав их по плечам. Затем приподнял меня, стягивая с меня свою же футболку.
Когда между нами стало меньше преград, я процарапала ногтями дорожку на его груди, спускаясь ниже к ремню. И как только я дошла до пряжки, мы услышали звонок в дверь.
— Нет, это не может быть правдой, — выдохнул Макс, упираясь лбом в мое плечо.
А я рассмеялась. Судьба-шутница решила снова выдать нам испытание.
— А давай не будем открывать? — спросила я, вернувшись к ремню.
— Давай, — прошептал Макс, а затем покачал головой, — нет, надо.
Он отполз от меня, встряхнул головой и пошел вниз.
Я с воем упала на кровать. Кто бы там не был, я тебя ненавижу.
Как ни странно, Макс не возвращался, хотя голоса я услышала только в самом начале. Я посидела еще минут пять на кровати, и, натянув футболку, пошла следом за ним.
Макс сидел на диване. И мне не понравилась ни поза, ни его лицо. Я проследила за взглядом парня и увидела коробку на журнальном столе. С некоторых пор у меня аллергия на коробки, и эта явно не собиралась стать исключением.
— Что это? — кивнула я головой на предмет.
— Тебе посылка, пляши, — процедил сквозь зубы парень. Затем подошел к бару, налил в бокал виски и одним глотком все выпил.
Я устало опустилась на диван.
Макс взял телефон и ушел с ним куда-то в недра квартиры.
А я продолжала смотреть на коробку с комом в горле. Я видела как раздражает Макса вся эта ситуация и это было невыносимо. Мало того, что страдаю я, так еще и моему монстру приходится жить на пороховой бочке.
В голове закрутился рой мыслей о моем преследователе. Почему просто не сказать, что ему от меня надо? Почему он не предпринял никаких попыток к сближению, когда был у меня дома? Ему нравится упиваться моим страхом? Так страх скоро кончится, ему на смену приходит пустота.
Через несколько минут вернулся Макс.
— Сейчас приедет Витя, не трогай коробку, — бросил он мне, усаживаясь на барный стул.
Я кивнула, затем, не выдержав, подошла к парню. Я обняла его руками со спины, прижимаясь к нему телом. Ничего не говорила, просто стояла вот так рядом.
Макс развернулся ко мне лицом, притянул к себе, зажав коленями мое тело, и прошептал:
— Я тебе обещаю, мы его поймаем.
Я кивнула. Хотелось верить, но мне казалось, что мой личный фильм ужасов без хэппи энда, не было даже надежды, что когда-то я смогу спать спокойно.
Макс пододвинул к себе бутылку и стакан, плеснул в него янтарный напиток на самое дно и протянул мне.
— Пей.
Я помотала головой.
— Я не люблю виски, тем более в чистом виде.
— Пей, — уже с нажимом повторил парень.
Я взяла бокал и одним глотком покончила с напитком. Горло сразу обожгло, на глаза выступили слезы. Но через несколько секунд я почувствовала, как по телу разливается приятно тепло. Оно как паутиной укутывало меня, казалось, будто я в коконе, и все заботы и проблемы остались вне него.
Я подняла глаза и улыбнулась.
— Спасибо, — прошептала я.
Макс кивнул и погладил меня по голове. Я как кошка прильнула к нему без какого-либо сексуального подтекста. Просто мне стало уютно и надежно.
Максим
Как же я ненавидел себя за неумение сдерживать гнев. Я был сейчас чертовски зол, что не могло не отразиться на моем Олененке. Какие-то минуты — и уже не я, а она меня успокаивает. Глаза виноватые, и наверняка эти дурацкие мысли в голове «она мне мешает». А по факту я злюсь больше всего на себя, что я бессилен, что не могу защитить, уберечь ее от всего этого. Хочется спрятать ее в каком-нибудь бункере и чтоб никто не достал. Но нельзя.
Стоит, прижалась ко мне, не соблазняет, а именно жмется, как ребенок. От этого чувство всепоглощающей злобы накатывает вдвойне. Я уже готов не спать ночами, только побыстрее бы разобраться.
В чувство меня привел звонок в дверь.
На пороге стоял Витя — злой и осунувшийся, явно мало спит.
— Ну, что, 33 несчастья, как же вы мне надоели, — по-доброму бубнит на меня. В прихожую вышла Олеся, глаза покрасневшие, но держится.
— Здравствуйте.
— Привет, жертва психопата, — приветливо кивает ей следователь.
Я нахмурился, его напоминание как ножом по сердцу. Но Олеся ничего, даже улыбнулась слегка.
Витя пропустил к коробке сапера, чтобы исключить взрывоопасность предмета внутри.
— Что с баром? — спросил я, пока сапер изучал подарок.
— Камер нет, обломался мой виски, — удрученно произнес следователь, — но бармен припомнил мужчину, который пил за барной стойкой, подходящего под наше описание. Время тоже совпадает.
— Сможет фоторобот сделать? — мелькнула надежда. — Нам же главное его опознать, остальное дело техники.
— Твоим убойным отделом издалека воняет, — поморщился Витя. — Сразу все в оборот. Схватить, связать, пытать.
— Вот не надо, — возмутился я, — пытать — это не ко мне. Так что?
— А ты в убойном отделе служишь? — спросила вдруг молчавшая до этого Олеся.
Я удивленно обернулся. А она не знала? Хотя, речь про работу особо не заходила.
— Служишь? Настоящее время? — удивился Витя.
Я перевел тяжелый взгляд на него, давая понять, что я еще не откровенничал с девушкой.
— Служил, — поправил я Олесю. — Так что?! — уже с напором обратился я в Витину сторону.
— Он сказал, что у него память на лица отвратительная, да и не видел он его толком, очень много людей было в тот день, лица смешались. Единственное, что он запомнил — это шрам на тыльной стороне ладони. Олеся, вам знакома такая примета?
Олеся потерла виски, напрягая память.
— Мне кажется, я где-то это видела, но не могу вспомнить у кого. Но точно не часто, иначе я бы запомнила.
— Олеся, давайте вспоминать вместе, начнем с вашей работы. Кто у вас там работает из мужчин, подходящих под возраст?
Девушка прикрыла глаза.
— Начнем с пропускного пункта — там у нас сидит дядя Леша, ему лет под 50. У него двое детей — Василиса и Данила, приятный мужчина. Кстати, — повернулась ко мне девушка, — я ездила в Китай и привезла для его детей мазь хорошую от ран, а то они у него вечно с разодранными коленками на работу приходили, и забыла отдать, — Олеся виновато улыбнулась. — Надо будет ему завести как все закончится.
— Его проверяли, чист — кивнул Витя. — Дальше.
— В отделе трое — Игорь, Стас и Дима, им всем около 35–40. Игорь женат, лет 5 уже, красивый и веселый. Любит розыгрыши.
Я напрягся. Все это походило на розыгрыш, очень хреновый, но, возможно, розыгрыш.
Витя перехватил мой взгляд.
— Он сейчас в отпуске, так что сомневаюсь.
Олеся кивнула и продолжила.
— Стас, замкнутый, нелюдимый, редко отдыхал с нами. Мало чего про него знаю.
— Ну, с первого взгляда мы ничего подозрительного не нашли, но проверим поглубже, он подошел бы под картину маньяка, — что-то записал в своем блокноте Витя.
— Про Диму сложно что-то сказать, он устроился за неделю до моего увольнения, — пожала Олеся плечами.
— Вот он у меня вызвал больше всего вопросов, — кивнул следователь, — я, пожалуй, проверю его алиби на время издевательств над автомобилем. Да всех, собственно, проверю. — Кто еще?
— Да больше никто, — пожала плечами девушка, — с остальными отделами мы особо не общались, в бухгалтерии одни девушки. Конечно, там много народу работает, но точнее я никого не знаю.
— А не на работе? — спросил Витя.
Олеся задумалась. Затем коварно улыбнулась.
— Макс, — показала на меня рукой, — вообще мало чего знаю про эту личность.
Я сощурил глаза.
— Его тоже проверим, — усмехнулся Витя, — чем черт не шутит! Ну, а еще кто-то?
— Бывший молодой человек, если только, но он занимается бизнесом, вечно в командировках, да и расстались мы по обоюдному согласию. И да, у него точно нет шрама.
Меня почему-то зацепило ее полное знание тела своего бывшего молодого человека, хотя, я понимал, что это глупо.
— Больше никого не вспомнила, извините, — пожала девчонка плечами.
— Не густо. И практически все нам известно, — вынес вердикт следователь.
Я застонал. Да что ж это такое!
— Все готово, коробка безопасна, — донеслось из гостиной от сапера.
Мы прошли в помещение, и я потянулся к упаковке. В коробке лежала мягкая игрушка — какая-то нелепая кошка. Я повертел ее в руках, на что получил от следователя немой укор.
— Что? Еще скажи, что вы с мягкой игрушки сможете отпечатки снять.
Игрушка как игрушка, не записки, ничего такого. Я подошел к столу, достал нож и вскрыл мягкое тельце. Я так и думал. Внутри что-то был. Что, интересно? Жучок?
Схватив пакет, я вытащил им из недр ваты флешку. Снова, а он не оригинален.
Я повернулся на следователя, тот молча кивнул, и я вставил флешку в ноутбук.
Олеся зажмурилась, но потом взяла себя в руки и приоткрыла глаза.
«А я, оказывается, слегка растолстел, пора усилить физические нагрузки и, действительно, меньше жрать» — мелькала у меня в голове мысль, пока я смотрел на то, как я веду за руку девушку к машине возле кафе, а она исподлобья на меня смотрит. Злится, что я достаточно грубо забрал ее тогда. Ну да, у меня как раз судьба решалась, я был нервным. Потом мы уехали на машине, а дальше тишина. Я уж было подумал, что видео кончилось, хотя какой в нем был посыл? Но неожиданно ноутбук ожил противным электронным голосом.
«Я же тебе говорил, что ты только моя, а ты не слушаешься, чем очень меня расстраиваешь. Похоже, нашу встречу придется ускорить, а тот упрямый мужчина должен умереть, ты же понимаешь это?» И тишина.
Я видел панику Олеси на лице, еще немного и она начнет закрывать меня в этой квартире. За себя страшно совсем не было, сказались годы службы и злость, а вот за нее я опасался. Он подбирался все ближе, и уже идея с бункером не казалось мне тупой.
— Ты что, не видел, что за тобой следили? — отмер следователь. — Вот ты лошара.
Почему-то его юмористический упрек вернул меня в реальность, в которой я не собирался прятаться, а решил действовать. Я проигнорировал его выпад, раздумывая о том, что можно сделать. В первую очередь, хотелось защитить моего Олененка, и не только от физического воздействия, но и от морального давления. Все посылки теперь не будут до нее доходить, информацию тоже буду фильтровать. Если она будет спокойнее, мне будет легче сосредоточиться, и взять контроль над ситуацией в свои руки.
— Витя, за квартирой нужна охрана, в нашем доме только муляжи охранников работают.
Витя кивнул, видимо тоже пришел к этому мнению.
— Я уже отправил своих бойцов выяснить, кто заказал посылку в службе доставки, но, изучив противника, я почти уверен, что там ничего не будет. Хотя, многие прокалываются как раз на такой ерунде, — меланхолично добавил следователь. Затем он развернулся к Олесе, которая молча стояла, уставившись в одну точку.
— Олеся, не переживайте, вы под надежной охраной, но еще люди не помешают, если он рискнет еще раз сюда сунуться. Засада — это хорошая вещь. А вы слушайте Макса, он знает, как нужно действовать в таких ситуациях. У него опыт огого.
Девчонка молча кивнула, мне показалось, что она держится из последних сил, чтобы не удариться в истерику. Ну, ничего, она сильная, я ее отвлеку.
Следователь направился к двери. Обувшись, он обернулся ко мне.
— Не недооценивай его, это не просто больной псих, это псих с подготовкой, он умен и возможно имеет отношение к органам или армии. Будь осторожен и не пори горячку.
Витя сказал все тихо, чтобы девчонка не услышала. Я лишь молча кивнул, понимая, что холодная голова здесь нужна как никогда. Бойся, тварь, расчетливого, холодного гнева бывшего мента.