Глава 20

— Макс, — тихонько позвала я парня, отпуская котенка на пол, чтобы тот успел скрыться от всеразрушающего гнева, — я же извинилась.

— Ты меня достала своей легкомысленностью! — прорычал монстр напротив. — Ты хоть понимаешь, что могло произойти с тобой? Что бы чувствовал я?!

Я начала закипать. Виновата, да, но у меня есть веское оправдание. А он мне никто, чтобы отчитывать меня и при этом еще и орать.

— Нам надо успокоиться, чтобы не наговорить лишнего, — попыталась я прошмыгнуть мимо него. Но трюк не удался, Макс схватил меня за предплечье, резко одергивая на себя.

— Ну, уж нет, ты не сбежишь сейчас!

— Отпусти, мне больно, — процедила я, косясь на его побелевшие костяшки.

— Больно?! — он притянул меня вплотную к себе. — Вот теперь умножь эту боль на сто, и тогда, может, ты своим недалеким умом поймешь, что ты будешь чувствовать, если этот псих тебя схватит!

Достаточно. Вот уж оскорбления я точно не потерплю.

Я замахнулась, чтобы влепить Максу пощечину, как выплеск моей обиды и средство, чтобы привести его в чувства. Но годы его работы дают о себе знать, он успел перехватить мою руку.

— Еще раз попробуешь меня ударить, и я тебе руку сломаю, — тихо прошипел он.

— Да? — моя злость увеличилась в разы, и я пнула его ногой. И этот удар он пропустил, видимо ожидал испуг и полное повиновение, а не борьбу.

— Черт! — прошипел он, хватая меня и бросая на диван.

Я приподнялась на локтях и изумленно уставилась на парня. Он начал медленно и жестко расстегивать рубашку, недвусмысленно намекая на дальнейшие действия.

— Теперь что, изнасилуешь меня? — с вызовом спросила я его.

— Да, — выдергивая рубашку из брюк, ответил Монстр, — я тебя сейчас либо трахну, либо убью. Выбирай.

— Да пошел ты, — вяло отмахнулась я от него, однако, не пытаясь вставать. Интересно все же, как далеко он посмеет зайти.

Я продолжала наблюдать, как парень скинул рубашку, стянул брюки и ботинки с носками, и остался в одних боксерах.

Мне б заткнуться и признать все свои ошибки, но я же девушка. Без мозгов, видимо.

— И что дальше, свяжешь меня и удовлетворишь свои потребности? Чем же ты от маньяка отличаешься?

— Тем, что наказываю тебя заслуженно, — ответил Макс, опускаясь надо мной. Но я не сдамся врагу без боя, я тут же продрала его плечо ногтями до крови.

— Маленькая стерва, — слегка лишь поморщился Макс, залезая мне рукой под футболку. Было щекотно, хотя должно было быть страшно. Я в ответ укусила его за другое плечо, больно укусила, чтобы следы зубов долго не проходили, при этом упираясь в его грудь руками. Макс в ответ свободной рукой сильно сжал мое бедро, скорее от боли, чем намеренно.

Со стороны это все выглядело однозначно — парень, против воли девушки, пытается ее изнасиловать. Но, как бы сказал Станиславский «Не верю». При всей этой жесткости и злости, Макс ни разу не сделал мне больно, лежа на мне. Все его действия были аккуратны и осторожны. Я была точно уверена, если бы я действительно испугалась, пыталась вырваться, он бы меня сразу отпустил, да и не подошел бы ко мне. Но я решила играть по его правилам, хочешь жести — будет тебе жесть. Поэтому цапалась, кусалась, брыкалась, но на лицо так и ползла довольная улыбка, которую я не смогла сдержать. Наконец, и Макс ее заметил.

— Смешно тебе. — Скорее отметил, чем спросил Макс.

— А тебе?

Он ненадолго навис надо мною, перестав меня раздевать и лапать.

— Что ты творишь? — тихо прошептал он.

— А ты?!

Про Евреев в роду, мы, кажется, уже говорили.

Он растерянно покачал головой, и я поняла, что он сейчас отступит, спрячет Зверя в клетку и снова превратится в милого и заботливого Макса. Конечно, я люблю его таким, но с Монстром я еще не наигралась.

— Макс, — повернула я его лицо к себе, пройдясь тихонько ногтями от подбородка до груди, и тут же почувствовала, как он напрягся, — выпусти своего Зверя из клетки.

Повторять дважды не пришлось.

***

Я лежала, прижавшись к парню и вырисовывая на его груди узоры. Мы даже до душа не могли дойти. Всю усталость, злость, страсть и желание мы выплеснули в неуемном сексе. Но, что-то мне подсказывает, что Макс продолжает на меня злиться.

— Прости меня, — нарушается тишина голосом Макса. Я удивленно подняла голову.

— За что?

— Я слишком много лишнего наговорил, да и не так я представлял наш первый раз, — горько усмехается он. — Точно не по принуждению.

Ну, приплыли.

— Макс, — поднимаюсь я на локтях, — никакого принуждения не было, ты и сам это прекрасно знаешь, все было замечательно.

Макс улыбнулся, глядя на меня, и погладил по щеке.

— Ласковая кошечка.

Я в ответ мурлыкнула и тут же вскочила.

— Что? — не понял парень.

— Я же котенка принесла, черт, где он?

Макс устало откинулся опять на подушки.

Котенка я нашла быстро, он мирно спал на брюках Макса, которые все еще валялись на полу.

— Не буди его, — повернулся ко мне Макс, — иди сюда.

Я нырнула обратно к нему под бок.

— Ты все еще злишься? — спросила я, зажмурившись.

Макс не отвечал.

— Значит, злишься, — грустно выдохнула я.

— Как бы тебе объяснить, — начал говорить парень, — я не то, чтобы злюсь, я переживаю. Мало того, что я опасаюсь изворотливости этого психа, так теперь должен опасаться и твоего безрассудства. Я боюсь за тебя, и уже как следствие злюсь.

— Прости. Я буду стараться не расстраивать тебя.

— Бл…ть! — Неожиданно выругался Макс, — то есть меня ты огорчить боишься больше, чем попасть в лапы маньяка. Когда ты уже мозг включишь и поймешь, что в первую очередь это тебе надо, что от твоей осторожности зависит твоя жизнь! Не моя, твоя! И если тебя четвертуют — наименьшим из зла будет то, что я расстроюсь!

Парень зло вскочил и направился в душ. Ну, сейчас-то что не так?

Нет, я, конечно, понимаю причины злости Макса и не снимаю с себя ответственности, но, по-моему, он слишком остро реагирует.

«Он о тебе заботится, дура» — выдает мне мозг без моего разрешения. И я послушно с ним соглашаюсь.

Решаю не ждать своей очереди в душ, и поднимаюсь на второй этаж в ванну. Ванну принимаю долго, с пеной, солью, все как положено. Прислушиваюсь к ощущениям в теле. Ломит все приятной болью, как будто по мне проехался танк. Я улыбаюсь, вспоминая произошедшее и невольно краснею. Пусть мы и поссорились, но примирение было шикарным.

После ванны заглядываю к Максу в спальню и понимаю, что он еще не поднимался. Спускаюсь вниз.

Максим сидит на диване в расслабленной позе, откинувшись назад, со стаканом в руке. Даже глаза закрыты. Я тихонько подхожу к нему и без спросу залезаю на колени.

— Я думал, ты спать пошла, — гладит меня по волосам, не открывая глаз.

— Нет, всего лишь в ванну, — прижимаюсь к нему и чувствую, как его руки обнимают меня. — О чем думаешь?

— Не знаю, день сегодня тяжелый, — говорит устало, затем усмехается, — хоть и с хорошим завершением.

Я молча улыбаюсь.

— Пойми, — продолжает Макс, — возможно, я бы реагировал не так остро, если бы не представлял, с чем мы имеем дело. Я видел жертвы насильников, я видел изувеченные трупы, оставленными маньяками, а те, кто выживал, зачастую очень долго приходил в себя, нередко с помощью психиатра. Это серьезно. Это страшно. И я боюсь даже мысль допустить, что с тобой может случиться что-то такое.

Я сглотнула, представив те картинки, которые нарисовал мне парень.

— Я поняла, Макс, никакого безрассудства, прости, что я такая взбалмошная.

— Мне нравится это в тебе, — притянул Максим мое лицо к себе и легко поцеловал, — ты живая, настоящая, у тебя все эмоции на лице написаны. Поэтому я и не остановился, видел, что ты не боишься и не обижаешься. Но в данной ситуации, нужно по максимум включить холодный расчет. Иначе никак. Мы должны победить. Даже если он отступит, ты не сможешь жить спокойно, мы должны его поймать.

Я вздохнула и поцеловала его в ответ, растворяясь в нем. Он прав, пора мне признать горькую правду — все очень и очень серьезно. Моей жизни угрожает опасность, и в первую очередь я должна обезопасить себя.

Я решила отвлечься от маньяков и ссор.

— Как твой первый день? — спросила я Макса.

— Ужасно, — с улыбкой на лице, произнес он, — но, как ни странно, мне понравилось.

— Как это? — удивленно изогнула я брови.

— Ну, скажем, я давно уже хотел чего-то нового в своей жизни, какие-то трудности, чтобы преодолевать себя и двигаться дальше. Не хотел я превращаться в мента с отросшим пивным пузиком, которому лишь бы смену отпахать и к телевизору. А тут сначала ты со своим извращенцем, потом смена работы. В общем, я на адреналине.

— Надеюсь, я добавила тебе сегодня адреналина на этом диване? — игриво спрашиваю я, конечно, ни на что не напрашиваясь.

— О, да, моя пошлая девочка, — откровенно улыбается парень. — Видимо, тебе наскучил спокойный, уравновешенный Максим и ты решила разбудить во мне Зверя.

— Ну, получилось же, — смеясь, отвечаю я. — Хотя, ты мне нравишься любым.

Говорю, и сама замираю. Звучит, как признание.

— Я рад, — тут же становится серьезным Макс и властно целует меня. — Пойдем спать, мне вставать, примерно, через пять часов, а я еще хочу проснуться пораньше и тебя разбудить.

— Ну, знаешь, — наигранно возмущаюсь я, — я на это не подписывалась.

— Подписывалась, подписывалась, когда велела разбудить Зверя.

Макс подхватывает меня под попу и начинает нести наверх.

— Ой, точно, Зверь, — спрыгиваю я с рук Макса, — я налью ему молока, чтобы он поел, когда проснется?

— Наливай, что уж, — бубнит парень, выжидая меня возле лестницы.