Глава 43. Снежана
Ночь. Не люблю передвигаться по дому Земянского ночью. Но сильно хочется пить. Я забыла поставить бутылку минеральной воды на тумбочку у кровати на ночь. А сейчас во рту сухо и дерёт горло. Знаю наизусть все повороты и углы этого дома, который очень скоро станет и моим. Во рту разливается кислая горечь. Назначенная дата свадьбы становится ближе с каждым днём.
Земянский вроде бы переключился на своих шлюх, оставив меня в покое. Сейчас его нет дома. Прекрасное будущее, с какой стороны ни посмотри. Интересно, именно таким мои родители видят семейное счастье и благополучную жизнь? Рядом с нелюбимым человеком, которого хочется удушить и при виде которого начинает тошнить ещё больше прежнего.
Я открываю холодильник, доставая бутылочку воды, и пью из горла, не утруждая себя поисками стакана. Даже свет не включила: глаза быстро привыкают к темноте. Погружённая в свои мысли, не сразу поняла, что в кухне я уже не одна. Почувствовала спиной взгляд и обернулась. Но было уже поздно. Михаил обхватил за талию одной рукой и прижался к губам. Вторая рука принялась шарить по моему телу, то цепляя за ягодицы, то щипая грудь.
В нос ударил запах тяжеловатого мужского парфюма и аромат приторных женских духов. На губах почувствовался привкус апельсиновой жвачки и отдалённый душок виски. Мерзкий коктейль и ощущение мужского тела, прижимающегося всё теснее, заставили содрогнуться от омерзения. Рвотный позыв подступил так резко, что меня скрутило. Вот-вот стошнит, если не глотнуть свежего воздуха. Кое-как оттолкнув Земянского, я склонилась над раковиной, включив холодную воду. Плеснула водой в лицо, пытаясь отдышаться. На талию легла тяжёлая рука, взобралась выше по позвоночнику и вновь опустилась ниже. Я обернулась.
— Не надо меня гладить, как домашнюю кошку или собаку. Отойди, пожалуйста. Мне плохо.
В темноте было не разобрать выражения лица Земянского. Я дотянулась до кнопки выключателя. Лампа осветила варочную поверхность и рабочую часть кухонного стола и немного разогнала темноту.
— Всё ещё не отпускает?
— Нет. Не отпускает.
Земянский притянул меня к себе за талию. Я упёрлась руками ему в грудь:
— Не лезь ко мне, пожалуйста. Токсикоз такой сильный, что меня сейчас стошнит прямо на тебя.
Я отступила к столу и плотнее закуталась в халат. Михаил скрестил руки на груди:
— Токсикоз не может длиться вечно, Снежана.
— И что ты хочешь этим сказать?
— Сама как думаешь?
— Я об этом, вообще, не думаю, Михаил. И тебе не советую. Ничего не добьёшься. Лучше сходи к шлюхам, развейся, чтобы не думалось всякое. Судя по запаху, ты прямиком от них.
Михаил рассмеялся и вновь потянулся ко мне, но ограничился тем, что обхватил пальцами прядь волос, наматывая на него. Один оборот, второй, третий — прядь волос натянулась. Земянский потянул палец на себя.
— Я могу и не ходить по шлюхам. Буду хранить супружескую верность и приходить к тебе.
— Не стоит, — я освободила прядь и скрутила волосы на затылке, — ходи по шлюхам, вспомни про Марину… Заведи себе ещё кого-нибудь.
— Может быть, я хочу завести тебя, принцесса?
— Может, ты и купил меня как домашнего питомца, у мамочки с папочкой, но мы остановимся на стадии «красивое сопровождение для выхода в свет».
— Ты прекрасно поняла, что я имею в виду, Снежана.
— Михаил, оставь меня, пожалуйста, в покое. Если ты чего-то не понимаешь в моём сегодняшнем состоянии, спроси у врача. Он тебе объяснит.
— Обязательно спрошу. И повторюсь, токсикоз не будет длиться вечно. А я, между прочим, партнёр, внимательный к требованиям женщины.
— Хорошая самореклама, Михаил. Но с твоими делишками и теми бумагами, что ты мне подсовываешь на подпись, ты не тянешь на будущего внимательного супруга. Скорее напоминаешь того, кто пытается отстирать своё грязное бельё чужими руками.
Земянский потёр подбородок и встал рядом, опершись о стол.
— Это можно исправить. На тебя переписана часть складов, но не все ещё задействованы.
— Да что ты такое говоришь?.. А договор аренды, а продажа земельных участков?..
Михаил повернул голову в мою сторону, пожав плечами:
— Всё уже было подготовлено к тому моменту. Составлено заранее и выверено. Менять всё второпях — значит, подставить под удар всю проделанную работу. Тебя это беспокоит? Можно и поменять. Сейчас есть такая возможность.
— Новое подставное лицо или фирма?.. Впрочем, не рассказывай мне ничего. У меня и без того беспокойный сон.
Михаил обхватил меня за плечи и поцеловал в висок. Я отодвинулась на несколько шагов.
— Я же попросила. Не осложняй ничего, Миша.
— Уже поздно, принцесса. Кто же знал, что удобное приобретение окажется не просто красивой мордашкой, но и строптивой невестой, не поддающейся уговорам? Ты меня сильно заинтересовала, Снежана.
Я рассмеялась его словам:
Скорее, тебя это задело, да? Это всё преходящее. Вспомни свою поучительную историю про золотую медальку и представь, что она уже у тебя.
— Нет, принцесса. Просто обмануть себя — мало. Надо заслужить медальку, получить удовольствие от самого процесса.
— Да, а потом отправить пылиться в дальний ящик. Давай ты перешагнёшь сразу несколько пунктов. Представь, что всё произошло, и я уже нахожусь в дальнем, пыльном и ненужном ящике.
Михаил достал из бара бокал и бутылку виски, кинул пару кубиков льда.
— Кто тебе сказал, что они у меня лежат в ненужном ящике? Оттого, что я не молюсь на свои победы, не означает, что я их не ценю. 1439f7c
Михаил отхлебнул виски и протянул в мою сторону ладонь.
— Хочешь, покажу тебе ту самую золотую медаль? Она, как и все прочие, выглядит так, словно мне её вручили только вчера.
— Нет, спасибо. Верю на слово. Но лучше выбери другой Эверест и покоряй его. А я пойду к себе. Спать.
Михаил двинулся на выход из кухни, загородив проход.
— Дружеское объятие на ночь, Снежана. От мимолётного касания не стошнит даже принцессу на горошине вроде тебя.
Земянский обхватил мои руки и завёл себе за спину, приложился поцелуем к моей шее, проложив влажную дорожку губами и языком, и только после этого отпустил:
— Добрых снов, принцесса.
Я вывернулась из кольца мужских рук и пожелала ему того же, поспешно пошла наверх в спальню, чувствуя спиной взгляд Михаила. Заинтересовался он, видите ли. Жадному дракону было мало золота в его сокровищнице, теперь ему нужна была и красивая девушка, которая ластилась бы к его загребущим лапам.