Глава 10

Макс спустился в тот момент, когда я наливала себе свежесваренный кофе.

— Будешь? — указала я на кофейник.

Он отрицательно помотал головой, затем так же молча сел на диван и включил телевизор. Я аккуратно наблюдала за ним, помешивая напиток. Уже переоделся из костюма в спортивные штаны и футболку, и в том, и в другом наряде он выглядел очень органично. Не даром говорят, подлецу все к лицу. Парень смотрел в сторону телевизор, но было понятно, что на самом деле он смотрит сквозь него, сидит и хмурится. Это точно не из-за меня, видимо, что-то произошло. Лезть в душу не хотелось, но и было невыносимо видеть его вот таким — хмурым и без вечной его ухмылки, с которой он, мне кажется, родился.

— Что-то случилось? — не выдержала я.

Макс медлил с ответом, и я уже решила, что он не услышал меня. И то, что он начал говорить, стало для меня неожиданностью.

— Относительно, мне просто нужно переварить последние события, поэтому я сейчас не в настроении обсуждать что-либо.

Мне дважды повторять не пришлось, не глупая, поняла. Я забрала чашку и пошла наверх, сидеть в гнетущей тишине в гостиной под бубнеж телевизора не хотелось. В комнате я достала ноутбук и решила развлечь себя каким-нибудь фильмом. Хотелось, конечно, узнать, слышно ли что-то про моего маньяка, но лезть сейчас к монстру, что сидит внизу, не рискнула. Кто его знает. Мне вообще кажется, что он оборотень, который из милого парня периодически превращается в легенду ужасов. Вспомнилась песня группы Киш «Кукла колдуна», надеюсь, что не в тему.

Фильм я так и не посмотрела, не нашла ничего, что показалось бы интересным. Поэтому просто блуждала по всемирной паутине. Ноутбук издал непонятный звук, означающий, что меня отметили на фото. Лениво перешла на страницу, ожидая опять какую-нибудь рекламу. Но все оказалось куда интереснее, на фото действительно была я, я сегодняшняя, в кафе с Катюхой. Вот я сижу, смеюсь, потягиваю мартини, а внизу подпись к фото «Моя девочка развлекается с подружкой. Я не против присоединиться, но решил, что не буду мешать девичьим разговорам. До встречи, милая, от меня не спрячешься».

Я разом протрезвела. Перечитала еще раз, затем заскринила фото, мало ли маньяк его удалит, а то, что это был мой преследователь — я не сомневалась. Залезла на аккаунт, но кроме моей фотки, ожидаемо, ничего другого не было.

Я схватила ноутбук и понеслась вниз. Макс все так же сидел на диване, правда уже со стаканом в руке, в котором плескался янтарный напиток, и что-то мне подсказывает, это не чай.

Я слегка замешкалась, видя его состояние. Потом представила, каких пистонов он мне вставит, если я ему сразу не покажу, и уверенно подошла к нему.

Парень поднял на меня слегка затуманившийся взгляд, в котором явно читалось «отвали». Я отваливать не собиралась, так как маньяк меня пугал больше, чем Макс.

Я молча повернула к нему ноутбук. По мере изучения фото и подписи, глаза Макс наливались огнем, а взгляд становился осмысленнее и сосредоточеннее.

— Когда это пришло? — спросил меня парень

— Минут пять назад, я сразу пошла к тебе.

Макс забрал у меня ноут и начал изучать аккаунт. Затем, позвонил кому-то, предполагаю, что следователю по моему делу, и начал собираться.

— Ты куда? — спросила я, следуя за ним в прихожую.

— Поеду в кафе, посмотрю, откуда сделан снимок, и узнаю у них насчет камер.

— Я с тобой, — резво сказала я, натягивая шлепки. Меня даже не смутило, что я в домашней одежде, все равно на машине поедем.

— Ну, хорошо, — медля с ответом, сказал парень. — Только от меня не на шаг.

Я быстро закивала, надеясь, что он не передумает в последний момент.

— А как мы поедем, ты же пил? — киваю я на опустошенный стакан.

Макс тихонько чертыхнулся.

— Ладно, вызовем такси.

Мы достаточно быстро добрались до кафе, хотя в такси меня жутко начало клонить в сон, я даже один раз прильнула к плечу сидящего рядом парня. Но быстро опомнилась и отвернулась в окно. Кажется, Макс ухмыльнулся, но точно сказать не могу.

В кафе Максим сразу связался с владельцем, они начали туда-сюда ходить, о чем-то разговаривать, опрашивать официантов. Минут через пятнадцать подъехал следователь со всей своей свитой. И началось все по кругу.

А я утомилась. И зачем я только поехала сюда? Помочь ничем не могу, сразу выявить кто это, не удалось. Надеялась, что он сидит и ждет меня? И я такая захожу, а тут он, в сером плаще, в солнечных очках и жуткой бородкой? Почему-то моя фантазия именно так обрисовала мне маньяка. А тут все приличные люди сидят, кушают, пьют, смеются. А мне плакать хочется, видимо, отходнячок догнал меня.

Я свернулась в удобном кресле заведения, попивая чай и, плюнув на все нормы приличия, забралась на сиденье с ногами. Мне можно.

Наконец представители правоохранительных органов в большом количестве перестали мельтешить, и двое из них — мой монстр и мой следователь — присоединились за столик.

— Ну, что там? — без энтузиазма спросила я, понимая, что опять ничего.

Макс молчал, заговорил следователь, кажется, Виктор Дмитриевич.

— Пока ничего, камер у них нет, а судя по фотке, преследователь стоял у двери, скорее всего, он даже не садился. Официанты и бармен никого не припомнили, слишком много народу днем здесь. В какое примерно время сделана фотография, ты можешь сказать?

Я еще раз внимательно посмотрела на фото. Так, салат у Кати еще не доеден, значит, самое начало.

— Мы здесь только начали сидеть, скорее всего, в районе часа дня.

Следователь кивнул и что-то у себя пометил.

— А ты сама никого не помнишь? — спросил меня Макс.

Я отрицательно помотала головой.

— Здесь очень много народу проходило, да я и не смотрела толком, мы разговаривали с подругой.

— Надо еще с твоей подругой поговорить, может, она что-то заметила странное, — предположил следователь.

Зная Катерину, она могла заметить только брутального самца без кольца на пальце, но я сомневаюсь, что мой преследователь выглядит именно так. Но чем черт не шутит.

Я дала номер подруги, и снова ушла в себя. В это время следователь начал разговор с Максом, для меня это было фоновым шумом, но потом мозг начал улавливать смысл и я превратилась в слух.

— Значит все, уже точно принял решение? — спрашивает следователь, помешивая капучино.

— Точно, ты же знаешь, как я отношусь ко всей этой ситуации.

— А если переписать фирму на кого-нибудь другого — и дело свое, и в органах останешься?

— Вообще-то это незаконно, — смеется Макс, и я замечаю морщинки возле его глаз. Интересно, сколько ему лет? Я бы дала 32–33, но что-то подсказывает мне, что он старше.

— Ну, знаешь, у нас пол полиции таких незаконников, — ничуть не смутился следователь.

— Нет, — вновь серьезнеет Макс, — я считаю, если за что-то берешься, нужно всецело этому отдаваться, а не вот так вот — серединка на половинку.

— Возможно, — пожимает плечами Виктор Дмитриевич, — я просто знаю, какая у тебя отдача в деле. Твой отдел на ушах стоит, — смеется, — половина тебя проклинает, другая завидует. Правда, потом приходит Артем и рычит на всех.

— А у тебя-то откуда такая осведомленность? — спрашивает парень, улыбаясь.

— Ой, не смеши, зря я, что ли, столько лет следак?

Я ничего толком не поняла. Стало ясно лишь то, что у Макса грядут какие-то большие изменения в жизни. А еще какое-то свое дело. Любопытно стало до невозможности, я даже про маньяка забыла.

Мужчины перешли на разговор о моей проблеме, прикидывая, что и как. А у меня все не уходила из головы их беседа о жизни Максима. Он оказался такой темной лошадкой, и со мной, видимо, он делиться не собирается. Конечно, кто я, собственно, такая? С другой стороны, тайны-то, я так понимаю, нет? Раз при мне они говорили открыто. Или думали, что я вся в себе и не слушаю?

Обратно нас подвез следователь, дав дополнительные ЦУ. В квартиру вернулись изрядно ушатанные, я даже не могла понять, чего я хочу больше — есть, спать или в душ.

Макс молча разделся и пошел на кухню. Было ощущение, что я ему мешаю, он откровенно сторонился меня. А я не люблю быть лишней на празднике жизни. Я прошла за ним следом.

— Максим, мне, наверное, лучше переехать в отель? Ну, или к себе в квартиру, навряд ли кто-то станет вскрывать замки.

Парень повернулся на меня, уставившись непонимающим взглядом.

— Что тебе все неймется? Успокойся уже и жди, пока твоего психа схватят.

— Если схватят. — Я оперлась на барную стойку. — Я же не могу жить у тебя вечно?

— Ты у меня еще даже двое суток не провела, а уже пытаешься сбежать. Что тебя не устраивает-то?

Макс, казалось, на самом деле был удивлен.

— Я вижу, что мое присутствие тебя напрягает, — тихо сказала я, смотря в пол. — Мои проблемы не должны перерастать в твои, я тебе никто.

Парень спокойно подошел с другой стороны стойки, подняв мой подбородок, и заставив заглянуть в глаза.

— С чего ты взяла, что ты меня напрягаешь? — тихо спросил он, находясь совсем близко с моим лицом.

Я сглотнула ком в горле и увернулась от его рук.

— Я вижу.

— Ну, чисто по-женски, — искренне рассмеялся хозяин дома. — Что ты видишь?

— Вижу, что ты хочешь уединения! Все, закрыли тему, — я начала беситься.

Макс обогнул стойку и неожиданно прижал к себе, положив подбородок на мою голову.

— Ты порой ведешь себя как капризный ребенок, — медленно, не отпуская меня и не реагируя на мои попытки вырваться, прошептал Максим. — Если у меня сейчас возникли сложности в жизни, это не означает, что твое присутствие как-то меня обременяет. Скорее, наоборот, благодаря тому, что ты здесь, я веду себя спокойнее и разумнее.

Я перестала вырываться и уткнулась носом в его футболку. Я его совсем не понимаю, вроде он и не флиртует со мной, скорее наоборот, ведет себя как старший брат. А потом его переклинивает, и он резко стирает границы.

Я, наконец, отстранилась от него, заглянув ему в глаза.

— Ты такой непонятный.

Макс улыбнулся и коснулся большим пальцем моей щеки. Затем наклонился ко мне и прошептал на ухо:

— Привыкай.