44. Вызов

Звонок Веры меня испугал. С ужасом подскочив в кровати, стала шарить рукой по тумбочке. Вниз полетело всё, что там лежало: чашка, ложка, таблетки, бутылка воды, и лампу настольную тоже сбила. Телефон нашёлся в самый последний момент. Он почти ускользнул из моих пальцев, от страха руки вспотели, и всё скользило. В последний момент перехватила телефон рукой, ответила и попыталась понять, где я и что я.

— Ты куда подевалась, пропажа?

— М-м-м, что? — потирая глаза свободной рукой, не понимала, почему сплю в такой неудобной позе. Меня будто гранитной плитой придавило. — В смысле куда? Я же написала тебе…

— Я это видела, поэтому сейчас на тебя не сыпятся трёхэтажные маты, — Верка хихикнула. — Что? Всё? Пришла любовь и помидоры зацвели?

— Обычно говорят наоборот… — зевнула и с трудом легла на спину. Мужская рука нагло вцепилась в мою грудь. Я поморщилась и повела плечом. — Вер, что случилось?

— Ты выбрала неудачное время для секс-марафона. Кого бы ты там ни подцепила в клубе, но пора возвращаться на грешную землю. Зачёты. Или это тебя не волнует?

Игорь, похоже, совсем проснулся. Лезть в разговор не стал, вместо этого забрался рукой под мою футболку и теперь слишком игриво ласкал мою грудь. От этих прикосновений я покраснела и воздухом подавилась. Неожиданно обмякнув, даже не стала сопротивляться. Жадный поцелуй в ухо и вовсе распалил что-то странное. Я свела ноги и дерганно выдохнула.

— Волнует, очень вол-лнует… — запинаясь, с трудом продолжила разговор.

— Завтра тебя тоже не будет?

Игорь тоже распалился, даром, что вчера вечером от жара пластом лежал. Теперь же жар у него полыхал совсем в другом месте. Я нащупала лицо Игоря и приложила ладонь к его лбу: немного влажный, но холодный.

— М-м-м…

Теперь меня буквально раскатывало лаской и напором по кровати. С трудом сдерживала рвущийся стон, кусая губы.

— Вера, я позвоню тебе потом.

Недослушав, просто завершила разговор. Повесила трубку и выключила телефон. Игоря я обняла на автомате. Жмурилась и бормотала:

— Ты как себя чувствуешь? Голова не болит? Температура?

— Олеся, — и снова жадный поцелуй, от которого внутри всё сладко заныло, — сейчас меня беспокоит только одно.

Любовь — лучшее лекарство? Почему это в своей голове я произнесла с изрядной долей сарказма. Или мужчинам только это и нужно? И снова сарказм. Или…

Я уже сама перевернулась набок, закинула ногу на Игоря и, обвив мужскую шею одной рукой, второй взъерошивала короткие чёрные волосы.

— Что? — почти промурлыкала. Откуда что берётся? Почему у меня взялось такое же игривое настроение. — Что у тебя на уме? Как завалить меня на зачёте? Или как вернуть деньги? Или…

— Дурочка ты.

Игорь, навалившись всем телом на меня, рывками стягивал с меня футболку. Когда она застряла в районе моей шеи, внезапно этим воспользовался. Теперь меня перевернул на живот. Я вцепилась в подушку и немного испуганно зажмурилась.

Поцелуи, жадные, жаркие, влажные, от которых зубы сводило и кожа мурашками покрывалась. Я вздрагивала от каждого прикосновения и млела. А Игорь будто впервые видел меня. Вот его рука прошлась по моим лопаткам, по спине, ласково погладила поясницу и спустилась ниже, неторопливо оттягивая резинку трусиков. Я бы обернулась, возмутилась, но второй рукой Игорь вполне уверенно держал футболку возле моей шеи. Дышалось с трудом. И я не понимала то ли это от нахлынувшего перевозбуждения, то ли от давления ткани.

— Меня беспокоит, что ты меня любишь и что вернулась, что не ушла.

— Думаешь… Думаешь, я вру? — облизала пересохшие губы.

— Точно, дурочка!

Теперь ткань футболки прочно впилась в мою шею. Я схватилась за неё пальцами и закрыла глаза. Возбуждение было таким, что я вовсе и не думала брыкаться или быть непокорной, как этого хотелось обычно.

Раздвинув ноги, прогнулась и замерла, потому что реакция Игоря могла быть непредсказуемой.

— Вижу проблеск разума!

Некоторая болезненность ощущений немного меня отрезвила. Но ненадолго. Игорь будто растягивал эти моменты, но при этом прислушивался к каждому моему вздоху. А я успела испугаться только на очень короткий миг.

Что-то изменилось. Я всё пыталась ухватиться за мысль, ускользающую от меня ужом. Жмурилась, всхлипывала и старалась приноровиться к рваному ритму Игоря. Ткань футболки нестерпимо жгла кожу, даря непривычные, но, почему-то, приятные ощущения. Закусив губу, я вдруг успела понять, осознать, в чём же дело.

Ширма. Наигранность и фальшь. Всё рухнуло и перестало давить на меня нестерпимым грузом. Мне не нужно было быть той, кем я никогда не была, не нужно было натягивать маску и скрываться за ней. Маску благонадёжности, маску хорошей, правильной девочки. Ведь Игорь знал, какая я, знал это с самого начала. Все эти непонятные и глупые правила.

Глоток свежего воздуха был чудовищно сладким, приторным и вязким. Он обжигал горло, усиливал мои хрипы и стоны, придавая сюрреалистичности и дикости всему происходящему. Царапая ногтями футболку, отмела последний барьер и просто расслабилась.

Меня будто утянуло в цветастый и горячий водоворот. Захлёбываясь новыми ощущениями, оставила в покое футболку и схватилась за спинку кровати. Игорь вдруг ослабил свою хватку. Обжигающий и невероятно нежный поцелуй. Стянув футболку и взъерошив волосы, неожиданно схватился за них, заставляя открыться полностью. Мягкость губ, их настойчивость, жадно хватался за мой рот, будто с упоением поедал его. Стон, перемешанный с рыком, разлился в загустевшем воздухе. Толчки. Скрип кровати. Бешеное биение сердце и рваные вдохи. И снова толчки, от которых тело болело, требовало пощады, едва не молило о снисхождении.

Игорь, тяжело дыша, немного дрожал и прижимался взмокшим лбом к моей щеке. Будто извинялся, что так мало. Я дышала так же тяжело и хрипло. Минута отдыха, затем уже я оказалась сверху. Игорь, прикусив нижнюю губу, с вызовом посмотрел мне в глаза. Я же отбросила волосы с потного лица совсем как все свои страхи и сомнения.

Вызов принят.