Глава 14

— Дастан! Даста-а-а-ан! — я неслась в темноту на жуткий львиный рёв, а по моему лицу водопадом струились слезы. Как же громко он вопит! Крики и рыки зверя наполнены мощнейшей болью! Неужели… он себя покалечил? Как раз во время последнего прыжка раздался глухой хлопок и весь мир погрузился в темноту. Лишь пылающие кольца пламени служили единственным источником света.

Через мгновение после глобальной поломки в помещении начал творится кромешный хаос. Я задыхалась от слез, задыхалась от запаха гари, потому что увидела, как кольца начали летать по всему цирку со свистом врезаясь в трибуны. Гостей охватила паника. Люди повскакивали с мест и неслись неизвестно куда. Друг друга давили, вопили, толкались. Те, кто сидел выше, кубарем катились по сидениям вниз. Недаром говорят детям в школе по дисциплине «ОБЖ», что паника в толпе — лидер самых опасных происшествий в мире по сей день. Похуже землетрясения.

Видела я ужасно, но, судя по плохо различимым силуэтам, освещённым огнём, понимала, что сейчас человек человеку враг. Занавес позади меня, словно спичка, вспыхнул красным пламенем, быстро-быстро добрался до крыши шатра. А там, у трибун, я вдруг увидела огромную мохнатую фигуру, которая металась из стороны в стороны, рычала, запугивая шокированных посетителей цирка своими размерами, рёвом, клыками и ногтями.

Выстрел!

— Дастан!

Я споткнулась, упала на пол, поползла. Сверху на меня уже падали куски горящей ткани, кислорода оставалось всё меньше и меньше… Тело слабело, я давилась этим ужасным запахом горящих штор и материала, из которого был сделан купол цирка. Кто-то стрелял. Охранники пытались утихомирить паникующих. Бесполезно. Выход был один. Савински наплевал на технику безопасности. С одной стороны стремительно разгорающийся огонь, с другой — разъяренный монстр, что рушил зубами и когтями ряды из сидений, разбрасывая их по всей территории манежа.

— Хватит, Дастан, хватит, — я закашлялась, пыталась ползти, но силы меня покидали. — Оставь их, оставь свою ненависть… Нам нужно бежать.

Я понимала, что он собирается пробраться к Савински, чтобы спустить с мерзавца все шкуры. Но у нас было слишком мало времени. Бандиты уже начали ориентироваться в ситуации и стрелять из оружия.

Очередная порция выстрелов летит в темноту. За ними следует крик ребёнка. И женщины.

— Не стрелять! Не стрелять, уроды! Попадёте в людей! — орёт с трибун ошарашенный Савински, освещенный красными бликами огня, отчего его пухлое лицо кажется кровавым, и размахивает руками. Я поднимаю голову, моргаю, наблюдая за мерзким уродом, и вдруг, будто в замедленной съемке, вижу, как мафиози буквально вылетает из балкона, как резиновый мяч, будто его кто-то со всей силы толкает в спину с ноги, и с хриплыми криками, расставив руки в стороны, падает вниз головой.

Бах!

О, боже! Я зажмуриваюсь. Этот глухой стук шлёпнувшегося о бетон тела заставляет моё сердце сжаться и застыть неживым камнем в груди. Я пытаюсь встать, но снова падаю. Перекатываюсь на спину и вижу небо. Чистое, ясное, усеянное миллиардом мелких блестящих крупинок. А тем временем пламя подбирается к моим ногам все ближе и ближе.

Глаза медленно закрываются. В голове всё плывёт, вращается, моё тело будто растворяется в пространстве, превращаясь в пустоту. Но именно в такие моменты, когда ты думаешь, что сейчас всё закончится, неожиданно приходит спасение.

Огромный влажный нос утыкается в мою зудящую щеку. Я распахиваю глаза и вижу два насыщенных янтарных алмаза, что смотрят на меня со вселенским беспокойством. Лигр здесь, он рядом. Дастан хватает меня зубами за ворот костюма, вздёргивает на ноги, опускается на пол в лежачее положение, кивком указывая, чтобы я забралась ему на спину. Я собираюсь ради нас, ради Дастана, не знаю откуда, но я нахожу лишние силы для решающего рывка. Карабкаюсь на спину зверя, хватаюсь за гриву и понимаю, что нужно держаться как можно крепче, потому что Лигр отступает назад, набирая разгон, и, делая рывок, как молния рассекая воздух, взлетает куда-то вверх, прорывая оставшуюся ткань горящего брезента.

***

Нам следовало бы отдышаться. Откуда у Лигра столько сил и энергии? Мы неслись по лесу чуть меньше часа. Наконец сквозь густые заросли елей показались первые огни приближающегося города, так как владения Савински находились в глуши пригорода. А я? Как я умудрилась не свалиться зверю под ноги? Мертвой хваткой вцепилась в его роскошную гриву, зажмурила глаза и про себя молилась, чтобы у нас всё получилось. Ведь мы преодолели только половину пути. Но, пожалуй, эта часть плана была самой сложной.

Джонни постарался на славу. Свет вырубило во всём имении мафиози. Даже в ближайшем населённом пункте. У поста не было ни одного охранника, все бросились тушить пожар, пока он не перекинулся на клетки с животными.

Преодолев ворота в абсолютной тьме, мы скрылись в густых зарослях деревьев и на всех парах удирали прочь. В сторону города. К причалу.

Я то приходила в себя, то снова тонула в небытие. Кажется, я вдоволь надышалась угарным газом, поэтому чувствовала себя бесполезным желе. Но вскоре тошнота и головная боль, чуть отступили.

Когда мы приблизились к границе леса, я подёргала льва за холку и мягко шепнула ему в ухо:

— Притормози. Мы на месте. Дальше я сама.

Оборотень замедлил бег. Он хрипел. Дышал открытой пастью. Его грудь ходила ходуном, мощные мышцы спины напряжены так, что чувствуется каждый их рельеф. От него пахнет корицей и ещё чем-то сладким. От этого запаха меня накрывает головокружительным дурманом.

Какой же он мощный! На нашей планете ему определенно нет равных.

Лигр остановился. Опустился в лежачее положение, чтобы я могла спуститься вниз. Когда ступни коснулись рыхлой земли, я быстро обвила лохматую шею зверя руками, прижалась всем телом к его груди и заплакала от счастья.

Мы на свободе! Чёрт! Мы практически спасены!

Уловив моё настроение, оборотень заурчал, а потом ткнулся мне носом в лоб. И… очень нежно лизнул в щеку. Он сам весь дрожал, как под током. Не мог отдышаться, не мог поверить, что мы всё преодолели. Вместе.

— Жди здесь, я за вещами, — чмокнув зверя в ответ, я направилась к дороге, к заброшенной остановке, за которой накануне побега спрятала одежду.

Хоть бы бомжи не стащили спрятанный «клад». Мой наряд, сияющий всеми оттенками радуги, уж очень сильно привлекал внимание. Но, я так понимаю, сегодня просто наш день. Пусть события скользят как по маслу.

В ответ лев грозно муркнул, якобы намекая на то, чтобы я была очень осторожна. Мне кажется, у бандитов сейчас другие заботы. После того, что мы натворили, разворотив в щепки ползоопарка, они ещё не скоро опомнятся. А мы хороши! Ох, эти вопли ужаса я запомню надолго.

Слава богу, одежда лежала на месте — в чёрных мешках, надёжно спрятанных под кустами. Хоть бы Лигру подошёл размерчик. Тьху! Я ведь купила самые огромные штаны в городе и самую широкую в мире футболку. В магазине для полных людей. Было очень волнительно наблюдать за тем, как Дастан, сморщив нос, брезгливо вертит в руках купленные мной спортивки. Ага, с дебютом, зверь! Это твоя первая одежда.

Я еще никогда не видела Лигра одетым. Он всегда щеголял передо мной в том, в чём явился на свет младенцем, сверкая всеми своими внушительными прелестями. Я вдруг вспомнила, что первое время меня это шокировало и вгоняло краску. На мужчину, такого загорелого и накачанного до совершенного идеала, невозможно было спокойно смотреть без жара в трусиках и запредельного сердцебиения. Сейчас я немного привыкла. Но всё равно, глядя на красавца, я испытывала вселенский пожар в нижней части живота.

Когда я вернулась к Дастану, он уже встретил меня в человеческом облике. Резко бросился навстречу и со всей силы сжал в объятиях. Ещё чуть-чуть — и я заработала бы перелом обеих ключиц. Какая страсть! Неужели волновался?

— Ты долго. Я места себе не находил, — он практически зарычал мне в шею.

— Да всё в порядке. Ой, а это что? — взгляд вдруг упал на рваную рану в боку мужчины, из которой сочилась красная жидкость.

— Зацепили немного. Скоро заживёт.

Закусив губу, я печально покачала головой, а потом осторожно коснулась краёв раны кончиками дрожащих пальцев:

— Надо бы перевязать, а еще лучше — обработать.

— Не суетись, ты забыла, что я оборотень? Но мне очень приятно, что ты волнуешься, Ясмина.

В груди что-то ёкнуло. Вау! Он такой душка, когда в настроении. Кажется, с каждой прожитой минутой я влюбляюсь в Дастана всё больше и больше. И это меня гложет. Будет трудно расставаться, тем более он не знает одного очень серьёзного нюанса. Насчет билета.

— Вот твоя одежда, переодевайся, это нужно для того, чтобы нас не заметили. Нам нужно продержаться ещё два часа, а потом мы отправимся в пор…

Я не успела договорить. Лигр толкнул меня к дереву так резко, что я спиной впечаталась в твёрдый, шершавый ствол дуба, и с невероятным напором набросился на мои губы. Уверенно протолкнул язык между губами, напористо закружил им во рту, запуская пальцы в мои волосы на затылке и показывая мне звёзды. Вот чёрт!

Наши вдохи смешались в девятибалльный ураган, я думала, задохнусь. Такого напора, такого поворота событий я не ожидала. Возможно, ему срочно понадобилось восстановить энергию. Уже через минуту он рвал на мне эти дурацкие блестящие тряпки, снова и снова обрушиваясь пылкими зарядами поцелуев на мои губы, скулы, щёки. Быстрыми и жадными дорожками из ласк скользил вниз, к груди. А когда он полностью избавил меня от одежды, то горячими ладонями вцепился в мою грудь, которая уже набухла, стала очень чувствительной для него. Для моего могучего и желанного Короля! Зверя!

Твёрдые, набухшие от желания ягодки врезались в ладонь мужчины. Они ныли, болели, требовали ласки. Дастан ловко зажал их между пальцами, немного покрутил, продолжая клеймить моё тело животными поцелуями так властно, как прирождённый собственник, что я задрожала и едва не взорвалась в мощных конвульсиях. А ведь он ещё даже в меня не вошёл. Хотелось кончать от одних лишь напористых касаний губ, от одних лишь его хищных рыков, от которых волоски на всей коже топорщились дыбом, как от холода. Лигр ставил на мне метки в виде засосов и грозно рычал:

— Моя, моя, моя-я-я!

— Твоя! Твоя! Твоя! Только твоя. Да! Я — твоя добыча! — слабым голосом отзывалась я, признавая эту истину, покоряясь своему зверю добровольно. Он всё-таки это сделал. Он заставил меня принять данный факт. По собственному желанию.

Подхватив под попку, он подбросил меня вверх и в рывке быстро насадил на себя, всё так же прижимая спиной к дереву. С протяжными охами, с интенсивными вздохами мы занимались любовью при свете луны в тёмной глуши, прячась за густыми высокими деревьями. Лигр двигался во мне очень властно и резко, без труда удерживая на весу, но иногда входил в моё лоно плавно и нежно. Он был очень сильным! И горячим, как кипяток. Я сжимала его сильные бёдра обеими ногами, кусала за плечи, пытаясь сдержать вопли удовольствия, извивалась в объятиях зверя от невозможных ярких ощущений, когда мужчина ритмично двигал ягодицами. Сжимал, разжимал упругие мускулы, заполнял меня собой. Его объемный член уверенно скользил вглубь, головкой задевая складки и стенки промежности, посылая к нервам разряды искр. Это было ТАК невыносимо мучительно приятно! Мне хотелось большего, хотелось разлететься на куски, хотелось стать с моим мужчиной единым целым, одним большим и ярким фейерверком.

Толчок вперёд. Вдох. И томный выдох. Рывок назад. И со свистом снова вперёд, до самого упора, до моего очередного протяжного оха. Полностью выходил. И с рёвом врывался в податливые и очень тесные глубины женского тела. Там было жарко, мокро, горячо. Он дразнил мои напряжённые стеночки кончиком своей впечатляющей эрекции, вибрировал и доминировал внутри меня. А я, истекая потом, рассыпалась на атомы, но хотела повторять эти движения снова и снова. Пока временно не ослепла от мощнейшей вспышки оргазма. Пока не забилась от сладких судорог, одержимо кусая губы Лигра, разъярённо царапая крепкую спину партнёра. Пока не провалилась в окрыляющую нирвану.

Получив роковой взрыв, я отключилась. Пришла в себя от плавного укачивания. А когда открыла глаза, поняла, что Дастан несёт меня на руках и пытается разбудить ласковым шёпотом:

— Ясмина, куда нам идти? В какую сторону? Скоро полночь.

Махнув головой, вспомнив, где мы находимся, я быстро пришла в себя. Нет, нет, я не должна спать. Не время расслабляться! Стоп! Он что, меня одел? Сам? И сам тоже оделся? Таки да! На нас была одежда. Лигру практически подошёл человеческий «наряд». Правда, в бицепсах футболка была туговата, а штаны превратились в бриджи. Ладно, я немного утрирую. Но его упругой попке точно было тесновато. Штаны соблазнительно облегали эти крепкие, подтянутые от природы ягодицы. Хотелось их пощупать и как следует отшлёпать. О-о-о! Мама дорогая! Что за мыслишки?

— Поставь меня на ноги, пожалуйста. Дальше я пойду сама. Только прошу, возьми меня за руку. И… не отпускай.

Он так и сделал. Тесно переплёл наши пальцы в крепкий замок и зашагал со мной в одном ритме. Так, оглядываясь по сторонам, передвигаясь исключительно тёмными переулками, мы добрались до пристани.

Я сразу увидела знакомый мне корабль. Не очень большой. К сожалению, не такой роскошный, как круизный лайнер — пятизвёздочный отель на плаву, но уж лучше такое, чем вечная каторга под замком в ржавой клетке.

Нас уже ждали. Вдруг мои колени задрожали. Я вся задрожала. Мышцы налились слабостью, а сердце едва не выскочило из груди. Вот и всё. Это конец. Последние секунды нашей близости. Прощанье — всегда невыносимая боль. Сглотнув острый ком в горле, я резко вырвала свою руку из руки Дастана. Он недовольно на меня покосился. Мы уже подошли к краю пристани, а к нам подошёл работник судна.

— Вот, — я протянула ему пакет с деньгами, оставшейся суммой — до этого дала им лишь залог.

— Он? — взяв пакет, капитан кивнул в сторону Лигра.

— Да.

Глаза Дастана вспыхнули красным блеском. Слегка скривившись, сжав руки в кулаки, он отступил на шаг назад. Наверное, подумал, что я его предала. Продала. Другим ублюдкам.

— Нет, нет, не суетись, — я утешила мужчину тихим голосом. — Им можно доверять.

На глаза напирали слёзы. Так, главное — взять себя в руки. Лигр не должен видеть, с какой болью мне дается прощание.

Спрятав за пазуху плату за проезд, моряк сказал:

— Идём, отходим в пять утра. Планы немного поменялись. А пока я спрячу тебя в трюме.

Пауза. Мы смотрим друг другу в глаза. В последний раз. Я не могу определить эмоции Лигра. Он растерян и зол одновременно. Похоже, до него начинает доходить, что бороздить океаны он отправится один.

— Прощай, Дастан, — мой подбородок трясется, по щекам всё-таки понеслись проклятые слёзы. Слабачка! — Я желаю тебе удачи и хорошего пути, — отступаю назад. Нет! Никаких объятий, поцелуев, ванильных слов. С ними ещё тяжелее расставаться. — Родным привет. Надеюсь, на воле ты снова станешь счастливым и свободным. Как… К-как ветер.

— Ясмина! — Дастан рычит, пытается схватить меня за руку, но я уворачиваюсь.

— Прости, но ты должен вернуться. Ты нужен Прайду. Ты действительно очень уникальный… Это всё, что я могу для тебя сделать. А за меня не волнуйся, им нужен ты, а не я. Я что-нибудь придумаю. Не пропаду.

Ложь! Ложь! Ложь!

Если бы ты знал, как мне больно! Как сердце болит. Как оно рвется на куски и обливается кровью. Потому что хочет быть с тобой. Всегда. Но не судьба.

Он за считанные секунды краснеет, весь напрягается, будто светится в темноте, как раскаленная сталь. Вот-вот — и взорвётся! Точнее обратится.

— Просто молчи, уходи. Поднимайся на корабль. Прощай. Ради… м-меня.

Махнув напоследок рукой, я быстро срываюсь с места. Чертовы эмоции! Они топили меня и душили похлеще средневековых пыток. Я даже не обняла Лигра в последний раз, думала, не сдержусь. И умру от отчаяния. Прощаться — это всегда больно. Особенно когда знаешь, что ты прощаешься навсегда. И никогда больше не увидишься с любимым человеком.

Полсекунды — я растворяюсь в темноте. Дастан не гонится за мной, вот и отлично. Свернув в ближайший переулок, я падаю спиной на стену, зажимаю рот ладонями и даю волю всей своей внутренней боли. Раскачиваюсь на корточках, всхлипываю и думаю о том, что я…

Снова одна. Я основа одна! В этом холодном и жестоком мире разрушенных надежд, где нет места ни добру, ни справедливости, ни счастью.

***

Сделав несколько глубоких вдохов, я прихожу в себя. Осматриваюсь. Молодец, хороший лев, послушался. Правильно. Так и должно быть. Здесь, среди людей, среди каменный джунглей и жестоких законов, здесь, где убивают ради кучки бумажек, ему не место. Мы с ним из разных миров. Его дом — там, за могучими океанами. А мой — здесь. В окружении грязных улиц и жадных, эгоистичных людишек.

Почему он меня не остановил? Почему не бросился следом? Этот вопрос выковыривал мне сердце из груди. А зачем? Я всего лишь его добыча. А там, за океанами, мужчину ждёт его возлюбленная. Предначертанная судьбой, некая Амира. Чистокровная. Наверное, очень красивая. А я кто? Да я-то никто. Просто мелкая человечка, лишь жерло энергии.

Нет, я не ненавижу Дастана за это. Всему своё место. У нас с ним нет будущего. Мы слишком разные. Я — человек. Он — наивысшее существо эволюции. Я не смогу дать ему то, что он хочет. Прежде всего — потомства. Да и если это получится, то будет как-то неправильно. У нас что, родится полукровка? Что это будет вообще? Ну нет, я не хочу, чтобы мой ребёнок родился монстром. Пусть и наполовину. Честно, даже не знаю, возможно ли это — дитя от человечки и оборотня. Скорей всего, вряд ли. Мы, человеческие женщины, слишком слабы для подобного дела. А может, наш организм и вовсе не предназначен для вынашивания малыша с особыми способностями.

Взвесив все нюансы, разложив по полочкам все свои мысли, отряхнув одежду от пыли, я поднялась на ноги, утёрла слёзы и направилась в сторону остановки.

Нет, только не оглядывайся назад. Не смей! Один взгляд — и я всё испорчу.

Мне казалось, Дастан всё ещё стоит там, смотрит на меня, надеется, что я передумаю, вернусь к нему, хотя бы обниму в последний раз. Нет у меня денег на второй билет. Значит, такая судьба. Мы не должны быть вместе. Обстоятельства как бы намекнули нам на это.

Но что на самом деле чувствовал ко мне Дастан? Лучше не знать. Лучше отпустить мысли прочь, начать новую жизнь. А его забыть. Скорей всего, я нужна была оборотню для определённой выгоды. Он ведь сам постоянно говорил, что хочет перебить поголовно всех людишек во вселенной. Лигр нас ненавидит.

Я хотела добраться до вокзала, купить билет на какой-нибудь поезд и уехать в какую-нибудь богом забытую деревушку. Добралась до нужной остановки, но как только вышла из автобуса, меня сразу же схватили две пары рук. Оторвали от земли и за какую-то мизерную секунду, дав тумака по затылку, затолкали в чёрную бронированную машину. Никто из прохожих не успел даже крикнуть. Наверное, они прекрасно знали, кому принадлежит эта машина.

Дальше всё развивалось по типичному сценарию. Платок в лицо с едким, специфическим запахом… и всё. Полнейшая темнота, пустота, бесчувственность.

Я не надеялась, что у меня получится сбежать. Я просто попробовала испытать удачу. Деваться все-равно некуда. В глубине души я знала, что… обречена. Савински меня просто убьёт. Но перед этим замучает так сильно, что я на коленях буду молить мерзавца о быстрой смерти.

Когда я теряла сознание и задыхалась от удушья, в моей голове снова и снова, снова и снова… взрывались страшные слова Савински:

«Если попытаешься сбежать, я сделаю из тебя чучело. Живьём вырежу все твои органы и живьём буду набивать тело опилками».