21. Ужасный день

Дома обстановка накалилась так, что вся наша жизнь превратилась в ринг для боёв без правил. Я подначила отца, посмела с ним спорить. И такую дерзость мне никто не собирался прощать. Быть может, если бы не та бессонная ночь, не те попытки Игоря влезть в мою голову, я сдержалась. Но увы.

Первым под раздачу попал Женя. И эту раздачу застала я, когда вернулась домой, выжатая как лимон: сессия неумолимо приближалась, и стоило бояться не только предмета Игоря. У меня, как бы, ещё с десяток дисциплин.

Гром и молнии сыпались на голову брата с жутким грохотом. Кажется, отец немного принял на грудь. Ещё и мама плакала и пыталась разрядить обстановку. Моё появление было подобно взрыву бомбы.

— Оба хороши!

Отец, взъерошивая волосы, страшно таращил глаза и орал благим матом. Увидев меня, не выдержал и рванул рубашку. Пуговицы чуть горохом не рассыпались по полу.

— Что ты, что ты! Вы… — отец вновь стал наливаться красным. — Вы в гроб меня сведёте! Вам плевать хотели, что на меня, что на мать.

— Только её не приплетай! — Женя всплеснул руками и покачал головой. — Мама…

— Перестаньте! Оба! — мама расплакалась и в панике бросилась на кухню. — Когда же вы успокоитесь? Женя, как ты мог!

Я растерянно посмотрела на брата. Тот, взглянул на меня и помрачнел. Неужели опять дело в деньгах? Укол совести был таким, что я пропустила момент, когда отец вновь ринулся в атаку.

— Вы просто неблагодарные! Оба! Ты — крадёшь деньги, она — юбку задирает перед любым желающим! Как из умных и послушных детей выросли вор и проститутка?!

Этот чокнутый день никогда не закончится. Отец точно умом тронулся, крыша поехала. И у меня тоже. Наверное, эта критическая точка давно перед нами маячила. И сейчас всё просто свелось воедино.

— Деньги взяла я, — тихо выдохнув, кинула сумку на подставку для обуви и устало посмотрела на отца. — Я взяла деньги, не Женя.

— Что?! — отец если бы мог, то взорвался бы.

— Она врёт! — Женя храбро кинулся на мою защиту.

— Господи, Женя, да скажи ты ему правду!

— Олеся не брала деньги…

Моё вмешательство окончательно взбесило отца. Настолько, что он с такой яростью хлопнул дверью, что стекло вылетело. Оно разлетелось на множество осколков. Женя отскочил в сторону и тоже взорвался:

— Да ты ни о ком не думаешь! Только о себе, эгоист несчастный! Тебя только твоё эго беспокоит, твоя репутация! Потому что ты, именно ты, центр вселенной! Да, я не психолог, но я живу с тобой достаточно, чтобы понять это! И ты своим паскудным отношением всем нам жизнь испортил! И хуже всего маме… Но тебе ведь и на неё плевать?

Оплеуха была такой, что Женя врезался в стену. Мама рыдала на кухне, а я ощущала себя самым прескверным человеком. Из-за меня творился этот ад. Это я его создала!

— Ты украл деньги ради неё? Это Олеся тебя подговорила? — вторая оплеуха Женю сбила с ног. Мой брат не хотел драться с отцом. — На что ей нужны были деньги? — теперь всё внимание переключилось на меня. — Что? Во что ты вляпалась? Я считал, что ты одумалась. Это всё этот мерзавец… Я уничтожу его!

— Да пошёл ты! — схватила сумку дрожащими руками и даже не решилась сделать шаг. — Я тогда соврала. Обо всём.

— Соврала? Опять его выгораживаешь? Это всё он! Я помню, как он на тебя смотрел, каким масляным взглядом! А ты, как вертихвостка, только и делала, что юлила и улыбалась. Мы с матерью с ума сходили, думали…

— Ты никому не доверяешь!

— Он украл деньги тебе на аборт? — отца будто осенило

— Что?! — у меня даже челюсть отвисла. — Ты спятил… Ты просто псих! Ты сам не понимаешь, что говоришь! Господи, я тебя ненавижу! Ненавижу! Ты ненормальный, ты урод! — сама не поняла, как подошла к отцу. — Кто бы знал, что творится в нашей семье… Всё мне завидуют. Знали бы, чему они завидуют…

Я кричала и кричала. Женя будто понял, что сейчас меня накроет — успел меня перехватить. Билась в его руках и продолжала кричать.

— Дочь декана! Серебряная ложка во рту! — лягнув брата, выбралась из его рук. — Ты можешь быть только хорошим профессором, но отец и муж из тебя вышли херовые! И я догадываюсь, почему у тебя с практикой не срослось! У тебя эмпатии на спичечную головку не наберётся! Ты бездушный, эгоистичный, самоуверенный…

Щеку обожгло, будто кипятком плеснули. Задохнувшись, схватилась за щеку.

— Не смей ее трогать! Не смей!

Женя отшвырнул меня так, будто я была тряпичной куклой. Вцепившись в отца, он принялся трясти его за грудки. Разнимали их мы уже вдвоём: мама и я пытались усмирить Женю, который просто с цепи сорвался. Он побледнел от злости и всё-таки пару раз ударил отца по лицу.

— Успокойся! — я обхватила шею брата руками и потащила его к двери. — Уйдём! Он не стоит того!

Но Женя и не думал уходить. Он просто скрылся в комнате, а я же пулей вынеслась из квартиры. Успела прихватить только сумку. Размазывая слёзы по лицу, сбегала по лестнице.

— Дурак! Зачем ты влез? — костерила брата на чём свет стоит. — И без тебя было фигово… Сказал бы правду! Зачем было лгать? Ещё и кинулся меня защищать!

Мне это напомнило моё признание и мою ложь в кабинете у отца. Почему я про Игоря правду не сказала? Наверное, это всё наше семейное упрямство. Вот и всё.

На улице было уже прохладно, пусть и ещё светло. Меня колотило. Молчаливая истерика доводила до кипения. Вера не брала трубку, а больше податься было некуда. Напрасно я ей звонила, держа в дрожащих руках телефон. Пытаясь что-то сообразить и придумать, твёрдо решила, что домой не вернусь. Сегодня так точно.

— Олеся?

Я успела дойти до угла дома, до пешеходного перехода, и меньше всего ожидала услышать да увидеть здесь Игоря. Он уже торопливо снимал пиджак, чтобы затем набросить его на мои плечи. Даже слова сказать не дал, как тут же коснулся моей щеки, она до сих пор горела огнём.

— Это что ещё такое?

Дёрнула головой, пытаясь сделать шаг назад. Но Игорь крепко приобнял меня и как-то слишком озадаченно посмотрел мне в глаза. Привычного злого льда я там не заметила.

— Тебе-то какая разница? — нахмурилась. — Только не делай вид, что тебе есть дело до меня! И… что ты тут делаешь?!

— Олеся… Давай-ка зайдём в кафе, ты выпьешь чаю или кофе и спокойно всё мне расскажешь. Ты устала, замёрзла и явно не в себе.

— Отстань! — вырвалась из объятий и сбросила пиджак со своих плеч. — Ты ничем не лучше его!

Но Игорь и не думал меня отпускать. С силой притянул к себе и неожиданно нежно и ласково прижал к груди. Нервы были натянуты как струны. Слёзы хлынули сами собой. Обмякнув, выронила сумку на тротуар, вцепилась в плечи мужчины и молча расплакалась. В голове был чудовищный сумбур и хаос.

— Ты следил за мной? Что ты здесь забыл? Что?! — всхлипнув, ударила Игоря кулаком в грудь. — Что ты делал здесь тогда, пять лет назад?

— У тебя явно не аналитическое мышление, Олеся… Пойдём, а ты подумаешь на досуге. Может быть, найдёшь ответ на свой вопрос, хотя, по-моему, это очевидно.