Глава 22

Алина скидывает с себя босоножки и проходит мимо меня, кривя поцарапанным носом. Беда прям какая-то с этим бедным шнобелем. Волосы не растрепаны, видимо уже причесалась, но вот блузка порвана. Пи*дец какой-то. Хватаю ее за руку и веду к дивану.

— Саша, я сказала дай помыться.

— Сначала ты расскажешь, что случилось, а только потом в душ. Где ты была?! Только давай не вешай мне лапшу на уши, все равно узнаю.

— Меня изнасиловали. Теперь можно в душ? Или ты меня сразу бросишь? — сглатываю, сейчас бы в пору пошутить, что с ней этого не могло бы произойти, но судя по ее лицу не похоже, что она шутит.

— Алин, — присаживаюсь на корточки и зажимаю в руках ее ладони. — Не говори ерунду, что за чушь про бросишь? Пожалуйста, расскажи мне все.

— Саш, ты чего? Встань, я блин пошутила, чтобы ты мне дал скорее помыться. Никто меня не насиловал.

— Ты ненормальная что ли? Кто так шутит?! Хотя кого я спрашиваю, ты же реально чокнутая. Я не отпущу тебя пока мне все не расскажешь.

— После этого ты меня точно бросишь. Может сойдемся на варианте, что меня того самого?

— Алина!

— Ладно, ладно. Я подралась с яжемать.

— Что?!

— Ты что глухой? Я подралась с ЯЖЕМАТЬ! Я всего лишь попросила ее убрать за собой пандус!

— Какой пандус?

— Который она опустила в подъезде для своей коляски! Чего ты тупишь, Потапов?

— Продолжай.

— А что здесь продолжать? Попросила раз, два, но она же яжемать, с хрена ли ей его убирать, а на других ей плевать, но не на ту она напала. Я ей перегородила дорогу к лифту до тех пор, пока она его не уберет за собой.

— И?

— Не убрала. Она напала на меня. Ну, а я не из тех дур, которые сдачи не дают. Вцепилась в нее так же, ну и пошло, и поехало. Потом уже нас соседи разнимали и ментов вызвали. В свое оправдание, скажу, что правда на моей стороне, в подъезде есть камеры и там четко видно кто на кого напал. Пусть наша доблестная полиция разбирается с видео, я ее еще засужу. Что молчишь, Потапов? Сказать нечего, я полностью упала в твоих глазах?

— Да нет, что ты. Просто к тебе присоединилось еще одно прозвище, теперь ты у нас не просто Алинка дендрофилка, макраместка и экстрасенс, ты еще и боксерша. Интересно, доблестная полиция уже скинула видео в ютуб, как думаешь?

— Не смешно. У меня опять поцарапан нос! И кажется волос стало меньше. И, к сожалению, на голове, а не в другом месте.

Нельзя так себя с ней вести, но не могу ничего с собой поделать, заливаюсь смехом, смотря на это ходячее чудо в перьях.

— Ты пока смейся скотеночек, а я мыться.

— Ну прости, не могу сдержаться. Пойдем, я помою мою побитую девочку мочалкой, ранки обработаю.

— Иди в жопу со своей зеленкой, с зеленым носом я ходить больше не буду.

— Цыц, женщины так не выражаются.

— Да что ты говоришь, может еще и не дерутся?

— Точно. Все, давай ко мне на ручки.

Беру на руки мою побитую лань и несу в ванную. Быстро снимаю с нее одежду, раздеваюсь сам и заношу Алину в душевую.

— Саша, я не в настроении заниматься сексом.

— Не поверишь, я тоже, я заочно уже представляю тебя с зеленкой на лице.

— Да иди ты, — перехватываю Алинину руку и целую в ладошку.

— Что это за телячьи нежности, Потапов?

— А что нельзя?

— Можно.

— Давай потру спинку.

— Только не так как я тебе.

— Договорились.

* * *

Выходим из душевой вместе, настроение, несмотря на расслабляющий душ, просто отвратительное. В такую задницу я еще никогда не попадала за все свои тридцать два года. Черт, да даже сидеть полуголой на дереве было не так стремно.

— Алин, ну хочешь мы этой тетке отомстим?

— Конечно отомстишь, Потапов. Ты просто обязан ей перекрыть выход из квартиры тем самым пандусом. Хотя у нее ребенок, он там потом умрет. Нет, Саша, пусть живет.

— А если серьезно, что ты там делала?

— Заезжала домой, чтобы надеть красивое платье.

— Как вижу не надела. Ну и хрен с ним. Я ужин заказал, пойдем есть.

— Саш, я не хочу есть. Давай просто полежим на диване. Кстати спасибо за розы. Я люблю их, и именно красные. Знаю, что банально, но мне нравится. Прости, что не сказала про ромашки, мне было приятно твое внимание.

— Алин, — Саша садится на диван и притягивает меня к себе. — Точно больше ничего не случилось? Тебя больше никто не трогал?

— Никто.

— Тогда забудь ты про эту бабу.

— Обещай, если у нас когда-нибудь будут дети и я стану такой же яжемать, то ты скинешь меня с балкона.

— Обещаю. Только что значит если?

— Знаешь почему я стала гинекологом?

— Потому что любишь женщин?

— Мимо. Мама еще с юности меня затаскала по врачам, у меня вечно были проблемы по этой сфере. Я просто ненавидела врачей, а потом поняла, чего их бояться, проще им стать, чем потом трястись перед кабинетом. Стала. Кстати, я хороший врач, Потапов. И диагноз свой знаю, тут я реалистка. Я не бесплодна, залечу на раз два, вот только выносить будет сложнее. Да, Саша, я гинекологичка со своими проблемами. Давай, начинай шутить.

— И все же что-то случилось? Ты мне никогда этого не говорила, ни про ромашки, ни про проблемы.

— Ничего не случилось, Потапов. Ты забыл, сегодня же вечер признаний. Вот я и признаюсь. Спрашивай, что хочешь, на все отвечу.

— Ты когда-нибудь влюблялась?

— Нет. Ни в кого и никогда. Да, Саша, я реально ненормальная и до встречи с тобой вообще не думала о том, что в моей жизни может появиться мужчина. Я вообще в это не верила. Нормальная женщина хотя бы верит, а я правда нет. Мне итак жилось не плохо. А ты? Реально свою Машку не любил или сказал, чтобы мне было приятно? А других?

— Реально. Нравилась конечно Машка и другие, но любить нет. Но баб было много, так не сосчитать. Алин, а сколько у тебя мужиков было? Только давай без этих ваших бабских уловок. Скажи, как есть.

— Двадцать два, — чувствую Потапов напрягается. — Что, много?

— Вообще-то я ожидал услышать другую цифру, максимум десять. Но двадцать два, когда успела-то?

— Осуждаешь?

— Нет. Просто недоволен.

— Ладно, расслабься, Саш, их было два, а не двадцать два.

— Ну ты и паршивка! Значит я третий, Бог любит троицу. Вот теперь я рад. Хотя….

— Что хотя?

— Если их было всего два, значит запали в душу?

— О, да, Саша, первый дефлоратор мне прям так запал в душу, что я до сих пор его вспоминаю с отвращением. Знаешь, у меня вот с того времени и пошла не любовь к мужикам, а ведь он был даже не урод, а вполне симпатичный, но видать внешность реально не главное.

— И кто он, одноклассник?

— Ты за кого меня принимаешь, Потапов? К твоему сведению, я не трахалась в школе.

— Ну, прости, а где?

— А тебе это точно надо знать?

— Однозначно. Я ж теперь не усну.

— В университете. Он кстати был единственный с кем я официально встречалась, слава Богу недолго. Ну вот после первого раза- конец комедии, хотя потуги с его стороны еще были.

— А второй?

— Тоже мой однокурсник, но мы никогда не встречались. Он мой друг.

— Друг с которым ты трахалась? Друг?!!

— Да, друг, между прочим на Артемку была возложена серьезная миссия исправить предыдущий секс.

— Ну и как, исправил? — недовольно спрашивает Потапов.

— Исправил.

— Так стоп. Что ты мне сейчас по ушам ездишь? Когда мы встретились, ты сказала, что у тебя год секса не было. А с кем был тогда? Значит было не двое?!

— Это и был Артем. Он уже давно живет в другом городе. Иногда сюда приезжал, ну и…..

— Трахал тебя. Супер.

— А что не так, Потапов? Он не женат, я не замужем. Мы никогда не испытывали романтических чувств друг к другу, мы реально дружили, хоть в это и сложно поверить. И да, он иногда приезжал сюда и мы, ну ты сам понял. Саш, ну хватит меня зажимать.

— Я случайно, прости. Глупо отрицать, что мне это не нравится, — поворачиваюсь к Саше и смотрю на своего обиженку.

— Саш, ну ты чего? Я же не любила никого, да я даже не влюблялась, вот ни на граммулечку, ну Саш! Я тебе сейчас нос откушу!

— Попробуй. А я тебе язык вырву.

— Ты же говорил отрежешь?

— Что-нибудь из этого, — Саша встает с дивана и идет в сторону спальни.

— Ну, Потапов, ты совсем что ли? Это же прошлое! Вернись, я все прощу.

Блин и смех и грех. Ведь точно обиделся, я его уже знаю. Отвратительный день! Не пойду за ним, достало уже. Это я пострадавшая сторона сегодня, а не он. Встаю с дивана и иду к столу, что-то аппетит вдруг появился. Закидываю в рот аппетитный кусочек мяса, а за ним не менее аппетитный запечённый картофель. Наливаю целый бокал вина и залпом выпиваю.

— Ты нормальная вообще? — позади меня раздается голос Потапова.

— Мы вроде уже давно определились, что нет.

— Сказала, что не хочешь есть, а сама наяриваешь мясо, еще и вином запивает, здорово.

— Ты меня бросил, обиженка. А я заедаю стресс.

— Я ушел в спальню, а не из квартиры. Вот умеешь же ты все испортить, Терентьева. Дай сюда руку, — Потапов, не дожидаясь, сам берет мою ладонь и надевает кольцо на безымянный палец левой руки.

— А почему на левую? Это что ты так меня уже ненавязчиво посылаешь?

— Это помолвочное кольцо, бестолочь.

— Аааа. Круто, только если еще раз назовешь меня бестолочью, я тебе в трусы перец подсыплю. Нет, смесь перцев.

— Договорились. Больше ничего мне не хочешь сказать?

— Очень вкусное кстати мясо.

— Ты только что плюнула в меня этим мясом.

— Ой, прости, Сашенька. Нет, это не мясо, это кусочек картошки.

Потапов берет салфетку и вытирает мой нетщательно пережёванный картофель.

— Ладно, к чему эти церемонии, это все не для нас. Ты любишь меня, я люблю тебя, чего выделываться, правильно?

— Я тоже так думаю. Мне так повезло с тобой, Потапов.

— Не могу сказать того же о тебе, но что поделать, с любовью не шутят.

— Скотеночек, наливай вино.

— Только больше не плюйся.

— Лучше плевать, Потапов, нежели в зубах застрянет.

— Ну да, а то потом параанальный карман образуется, помню.

— Пародонтальный.

— Мне без разницы. Приятного аппетита.

— И тебе тоже.

* * *

Просыпаюсь рано утром без будильника. Смотрю на свое колечко и честно говоря радуется глаз. Вот так просто какой-то золотой ободок может поднять настроение. Это что же получается, еще какие-то три с половиной месяца, и я буду женой? Непривычно, но приятно. Кстати о жене, пора бы реально научиться готовить выпечку. Встаю с кровати, быстро принимаю душ и начинаю гуглить рецепты. Сегодня выбор пал на оладьи.

Через час активной готовки, я справилась со своей задачей и впервые за все время рада проделанной работе. Получилось красиво и самое главное вкусно.

— Ты ли это, Алиночка?

— Я, Сашенька. Все для тебя. Вот учусь заранее быть женой. Ты доволен?

— Очень. Ты отпуск оформила?

— Да. Пять дней, и я вся твоя.

— Ты итак моя.

Пять дней тянулись неимоверно долго. А еще меня пугала поездка к Сашиной бабушке. А если я ей не понравлюсь? Это Потапов привык ко мне, а она нет. А если она оказывает на него большое влияние? Черт, ладно, через пару дней и узнаем. После случая в подъезде, я езжу только на пассажирском сиденье с амбалом в виде водителя. Сначала я брыкалась, а потом поняла, что бесполезно. Пройдет немного времени, все забудется, и я вернусь на свое водительское место. А пока пусть будет так.

Заезжаем к Саше в клуб, я отпускаю своего надсмотрщика, а сама жду Сашу. Знаю, что он пока занят, поэтому я как всегда сижу в ВИП ложе и заказываю апельсиновый сок.

— Здравствуй, Алина, — вот интересно с каких это пор мы перешли на ты и вообще с какой радости эта стерлядь ко мне обращается? — Саша сейчас занят, договаривается о закупках, ему что-нибудь передать?

— Здравствуй, Милена, я сама в состоянии подождать моего мужчину, а не передавать что-то через третьи лица.

— Можно просто Мила, от слова милая.

— Боюсь, что в моей голове твое имя совсем от другого слова.

— Мне кажется я тебе не нравлюсь.

— Определенно.

— А я думала гинекологи любят женщин.

— По твоей логике я и вагины должна обожать, спешу тебя огорчить, я их не люблю.

Высоченная стерва садится на диван напротив меня, кладет ногу на ногу и выжидающе на меня смотрит.

— Знаешь, когда я тебя увидела, вообще не поняла зачем Саша это делает. Без обид, но ты правда не в его вкусе и…. (38bf6)

— И?

— Не хотела тебя огорчать, но он поспорил на тебя, я сама лично слышала его разговор. Вопрос стоимостью в один миллион. На самом деле это много, особенно для такой обычной девушки как ты. Ты конечно мне не поверишь, но считай это жест доброй воли. Спор был прост, я знаю даже детали. В декабре у вас должна быть якобы свадьба. По факту он бросит тебя за день до нее, это было главным условием- сделать вот такой неприятный сюрприз. Признаюсь, Саша не хочет делать именно так, но другая сторона настояла именно на таком условии. Понимаю, что неприятно все это слушать, но и ты должна понять меня. Мне надоело, что все ночи он проводит с тобой, поэтому я хочу, чтобы он скорее оставил эту идею со спором и окончательно вернулся ко мне. Я не знаю, что он тебе говорил, но мы вместе с ним около года. Саша хороший человек, он долго сопротивлялся нашим отношениям в память о друге, но все же решился. Да, он азартен и мне это все неприятно, но жизнь такова, что дело женщин помалкивать и ждать. Так вот я своего дождусь и эту выходку ему прощу. Чего ты молчишь?

— Думаю…