Глава 25. Интриги

Маша

Я рада была, что эта пытка с танцами закончилась. Мне Генри говорил, что, если не пропущу первый танец, смогу дальше сидеть спокойно до конца вечера.

Генри не так повезло. Рыжая стервозная девица вцепилась в него мёртвой хваткой. Я была счастлива, что она сможет протанцевать только два танца с одним мужчиной. Хорошее правило для зарвавшихся девиц. Это она приходила в гостиницу в Пэмбруке, а после показала Генри, что я на балконе с Артуром. Сейчас же висит на моем муже, чуть ли не плющом обвиваясь вокруг него. Я видела, как леди Алиса поджимала губы, недовольная поведением дочери.

— Прости её, милочка. Она так любила брата. Ведь мой Эдвард и Генри были хорошими друзьями. Были почти неразлучны. А Пенни всегда бегала за ними хвостиком. Это были хорошие времена.

— Я всё понимаю. Вашей дочери просто не хватает брата, как вам сына, — произнесла я с сочувствием. Но это не отменяло того, что мне хотелось повырывать этой пиявке её рыжие пряди.

— Вы ангел, милая, — отвлекла меня от мыслей о кровавой расправе над её дочерью леди Алиса. Знала бы она, какие муки я ей придумываю про себя.

— Мне бы в дамскую комнату, — тихо сказала я на ухо даме.

— Марджори, проводи леди Пэмбрук в дамскую комнату, — попросила она серую худосочную женщину неопределённого возраста, что в качестве компаньонки сопровождала леди Грант. Только я не могла понять, что такого компанейского было в этой серой мыши. Хотя, возможно, вдвоём они находили много такого, о чём можно посудачить. Скучно, наверное, всё время ничего не делать. Даже серая мышь покажется интересной собеседницей.

Не успела я приземлиться в кабинке, как в ванную комнату зашёл ещё кто-то. Сделав свои дела, быстро вышла из кабинки. Ждать, пока выйдут из помещения, смысла не имело. Чему я поразилась, так это человеку, который терпеливо ждал именно меня.

— Наконец-то мне удалось познакомиться с тобой, Кэтрин, — стараясь не выдавать своего волнения, произнесла леди Бьюк.

— Мне тоже приятно познакомиться с вами. Но по тону вашего голоса чувствую, что вам не так приятно. Хотелось бы знать, чем я не угодила вам, — поинтересовалась я.

— Всё ты знаешь. А ведёшь себя так, как будто ничего не помнишь. Я вообще думала, что ты умерла. Как сложно жить в мире, где кругом обман.

Женщина сокрушённо покачала головой.

— Вы расстроены тем, что я жива? Леди, я вас впервые вижу. И мне нет никакого дела до вас, да и до других членов этого общества. Наслаждайтесь своими гостями и оставьте меня в покое. Обещаю, что постараюсь больше с вами не пересекаться. По крайней мере, буду избегать таких возможностей.

Я хотела гордо прошествовал мимо, но меня перехватили. Я вырвала свой локоть из цепкой руки.

— Не прикасайтесь ко мне.

— Какой праведный гнев. Да ты артистка, какую поискать, — восхитилась моя собеседница.

— У меня нет ни малейшего желания продолжать этот нелепый разговор. На будущее вам совет — прежде, чем говорить гадости человеку, сначала объясните, в чём вы его обвиняете.

— Ты мне советы не давай. Я знаю, что ты за птица. Меня не обманешь. Даже не смей думать, что тебе что-то перепадёт. Я обязательно рожу сына. Пусть дочь. И всё перейдёт моему внуку, — яростно заговорила леди.

— Эй, притормозите лошадей. Вы не понимаете нормальный человеческий язык? Мне дела нет ни до вас, ни до ваших интриг с наследством. Оставьте меня в покое.

Я вырвалась, и смогла, наконец, покинуть эту комнату. Возле двери околачивалась Пенелопа. Чуть дальше стояла Марджори.

«Будь, что будет. Надо этих светских львиц (стерв) поставить на место сразу. Иначе не оберёшься проблем. Одна вбила себе в голову, что я помеха её не родившимся детям, вторая липнет к женатому человеку. Знать бы, на что рассчитывает. На мою смерть, как минимум. Ведь развода Генри не дадут. Сумасшествие жены — не повод от неё избавиться. Я знаю это: смотрела Джейн Эйр»

— Пенелопа, пройдёмте в сад. Мне что-то нехорошо, — сказала я тихим голосом. Прикидываться слабой мне не было необходимости. Я устала, не сколько физически, сколько морально.

По побледневшему лицу девушки и её нервозности видно было, что она кое-что слышала. Может поняла, а может нет, о чём шла речь. Но это не важно.

— Марджори, вы можете идти. Мы сейчас придём, — отправила я восвояси компаньонку. Не знаю, можно так делать или нет, но нас двое. Я замужняя женщина, так что честь рыжей дуры будет защищена. Кто бы меня от этих выдр защитил?

— Послушай сюда, Пенни. Генри ты не получишь. Это однозначно, — сразу же взяла я быка за рога. — Могу вырезать тебе это на лбу. Будешь каждый день смотреть в зеркало и читать эту надпись, если не понимаешь намёков. Вас же учат этому с пелёнок — этикету, правилам поведения. Ты нарушила не одно правило сегодня. Зачем тебе сплетни? Я его жена. И ей останусь. У нас ребенок, если ты забыла. Найди себе жениха побыстрее и нарожай детишек, пока возраст позволяет. Ты уже метишь в старые девы. Если сама не найдёшь, тебе найдут престарелого пня, у которого член рукой держать надо будет или мота, пьянчугу, которому нужно будет только твоё приданое. Пойдём. Мне уже лучше. Не хочу, чтобы нас искали по закоулкам. Генри очень ревнивый.

— Я люблю его. Я давно его люблю. Это ты его отняла у меня! — начала всхлипывать девушка.

— Господи, мне только этой ванили с первой влюблённостью не хватало. Ты представляешь Генри, своего названного брата, в качестве мужа? Представь, что он тебя целует, раздевает и касается тех мест, которых ты сама стесняешься касаться. Или всё же трогаешь себя?

— Вы ненормальная, — задыхаясь, воскликнула девушка и ринулась обратно в зал.

— Не так быстро, милая. Здесь слишком много глаз, — перехватила я её.

«Ух ты! Как драпанула-то. Она что, думала, он с ней в куклы будет играть? Хотя, здесь жён особо не балуют. По тому, что я читала, жена только для рождения наследника. Раз в год поимел жену, обрюхатил её и пошёл гулять по любовницам. Здорово мужики устраивают свою жизнь во все времена»

Я подхватила девушку под руку и повела её через весь зал по кругу к матери. Когда перед нами нарисовался Генри, девушка покраснела до стадии спелого помидора и умчалась так быстро, как будто за ней гналась стая диких собак.

— Что-то случилось, милая? Тебе было плохо? — заботливо взял меня под руку муж.

— Может, уже поедем домой?

— Хорошо. Приличия мы соблюли. Выказали уважение хозяевам. Пойдём. Я выведу тебя из зала. Мне надо будет проститься с лордом и леди Бьюк. Скажу, что тебе плохо.

— Спасибо, дорогой. Ты лучший.

Одна я сидела недолго, устроившись на мягком диване, обтянутом бархатом.

— Леди Пэмбрук?

— Да? — подняла я голову.

Артур собственной персоной со своей невестой и ещё какой-то девицей, одетой в тёмное платье. Компаньонки все серые. Но девушка была очень симпатичной, хоть и старалась скрыть свою натуральную красоту.

— Вам плохо?

— Немного. Сейчас Генри подойдёт. Вы не переживайте. Леди Кент, приятно вас видеть снова, — сказала я, и девушка слегка склонила голову.

— Я здесь, милая. Приветствую вас, леди, — склонился Генри к руке этой селёдки. Ни искры жизни в глазах, как так можно?

— Моя помощь нужна? — вежливо поинтересовался Артур.

— Нет. Спасибо. Развлекайтесь. Моя жена просто переутомилась. Она только переболела.

— Выздоравливайте.

— Спасибо.

Когда мы уместились в карете, я прислонилась к мужу. Но его фрак провонял приторными духами. Я отодвинула борт пиджака и уткнулась носом в ямку под ключицей. Рубашка пахла любимым мужчиной.

Хоть и ехать было недалеко, я уснула. И Генри пришлось меня тащить на руках в спальню и переодеть самому. У меня просто не открывались глаза.

— Я страшно хочу спать, — простонала я.

— Я рядом, милая. Спи спокойно.

Как же хорошо без этих людишек, погрязших в интригах и вечной возне с наследством, титулами, браками и всякой другой ерунде. Главное, чтобы рядом был дорогой тебе человек. В голове промелькнул на мгновение образ моей сестры Наташи. Я запретила себе думать о ней. Не сейчас. Лучше поспать.