Глава 17. Чем заканчивается тяга к стройности

Алина

Я всовываю в уши наушники, слушаю инструкции Светланы:

— Идешь в мою спальню. Там в прикроватной тумбе сантиметровая лента. Вот берешь ее и меряешь себе все…

— Зачем? — искренне удивляюсь.

Я-то по наивности своей считала, что важны лишь объемы попы, и талии. Грудь она вроде как не меняется. У меня уверенная соточка. Не девяносто, да. Но когда грудь приличных размеров, оно же вроде бы не в минус, а в плюс.

— Не спорь, — ругает меня Светлана. — Меряй совсем все. Размер под грудью, руки, бедра, голени, чтобы был полный комплект.

Что поделать.

Беру сантиметровую ленту, топаю в ванную, меряю, сообщаю результаты неугомонной Светлане и записываю все это дело в блокнотик.

— Теперь топай к кладовке, — велит мой новый инструктор по похуданию.

Далее идет долгое перечисление того, что там лежит.

Оказывается, в кладовке находится набор юной анорексички. Ну или вечной худеющей, тут как посмотреть. Лапша бескалорийная, водоросли, которые надо заваривать, мука, которая не мука, а клетчатка, зеленый горошек по тридцать пять калорий на сто граммов. Нет, ну до чего доходят люди — они даже следят за калоражем горошка!

— Еще тебе нужен творог-нулевка, кефир-нулевка, курогрудь, — продолжает неугомонная Светлана.

— Мама дорогая, и как же это есть? — Я икаю от досады.

— Молча и с аппетитом, — посмеивается она.

С издевкой посмеивается! Или мне кажется?

— Теперь иди к холодильнику, — командует Светлана.

— Зачем? — делаю слабую попытку сопротивления. — Там ничего такого…

— Иди!

Она неумолима.

Когда я подхожу к двухметровому красавцу, Светлана дает совсем уж странное поручение:

— Фоткай, что внутри.

Попалась…

Я попалась по полной программе! Там же моя оливьешечка любимая-ненаглядная! Мое новогоднее настроение…

— Фоткай и присылай мне. Наверняка ведь успела накупить жирной гадости, — говорит Светлана.

Мне кажется или я слышу, как она потирает руки? Ох уж эти мне коучи по похудению, а именно им, как оказалось, подрабатывает Светлана.

Делаю, что велят, фотографирую любимый салатик в самом приглядном ракурсе и… получаю кошмарную, можно сказать, роковую инструкцию — спустить его в унитаз.

— Свет, ты совсем уже? — я почти кричу. — Я не буду этого делать!

— Ты хочешь быть красивой? — спрашивает она командирским тоном.

— Да! — отвечаю, чуть не плача.

— Ты хочешь быть стройной? Здоровой? Сильной? Чтобы каждая зараза смотрела тебе вслед и восхищалась, восхищалась…

В общем, она распекает меня таким образом минут пять и в итоге я все-таки иду с кастрюлькой в туалет. Пихаю на прощание в рот полную ложку салата, а остальное выкидываю, смываю и плачу… Потому что невозможно не плакать от такого кошмарного зрелища.

— Молодец, — хвалит меня Светлана. — А теперь иди завари бескалорийной лапшички, пожуй горошка, сделай разминку перед сном, и баиньки.

На этом она прощается.

Иду к кладовой — что еще остается? Достаю горошек этот дурацкий, лапшу Ширатаки. Девять, сука, калорий на сто граммов. Объесться просто. Кладу это все на стол, думаю серьезную думу.

Меж тем оливье хочется так, что хоть снова плачь.

И никаким горошком я его не заменю.

С расстройства делаю себе несладкий чай, лезу в интернет.

Ну не может… Просто не может быть такого, что нет другого выхода. Неужели нужно запихиваться всякой ужасной дрянью и забыть про все вкусное, пока ты худеешь? Так и на луну взвыть можно. Неважно, что я не оборотень. Есть все шансы, что стану, если меня вовремя не накормить. Оно вообще, знаете ли, опасно для жизни — не кормить Алину Вишнякову, то есть почти уже Малышеву.

Неожиданно я нарываюсь на видео одного диетолога, который на весь интернет вещает о том, как надо делать «Стройный оливье».

Замираю.

Смотрю.

Обалдеваю…

А ларчик-то просто открывался!

Главный вред в майонезных салатах что? Правильно, майонез. А сами-то продукты используются неплохие. Яйцо, если убрать желток, так вообще диетический продукт, огурец — смешные калории. Колбасу можно заменить куриной грудкой, которая гораздо более полезна и менее калорийна. Добавить вареную картошку, морковь. Кстати, сюда отлично пойдет тот самый горошек, который содержит всего тридцать пять калорий. И главный ингредиент — легкий майонез. В идеале не больше ста калорий на сто граммов, но опять-таки его можно развести один к одному с творогом-нулевкой. Как обещал диетолог, вкус будет очень даже майонезный.

Низкокалорийный майонез…

Сразу вспоминается реклама легкого соуса «Кальве». Лезу в интернет, смотрю калорийность.

Хм, двести двадцать килокалорий. Не идеал, но и не шестьсот с лишним килокалорий. Можно попробовать и его, если не найду что-то полегче.

В обычном магазине я такое вряд ли отыщу, но так сложилось, что рядом с этим конкретным домом есть огромный супермаркет.

Решено.

Будет мне сегодня «Стройный оливье» и новогоднее настроение!

— Микки, гулять! — зову собаку.

Не знаю, где был этот маленький клоп, но он сию же секунду с радостным лаем забегает на кухню.

Мы собираемся на улицу.

Я следую всем указаниям Светланы, надеваю на него мини-шубку, кладу песика в специальную дамскую сумку, очень похоже, что из натуральной кожи. Нести одного зверька в коже другого зверя как-то странно, ну да ладно.

Мы с Микки весело топаем в супермаркет.

А там…

Там сволочи работают! Я тут худеть собралась, понимаешь, а они всякую вкуснятину продают. Торты, пирожные, сыры, готовые салаты. Где в жизни справедливость?

Ладно, мне этого ничего нельзя есть, но хоть посмотреть-то можно?

Блуждаю по рядам. Глазами поедаю абсолютно все, что вижу.

Креплюсь.

Нахожу стенд с майонезами и — о чудо — мне удается найти майонез всего на сто шестьдесят калорий! Радостная, хватаю его. Остальные-то ингредиенты дома есть.

Уже спешу к выходу, как вдруг чуть ли не сталкиваюсь с собственным шефом.

— Здравствуйте, Алина, — Борис Викторович широко мне улыбается.

— Здравствуйте, — нервно хихикаю, поправляю сумку с Микки, который с интересом разглядывает моего шефа.

— Живете где-то неподалеку? — спрашивает он.

— Ага, — киваю.

— И я, — он снова улыбается.

Кажется, очень даже рад.

— А я вот тут за майонезом забежала, — неловко машу пачкой и делаю шаг, чтобы уйти.

Но Борис Викторович как-то так выступает вперед, что умудряется преградить мне путь. С энтузиазмом продолжает беседу:

— Я тоже за продуктами.

Бросаю взгляд на его тележку, а там какие-то соусы, фрукты-овощи. Он тоже на диете, что ли? Впрочем, я довольно быстро понимаю, что это не так.

— Хороший стейк не так-то просто найти, знаете ли, — вдруг сообщает он мне.

Я оглядываюсь на стенд с упакованным в прозрачную пленку мясом. Тут же понимаю, что это не просто мясо, а разные части невинно убиенных коров. Стейки всех мастей.

— Любите мраморную говядину? — спрашивает шеф, причем ответа не дожидается, продолжает: — Я, знаете ли, готовлю бесподобные стейки. Представьте аромат специй, чуть вспрыснуть хороший кусок говядины маслом, потом на раскаленную сковородку гриль. Ненадолго, чтобы чуть прижарить, а внутри чтобы сочное, с кровью, нежное… Можно подать на подушке из овощей, полить сверху соусом, который еще больше раскроет богатство вкуса. Рай в каждом куске.

Пока он все это говорит, у меня начинается неконтролируемое слюноотделение. Даже Микки и тот тихонько поскуливает, видно тоже рисует в голове картину, мысленно вгрызается в здоровенный кусок жареного мяса, чувствует ароматы.

И тут Борис Викторович выдает сакраментальную фразу:

— Я, знаете ли, не люблю есть один. Да и готовить для одного себя откровенно скучно… Алина, хотите со мной поужинать? Я с радостью приготовлю вам самый лучший стейк в вашей жизни.

Я громко сглатываю и отвечаю:

— Очень хочу… Так хочу, что аж вообще…

Э-э, я это вслух сказала?